Глава 26. Эмили

«Иногда сила любви проявляется не в доказательствах, а в способности верить без них.»

Пауло Коэльо

После того как я вернулась из больницы, всё вокруг казалось каким-то нереальным, словно я проснулась в другой жизни, где все мои раны были залечены, а душевные шрамы отступили в тень. Но даже в этой тишине, пропитанной уютом дома и заботой Марка, оставался лёгкий привкус неразрешённых вопросов, будто что-то тяжёлое и нерешённое ещё висело в воздухе. Жизнь наладилась, и все вернулось на круги своя: Марк снова был рядом, девочки снова наполняли дом смехом, и каждый день был обычным и мирным.

Я полностью отдалась заботе о девочках и своей беременности. Каждый день я наблюдала, как растёт мой живот, чувствовала, как ребёнок шевелится внутри меня, и с каждым его движением ко мне возвращалась вера в то, что жизнь продолжается. Но вместе с тем, как росла моя любовь к будущему сыну, росла и тревога, которая не давала мне покоя. Несмотря на тёплые моменты с Марком, несмотря на его заботу и возвращение былой нежности, в душе у меня всё ещё оставался страх.

Однажды вечером, после ужина, мы с Марком сидели в гостиной. Девочки играли рядом, их звонкий смех словно на мгновение убаюкал моё беспокойство. Я посмотрела на Марка, который задумчиво сидел, поглядывая на меня, но в его взгляде было что-то большее, что-то, что я чувствовала, но не могла озвучить. Он словно сам боролся с какими-то мыслями, и я решилась заговорить, хотя боялась разрушить ту хрупкую гармонию, что вернулась в наш дом.

— Марк, — тихо начала я, нервно переплетая пальцы, — я очень люблю тебя, и я безмерно благодарна тебе за всё, что ты для нас сделал… Но есть мысли, которые не отпускают меня. И я понимаю, что, возможно, они не дают покоя и тебе.

Он внимательно посмотрел на меня, чуть прищурив глаза, словно понимая, о чём я хочу сказать, но не подталкивая меня, давая самой высказать свои страхи.

— Я… Я хочу предложить тебе сделать тест на отцовство. Я знаю, что ты не говорил об этом вслух, но мы оба допускаем эту мысль. А вдруг… вдруг это ребёнок… Если тебе будет спокойнее, если ты захочешь убедиться…

Слова повисли в воздухе, словно отравленные. Моя просьба звучала ужасно, даже в моих собственных ушах. Я знала, как это должно было ранить Марка, но мне казалось, что только так мы сможем положить конец этим мучительным сомнениям.

Марк молчал несколько долгих секунд, его лицо оставалось непроницаемым. Я уже приготовилась к его гневной реакции, к тому, что он просто выйдет из комнаты, разорвав нашу тишину. Но он неожиданно вздохнул и тихо сказал:

— Нет, Эмили, никаких тестов. — Он посмотрел мне в глаза, и в его взгляде было что-то успокаивающее, но в то же время глубоко спрятанная боль. — Этот ребёнок — мой. И я принимаю его таким, какой он есть. Нам не нужны никакие тесты.

— Ты уверен? — прошептала я, чувствуя, как с груди спадает какой-то груз.

— Абсолютно. — Марк чуть улыбнулся, проведя рукой по моим волосам, убирая за ухо прядь, которая упала на лицо. Его касание было мягким, как и раньше, но я ощущала, что он снова борется с чем-то внутри себя, как боролся всё это время. — Я не хочу никаких сомнений. Это наш сын.

— Я думала назвать его Ник, — сказала я, неожиданно для самой себя. — Когда я лежала в коме, я услышала это имя… Он сам мне сказал. Его зовут Ник.

Марк слегка поднял брови, но не стал спорить. Он просто кивнул и добавил:

— Тогда пусть будет Ник.

Эти простые слова, сказанные им, принесли мне больше покоя, чем я могла ожидать. Я прижалась к нему, чувствуя тепло его тела, и впервые за долгое время позволила себе ощутить маленький проблеск счастья. Да, у нас впереди ещё был долгий путь. Мы ещё не раз споткнёмся, но в тот момент я знала, что Марк сделал свой выбор, и он выбрал нас. Нашу семью.