21. Родственные связи

— Лена… — вздохнула Вера, отправив детей в другую комнату играть, — ну не обижайся на меня.

Я не обернулась. Как сидела, уткнувшись у колени и разглядывая цветок на подоконнике, так и осталась сидеть.

Вера подошла, села рядом, обняла за плечи:

— Ты сама виновата, неправильно поступила. Понимаешь? Не надо было так сбегать… Твой отец чуть инфаркт не поймал, мне кажется. И твой дядя — тоже. Я его таким зеленым только перед моими родами видела. Два раза. И вот вчера — третий.

— Это их проблемы, — упрямо буркнула я, все же испытав мимолетное сожаление.

Ну да, я неправильно поступила. Но и они хороши. Зачем так давить? Я уже совершеннолетняя! И сегодня вон…

Цветок на окне, наверняка стараниями Веры, краснел ярко и празднично, выглядя среди слякотной зимы странно и аляповато.

Я потрогала лепестки.

Нежные.

Так странно и красиво.

— Не переживай, Коля отзвонился уже твоему отцу, они сюда едут…

— Зачем, спрашивается? Нельзя было не устраивать спектакля? Я у своего парня вообще-то была!

— Лена… Я понимаю…

— Не понимаешь! — я развернулась к ней, глянула с укором.

Предательница тоже.

Я ей позвонила… С нового номера специально, а она…

— Понимаю.

Голос Веры стал жестче, таким, учительским.

— И именно поэтому я не рассказала ничего Коле. Не успела просто.

— А как он узнал тогда?

— У него и спросишь. Он как раз вернется сейчас.

— Да так он мне и сказал… Неандерталец, тоже, — начала жаловаться я неожиданно.

Может, хоть Вера меня поймет, блин?

Ну как так можно?

Конечно да, я сама виновата. В первую очередь, в том, что вспомнила о своих родных и набрала предупредить, что со мной все хорошо.

Не Коле, само собой, потому что он непременно орать бы начал. И не Вите, с его неуравновешенной психикой и желанием меня на поводке везде водить.

Я набрала самому лояльному человеку, Вере.

Объяснила ситуацию, предупредила, хмыкнула в ответ на замечания и отключилась.

А через десять минут в гараж явился Коля. Не один, естественно, с какими-то мужиками.

Постучал, и, когда я отозвалась и сказала, что заперта, что-то коротко скомандовал…

Замок щелкнул и открылся!

Легко!

Коля хмуро посмотрел на растерянную меня и приступил к репрессиям.

Телефон у меня изъяли, саму за локоть вытащили из гаража и определили на заднее сиденье служебной машины. Двери заблокировали. Как преступницу.

Конечно, я сопротивлялась!

Конечно, я орала, ругалась, пинала кресла.

Но Коля в очередной раз доказал, что не зря погоны носит и психика у него бронебойная.

Меня притащили сюда, сдали Вере на руки и свалили.

И вот я уже пятнадцать минут сидела тут и придумывала, что делать.

Сначала очень хотела уйти. Просто назло всем. Но вовремя опомнилась. С собой у меня была сумка, верней, не с собой. Коля утащил. С документами и сотовым.

Куда-то идти, кипишевать…

Нет, надо было как-то договариваться с родными.

Верней, не договариваться, а ультиматум выкатывать.

К тому же мучили мысли про Веника.

Он же должен был вернуться!

И что? Что он подумает, не застав меня?

Что сбежала?

А я еще, как назло, пока его не было, сидела, рисовала по памяти. Его. Моего Веника. Карандашный набросок делала.

Он остался там, на матрасе прямо.

Как прощальный подарок.

Драматичненько.

Как в кино.

И глупо! Очень глупо!

Нет, надо дождаться Колю и решить вопрос уже окончательно.

Ни он, ни Витя не имеют права меня задерживать! Просто не имеют!

И мне необходимо до них обоих эту информацию наконец-то донести!

Коля, которого срочно вызвали еще по пути сюда на работу, как раз зазвенел ключами в прихожей.

— Ну чего, коза? — весело спросил он, появляясь в комнате, — как настроение?

— Отстань.

Он выглядел настолько довольным, что это было даже неприлично. Я разозлилась так, что ве доводы забыла, все слова.21b4bc

Только показательно надулась, как ребенок, и отвернулась опять к цветку.

Но Коля, похоже, вообще не расстроился, прошел на кухню, сгреб по пути в свои лапы Веру, смачно поцеловал:

— Где мелкие?

— Играют в комнате.

— Ну пусть. Собери на стол, гости скоро будут.

— Сколько?

— Пока двое.

Я насторожилась. Ну, Витя, понятно. А еще кто? Вася?

— Телефон мне верни, — рявкнула в проем кухни.

— Зачем?

Коля вышел в зал, оставив Веру собирать на стол.

— Опять смотаешь? Ты там, в Европах своих, вообще разговаривать, я смотрю, разучилась?

— Верни телефон, — настойчиво глядя в смешливые глаза, повторила я, — я своем парню позвоню. И уеду отсюда нахрен!

Последние слова я прошипела сквозь зубы. Хотя очень хотелось проорать. Но двоюродные братья сидели в соседней комнате, и пугать их не стоило.

— Нет уж. У меня побудет.

Коля, как ни в чем не бывало, ушел на кухню.

Я на эмоциях рванула мимо, в прихожую. Куда я собиралась сваливать отсюда, пока что еще не решила, но точно подальше.

— Эй, племях, — лениво протянул Коля из кухни, — там закрыто. Не кипишуй. Сейчас гости приедут.

— Какие, нахрен, гости? Какое мне дело до твоих гостей? Если Витю ждешь, то я вообще из комнаты не выйду.

— Посмотрим.

Я злобно фыркнула, развернулась и утопала к братьям. Там меня закружили сразу две маленьких разновозрастных копии Коли, и, как бы я ни злилась на него за то, что чуть ли не силой вытащил из гаража Веника, но перед обаянием мелких, уже знающих свои сильные стороны в общении с женщинами, хулиганов устоять не могла.

Позволила себя увлечь, заиграть и даже не сразу поняла, что дверь в детскую открылась…

И на пороге стоит и смотрит на меня… Веник.