30-е Златолиста.

Демьян

Я был уверен, что с утра Василиса снова попытается меня уговорить, и был готов к этому. Даже больше - я ждал этого с предвкушением. Когда девушка злилась, она забывала о границах, подходила так близко, что между нами не оставалось места на ладонь. Цедила что-то грозное, а я смотрел, как кривятся пухлые губы, и боролся с желанием до них дотронуться.

Свадьба, которую я задумал летом, должна была принести мне два ценных подарка. Я закрыл бы обязательство перед государем и добрался бы до нужного артефакта. Но ещё во время проб я понял, что судьба ко мне благосклонна - ко всему прочему моя будущая жена красива и, вероятно, талантлива.

То, что она не досталась мне сразу, только добавило азарта, а наличие соперника заставило подобраться и даже немного напрячься. Мой приз становился все ценнее и желаннее.

Настолько, что я только сейчас понял, что не навещал Аду уже больше седьмицы. Потянулся к брошенной на соседнее сиденье доске и отправил сообщение Борису, чтобы прислал девушке букет роз. Бордовых, почти черных, ее любимых.

Василиса задерживалась. Мирон прибирался на сцене, что-то переставлял, постоянно бросая на меня недружелюбные взгляды. О том, что я доставил хлопот княгине он, несомненно, знал.

– Сударь Градский? - глубокий мужской голос заставил меня удивлённо приподнять бровь. - Мы можем поговорить?

– Безусловно, - я поднялся, оказавшись вровень с блондином. - Граф фон Конуг, если память мне не изменяет.

– Не изменяет, - сухо подтвердил викинг.

– И о чем мы будем говорить?

– О ваших требованиях, сударь Градский. Василиса просила...

– Действительно просила?

Секунду он размышлял, потом криво усмехнулся и признал:

– Не просила. Я сам вызвался. Мне не нравится, что моя невеста нервничает из-за вас.

– На самом деле, - проникновенно сообщил я, - я пытаюсь помочь. Лучшей кандидатуры, чем она сама, не найти. Только Василиса знает, что хочет увидеть в иллюзии. Ее участие сэкономит и силы, и время.

– Она не хочет играть с вами.

– Именно со мной? - спросил я, позволив насмешке просочиться в голос.

И снова врождённая честность не дала парню слукавить:

– Полагаю, что вообще не хочет. И в этом нет надобности.

– Это не вам решать. Что-то мне подсказывает, что вам не нравится именно моя кандидатура. Чем обязан такой неприязни?

Я широко улыбнулся, пытаясь разозлить викинга, но он оказался крепче, чем я думал. Вообще, фон Конуг вызывал уважение - честный, серьёзный. Сильный и физически, и по одарённости. Достойный противник... будет. Лет через пять.

– Вы мне действительно не нравитесь, сударь, - прямо сказал блондин. - Но для Василисы важно закончить проект вовремя, поэтому я не буду настаивать на вашем уходе. Лишь на благоразумии.

– Боитесь конкуренции, граф?

– О ней речь не идёт, - блондин впервые проявил эмоции. Нахмурился, взглянул исподлобья. - Надеюсь, вы меня понимаете?

– Нет, - моя улыбка обнажила зубы, у викинга сжались кулаки. Я тоже подобрался, чуть качнулся назад, перенеся центр тяжести на левую ногу.

– Тогда скажу прямо, - в голосе блондина вибрировало рычание. - Если вы, сударь, позволите себе хотя бы малейшую непристойность в отношении моей невесты...

– Насколько я помню, - перебил его, - она вам пока не невеста.

– Я сообщу государю о помолвке через две седьмицы, во время визита, - Василиса шагнула из темноты, осуждающе качнула головой. - Вижу, что договориться не получается. Не понимаю такой несговорчивости, Ян.

– Может, дело в деньгах? - процедил викинг.

– Это здесь ни при чем, - легко отмахнулся я. - Я не передумаю. Либо так, либо мне придётся уйти.

– Тео, я могу поговорить с тобой?

Викинг задержал на мне внимательный взгляд прищуренных глаз, потом неохотно кивнул, развернулся и направился вслед за Василисой в сторону ее кабинета.

Вернулись они минут через двадцать. Василиса казалась расстроенной и задумчивой, викинг хмурым и собранным.

– Я буду присутствовать на записях, - сообщил блондин.

Я бросил быстрый взгляд на Василису, но она все так же задумчиво смотрела на викинга.

Василиса

– Тео, я могу поговорить с тобой? - попросила я.

Теодор согласился неохотно и поначалу словно не слышал меня.

– Мне непонятна затея этого Градского, Лисса. Тебе придется искать другого актёра.

– Позволь это решать мне, - проговорила мягко, хотя категоричное "придётся" царапнуло по нервам.

– Ему что-то нужно, - хмурился Тео. - А такие люди не останавливаются, пока не получат желаемое.

– Ты считаешь меня излишне доверчивой? - спросила, тоже хмурясь. В душе зрел протест.

– Неопытной, - чуть виновато покосившись на меня, произнёс Тео.

– Мы с тобой ровесники, - напомнила ему. - Считаешь, что видишь больше меня?

– Я мужчина и сужу именно с этой стороны...

– Ты, - я помедлила, - не доверяешь мне?

– Тебе доверяю, - вынужден был сказать Теодор, - я не доверяю Градскому.

– Этого и не нужно. Я не наивная девочка, которой легко вскружить голову широкими плечами или ласковой улыбкой. К тому же я видела игру Яна и прекрасно отдаю себе отчет, как выглядит обольщение со стороны. Я буду играть.

Последняя фраза прозвучала с одинаковой неожиданностью для нас обоих. Несколько мгновений в маленькой комнате висело молчание. Потом я обошла мужчину и села в своё кресло. Сжала виски руками.

– Мне некогда искать актера. И некогда разбираться с капризами Яна. У меня есть всего четыре дня записи до того, как мне придется уехать на целую седьмицу. И останется чуть больше месяца после поездки, чтобы завершить проект. Поэтому да. Я буду играть сама.

– Я вижу, как он смотрит на тебя, Лисса, - глухо произнес Тео.

– Также как смотрел на Марьяну. И на свою девушку Аду. И боги знают ещё на кого. Доверься мне, Тео. Я не Маша, мне невозможно вскружить голову.

На эти слова мужчина отреагировал странно - долго вглядывался в мое лицо своими внимательными и невыносимо серьёзными глазами. И мне казалась, что в их глубине прячется грусть.

– Я буду присутствовать в зале во время записи, - наконец сказал Тео.

– Что?! А твои занятия?

– Четыре дня подождут. А после, уверен, Градский успокоится. Когда ты вернёшься из дворца моей невестой.

Когда Теодор повторил свои условия для Яна, лицо того на мгновение исказила досада. Краем глаза я заметила брошенный на меня вопросительный взгляд, но проигнорировала его. Меня занимал Тео. Его тревога и неуверенность во мне. И то, что даже не являясь моим мужем, Теодор ставит мне условия.

Пока мы с Тихоном обсуждали декорации, мужчины разошлись по разным углам портера, словно создавая между собой максимально большую дистанцию.

Меня нервировало и отвлекало присутствие Тео. Пока Тихон закреплял на мне артефакт, я постоянно косилась в его сторону. И первые минуты разминки тоже, но, как это бывало и на занятиях по сценическому мастерству, потом я увлеклась, забыв обо всем. На время став Ольгой - изнеженной и трепетной девушкой, оказавшейся в незнакомом лесу с мужчиной, в которого она уже была влюблена.

– Не бойтесь, - говорит Ян, улыбаясь так тепло, что свет его глаз согревает. - Я выведу вас из леса.

– Вы ранены, - шепчу я, и мой взгляд останавливается на плече Яна. Я словно действительно вижу бурое по краям и влажное алое в центре пятно на когда-то белой рубашке.

– Не страшно, - мягко говорит Ян и осторожным движением берет за руку. Его ладонь сухая и горячая.

Я следую за ним безропотно, заворожённая уверенностью и мягкой силой.

– Знаете, что покорило меня, когда я увидел вас впервые? - говорит Ян, и я немного теряюсь. Этих слов не должно быть, но они звучат уместно и я молчу. Ян продолжает. - Ваши глаза. Их искренность. Когда вы радуетесь и когда злитесь, они мгновенно отражают ваши чувства. К счастью, или сожалению, но вы не умеете лгать - глаза выдают вас.

Мы ходим по кругу мимо колонн. Какая-то часть меня отдает себе в этом отчет, но другая ясно видит толстые шершавые стволы. Я ступаю по гладким доскам сцены, а чувствую под ногами упругую хвою. И обе части меня в смятении. Ольга ошарашена необычным признанием, а я тем, что оно произнесено не для Ольги, а для меня.

Ян понимает, что Тео не знает сценария, и нагло этим пользуется.

"Для чего?"

– Зачем вы говорите это? - тихо произношу я.

Ян молчит, крепко сжимая мои пальцы. Я перевожу взгляд наши сцепленные руки, записывая это мгновение на артефакт и уже не жду ответа, когда он звучит:

– Я знал, что мне предстоит жениться, но не рассчитывал, что буду с нетерпением ждать этого момента.