Глава 16

— Значит, Войковы и Талызины никогда не конфликтовали? — я отложил доклад Вяземского в сторону и посмотрел сначала на Вихрова, а потом на Вяземского.

— Нет, во всяком случае, я об этом не слышал. Да и по той информации, которую смог достать по своим каналам, подобная тема не упоминается. Да и что им делить? Войковы всю историю своего клана занимались текстильным производством. Крупнейшие заводы по стране, а также всемирно известный дом моды «Кристалл» принадлежат именно клану Войковых. В иерархии Совета они стоят где-то посредине, всегда воздерживаются при голосованиях, и позиционируют себя как совершенно аполитичный клан.

— Это не так? — я взял ручку и придвинул к себе блокнот. Не слишком надеясь на свою память, начал делать кое-какие заметки.

— Не совсем, — Вяземский замялся. — В большинстве вопросов они поддерживают инициативы Лосевых, но, когда доходит до финального голосования всегда воздерживаются. С чем это связано, не совсем для меня понятно, но если дадите больше времени, то я попробую узнать.

— На данный момент эта информация не слишком важна для общей картины, поэтому не обязательно сегодня тратить на это время, но в дальнейшем, думаю, все же можно подергать за ниточки, чтобы узнать, чего именно они хотят таким вот интересным способом добиться. Я так понимаю, у них в клане не слишком много одаренных? — я прищурился.

— Их практически нет. Уж не знаю, что повлияло на подобное положение дел, но факт остается фактом, если бы не прочное положение, которое оставили Войковым предки, их бы уже давно… хм… ассимилировал клан более сильный, те же Лосевы, например. Что касается их отношения с Талызиными, то в последние годы главы кланов решили устроить альянс. Скорее всего, Сергей Войков прекрасно понимал, что захват его клана — это всего лишь вопрос времени, поэтому предложил объединение с Талызиными путем женитьбы Ильи Войкова на Светлане Талызиной. Помолвка состоялась как раз перед началом учебного года. И это не удивительно, учитывая, что Талызины пытаются расширить свои сферы влияния вне интересов клана, что укрепило бы его позиции в Совете.

— Я не помню Светлану Талызину в Касле, — я в упор посмотрел на Кирилла. — Только сына и наследника, прости, но я не помню, как его зовут. Его убили нападающие.

— Андрей. Сына звали Андрей, а Светлана — его сестра-близнец. По совершенно непонятным причинам старшие Талызины отдали детей в разные школы. Андрею не повезло, он попал в Касл в такое страшное для этой школы время.

— Да уж, это точно невезение в полной мере, — в общем-то, что и требовалось доказать. Илья, микроб ты тифозный, за каким-то хреном решил меня подставить, только не думаю, что это из личной мести, если он не совсем туп, чтобы так рисковать, желая отомстить тому, кто расквасил ему нос, потому что больше никаких прямых контактов у меня с ним не было. — Кто сейчас рулит у Талызиных и что там за история с Овчинниковыми?

— Это довольно странно, но собравшиеся претенденты пришли к выводу, что для того, чтобы не допустить развала клана, что сделает его легкой добычей для любого желающего, а, учитывая наступивший беспредел, нетрудно догадаться, чем это может закончиться, решили все же провести слияние. На роль главы прочат наследника Войковых Илью, после заключения брака со Светланой. Ну а после того, как придет время, он, будучи наследником своего отца, бескровно и безболезненно соединит два клана, вступив в наследство.

— Гениально, — прошипел я, так сжимая ручку, что она треснула и сломалась у меня в руке. — И что там с Овчинниковыми?

— А вот тут не все так просто, — Кирилл задумался. — С одной стороны, клан находится в полном внутреннем раздрае, и, кажется, совершенно потерял ориентиры. С другой стороны, он достаточно силен, гораздо сильнее даже объединенного клана Талызины-Войковы, и может стереть их в порошок, особо не напрягаясь, а если брать в расчет клан, подобный нашему, то они на него даже все свои силы бросать не станут, чтобы это обеспечило им успех, но только при условии, что они отвлекутся хоть ненадолго от своей междоусобицы. Учитывая, что они сменили начальника охраны, который на две головы выше предыдущего в плане обороны и контратакующей стратегии, то захват клана осуществить будет практически не реально, они словно отгорожены в настоящее время внешней оборонительной стеной на то время, пока окончательно не определятся с главой клана. А вот если случиться чудо, потому что по-другому я это назвать не смогу, и они пропустят начало атаки и не успеют вовремя среагировать, то тут возможны варианты, — Вяземский задумался. — Но, это в любом случае не будет просто ни с одной, ни с другой стороны. Даже, если рассуждать чисто гипотетически, — он очень выразительно посмотрел на меня, — то неважно, кто в итоге выиграет эту битву, потому что, как наш клан, так и клан Овчинниковых, выползут настолько обескровленными, что любой сумеет нас захватить, практически голыми руками.

— Видимо, на это и был расчет, — я задумался и бросил блокнот на стол. — Спасибо, Кирилл, можешь быть свободен.

Юрист кивнул и, весьма неохотно, надо сказать, вышел из кабинета, постоянно оглядываясь на оставшегося Вихрова. Как только дверь закрылась, я поднял взгляд на начальника моей службы безопасности, именно так называлась эта должность, которая фактически означала — командир военизированного подразделения.

— Что скажешь? — негромко спросил я у него. — Ты уже изучил обстановку?

— Разумеется, — Вихров кивнул. — Овчинниковы действительно сейчас наиболее уязвимы. Однако, специфика их деятельности подразумевает серьезную военную силу, охраняющую засекреченные объекты, поэтому то, что изложил Вяземский — это только верхушка оборонительного потенциала клана.

— Что именно они производят? — я смотрел на Вихрова не мигая, но ему, похоже, дискомфортно от этого не было.

— Они не зря засекречены, — командир вздохнул. — По неофициальным данным лаборатории Овчинниковых занимаются разработками гибридных видов оружия, основу которых составляет магия, основанная на ментальном даре. Поделки для шпионажа, для передачи информации, для диверсий, — Вихров бросил взгляд в окно. Стояла уже полноценная осень, было мрачно, того и гляди пойдет первый снег. — Эти поделки управляются менталистами-операторами и часто их действительно очень сложно отличить на жука, ползающего по карнизу, или птицы. Мне доподлинно не известно, какими видами клан располагает. Но с такими поделками я встречался, и то постфактум, разбирая все детали провальных или не доработанных, как нам казалось, операций.

— То есть, Овчинниковы никогда не занимались биоинженерией? — решил уточнить я.

— Я не стал бы настаивать на отрицании этого варианта, — Вихров покачал головой. — Проекты по созданию супер-солдат постоянно всплывают. А у Овчинниковых весьма обширные и оснащенные лаборатории, со всеми возможными разрешениями для занятия любой из подобных видов деятельности. И все это — просто предел мечтаний тех же Талызиных, которые настолько оборудованными площадями похвастаться не могут. Но Талызины — химики в чистом виде: всевозможные яды, включая боевые отравляющие вещества и минеральные удобрения. Яды-то не каждый день востребованы, а кушать почему-то хочется ежедневно. А если еще наработки одного клана наложить на другие, то клан, обладающий таким оружием массового поражения может очень громко заявить о себе.

— Что у них насчет охраны? — я резко встал и подошел к шкафу, который так и не сумел разобрать во время коротких вынужденных каникул. Где-то я видел уже фамилию Талызиных.

— В основном сконцентрирована вокруг лабораторий и производственных комплексов, — Вихров с интересом смотрел на меня. — Я правильно вас понял, Виталий Владимирович, вы хотите попробовать наказать тех, кто решил поживиться за ваш счет?

— Если я сейчас не покажу зубы, то меня сожрут, потому что в ближайший год ничего не наладится, и я мало на что могу пока повлиять в плане стабилизации обстановки, хотя, чисто теоретически и знаю, как это сделать, — ага, вот оно, я вытащил папку. — Оказывается, у моего отца был краткосрочный договор с Талызиными, точнее с одной из их лабораторий, которой внезапно понадобилась консультация специалиста в нейропрограмировании его уровня. Я не знаю, чем они на самом деле занимаются, но далеко не только ядами. А раз им понадобились площади побольше, но они по каким-то причинам не хотят налаживать производство заново, а брошенных квадратов наподобие нашего тринадцатого вокруг хоть жопой ешь, значит, им нужно весьма специфическое оборудование. Например, такое, какое есть у Овчинниковых — с налаженными контактными нейросетями. Зачем они им понадобились — это уже второй вопрос, и он меня пока не слишком волнует. Более того, мне было бы плевать на их разборки, если бы меня не захотели так нагло использовать. Я что, создаю впечатление совсем уж конченного идиота? Так что у них с охраной? — я даже не удивился, когда Вихров положил передо мной две папки: родового дома Талызиных и Войковых. Оба располагались здесь, в Твери, и, надо же, они были соседями. Вот почему захотели объединиться, потому что никакой связи боевых ядов с тряпками я не находил, вот хоть убей.

— Схемы домов, расположение камер наблюдения, казарм и пультов охраны, — Вихров задумался. — Мы нашли интересный архив в корпусе тринадцатого квадрата. Там все подобные данные на все родовые дома абсолютно всех кланов Российской империи.

— Ну, насчет охраны, это, конечно, весело, но вот сами здания… Схемы наверняка хранятся в каком-нибудь архиве местного зодчества или архитектурном управлении. Тоже касается коммуникаций… Зная структуру, можно расширить горизонты своих опытов. Например, запустить крысюков в канализацию, — рассеянно проговорил я, листая планы зданий. — Чтобы можно было легче отслеживать их перемещение. Но, это только навскидку. Раз архив не забрали с собой, значит, он для этих двинутых ученых не был слишком важен.

— Да, похоже на то, — Вихров задумался. — Что касается коммуникаций, то нам так и не удалось получить разрешения в архитектурном управлении, поэтому начали продвижение напрямую, прочесывая каждый отвод, но это займет довольно много времени. Что же касается архива, то я думаю, что все было наоборот, эти планы были созданы во время испытаний тех самых шпионов, улучшением которых занимается клан Овчинниковых. Ваш отец любил мозговыносящие штуки делать, вполне мог и на заказ сработать. А эти планы всего лишь результаты полевых испытаний и, вы правы, «Маготеху» они не нужны. Чем дальше мы заходим в квадрате, тем больше убеждаемся в том, что эти люди жили ради экспериментов. Самое главное, они словно не видели конкретной цели для своей деятельности — просто чистые научные изыскания, ради самих изысканий.

— А так оно и есть, Вячеслав, — я вздохнул. Учитывая некоторые бюрократические сложности и периодическое нашествие крысюков, то нам бы не помешала парочка разработок Овчинниковых в плане жучков и паучков. — Вы ничего больше интересного не нашли?

— Кроме комнаты, в которой очень много стеклянных предметов, типа колонн, которые полностью покрыты странными, словно вдавленными концентрическими кругами? Нет, это было самое странное, что нам удалось обнаружить, кроме этого архива, разумеется.

— А вот эта комната как раз ответ на вопрос, куда делась капсула, и как свалили сотрудники с кучей ценных вещей, — я хмыкнул. — Кто-то из них сумел создать телепорты, способные открывать проколы куда угодно. Это конечно только теория, но она с каждым разом становится все более похожей на правду.

— Матерь божья, — Вихров вытер внезапно выступивший на лбу пот. — Ну, это объясняет странную тягу к нашему клану Аркадия Алдышева, — пробормотал он и покачал головой. — Уму не постижимо. Но, Виталий Владимирович, если кто-нибудь узнает, что у вас есть подобные технологии, нас ничто не спасет, — ответил он серьезно. — А мы еще слишком слабы, чтобы отбиться от более-менее сильных кланов.

— А у нас и нет этих технологий. Более того, я подозреваю, что и у «Маготеха» их нет. Они в голове у одного хрена, который зарылся в такую темную дыру, что я даже не подозреваю, где его можно найти. Вам еще много осталось проверить в комплексе?

— Один этаж. Там в основном офисные помещения и все бумаги выгребли подчистую. Хорошо хоть мебель оставили. Хорошая, кстати, мебель, дорогая, офисная. Мы только начали его проверять, когда вы связались со мной через Вяземского.

— Как бы то ни было, но ты прав, мы слишком слабы, чтобы представлять какую-то опасность даже для тряпичников. У нас вообще есть шансы? — я бросил папку с планом дома Войтова на стол.

— Шанс есть всегда, — Вихров задумался. — Если узнать, где расположен центр их связи, и отрубить от всех диапазонов Сети, то шанс становится вполне реальным. Вот только эта информация, к сожалению, не указана на этих планах.

— М-да, — я потер подбородок и тут на коме засветился сигнал вызова. Бросив взгляд на номер, я посмотрел на Вихрова. — Это очень важный звонок, Вячеслав. — Он понял, быстро встал и вышел из кабинета, плотно прикрыв за собой дверь. Я же сел прямо на стол и активировал ответ.

— Ты должен попытаться осуществить свое намерение по захвату этих двух кланов, — она как обычно была невероятно красива, но ее красота вызвала у меня скорее отторжение. — Это очень важно. Они являются дестабилизирующими факторами.

— Дестабилизирующими факторами чего? — как обычно я не понимал и половины из того, что она мне говорила.

— Сохранения целостности государства.

— Масштабненько. Но почему, ты мне, конечно, не скажешь, — я смотрел на нее и думал, как вообще работал мозг моего отца, когда он создал вот это? — Ты позвонила, как только Вихров сказал про связь. Полагаю, ты способна ее отключить. А еще я подозреваю, что ты можешь наблюдать абсолютно за всеми.

— В этом состоит моя суть, — ее идеальное лицо оставалось абсолютно бесстрастным. — Я могу заглушить Сеть в обоих домах, у них есть точки пересечения. Через два дня. С Одиннадцати вечера до пяти утра. Больше удерживать заглушенным такой мощный сигнал не в моей власти.

— Где Эльза? — я смотрел на нее в упор. Она знает, где моя девушка, потому что она знает почти все. Но вот это сцеживание инфы по каплям уже даже не действует на нервы, наверное, я привык. К тому же мне сложно понять мотивы этой чертовой Системы.

— Она неважна. Ее жизнь или смерть не имеют значения для…

— Мне плевать, — перебил я ее. — Она важна для меня. Я не буду тебе помогать без определенного вознаграждения.

— Хорошо, — возникла пауза, в результате которой Система, казалось, слегка зависла. Через минуту она снова перевела взгляд на меня, хотя до этого сидела неподвижно, уставившись в одну точку. — Я теперь понимаю. Вознаграждение за работу — это важно для людей. Я ускорю процесс. Если ты справишься с захватом этих двух кланов, в качестве награды я уберу небольшие огрехи. На данном этапе это можно еще сделать.

— Я тебя не понимаю! Просто скажи, где она! — я соскочил со стола, глядя на нее с ненавистью.

— Ближе, чем ты думаешь, — она отключилась. Эта сука просто отключилась!

— Тварь! Блядина чертова! Наверное, твой интерфейс мой папандель со своей любимой шлюхи лепил, — на столе очень кстати стоял стакан, который я схватил и запустил в стену. Как ни странно, но немного полегчало, и я сумел думать рационально. Самое главное, что Эльза жива. И если я буду пай-мальчиком, то, возможно, эта стерва мне поможет ее найти. Так, Сава, спокойно. Она все же дала небольшую подсказку. Эльза ближе, чем я думаю. Но ближе чего? Моего текущего месторасположения или… или она все еще в Касле? Так, главное соблюдать спокойствие и решить, сообщить ли Бойничу, чтобы он прошерстил каждый сантиметр возле моего дома или же стоит дождаться более детальной информации, чтобы не провоцировать лишние нежелательные последствия. Если она поставила задачу, после которой немного меня вознаградит, то на данном этапе жизни Эльзы ничего не угрожает. Твердой походкой, я подошел к двери, открыл ее и кивнул Вихрову, который стоял напротив. Наверное, услышал весьма интересные звуки, раздающиеся из кабинета, и раздумывал, стоит вмешиваться, или же все-таки нет.

— Наверное, мне лучше не спрашивать о том, что здесь произошло, — сказал командир, покосившись на осколки стакана.

— Лучше не спрашивать, — подтвердил я, возвращаясь за стол. — У меня две новости, я, правда, не знаю, есть ли среди них хорошая, но у нас есть уникальная возможность напасть, потому что мне сейчас сказали, что помогут со связью, заблокировав ее в обоих домах на шесть часов.

— Кто этот щедрый друг мне лучше опять-таки не спрашивать? — Вихров усмехнулся.

— Верно, — я кивнул. — Меньше знаешь, крепче сон. — И мы вместе покосились на осколки стекла.

— И я даже не буду спрашивать, что с вас хотят получить взамен.

— Мою полную лояльность, — я криво усмехнулся. — Но мы пока торгуемся. И, да это мои личные дела и к делу не относятся. Вторая новость заключается в том, сто связь отрубят с одиннадцати вечера до пяти часов утра, — вот тут я сделал театральную паузу, а затем добавил, — послезавтра.

— Когда? — у Вихрова глаза на лоб полезли. — Но мы же на успеем составить приличный план, не сможет разработать тактику, не…

— Сроки не обсуждались. Или ночь послезавтра, или никогда, — я перебил командира. Нет, я его прекрасно понимаю, настолько сжатые сроки выглядят абсурдно, но это с нашей точки зрения. А вот с точки зрения Системы, нормально. Только она забывает, что мы не… что там она собой представляет. Мы люди, а люди просчитывать настолько быстро варианты развития событий не умеют. Вот только ей, похоже, на это глубоко насрать. — Вячеслав, мы должны успеть. От этого реально зависит очень много. Особенно лично для меня, — добавил я тихо, глядя на то, как он, матерясь сквозь зубы, идет к выходу из кабинета, чтобы приступить к разработке хоть какого-то плана.