Глава 30

Убьет! Придушит собственными руками! Надерет татуированную задницу так, что сидеть не сможет!

Виктория металась по комнате, выискивая пятый угол

Какова ирония! Она опять в баре у Кристофа, куда ее доставили в тесном микроавтобусе, предназначенном для перевозки продуктов. Спрятали среди фруктов, специй и всего того, что могло дать сильный запах, перебивая аромат омеги. Наверняка идея Булата!

— Козел! — зашипела, стискивая кулаки.

В то утро ее разбудили совсем не поцелуи и вкусный завтрак. О, нет! Лохматая скотина сбежала! Вместо этого в кухне находились Таня и Локки.

Ее дружок что-то втирал волчице, а та слушала с улыбкой до ушей. Ну просто голуби, мать их так! Идиллия! Но, увидев ее, закутанную в простынь, оба резко прекратили обмен любезностями.

— Доброе утро, — первым начал Локки. — Твой, эм-м-м… то есть мистер Чаргоджаев ушел по делам. А нам надо убираться из Калгари.

Виктория даже растерялась сначала. Какие могут быть дела? Он о чем вообще?

Но тут подала голос Таня:

— Пришло время поставить точку в вопросе опеки над Мэри. Булату сильно подмочили репутацию, убийство, сорванный фэст… Есть риск, что девочку вернут мате-р-ри, — голос волчицы сорвался на рык. — Поэтому альфа попросил о помощи брата.

Виктория чуть не села, где стояла.

— Тимура?! Но… но…

— Они не ладят, — кивнула Таня. — Булат намерен оплатить беспокойство брата. Но я думаю… — женщина осеклась и привычным жестом покрутила между пальцами армейский жетон. — Неважно. Для альфы дочь — дороже прошлых обид. Он сделала правильный выбор. А нам пора уезжать.

И Виктории ничего не оставалось, как подчиниться.

Она только очень надеялась, что этим же днем Булат вернется и, может, даже познакомит с братом — о, сколько ей хотелось сказать этому Тимуру! — но ни вечером, ни на следующий день и даже через пять альфа не пришел!

Ей только показывали смс с телефона Тани. Всякие милые глупости и заверения, что все в порядке. Понятно, что сейчас им было лучше не созваниваться лично, но как же это оказалось невыносимо!

Первый день Виктория еще терпела. А на второй не выдержала — устроила волчице допрос с пристрастием.

И вот ее преувеличенно бодрое «Не парься!» окончательно взволновало и разозлило.

Виктория еле дождалась утра, чтобы позвонить инспекторше.

— Рада слышать вас, — приветствовала ее Чейз, словно ничего и не было. — Но утруждались вы зря. Идет процесс определения прав на ребенка. Это долго и постороннего участия не требуется.

Вот так Виктория узнала, что Булат сейчас в Ванкувере. Там же и Тимур, который так же претендовал на племянницу. Наверняка для Лауры это стало охренеть каким сюрпризом… Хотелось бы на эту стерву пучеглазую глянуть. Но приходилось сидеть на заднице ровно.

Виктория топнула ногой и решительно направилась в кухню.

Сегодня ее «сторожил» Локки. Чудесно вообще! Друг превратился в охранника, который чуть что — докладывал Тане! Нет, конечно, Виктория понимала, что ее запах сейчас слышен любому оборотню, но… Ох, черт. Она бы решилась на любое безрассудство, только бы быть рядом с Булатом.

Тихонько приоткрыв дверь, Виктория выглянула в коридор. Ее поселили на втором этаже бара. Множество запахов — отличная маскировка, но выходить она рисковала лишь глубоким вечером. И Локки, наверное, уже спит.

Но едва она сделала несколько шагов к лестнице, как ее остановило эмоциональное:

— Твою мать!

Друг отказался буквально за углом. И был определенно чем-то недоволен.

Послышалось глухое бормотание.

Да он по телефону говорит!

Виктория замерла и прижалась к стенке. Ну же… Ей достаточно хоть немного информации. Просто для спокойствия!

— …А он потянет?..

Внутри все оборвалось. Потянет? В каком смысле?

— …Да… Хреново. Еще и штраф…

Господи! Не выдержав, Виктория бросилась к Локки. Увидев ее, он попытался спрятать мобильный в карман и натянуть на испуганную морду подобие улыбки, но черта с два у него вышло!

Буквально прижав друга к стенке, Виктория выдрала из его рук телефон. Незнакомый номер… Очень интересно!

— Пикси, нет!

— Иди в… — не постеснялась указать вектор. — Слушай сюда, — это уже в трубку. — Не знаю, о чем шел разговор, но лучше бы тебе повторить его слово в слово, иначе клянусь, я тебя найду и придушу!..

В трубке многозначительно молчали, а ее на части рвало от ярости, беспомощности и страха. Дикий коктейль бил по мозгам и подначивал сделать хоть что-нибудь, только бы Булат оказался в безопасности. Он же… он снова будет отцом, в конце концов! И видит Бог, пусть только эта шкура вернется. Как миленький уйдет в декрет кашу детям варить!

— …Я слушаю! — рявкнула в трубку.

Ей достался тяжелый вздох и осторожное:

— Виктория, полагаю?

Она сразу поняла, кто это. Не по акценту, хотя он был ужасен. Голоса братьев были больше чем похожи, но Булат говорил резче и жестче. Смелее.

— А, Тимур-р-р Чар-р-ргоджаев! — зарычала не хуже волчицы. — О-о-очень приятно познакомится!

— Я уже понял.

— А я вот ни хрена не поняла, представляешь? И жду объяснений!

— Не думаю, что…

— Да ты никогда не думаешь. Особенно если это касается Булата! — крикнула в трубку.

Локки нервно икнул, а Виктория… Ей было плевать. Альфа или нет, но Тимур-Якут бесил заранее. Отказался от брата, предпочитая поверить какой-то шмаре! И сейчас наверняка от него никакой пользы!

— Постой, — ожила трубка. — Что ты имеешь в виду?

— Подумай на досуге, — зашипела, но голос предательски дрогнул. — Что с Булатом? Ну?!

Даже отсюда она слышала, как скрепят шестеренки в голове альфы. И он колеблется, сказать или нет. Ей оставалось лишь скрестить пальцы, ведь мужчина просто мог нажать на сброс. Но наглость — второе счастье.

— Хорошая новость в том, что Мэри с большей долей вероятности определят в мою Стаю…

Что?! Но Тимур… Он же из России! Отдать волчицу туда? Булат наверняка поедет за дочерью!

— …Это упростит в будущем возвращение прав на дочь…

Как будто он сейчас их не имел!

— …Сейчас Булат в слишком невыгодном положении, — угадал ее мысли Тимур. — Его ждет вызов на дуэль и штраф. Сумма очень большая.

Это семьи тех обмудков, что ее в переулок загнали? Какой штраф, какая дуэль?! Это же… это нечестно!

— Булат меня защищал!

— Это знаешь только ты. И подтвердить не сможешь.

Не сможет. Одна ее попытка всунуть нос обернется еще худшей катастрофой.

— Но вы чуете ложь!

— Булат — альфа. Очень сильный альфа. К нему данное правило не применимо.

Точно… Булат упоминал, что альфы могут солгать и сделать это правдиво. Виктория тяжело привалилась к стене.

— А ему много нужно… заплатить? — голос, как и ноги, дрожал.

И внутри стало ужасно холодно — ей точно не понравится ответ.

— Не беспокойся. Булат… Мы с ним справимся. Рад был поговорить.

— Стой! — но ее крик разбился о короткие гудки. — Да чтоб тебя!

Под коленками совсем ослабло, и Виктория сползла вниз. Деньги! Эти чертовы деньги… Еще и дуэль! Ей срочно надо что-то придумать!

— Эй, Пикси…

Локки присел рядом и обнял ее за плечи.

— …Все будет хорошо, вот увидишь…

И, не дождавшись от нее реакции, тяжело вздохнул:

— …Знаешь, пока ты была в Ричмонде, я успел сделать заначку. Для восстановления лаборатории. Этот твой, — поморщился, — альфа… он вроде не плохой мужик. А мы все равно не сможем вести прежнюю жизнь… Готов пустить деньги на благотворительность.

Щелк — и в голове сложился первый пазл.

— Благотворительность? — прошептала непослушными губами. — Благотворительность! Ну, точно!

Подскочив на ноги, Виктория понеслась в комнату. Там ее телефон, а в телефоне — номер Тимоти, солиста «Грэй Хаус». Который очень любит благотворительность…

* * *

Мэри охотилась за его пальцами. Прикусывала уже довольно чувствительно, но Булат не прекращал игру. Не только потому, что волк требовал общения.

Несколько дней пришлось провести вдали от дочери, а это оказалось нелегко. Однажды раздражавший своим запахом и криком комок вдруг превратился в нечто неотъемлемое. Родное. Булат еще вздрагивал от мысли, что теперь это беспомощное существо требует его опеки, но больше не хотел бежать от ответственности сломя голову.

Принять Мэри оказалось легко. Да и кому может не понравиться такая красотка?

— Придется купить много соли, кроха, — пощекотал носик девочки. — Женихов отстреливать.

Волчица мило сторожила ушки и смотрела не по-детски умно. Комитет валялся в экстазе, сраженный столь быстрым развитием щенка. Огромный плюс… И вдвойне отлично, что Мэри без особых проблем приняла Тимура. Так, тяпнула разок, чтобы границы обозначить, но потом милостиво дала взять себя на руки.

Сильная девочка.

Булат пошевелил пальцами, осторожно пытаясь выбраться из крепкой хватки клыков.

Тимур не мог не приехать. Булат его среди ночи поднял и сразу про дочь объяснил. Конечно, брат сорвался. Слишком правильный. Благородный… Им всегда родители гордились, в пример ставили.

Когда-то это дико бесило, а теперь… нет. Все выгорело без остатка.

Еще до поездки в аэропорт думал, что маску любезности придется держать, но стоило встретиться…

— Давно не виделись, — кривая ухмылка Тимура выдавала напряжения. А Булат смотрел на оборотня, затянутого в деловой костюм, и не чувствовал ни-че-го.

— Давно, — согласился равнодушно. — Пойдем, объясню ситуацию.

Челюсть у Тимура так и отвисла, а взгляд стал растерянным. Думал, что ему морду бить начнут или в ногах ползать? Перетопчется. Булат не собирался отыгрывать прежние роли, а за беспокойство Тимуру хороший куш отломится — юристы уже готовили документы. Но пока надо было ввести брата в курс дела.

И Булат ввел. Обрисовал буквально за час что к чему. Упомянул про Викторию и ее особенность. Тимур все равно не сдаст. И жене своей — Эльвире — рога не кинется наставлять. И пусть волк орал от возмущения, требуя сохранить секрет сладкой омеги в тайне, но шутки закончились. Стая Тэйлора и сам альфа — опасные противники. А он фактически один.

— У вас осталось пять минут, мистер Чаргоджаев.

Ровный голос Чейз звучал строго. Но смотрела волчица с сочувствием. Ежедневно у него было четыре часа, чтобы побыть рядом с дочерью. Ровно столько же имелось у Лауры. Сука этим пользовалась. Приходила в сопровождении охраны, пыталась корчить из себя мамашу, но Мэри не давалась ей в руки — плакала, упиралась. Каждый раз волчицу перекашивало от злобы, но сдаваться Лаура не хотела — требовала еще отсрочки, чтобы дочь «привыкла».

Собственно, именно поэтому процесс затягивался. А может, к лучшему — у него было время собрать деньги на первую часть штрафа — семья одного из ушлепков требовала компенсации в виде суммы с шестью нулями.

Конечно, это было подстроено. Булат знал, что его просто используют. И если бы не Мэри, уже вызвал бы Тэйлора на дуэль и порвал на тряпки! Но приходилось молчать. Его провоцировали нарочно — это он тоже понимал.

— Время, — вздохнула Чейз. — Попрошу вас.

Булат поднялся на ноги и понес свою крошку в манеж.

— Еще увидимся, малышка, — почесал волчицу за ухом. — Веди себя хорошо.

Мэри жалобно взвыла. Моментально сменила форму и заплакала так горько, что у него сердце в комок сжалось. Чейз покачала головой:

— Идите быстрее, мистер Чаргоджаев. Если биологическая мать, — нарочно выделила голосом, — продолжит тянуть резину, я буду ходатайствовать о пребывании ребенка с вами.

Булат кивнул и направился к выходу. Главное — не оборачиваться, иначе точно уйти не сможет. Ему еще с юристами работать и рыженькой пару строк черкануть. Ох, порвет его Викки на тряпки, когда все закончится. Если закончится…

Булат потянулся к дверной ручке, но вдруг замер. Прислушался, потянул воздух. Какого хрена тут Тимур забыл? Очень интересно…

Очутившись в коридоре, он сразу нашел глазами брата. Тот стоял довольно далеко, и все же запах оказался слышным. Булат нахмурился. В последнее время чутье будто стало лучше… И зверя он чувствовал полнее. Но сейчас это не важно!

— Проблемы? — осведомился у брата.

Тимур нервно потер шею:

— Нет. Проблем нет…Я разговаривал с, э-э-э, девушкой…

Викторией?! Мир мгновенно окрасился алым, а зверь взвился на дыбы. Убить!

— …и на меня наорали. Сильно.

Ярость утихла, а волк сменил рык на гордое урчание. Правильно сделала!

— Не суйся к ней, усек?! — выдал сквозь клыки. — Кажется, мы предельно ясно обговорили все нюансы.

— Обговорили. Но я хотел бы прояснить еще один момент… Что ты ей наплел? И о чем это я не думал, по мнению девушки?

На мгновение под сердцем шевельнулась нечто вроде злорадства. Вот он — момент! Макнуть Тимура лицом в грязную правду и как следует там повозить. Потыкать носом в то, что его «святая» пара оказалась на самом деле обыкновенной шлюхой, а всегда-правильный-Тимур — ревнивым идиотом.

И Булат уже набрал в грудь побольше воздуха, но вместо емкой тирады выдал обыкновенное:

— Все, что я хотел, уже давно сказал.

И развернулся, чтобы уйти, но в спину ударило напряженное:

— Но я не слышал!

* * *

Тимур

Его сейчас пошлют. Или просто проигнорируют… Но Булат развернулся. Осмотрел с ног до головы, словно первый раз видел, и Тимур мог бы сказать про брата то же самое.

Нет, это все еще был Булат. Наглый, самоуверенный, сильный… От него по-прежнему фонило звериной энергетикой, настолько мощной, что инстинктивно хотелось пригнуть голову. И когда-то это чертовски бесило.

Булат легко заводил знакомства. Играючи добивался расположения совершенно левых людей — будь то продавщица в магазине или директор банка. Кружил девкам головы, при этом исхитряясь выглядеть долбанным рыцарем — ни врал ни одной, сразу очерчивая границы отношений и не испытывая при этом неловкости.

В детстве Тимур пытался тягаться с братом, но быстро понял, что не вывозит. Нет в нем столько безбашенной энергии, остроумия и совершенно дикой тяги к свободе. И все же он не мог не любить брата.

До тех пор, пока тот не позарился на Марину — его пару! А потом попытался скормить ему тонну вранья в стиле «она первая начала».

Или это не ложь?

— Но я не слышал тебя, так? — повторил, выдерживая давящий взгляд. — Это имела в виду девушка?

При одном упоминании о Виктории глаза Булата полыхнули янтарным. Опасный хищный цвет, который встречается редко даже у альф. Впрочем, Тимур успел к нему привыкнуть. Постоянные контакты с Варгом — партнером по бизнесу — не прошли даром. У того вообще всегда глаза, как горящие угли, и только рядом со своей омегой этот псих становился нормальным.

— Да, именно не слышал, — после некоторой заминки выдал Булат. — Но это твои проблемы. Не мои.

Упрямый баран! В крови медленно закипала ярость.

— Охранено, — прорычал вполголоса. — Помнится, это ты однажды настаивал на разговоре. У меня даже напоминалка осталась, — указал на шрам, оставшийся после аварии, в котором погибла Марина.

На скулах брата заиграли желваки. Еще немного — и точно сорвется! Тимур ждал этого, потому что прежний Булат точно не стал бы молчать, но…

— Мне очень жаль, — обронил все также равнодушно. — Но не думаю, что мои извинения хоть что-то значат. Они никогда ничего не значили. Увидимся.

И ушел. Вот так просто. А Тимур остался стоять на месте. И ощущение такое… паскудное. До мерзкого холодка под ребрами.

Булату действительно все равно. Он больше не собирался кому-то что-то доказывать и тем более искать примирения, оставив его — Тимура — один на один с отвратительной догадкой.

А не было ли в его горе от потери пары примеси обыкновенного злорадства? Желания сделать брата виноватым только потому, что этого хотелось? И не слишком ли высокой оказалась цена? Ведь он действительно мог выслушать. И от этого никто бы не сдох.

Тимур глубоко вздохнул, силясь избавиться от неприятного ощущения. Куда там! С каждой секундой оно крепло все больше.

А завтра дуэль… и деньги еще где-то надо достать. Булат не просил, конечно. И вообще он серьезно намерен хоть последние трусы продать, но самому справиться. Тимур не сомневался, что так оно и будет — брат всегда находил выход. Вот только Тэйлора вряд ли устроит честный проигрыш.

Волк внутри злобно зарычал, припоминая первую и единственную встречу.

Вылизанный стилистами альфа появился на первом заседании в качестве заинтересованной стороны.

Говорил сдержанно, породистая морда — самая добродушная, но это была не любовь с первого взгляда.

Тимур знал таких — циничных тварей, прикрывавшихся законом и любезной ухмылкой. Но, несмотря на показательную вежливость, альфа наверняка готовил какую-нибудь пакость про запас. И его Стая очень крупная и сильная — как бы их вообще не прибили по завершении процесса.

Значит, необходимо подкрепление. Кто-то сильнее и страшнее, чем этот ублюдок. Кто-то способный заставить ссаться от страха одним своим видом. Кто-то… очень неприятный, но хорошо знакомый.

Ведь лучше предупредить неприятности, чем разгребать последствия.

И пусть Булат строил из себя двужильного, но он — Тимур — всегда сто раз обдумывал ситуацию, прежде чем начать действовать. Примерялся, рассчитывал, взвешивал.

А потом действовал. Без колебаний.

Вытащив из кармана мобильный, Тимур быстро набрал нужный номер.

— Доброе утро, не помешал? Хорошо… Варг, нужна помощь.