Глава 28

Рабочая смена подходила к концу. Легкая усталость и желание побыстрей добраться до дома. Сегодня было все гладко и спокойно, ничто не предвещало беды… Пока в ресторан не вошла парочка, которую я должна была обслужить.

Без задней мысли я как обычно взяла пару меню и пошла к гостям, параллельно пребывая в своих мыслях.

— Добрый ве… — голос дрогнул и приветственна улыбка сошла с лица, когда я узнала в посетителях Марка и Алису.

Вот так встреча…

Судя по их удивленным выражениям лиц, они тоже не ожидали меня здесь увидеть.

Марк пробегается озадаченными глазами по моей форме официанта и бейджу дважды, словно не веря, что перед ними стоит Ханна Новицкая.

Ехидная ухмылка Алисы бесит больше всего, и я не могу больше выдавить из себя слов вежливости. Кладу меню на стол и быстро удаляюсь из вида.

Чувствую, как спину жжет провожающий взгляд Марка.

— Я не буду их обслуживать. — говорю Ларисе и киваю в сторону столика.

— Почему? Опять твои загоны? — возмущается она.

— Моя рабочая смена закончена, я пошла… — снимаю с себя фартук и натыкаюсь на вопрошающий взгляд Виолетты, которая закончила свои царские дела и решила проведать нас. И как всегда невовремя.

Да блин!

— Что тут происходит? — переглядывается строгим взглядом с нами.

— Ханна отказывается от столика… — буркнула Лариса. Вот зараза — то.

Виолетте не приходиться ничего говорить, я знаю, что сейчас начнется… Сухой из воды не выйти, если не придумать вескую причину.

— Там мой бывший с новой жабой, неужели вы не понимаете меня?! Пусть Лариска обслужит!

— Значит так, жабы или лягушки — меня это не волнует, пусть хоть каракатицы! Ты сейчас же пойдешь и примешь у них заказ. Иначе… — угрожающей интонацией закончила она и многозначительно посмотрела на меня.

Я знаю, что она имела в виду под словом «иначе» — она просто вышвырнет меня отсюда.

Жуткое раздражение переполняет меня, но я укрощаю бушующую гордость и выдавивив любезное «как скажешь» Виолетте, иду к столику.

Стараюсь абстрагироваться, но выходит очень плохо.

Ну почему именно с Алисой, а? С этой стервой… Вкус у Маркс так себе. Мало я ей космы пообдирала в прошлый раз, пусть только напроситься, я ж не смогу устоять — слишком велик соблазн доделать дело до конца.

— Вы готовы сделать заказ? — безэмоциональным голосом робота чеканю я и смотрю на картину, висящую на стене.

Уши улавливают фырканье Алисы. Всеми чакрами чувствую, что она смеряет меня высокомерным взглядом.

— Мы не будем ничего заказывать. С таким-то обслуживанием… Пойдем отсюда, Марк. Через дорогу отличный ресторан.

Вот и слава Богу! Не думала, что когда-нибудь буду рада тому, что посетители захотят уйти к конкурентам. Скатертью дорога, как говорится…

— Нет, — прервал мою внутреннюю радость Марк и пристально посмотрел на меня. Он расправил в воздухе салфетку и положил ее на колени. — Мы поужинаем здесь.

Маленькие чертята, требующие мести, запрыгали в его глазах. И ухмылка не сулила ничего хорошего. Но по сути… Что он может мне сделать? Самое худшее и так уже случилось…. Или нет?

Я приняла заказ от Марка — ничего необычного. Даже странно. Никаких излишних расспросов в духе назойливых любопытных клиентов по поводу меню, ассортимента или ньюансов приготовления.

Рано я расслабилась. Самая «жара» началась, после того, как я принесла им напитки и первое блюдо.

Рука Алисы, зазывающая официанта, была сигналом о приближающейся катастрофе. Что же спокойно не сидится и есться то, а?

— Что-то случилось? — спокойно спрашиваю я и снисходительно смотрю на Алису.

— Что случилось?! — повторяет она возмущенным тоном. — Принесла мне блюдо с волосами, и еще спрашиваешь, что случилось? Меняй, давай!

Она отбросила тарелку, и та прокатилась по поверхности стола в мою сторону. Бросила, как собаке, недостойной ее величественной особе.

Нет, это уж слишком. Спокойно, Ханна, спокойно… Что слону до тявкающей моськи?

— Я извиняюсь, — мне сложно быть тактичной, но я стараюсь. Видит Бог стараюсь. — Но это твой волос в тарелке.

— Что?!

— Абсолютно точно. Все наши повара мужчины, мой волос светлый, а этот черный, точь-в точь, как у тебя.

— Интересно получается, — усмехнулась Алиса и начала искать поддержки у Марка взглядом. Но он молчал, выжидая пика страстей. — То есть ты хочешь сказать, что я сама этот волос положила в тарелку, специально?!

Она нарывалась. Прямо кровь из носу, но ей надо было задеть меня, воспользоваться моментом, так сказать.

— Тебе видней. Только тебе известны истинные мотивы. — вздохнула я и закатила глаза.

— Да как ты смеешь мне хамить? Марк, ты это слышал? Сейчас же позови администратора, я это просто так не оставлю!

Алиса взбушевалась и в эмоциях зажестикулировала руками так, что рука задела стакан, стоявший на краю стола. Напиток вылился на её платье, и она завизжала, как поросенок.

Я решила помочь ей, и предложила салфетки, на что она презрительно посмотрела на меня и начала бессовестно обвинять:

— Ты, неуклюжая, уронила стакан! Ты хоть знаешь, сколько стоит это платье?

— Что ты несешь? Я ничего не трогала!

— Администратооор! — заорала Алиса, превращая се в представление….а точнее в показательную казнь. И незаконно осужденная я.

Торопливый стук каблуков Виолетты слышен издалека. В груди бешено стучит сердце — мне нельзя потерять эту работу, только не сейчас! Алиса жаждет крови — я вижу это в ее сверкающих глазах. Кому поверят мне или ей?

Единственный кто может по выкрутиться — это Марк, непосредственный свидетель всего действа.

— Что случилось? — спрашивает настороженно Виолетта и уже коситься на меня.

— Мало того, что в мое блюдо попал волос, так еще и непутевые официанты обливают мое дорогое платье! Такого другого в мире нет, вы знаете сколько оно стоит?!

— Конечно, мы все заменим и принесем свои извинения… — начала лизать зад богатым клиентам Виолетта, что-что, а вот с этим она всегда справлялась на отлично.

— Нет! — категорически говорю я. — Я не в чем не виновата. Она сама себя облила и волосы — тоже ее рук дело.

— Это возмутительно! — заверещала Алиса.

А я умоляюще посмотрела на Марка.

— Марк всё видел, скажи ей…

Он молчит. Виолетта стала красней помидора от гнева.

— Марк, скажи! — голос дрожит от обиды, потому что я чувствую, что все встало против меня.

— Я ничего не видел. — врет он и разводит он руки в стороны.

Какой же гад… Еще бессовестно смотрит мне в глаза, разве можно так подло поступать? Неужели он настолько меня ненавидит?

Эмоции захлестывают, Я беру стакан и выливаю напиток прямо на голову Марку. Все ахают от неожиданности, прикрывая рты.

Я знаю, что мне уже нечего терять.

Марк вскакивает со стула с мокрыми волосами и тяжело пыхтит, сверля меня взглядом.

— Охренела?!

— А ты?!

Приговор Виолетты не заставил себя долго ждать.

— Ты уволена, Новицкая! Поняла? Довольно!

— Да пошли вы всё! — отчаянно крикнула я и, заливаясь горючими слезами, побежала на выход.