Глава 10

— Привет, Булат…

Волчица расплылась в улыбке. Настолько липкой, что Булат чуть сахарную кому не схлопотал.

— Лаур-р-ра, — прорычал, оглядывая суку с головы до ног.

Беременность никак не сказалась на оборотнице. Все такая же обольстительная в своем амплуа женщины-вамп. Но сейчас он на эту гадину и за миллион баксов не позарился бы. А руки так и чесались припечатать размалеванную морду о капот кабриолета.

— Вижу, ты меня запомнил, — продолжила скалиться девка.

— А ещё я запомнил, как запихивал в твою пасть противозачаточную таблетку!

Лаура слегка поморщилась.

— Меня потом вырвало. Случайно.

Вот же… сука! Булат тщательно принюхался, но от волчицы не пахло ложью. Только брезгливостью и страхом. Лаура пыталась их спрятать, но ее звериная часть была слишком слабой. И дохрена плодовитой!

— А купить новые таблетки мозгов не хватило?!

— Ой, да ладно! Я потом вырубилась… Забыла! А через две недели оказалось, что эта… — глаза волчицы нехорошо сверкнули, — …что эта девочка уже зацепилась. Маленькая тварь…

— Закрой пасть, ты, паскуда одноразовая!

Кажется, даже Лаура растерялась, когда рыжая козочка бесстрашно выпрыгнула из-за его спины и сделала шаг вперёд.

— Ползи обратно в свое гетто, нищебродка, — рассеяно, скорее, по привычке, отозвалась волчица.

Малышка фыркнула. Зло и обидно.

— От нищебродки слышу! Что, на машинку покруче насосать не получилось?

Лаура оскалилась. Холеное лицо исказила гримаса ненависти.

— Ах ты… — взмахнула когтистой рукой. — Ай, пусти! — заверещала, когда Булат блокировал удар.

— Не смей. Ее. Тр-р-рогать, — прорычал, стискивая запястье так, что девка побледнела от боли.

— Что, на человечек потянуло, альфа недоделанный? Нормальны волчицы уже не дают?! — шипела, пытаясь выдернуть когтистую лапу, а Булат отчаянно мечтал свернуть дуре шею и выкинуть из своей жизни навсегда.

— Потянуло, Лаура. Потому что тошнит от тварей вроде тебя. Зачем приехала? — оттолкнул взвизгнувшую стерву.

— Булат, ну ты что, не видишь? — елейно заворковала рыжая. — Никому эта шаболда пучеглазая не нужна, вот и побирается, где может.

Оборотницу затрясло, а Булат не мог сдержать смешка — ай да рыжуля!

Глаза у Лауры действительно были слегка на выкате, и маленькая язвочка очень точно ударила по образу безупречной красотки.

— Смотри, как бы тебе побираться не пришлось, тварь ржавая, — зарычала волчица.

Ванесса продемонстрировала средний палец. Небрежно и со вкусом. Умная девочка!

— Зачем приехала? — повторил Булат.

Волчица глубоко вздохнула и кое-как выдавила улыбку:

— За ребенком. Я несколько, эм-м-м, погорячилась, отказавшись от девочки…

Внутри все окаменело. Черт… Неужели?!

— …Давай ты подпишешь отказную и навсегда о нас забудешь, окей? Готова заплатить за беспокойство, — еще шире улыбнулась Лаура. — Ну же, красавчик. Тебе ведь не нужны все эти проблемы с распашонками и подгузниками?

Булат медленно перевел взгляд на Мэри. Все эти кормления по ночам, чертовы зубки, писк, вонь и похеренное время могут пропасть по щелчку пальцев. А вместо них — свобода, по которой он так безумно скучал.

— Не нужны, — вытолкнул из себя. — Не нужны мне проблемы, но только не с Мэри, а с тобой! Пошла к черту!

И, подхватив рыжулю под локоть, зашагал в дом.

* * *

Мэри сладко сопела на диванчике. Длинные ресницы бросали тень на щечки, на голове живописный беспорядок, а в приоткрытом ротике видны клыки. Такая милашка!

— Красивой вырастет, — тихонько вздохнула Таня. — И сильной.

Она приехала сразу же, как только исчез Булат.

Альфа минут десять метался по дому, а потом опять сбежал. Виктория боялась, что он поехал за Лаурой, но нет — мужчина развернул байк в строго противоположную сторону от направления, в котором укатило серебристое авто.

А Виктория впервые не рискнула открыть рот. Сидела, забившись в угол, и старалась не смотреть на злого, как черт, альфу. Сейчас он действительно казался опасным. И его ярость готова была выплеснуться на любого, кто под руку подвернется, но в итоге мужчина предпочел исчезнуть.

Как всегда.

— Он же хотел ее отдать, — прошептала Виктория. — Я чувствовала это!

Малышка беспокойно закряхтела и нахмурилась. Будто слышала осторожный разговор и все понимала.

— Пойдем, — легонечко двинула локтем Таня. — Разговор есть.

Виктория поморщилась, растирая ушибленный бок. Ну и силища!

Они тихонько вышли из комнаты и направились в кухню.

— Мне, конечно, до Булата далеко, — Таня выставила на плиту турку, — но кофе я варить немного наловчилась.

А Виктория против воли вспомнила самый вкусный омлет в своей жизни.

— Так странно, — пробормотала, расправляя несуществующие складки на скатерти. — Ну то, что Булат готовит, эм-м-м, неплохо.

— Неплохо? — хохотнула волчица. — Да наш альфа уделает по этой части любого шеф-повара! Готовить он умеет и любит…

Ого, неожиданно!

— …а еще он мог бы стать хорошим отцом, — тихо закончила Таня.

— Так стал бы!

Но волчица покачала головой:

— Тема семьи для него — неприятная тема. На самом деле то, как он себя ведет — обычное бегство, но разве этот баран послушает?

Любопытство жгло хуже, чем Каролина Рипер (прим. автора — один из самых острых перцев). Почему сбежал? От кого? Ох, о чем это она? Конечно, от девушки! И сколько Виктория ни кусала губы, а вопрос вырвался сам собой:

— Его бросили?

Таня хмыкнула:

— Нет. Все гораздо проще и сложнее одновременно. Прости, я не имею права рассказывать.

Пришлось выдавить из себя подобие улыбки. А чего она ждала? Волчица не станет швыряться тайнами друга, это понятно. Но как же хотелось узнать хоть немного больше!

— Понимаю, — кивнула, принимая из рук оборотницы кружку. — Тогда, может, ты знаешь, почему эта… тварь пучеглазая все-таки родила? Зачем ей?

Таня присела напротив. Нахмурила тонкие удивительно аккуратные брови и невесело хмыкнула:

— Ты ведь знаешь, что волчицы залетают довольно трудно?..

Виктория кивнула. Да, есть такое. Бесплодие встречалось у двуликих буквально в каждом четвертом случае. Что-то там связанное с особенностью строения и регенерацией. Но сильно в этот вопрос Виктория никогда не вникала.

— Все из-за нашего иммунитета, — продолжила оборотница. — Организм женщины не рад «вторженцам», будь то сперматозоиды или подсаженные эмбрионы. Поэтому если происходит зачатие, волчица старается сохранить плод. Аборт может быть фатален. Более того — обычная травма…

Таня осеклась. Глянула так, что у Виктории сердце в горький комок сжалось.

— У тебя тоже травма была, да?

— Пулю животом поймала, — кивнула женщина. — Глупо получилось. Очень глупо… А в местах ранений иммунитет оборотня действует особенно агрессивно.

Стул превратился в раскаленную сковородку. Хотелось вскочить и броситься утешать несчастную женщину, но Виктория не шелохнулась. Только сильнее стиснула кружку.

— И никак не исправить?

— Ну, если у тебя нет за пазухой мужика-омеги…

О, Господи… А вот сейчас разговор свернул в очень опасное русло! Есть у нее такой! Но как бы ни было жаль Таню, а Локки подставлять Виктория не собиралась.

— Они редкие очень, — ответила максимально нейтрально.

— И очень дорогие, — подвела итог оборотница. — Все потому, что их живчики умеют маскироваться. Обманывают иммунитет любой волчицы — сильной или слабой — и спокойно добегают до яйцеклетки. Ладно, не будем о грустном. Что касается Лауры, у этой суки хреново с волчьим «я», раз уж получилось залететь от случайной встречи…

— Постой-постой! Но разве это плохо? Слабая волчица — больше детей. Э-э-э, щенков. Вам выгодны слабые!

Но Таня покачала головой:

— Только в первом, максимум втором поколении. Понимаешь, если слабые плодят слабых, то происходят необратимые изменения в худшую сторону. Это касается и фертильности…

Как все сложно! Заметив ее ошалелый взгляд, Таня протянула руку и успокаивающе хлопнула по плечу, чуть ключицу не переломила:

— …Не заморачивайся. Просто знай, что слабость у нас не в почете, даже несмотря на некоторые бонусы. К слову, весьма мелкие. Шанс залететь у слабой волчицы выше, но не намного. Что касается этой шалавы — ей дети явно поперек горла. Но по нашим законам, если щенок потенциальный отказник, родителей обяжут провести с ним по месяцу, чтобы проснулись родительские инстинкты.

— Да где эта тварь и где инстинкты! — не выдержала Виктория.

— Вот это настораживает больше всего, — согласилась волчица. — Девка врубила заднюю. Лично прискакала сюда требовать щенка обратно. Я тут по номерам пробила владельца тачки… Эта тварь из стаи Ларса Тэйлора. Тот еще мудила. Метит в политики… Будут проблемы.

От тона сказанных слов бросило в холод и жар одновременно. Черт… Только этого дерьма ей не хватало! Ох, звонок Локи отменяется. Здесь становится слишком жарко.

* * *

В сумочке настойчиво вибрировал мобильник.

Лаура до боли стискивала кулаки, но никак не могла избавиться от глубочайшего отторжения и злости, знкомых ей с детства слишком хорошо.

Глубоко вздохнув, она все же вытащила телефон.

— Надеюсь, ты справилась, — прозвучал в трубке ненавистный голос.

Тэйлор — она никогда не называла альфу отцом — говорил спокойно. Но Лаура задницей чувствовала — ублюдок недоволен.

— Я работаю над этим, — ответила осторожно.

— У тебя неделя, — зарычал Тэйлор. — Мне эти качели на хрен не сдались. Или ты привозишь ребенка, или ляжешь под Саймона, поняла?

— Да…

Но в трубке уже шли гудки.

— Мр-р-разь конченая, — зарычала, запихивая телефон обратно в сумочку.

И куда опять делись сигареты?!

Лаура раздраженно искала пачку, но руки дрожали, а внутри скручивало от злости так, что хотелось орать.

Как?! Как она могла просрать свой шанс на свободу?!

— Черт, — выругалась, зажимая сигарету между клыков.

Когда она узнала, что беременна, то хотела бежать к врачу. Плевать на последствия! Она никогда не хотела детей и готова была прожить без них всю оставшуюся жизнь, но Тэйлор узнал о ее задумке и встал на дыбы.

У альфы, видите ли, были планы! Решил сторговать ее извращенцу Саймону, плешивому недо вожаку с раздутым, как его брюхо, эгом! Династический, мать его, брак!

С участием той, которую продать не жалко.

Лаура зло фыркнула.

Она тоже была «залетной». Незапланированной, непризнанной, но до поры до времени Тэйлор обеспечивал хотелки внебрачной дочери.

Жалкие подачки! У сводных брата и сестры всегда и все было круче! О, как это бесило! И Лаура использовала любой момент, чтобы насолить золотым деткам. Однажды попалась…

В горле сделалось сухо. Тогда впервые пришлось прочувствовать тяжелую руку альфы. Ее избили до обморока, но так, чтобы без серьезных повреждений. Чтобы рожать могла. И аборт не дали сделать по этой же причине.

Отправили подальше, чтобы не отсвечивала пузом, и приставили охрану. Пришлось носить гадину в себе. Забыть о тусовках, мужиках и вообще — у нее фигура испортилась! Черт, надо же было так лохануться с таблеткой! И вообще с этим узкоглазым, чтоб он сдох! Презерватив у него порвался! Конечно, с таким конским хером…

Между ног приятно заныло. Трахался альфа неплохо, очень даже! Она его выбрала по габаритам и не ошиблась — между ног у оборотня оказался полный порядок. Но за полчаса удовольствия пришлось расплачиваться девятью месяцами ненависти. А потом болью… Рожать тоже ни хрена не сахар! За такое ей полагалось минимум новое авто!

Лаура раздраженно выдохнула дым.

Ничего, она все наверстает.

Зря, конечно, подписала отказную, но растить щенка Лаура не собиралась, аТэйлор метил в политику и образ примерного семьянина никак не вязался с внучкой от нагулянной дочери. Папарацци с удовольствием бы ухватились за любой скандал. К тому же генетика… По всем признакам, девка должна была вырасти слабой! Она почти не плакала, еле шевелилась и плохо набирала вес. Тэйлор одобрил просьбу избавиться от бракованного щенка.

Все сделали по-тихому и задним числом, конечно.

Сначала Лаура обрадовалась, что не придется копаться в подгузниках. Но как только девка съехала в приют, ее — Лауру Смит — опять вызвали на ковер к альфе. Знакомить с будущим женихом.

— Ненавижу, — прошипела, сминая сигарету.

Она не товар! Сама себе хозяйка и достойна красивой жизни! С такими заявлениями и рискнула сунуться к Тэйлору. Но ее и слушать не стали. Альфа сразу пригрозил круто испоганить ей жизнь, если станет артачится. Обещал выставить из стаи и отправить на работу поломойкой.

Скатиться в нищебродки? Никогда! Но и смириться с тем, что ее продали, Лаура не могла.

И стала искать варианты, конечно… А через неделю до нее дошли слухи, что девчонка, оказывается, не такая уж и слабачка! В реестре отказников появилась заметка, что засранка обернулась, а значит и ее ценность резко скакнула вверх.

Тэйлор об этом тоже пронюхал. Лаура никогда не понимала его дурной привычки посматривать за своими отпрысками — сама бы она давно забыла.

А впрочем, это сыграло на руку.

Альфа решил, что сильную волчицу удасться пристроить выгодней, и приказал вернуть ребенка. Тихо и без лишней возни. Поставил сроки, и если не получится — ее, Лауру Смит, ждет ненавистное замужество!

— Ни хрена, — пробормотала, вминая бычок в землю. — Этот ребенок — мой.

И если ускоглазый придурок не хочет по-хорошему, значит, будет по-плохому.

Лаура задумчиво огляделась вокруг.

Скучный тухлый городок с тошнотворно-милыми людишками. Наверняка они не в восторге от предстоящего мероприятия… И не будут против, если оно не состоится.