Глава 28

Сломанный автобус, дождь и батарея на нуле. Да сегодня просто великолепный день!

Виктория медленно брела вниз по улице, надеясь добраться до остановки или хотя бы поймать такси, но, как назло, на окраине даже обычные машины встречались редко.

Проехалась, называется!

Осталось только споткнуться на ровном месте и ногу сломать!

Порыв холодного ветра толкнул в бок, а ливень стал гуще.

Виктория оглянулась по сторонам. Кажется, пять минут назад она проходила мимо кафешки. Стоило бы вернуться и переждать дождь… Или нет.

Из-за угла показались две рослые фигуры.

Оборотни!

Ей хватило одного взгляда, а в следующее мгновение Виктория торопливо шла прочь, стараясь не сорваться на бег.

Может быть, это просто прохожие. Мало ли в Кагари двуликих? Тут обитает целых три стаи и множество одиночек. Поэтому они с Локки не сунулись в центр, и наверняка эти, что сейчас за спиной, просто свернут на очередном перекрестке в другую сторону.

Но этого не случилось ни через сто метров, ни через двести. Виктория поворачивала направо — оборотни тоже, она через дорогу — и они следом.

Во рту нарастала тошнотворная горечь. Сомнений не оставалось — ее нашли! Только бы суметь сбежать! И предупредить Локки!

— Эй, крошка! — ударил в спину насмешливый рык.

И Виктория не выдержала. Понеслась вперед, что было сил. Ей надо выбраться туда, где есть люди! Или полицейские! Оборотни не рискнут напасть, им не нужна шумиха! А мечущийся взгляд выхватил черную кляксу байка, возникшую на горизонте. Ее окружили!

Виктория шарахнулась в какой-то переулок и сломя голову понеслась между домов.

Сердце грохотало, как сумасшедшее. От страха трясло, ноги подкашивались, а за спиной рычали преследователи.

Ее гнали, как добычу, все дальше и дальше, пока не загнали в тупик.

— Нет, нет! — забормотала Виктория, оглядываясь по сторонам. Как она здесь очутилась?! Глухой забор — с одного бока, дом — с другого, между ними — ограждение.

Это же… Это невозможно! Там должен был быть проход! Точно!

Виктория бросилась к стенке и завертела головой в поисках хотя бы ящика или чего-нибудь, что могло бы помочь преодолеть ограждение. Все не может закончится так… так глупо. Только не с ней!

— Куда же ты бежишь, кр-р-рошка…

Издевательский рык заставил развернуться и вжаться в препятствие всем телом.

От камня тянуло холодом и сыростью. Виктория могла сосчитать каждый кирпичик — так больно они врезались в кожу, но все равно пыталась проломить стену или хотя бы раствориться в ней, только бы исчезнуть из этого чертового переулка.

Тупик. Она в ловушке, и рычащие в паре футов оборотни явно не настроены на разговор.

— Послушайте, — голос сорвался на противный фальцет, — это… это ошибка!

Никакой ошибки, они все прекрасно знали. Ее тупость против мстительности богатенькой стервы — ох, разве она могла победить?

— …Я не понимаю, что вам надо…

Жалкая попытка потянуть время. Ради чего? Несколько секунд, прежде чем ее раскатают по асфальту, но перед этим… Виктория облизнула пересохшие губы.

Возможно, уже через минуту ее запах станет по-настоящему осязаемым. И два бритоголовых качка утроят ей секс-марафон до смерти… Крупные волны озноба сотрясли мучительной дрожью, а в горле толкалась тошнота.

Виктория тяжело сглотнула. Она все сделала правильно. К черту попытки втиснуться в отведенные для нее рамки. И все, что она себе надумала — ложь. Добровольно мужчина никогда не согласится принять на себя ответственность в виде детей и тем более брака, но проклятье… Сейчас она готова была мчаться обратно, ведь лучше роль вынужденной любовницы, чем хладного трупа.

Оборотни подступили на шаг ближе. Синхронно оскалились в гаденькой усмешке и потянули носом.

Господи, до чего мерзкие! Она не выдержит даже одного их прикосновения!

А по коже вдруг скользнуло фантомное ощущение горячих, слегка шершавых ладоней. Словно альфа стоял за спиной и крепко удерживал за плечи, не позволяя упасть. И снова шептал те слова, от которых за спиной вырастают крылья, а голова кругом. Но сейчас ее качало от страха.

— Вам нужны деньги? — просипела, осторожным шажком двигаясь ближе к правой стене. Кажется, там лежал кусок арматуры. — У меня есть много денег…

Ответом стал обидный смешок:

— Деньги ты тоже отдашь, — открыл пасть один из тварей. — Как только развлечемся пару раз.

На глаза навернулись слезы. Никогда еще Виктории не было так страшно. Пальцы словно изо льда, а по венам вместо крови хлещет паника и адреналин. Куда она вляпалась? Ведь знала, что ничем хорошим это не закончится! Что ей нельзя связываться с альфой и тем более вестись на его уловки. Но когда говорит сердце — разум молчит.

Виктория позорно шмыгнула носом. Так, надо собраться! Сделать хоть что-нибудь…

Но под коленками копилась противная слабость, и мышцы совсем задубели.

Один из оборотней сделал еще шаг и вдруг замер. На тупорылом лице промелькнуло удивление.

О нет! Нет, только не это!

— Ты! — захрипел, жадно втягивая воздух. — Ах ты, маленькая…

В ушах зашумело так, что последние слова Виктория не расслышала. Низко зарычав, ублюдки бросились к ней, и она пригнулась, инстинктивно отворачиваясь и обнимая живот.

А в следующее мгновение над головой что-то хрустнуло.

* * *

Волк оглушительно взревел, и вдоль позвоночника протянуло такой болью, что на мгновение Булат ослеп. А когда пришел в себя, один из оборотней уже не дышал, разорванный буквально напополам, а в когтях хрипел второй. Смотрел безумными глазами, дергался, пытаясь освободить горло, но зверь медленно сжимал пальцы, наслаждаясь агонией жертвы.

Жадно наблюдал, как когти все глубже входят в податливую плоть, и по бычьей шее оборотня стекают кровавые капли.

Во рту сделалось сухо от жажды. Зверь облизнулся, предвкушая кровавое развлечение, но вдруг слуха коснулся слабый стон.

Виктория!

Ярость потухла мгновенно, уступая место такому же невыносимому желанию оказаться рядом с избранницей. Зверь тряхнул добычу и отшвырнул прочь, а сам одним гибким движением очутился около самки.

Ноздри затрепетали, улавливая крепнущий с каждой секундой аромат, и зверь тихонько заскулил.

Как она пахла!

Дикой малиной и свежестью степного ветра, вобравшего в себя пряные нотки трав. Как щенку, хотелось упасть на спину и выкупаться в этом аромате от носа до хвоста! А потом подсунуться ближе и облизать еще плоский животик, в котором пряталась новая жизнь.

Зверь нежно заурчал.

Виктория вздрогнула, чуть повернула голову и сдавленно охнула:

— Б-булат?

А у самой слезы из глаз хлынули.

Зверь тут же сгреб свою избранную в охапку и принялся вылизывать мокрые щеки. Зачем расстраиваться? Ублюдки мертвы, а они сейчас вместе сбегут отсюда в самое далекое и надежное логово, где никто их не потревожит.

Но самочка вдруг толкнула в плечи, попыталась избежать его прикосновений, словно ей было противно. В воздухе расцвели жгучие нотки ярости.

— Какого черта приперся?.. — зашипела, пытаясь отползти ближе. — Отвали от меня!

Зверь даже уши прижал. Заворчал обиженно. Чем недовольна его избранная? Он старался, вел глупую человеческую половину по нужному следу. Чутьем угадывал, где спряталась сладкая добыча, и едва не опоздал!

— …У тебя вон… Мэри есть, — уже рычала его избранная, а щеки снова мокрые. — Вали к дочери!

Из пасти вырвался жалобный скулеж. Он ничего не понимал! Дочь в безопасности, под надежной охраной строгой и сухой, как старая кость, волчицы. Разве самочка не рада этому? Он хорошо позаботился! Наверное, ей стоит объяснить….

Зверь недовольно засопел. Опять придется уступать тело глупому человеку!

Боль трансформации прошла фоном.

Булат вскочил, не забыв при этом подхватить на руки взвизгнувшую Викторию.

— Бежим, — прорычал торопливо. — Потом разберемся, какой херни ты себе успела навыдумывать.

И, не обращая внимания на возмущенное пыхтение, двинул подальше от этого чертового переулка.

* * *

Только, когда стих звук байка, Джин решилась выглянуть из своего убежища.

— Рыжая сука… — зашипела, стискивая кулаки.

Опять девка сумела выпутаться в последнюю секунду! Но как?! Как, черт возьми, альфа ее нашел? Когда успел?!

Лаура с ее связями и баблом еле достала записи дорожных камер. Сумела отследить, куда направляется парочка идиотов, и готовилась как следует с ними поиграть, но опять все просрала!

Мажорке нужно было сразу избавиться от рыжей! Не играть в хищницу, которая сначала доводит жертву до истерики и лишь потом берет за горло, а просто прихлопнуть девку в первом попавшемся переулке. Но вместо этого сейчас там лежало два трупа.

Джин бесшумно отступила за угол дома.

Она планировала наведаться в этот переулок спустя полчаса, чтобы увидеть оттраханную во все дырки человечку. Униженную, избитую и готовую грязь жрать, только бы спасти свою шкуру.

Но теперь пришло самое время сматываться. Это зашло слишком далеко, а ей придется убраться еще дальше, только бы не попасть под лапу разъярённому альфе и вожаку из Стаи Лауры.

Потому что ни один нормальный вожак не спустит убийство двоих оборотней без узаконенной дуэли — это прямое оскорбление.

Нет, она не хотела оказаться между молотом и наковальней. Шкура — важнее личных счетов, а человечку альфа однажды бросит…Вот тогда она — Джин — и напомнит о себе.

Волчица развернулась и быстрым шагом направилась к оставленному несколькими кварталами дальше авто.

Но прошла едва ли несколько ярдов — из переулка выскочила огромная серая волчица.

Джин не успела сдать назад и даже как следует удивиться. Буквально за секунду перед ней возникла злая, как сотня демонов, Таня.

— Ну пр-р-ривет, подруга, — зарычала сквозь клыки, а в следующее мгновение перед глазами взорвались фейерверки.

* * *

Волчица рухнула, как подкошенная.

Локки восхитится мастерскому хуку левой, но в это время он очень старался не смотреть на обалденно стройные, подкачанные ноги женщины и неожиданно тонкую талию.

Таня не стеснялась своей наготы, а он почувствовал вдруг неловкость.

— Ты помогаешь или как? — зашипела на него волчица, и ему пришлось подойти ближе.

Вместе они отволокли Джин к машине. Скрутили руки и закинули на заднее сидение.

— Всегда мечтала это сделать, — проворчала Таня.

Локки же изо всех сил пытался игнорировать роскошную грудь четвертого размера. С бюстом у волчицы оказался полный порядок. И даже лучше.

— Это твое, — проворчал, протягивая байку и штаны. — Зачем ты ее, — кивнул на Джин, — трогала вообще? Она вроде свалить хотела…

— Никто бы ей не дал свалить, — сквозь шуршание ткани ответила волчица. — Если в переулке трупы… А они там наверняка имеются, то Булату грозит дуэль и конский штраф. Лишний свидетель ни к чему…

В голову закрались нехорошие подозрения, но его легонько хлопнули по плечу.

— …Не загружайся. Никто ее убивать не будет, — Таня вышла из-за его спины уже одетая. — Посидит недельку в клетке, пока все не стихнет, подумает над своим поведением. Заодно с Булатом побеседует.

— А как выйдет на свободу — побежит к Лауре, — недовольно проворчал Локки.

— Не побежит, уж поверь. Булат ни хрена не милый лапушка. Сумеет заткнуть этой суке пасть.

И волчица села за руль. Собранная такая, деловая.

— …Едешь со мной или за Викторией? Адрес ты знаешь.

Да, он прекрасно знал адрес. Как и то, что Таня наверняка в курсе, кто перед ней. С большей долей вероятности Булат поделился секретом Викки с оборотницей, ну а та могла предположить, что омег не одна, а целых две.

Но Таня вела себя обычно. В карих глазах ни одного намека на жадность или интерес. А Локки чувствовал себя дешевкой, не достойной внимания королевы. Это … интриговало.

— С тобой, — проворчал, обходя машину и усаживаясь на переднее сиденье. — В любом случае альфа этот ваш сейчас разговоры разговаривать начнет.

Таня фыркнула, но от комментариев воздержалась. Оба понимали, какого рода беседа имеет все шансы состояться.