Глава 9

— Это средневековье! Что значит — обязаны соблюдать? Я живой человек! И вообще… А, черт!

Зашипела, сунув в рот уколотый палец. Ну вот кто хранит банку гвоздей без крышки?!

Виктория позорно шмыгнула носом. Ее попытка насолить оборотню обернулась очередным провалом! Инспекторша, которая вроде бы играла за команду девочек, вдруг взяла и подгадила всем! Заставила работать вместе с оборотнем!

Виктория осторожно выглянула из-за стеллажа да так и застыла, беззастенчиво любуясь открывшейся картиной.

Альфа стоял к ней спиной. Черная майка облепила торс как вторая кожа, подчеркивая ширину плеч и гармонично проработанные мышцы. На такой спине как на кровати спать можно, еще и место останется. Взгляд скользнул выше, по мощной шее и небрежному пучку на макушке. А под кромкой волос татуировка… Вот бы рассмотреть ближе! Виктория нервно переступила с ноги на ногу.

— Проблемы? — вдруг прогудел альфа.

Виктория юркнула обратно. Затылком он видит, что ли? А щекам почему-то жарко, как будто ее на непристойном поймали.

Да подумаешь! Просто… Просто ее удивляет сила оборотня, вот и все. Онбуквально за несколько часов все разгреб! Мешки шпаклевки таскал, словно они вообще ничего не весили — по несколько за раз, а она с трудом один ворочала…

Виктория повертела головой и взяла с полки банку краски — холодненького к лицу приложить. А лучше — за шиворот вылить. Нельзя ей на мужиков смотреть! Тем более оборотней. Как только член альфы окажется внутри — железа в гипоталамусе начнет работать на полную катушку. Лекарство будет действовать с каждым разом все хуже, а через месяц-полтора и вовсе перестанет!

Пришлось куснуть себя за щеку, чтобы избавиться от картинок, мелькнувших перед глазами. Воображение упорно рисовало обнаженного альфу, а рядом — ее. Схваченную и обездвиженную в стальном капкане объятий.

— Черт, — зашипела, вытаскивая очередную банку.

О чем она только думает?! Хоть бы Кнопка заплакала, и дала предлог сбежать из этого тесного склада, где они целое утро порядок наводят.

Виктория вздохнула. Ничего не сделать! Поисковик подтвердил слова инспекторши — если надзорный орган решал привлечь к участию в судьбе ребенка третьих лиц, то те обязаны подчиниться. Оплата тоже оговаривалась. Что ж, хоть это неплохо… Деньги ей нужны.

Повертев банку так и сяк, Виктория переставила краску ниже. Ходовой товар ведь. Наверное…

Задумчиво оглядев стеллажи, она решила проверить заодно и самые верхние полки. С ее ростом не разгуляешься… А вот оборотень мог на цыпочки встать и все увидеть. Или ее подсадить… Виктория рассержено цокнула и схватилась за стремянку. Сама посмотрит!

Лесенка нехорошо шаталась, но если сделать все быстренько… Ага, так и есть! В дальнем углу поблескивали три небольших баночки. Виктория крепче ухватилась и протянула руку.

— И-и-и! — бросился в лицо комок мрака.

— Ай! — отшатнулась инстинктивно.

Под ногами хрустнуло, и Виктория полетела вниз. Испугаться не успела, только зажмуриться. Сейчас будет больно! Но прошла секунда, две, а больно почему-то не становилось. И пол под ней странно теплый и… приятный?

* * *

Рыжая распахнула глаза, и Булат завис. Вместо того чтобы стряхнуть с себя девчонку, лежал и как дурак рассматривал удивительно огромные глазищи. Блюдца настоящие! А в орехово-карей глубине мерцают янтарные искорки. Засмотреться можно… Будто на костер или звезды.

Сердце обожгло воспоминанием, как он совсем мальчишкой валялся на траве, а в ночное небо рвались языки пламени, чтобы потом рассыпаться на маленькие яркие точки. Они летели высоко-высоко, к звездам, танцуя под тревожно-тянущие звуки песен степей и снегов.

Пальцы дрогнули, крепче сжимаясь на девичей талии, гибкой, как лозинка…

Малышка соблазнительно прикусила губу, и на этот невинный жест у него в штанах все окаменело. Волк так и взвыл. Всеми лапами толкнул схватить рыжую козочку крепче, подмять под себя и…

— Милые-е-е! Пора обедать!

Девочка рванула так, что он едва отпустить успел — иначе бы кисти вывихнул.

— Клешни прибери! — швырнула зло, а у самой щеки красные и губы дрожат.

Булат поднялся на ноги. Отлично вообще! Вместо «спасибо» его снова обхаяли.

— Без моих клешней, детка, ты бы сейчас зубы собирала, — потер ушибленное плечо.

И ведь едва подхватить успел! Заметил краем глаза, как рыжая на стремянке балансирует, а потом тело само среагировало. Ну, а дальше… подумаешь, повалялись чуть. Не приставал ведь даже. Не трогал нигде.

— Мои зубы — не твое дело, — огрызнулась заноза.

— Заметано. В следующий раз хоть шею себе сверни — не гляну.

И Булат направился к выходу.

* * *

Пальцы дрожали так, что Виктория не сразу застегнула эрго-рюкзак. Мэри не пискнула — она вообще весь день вела себя тихо. И это кстати! Потому что сейчас успокоить младенца у нее бы вообще не получилось! Самой бы перестать трястись.

Пришлось тихонько выдохнуть. Достала баночки… молодец, Виктория! Заодно и на оборотне повалялась. И то, как смотрел на нее Булат…

Внизу живота сладко екнуло, а в груди занемело от страха. Собственная реакция на тягучий, как черная патока, взгляд, пугала до трясучки. Ей ведь хотелось попробовать! Наклониться и припечатать мужские губы поцелуем, чтобы еще полнее ощутить внезапную близость. Животная энергетика альфы пробралась под кожу и взбудоражила нервы волной непристойных мыслей.

Виктория хмуро глянула на стоявшего около стола оборотня. Вот где он харизмы такой набрался? Даже миссис Рассел очаровать успел — за обедом та пихала в оборотня все, что под руку попадалось, и цвела от сдержанной похвалы, как майская роза.

— Вы такой приятный молодой человек… — проворковала старушка, вручая мужчине пакетик пирожков.

Не выдержав, Виктория отвернулась. Этот приятный молодой человек не умеет держать при себе руки! На талии до сих пор горело ощущение крепкой хватки, и сам он весь такой приятно-горячий.

Виктория тихонько кашлянула. Наверное, надо было слушаться Локки и начать колоть себе препарат, подавлявший либидо. Только организм свой жаль, и так уже на блокаторах сидит, зачем сверху нагружать? Да и ради кого? Ради рыцаря этого блохастого? Поймал он ее, видите ли… Мог бы не утруждаться!

Внутри тихонько заскреблась совесть, но Виктория проигнорировала внезапный порыв. Подумаешь! Оборотень вообще-то ей должен! За нервотрепку…

Домик миссис Рассел они покинули в абсолютном молчании. Булат сразу взял курс на центр — отсюда пешком минут сорок, и очевидно, что за руль альфа не спешил.

— Я не успеваю, — пропыхтела, пытаясь подстроиться под широкий шаг.

Ответом стала тишина, но скорость мужчина сбросил. Так-то лучше!

Виктория вздохнула свободнее. Вернее, попыталась. Холодная отчуждённость альфы тревожила сильнее, чем хотелось бы. Казалось, Булат просто не замечает ее! А заодно и те сальные взгляды, которыми его награждали встречавшиеся на пути дамы.

Виктория поджала губы. Ей вообще все равно!

Но внутри медленно разрасталась тяжесть. И ей это чертовски не нравилось!

Занятая самокопанием и попытками оправдаться перед собой, она не заметила, как подошла к очень знакомому бару «24/7».

— Жди здесь, — скомандовал альфа. — Скоро вернусь.

— Я тебе не комнатная собачка! — огрызнулась Виктория, но оборотень как будто ее не слышал — развернулся и зашел в бар.

И вроде бы полегчать должно — последнее слово за ней осталось, но Виктория вновь почувствовала себя отменной скотиной.

— Обидчивый какой, да, Мэри? — пробормотала, усаживаясь на скамейку.

Девочка ответила ей слюнявой улыбкой. Ужасно милая в своем лаймовом комбинезоне, она сосредоточено изучала пальцы и казалась вполне довольной жизнью.

Виктория поправилась так, чтобы волчица оказалась в полусидячем положении. Маленькие оборотни развивались гораздо быстрее человеческих детей, и пусть малышке было чуть больше месяца, она уверенно держала головку и пыталась перевернуться. Инспекторша обмолвилась, что физическое развитие волчат зависит от оборота. Те, кто послабее, больше соответствовали человеческим нормам, а такие как Мэри к шести месяцам могли уверенно бегать.

— Разрешите? — прогремел над ухом раскат грома.

Она чуть инфаркт не схватила.

— Господи! Вы… чего вы крадетесь?! — прижала малышку к себе. Мэри недовольно закряхтела.

А мужчина широко улыбнулся, демонстрируя безупречный клыкастый прикус. Еще один оборотень… Вот счастье какое!

— Простите, но вы были так заняты…

— Прощаю, — буркнула, подвигаясь в сторону.

Мужчина буквально упал на освободившееся место и ослабил шейный платок самой ужасной расцветки.

— Милая крошка, — кивнул на притихшую волчицу.

Казалось бы, ничего такого, но Виктория еще сильнее загородила ребенка собой. Мало ли что на уме у этого типа! Да и выглядит он как-то странно, даже для оборотня. Рваные джинсы, пальто, перстни на пальцах всякие экзотические… А на голове соломенный бардак. Панк, что ли?

— Спасибо, — ответила с прохладцей.

— Я Тимми, — мужчина протянул ей худощавую ладонь.

— Ванесса, — представилась, осторожно пожимая руку.

— А юная леди…

— Мэри.

— Чудесная крошка! Вы ее нянька?

— Типа того, — пробурчала, с подозрением осматривая незнакомца. — А вы кто такой?

Оборотень неопределенно махнул рукой и опять улыбнулся. Блаженный какой-то…

— А-а! А-а! — встрепенулась вдруг волчица. — А!

— Оу, тебе интересны блестяшки? — заворковал «панк» и охотно снял пару колец. — Прикольные, правда? — потряс ими над ребенком.

Мэри восторженно запищала и протянула пухлые ручонки.

— Эм… Вы бы конечности прибрали, господин хороший, — осадила Виктория, пытаясь незаметно отсесть от незнакомца. — Я девушка нервная, полицию позвать могу…

Мужчина расхохотался.

— Полицию? Ну, зовите. Объясню им, что решил поиграть с ребенком.

— Что вы решили, у вас на лбу не написано, — процедила сквозь зубы. — Незнакомый оборотень странноватого вида даёт в руки младенца потенциально опасные предметы. Держите бижутерию при себе.

Ответом ей стал очередной взрыв хохота. Искреннего и от того ещё более обидного.

— А вы очень внимательная нянька. С зубками.

— Вы зубки ее, — кивнула на Мэри, — папочки не видели. Он вам голову откусит за свою крошку.

Виктория всего лишь хотела припугнуть. Рассчитывала, что мужчина встанет и уйдет, но никак не на простодушное:

— Мистер Чаргоджаев, что ли? Удивлен, что он такой заботливый отец. Что он вообще отец.

Виктория тихонько ойкнула.

— Вы знаете Булата?

Мужчина фыркнул. А в следующую секунду из бара вышла целая команда «панков» во главе с альфой. Тимми резво вскочил на ноги.

— Я передумал, — объявил, встряхивая соломенной гривой. — Выступаем!

Чернющие брови альфы поползли вверх, а стоявший рядом мужчина, похожий на встрепанного клерка, нахмурился.

— Ты уверен, Тим?

— Ха-ха! Ещё бы! Ах, как давно меня не пытались отшить такие прекрасные девушки….

Виктория удивлённо моргнула. Что это все значит? Балаган какой-то…

— …Прямо ностальгия взяла, ха-ха! — продолжал радостно вещать Тимми. — Никому неизвестный оборотень-одиночка оббивает пороги музыкальных студий… Уже на ресепшне мне так и норовили дать под зад. М-м-м, веселое было времечко!

И вот тут до нее дошло!

— Вы — Тимоти Рочест! — ахнула, ругая себя за тупость. — Солист и основатель «Грэй Хаус»!

Мужчина отвесил ей шутовской поклон.

— Рад познакомиться, леди. Так что насчёт полиции?

На нее устремилось семь внимательных и напряжённых взглядов. Ждут извинений? Как бы не так!

— Мое предложение в силе, мистер Рочест, — фыркнула Виктория. — В следующий раз постарайтесь вести себя более аккуратно и не подкрадываться, как тень!

Ей досталось игривое подмигивание.

— Договорились, милая Ванесса. Жду вас на выступлении. Вместе с Мэри, разумеется, — и, развернувшись к музыкантам, замахал сразу обеими руками. — Погнали, парни, погнали! У меня отличная идея для песни… Это будет хитом! Ха-ха!

Пестрая компания исчезла в непрезентабельного вида грузовичке, и на улице вновь стало тихо.

— Ну и что это было? — развернулся к ней альфа.

А Виктория… она пожала плечами.

— Без понятия. Видимо, мистер Рочест любит, когда его динамят.

Альфа хмыкнул. И посмотрел на нее очень странно, будто на редкий экспонат.

— Охренеть. Ты не узнала солиста «Грэй Хаус»…

Виктория поморщилась:

— Предпочитаю бессмертный рок.

— Они и играют рок. Хеви, глэм… Неважно. Черт, Тимми согласился выступать! Шикарно…

И альфа довольно хмыкнул. Закинул руки за голову, а ей пришлось отвернуться.

— С тебя новая соска и подгузники, — пробормотала, поправляя волчице комбинезон. — Это все Мэри.

Булат хмыкнул. А потом протянул руку и потрепал волчицу по макушке. Девочка так и вскинулась! Протянулась вперед, пробуя ухватить альфу за палец. Разулыбалась.

У Виктории сердце в комок сжалось. А ведь малышка действительно его чувствовала! Тянулась к отцу, несмотря на то, что он эгоистичный засранец.

Альфа резко шагнул назад. Отвернулся, но огромные плечи казались неестественно напряженными и развернутыми.

— Пойдем, — кашлянул глухо. — Нам ещё надо …

— Булат!.. — из бара вылетела Таня.

И она там была? Прямо штаб квартира… Виктория посторонилась — этот танк в юбке и задавить может, тем более по сторонам волчица не смотрела.

— …Булат, — практически вплотную подскочила к мужчине. — Около дома Кристофа… проклятье, там, кажется, эта сука… Мать Мэри! Черт, парень… Только не отдавай ей ребенка!

Внутри противно ёкнуло. Виктория прижала к себе малышку и глянула на застывшего оборотня. А он… он просто отвёл глаза.