25. Не пара

Впихнув симку в старый телефон, который, слава богу, не выкинула, утром позвонила Климу. Пора привыкать, что у меня есть парень, на которого можно грузить часть своих проблем. Тем более, что они – друзья, столько лет вместе.

– Привет, Вика, – приобнял в прихожей. – Можешь мне дать ключи. Отвезу оболтуса домой. Сидит сейчас на лавке, стучит зубами и не понимает, что он здесь делает.

«Ну да, ну да» – киваю, как болванчик. А по утру они проснулись и что хотели, все выветрилось. Грош – цена словам. Пьяные – мы герои. Артист недоделанный! Не знаю на кого злюсь… Скорее всего – на себя, наивную дуру, что могла принять весь этот цирк и его признания за правду. Уснула только под утро, прокручивая его слова в голове. А Клим, он надежный. Еще раз в этом убеждаюсь.

– Вечером заеду за тобой после работы, – поцелуй в висок.

Закрываю за парнем дверь и иду пить кофе. Машка, протирая глаза, выползает на запах кофеина. Без зазрения совести, отпивает из моей чашки и спрашивает, что ночью было. Рассказываю, как есть. Машка хмуриться, наморщив веснушчатый нос:

– А ты что к нему чувствуешь? – задает вопрос, который сама себе боюсь озвучить.

Неопределенно пожимаю плечами. Бегать за миражом – себе дороже. За каждым человеком стоят поступки. А слова – кто их считает? Сегодня думаю так, завтра по-другому … И каждый раз совершенно искренне верю в то, что говорю.

День пролетает незаметно. Когда есть любимая работа и дружный коллектив, то любые невзгоды кажутся другими. В стенах кафе – как в другом мире: уютном, из которого не хочется выходить. Пьем с девчонками горячий шоколад, встречаем посетителей. Особенно радуемся постоянным, с которыми и поговорить не прочь на разные темы.

Анна Ильинична – из таких, близкого круга. Пенсионерка интеллигентного вида. Всегда одета опрятно, с очередным красивым платком на шее. Ни разу не видели, чтобы платок повторялся. Сколько их у нее?

– Принеси мне, деточка, пирожное с клубничным суфле и чашку жасминового чая.

Анна Ильинична сидит ровно час, загадочно улыбаясь и глядя в окно. Наверное, что-то хорошее вспоминает – думается мне и я сама начинаю улыбаться.

Новая посетительница обращает на себя внимание всех. Стильная блондинка идет, словно парит над землей. Узнаю в ней маму Клима и Влада. Вежливо здороваюсь, предлагаю столик. Сама приношу меню, даю советы…

– Вика, нам надо серьезно поговорить, – заявляет Лидия и осторожно оглядывается, будто боится, что нас услышат.

– Я вас слушаю, – складываю руки на столе перед собой, сцепив пальцы.

– Вика, ты девочка хорошая…, – жует она нижнюю губу, подбирая слова.

– Но, не чета вашему сыну, – продолжила я ее речь.

– Ты пойми! Я же мать! Хочу, как лучше для своих сыновей. Будут у тебя свои дети, тогда поймешь! – последнее предложение она буквально выкрикивает.

Я что, спорила с ней? Просто моргаю. Не ожидала от этой «воздушной» женщины подобного. А как пела, что рада нормальной девушке, то есть мне.

– Чем не угодила? – прокашливаюсь.

Лидия молчит, опустив глаза в стол. Понятно все! Родословная не та.

– Я тебя прошу, – переходит на жалостливый тон. – Они еще мальчишки совсем! Оба из-за тебя сцепились. Каждый день ругань. Я не хочу, чтобы было в семье яблоко раздора.

Ну вот. Я теперь – яблоко! – горько ухмыляюсь.

Лидия уже ушла. Так и сижу, впялившись в одну точку.

– Если он любит, то никто ему не указ, – слышу голос со стороны.

Анна Ильинична смотрит ясным взглядом, в котором плещется доброта.

– Вот и увидишь, как он к тебе относится. А если уйдет – не держи. Не твой человек.

Киваю. Ситуация необычна для меня. Не успела побыть в отношениях, а уже на тебе! Есть, кто против.