21-е Туманя.

21-е туманя

– Я хочу знать о всех рисках до того, как вы окажетесь в опасности, а не после, - Черняхов говорил сухо и недовольно, смотрел в окно и делал вид, что он в экипаже один.

– Не было особенного риска, - сказала неохотно. - Я точно знала, что нахожусь в иллюзии, поэтому не могла умереть.

– Забавно, - скучающим тоном произнес граф, - а вот всем остальным показалось, что могли.

– Если бы не перенапряжение, все прошло бы гораздо лучше, но бессонная ночь и…

– Это я и называю «рисками», - перебил меня Черняхов. - Вы не принадлежите самой себе, княгиня. На вас ответственность за судьбу тысяч. Случись беда и кто станет во главе рода? Ваша безалаберная мачеха или вздорная сестра?

– Ну, знаете…, - я повысила было голос, но взглянула на перегородку между нами и солдатами и продолжила тише, - не трогайте мою семью, Юрий Михайлович!

– А вы не ведите себя необдуманно, Василиса Саввовна.

– Когда принцесса была при смерти, вы не были столь хладнокровны.

– Тем не менее я не готов обменять вашу жизнь на жизнь Изабеллы.

– Могу я узнать причины? - я насторожилась. - Государь освободил меня от навязанной помолвки.

– Но война по-прежнему на пороге, - граф соизволил оторваться от пейзажа за окном и сосредоточиться на мне. - Хотите остаться в стороне?

Я хотела:

– Вы преувеличиваете мою значимость.

– Нет, Василиса, - Черняхов заговорил отрывисто и зло, - это вы пытаетесь спрятаться в академии от всех сложностей. Взяли на себя обязанности главы, так извольте думать о своих людях! Сколько у вас готовых к призыву?! Десять тысяч? Двадцать? Сколько из них вернется живыми?!

– Да что я могу сделать?! - закричала я, забыв про солдат за перегородкой. - Не я это затеяла! Ненавижу войну! Ненавижу оружие!

– Прекрати истерику, - Черняхов скривился и перешел на «ты». - В твоих силах помочь державе.

– Порталы, - обречено произнесла я.

– Какая тебе разница за кого выходить? Вольский хорош собой, богат и талантлив. После обряда будет привязан к тебе, как ручной гепард. Только не говори, что влюблена в другого.

В голове против воли возник образ Яна, но я стиснула зубы и промолчала.

– Без обряда порталы не создать, - продолжил Черняхов. - Ты не заточена под артефакторику, сама знаешь. Пусть государь и дал тебе волю. Но вольна ли ты?

Теперь в окно уставилась я. Граф меня больше не трогал, а я всю дорогу быстро моргала, чтобы не допустить слез.

Черняхов прав. Я не вольна. За мной тысячи людей, и если в моих силах не допустить их смерти, я это сделаю. До боли жаль Тео. Он искренне привязан ко мне, я знаю, но мой верный варяг поймет. Он всегда понимает.

Как жаль, что нельзя соединить в одном трех мужчин: Теодора с его честностью и благородством, Демьяна с его бесценным талантом и Яна с его бесшабашной харизмой. Получился бы идеальный.

Поговорить с подругами смогла только сегодня во время обеда. А утро пришлось посвятить графу и его сопровождающим. Конструирование я сдала, так что первого занятия у меня не было, и причин для отказа не нашлось. Так что была вынуждена проводить экскурсию по театру, выслушивать высказывания о безалаберности и молиться, чтобы Черняхов не узнал, что я выезжаю из академии без охраны.

На нелюбимые занятия изобразительным искусством я сбежала с такой радостью, что удивила уже собравшихся в классе иллюзионистов.

– Ты чего такая злая? - Даша даже мольберт отставила. - Не из-за театра же?

– О чем ты? - я нахмурилась.

– Театр закрыли, - проворчал Тихон. - А у меня работа.

– А у нас подготовка, - добавил Родион. Гоша печально кивнул.

– Василиса, случайно не знаешь, что случилось?

– Я? - сделала удивленное лицо, но шесть пар глаз продолжали сверлить меня любопытными взглядами. Пришлось продолжить. - Только то, что из столицы приехал сам граф Черняхов. Что он ищет в театре, не знаю.

Действительно, не знаю. Мне кажется, что злоумышленников следует искать во дворце, а не в театре. Но учить Юрия Михайловича себе дороже.

На обед Вера с Есей пришли чуть ли не раньше меня. Вера опять осталась недовольна моим внешним видом, зато Есения от предложения собственноручно сваренных зелий воздержалась.

– Рассказывай! - потребовал она. - Исчезла на четыре дня! Ни слуху, ни духу!

– Теодор знает, что ты вернулась? - спокойно спросила Вера.

– Нет, - коротко ответила я. - Поговорим наверху?

Я доверяла Любаве, но этот разговор слишком личный.

– Я решила расстаться с Тео, - сообщила подругам, опускаясь на свою кровать.

Девушки молчали. Вера хмыкнула, но удивленной подруга не выглядела. Есения, напротив, смотрела во все глаза, словно пытаясь найти доказательства розыгрыша.

– Это не каприз, - сказала я, до боли прикусывая губу, - так сложились обстоятельства. У меня не получается помочь Вольскому с порталами. Я недостаточно талантлива.

– Или он тянет время, - мотнула рыжими кудряшками Вера.

– Даже если так… Результат один - подвижки с порталами нет, а уже конец осени.

– И ты все-таки решила пройти обряд с Вольским, - Вера кивнула своим мыслям и пересела с кресла к мне на кровать.

– Ты даже не знаешь, как он выглядит! - ахнула Еся и села с другой стороны.

– Это не важно, - я покачала головой. - Лучше уж Вольский, чем иноземец. Графа я хоть знаю. И думаю, что он неплохой человек. Немного странный, конечно, но гении могут себе позволить даже странности.

– Не передумаешь? - жалость плескалась в синих глазах Веры, и я отвернулась, чтобы не расклеиться.

– Нет. И тянуть не буду. Объяснюсь с Тео сегодня же. Он поймет.