10. Обучение послушанию

Мысль уложить гостью на станок оказалась крайне удачной. Смотрелась она восхитительно: распластанная так, что можно брать прямо сейчас, пораженно сглатывающая и облизывающая пухлые губы. Хоть картину пиши. Для начала Фернан позволил ей, заведенной от происходящего так, что никакие заклинания и афродизиаки не нужны, хорошенько пососать свой член, насладился медленным скольжением и постанываниями, с которыми та принимала в рот. Потом неспеша обошел и встал позади, провел головкой между ягодиц. Бархатных и нежных. Вниз, туда, где пульсировал плотно сжатый вход, так не жаждущий внимания. И еще ниже, к лону, где все было уже мокрым от натекшей смазки. Маг припомнил подходящее заклятье. К любовным оно не относилось, хотя использовалось в борделях в хвост и в гриву. Чаще в хвост, конечно. Колдовство было скорее лекарским – когда необходимо очистить живот от всего, что способно вызвать заражение, но хозяева борделей быстро применили его в другой области. Фернан пробормотал формулу, стараясь не перегнуть. Рыжая удивленно замычала и сильнее свела ягодицы. Сработало. Фернан небрежно махнул рукой, и флакон с золотистой смазкой скользнул в ладонь. Сейчас не хотелось отвлекаться на лишнее, поэтому левитация пришлась как нельзя кстати. Вылил на пальцы сверкающую драгоценностью жидкость и сказал: – Раздвинь попку, сладкая. Ты такая мокрая, но я хочу добавить. Девушка прикусила яркие губы, выдохнула резко, но приказ исполнила – осторожно и на вкус Фернана слишком медленно положила ладони на ягодицы и раздвинула половинки. Фернал хмыкнул, комментируя: – Вообще-то вашей хозяйке следовало позаботиться о том, чтобы ты была уже готова. Везде. Такой элитный дом, как “Кошачья ферма”, должен держать марку. Так уж и быть, сделаю сам. Ты ведь пустишь меня, да? Хотя если ты будешь сжиматься – мне будет слаще. Снизу раздалось нечто приглушенное, но Фернан уже не слушал, вставил в крепко сжатую дырку палец, совсем неглубоко, но его мгновенно стиснуло как жгутом – рыжуля решила побороться за целостность своей попки. На которую, судя по всему, до этого никто не претендовал. Забавно… Фернан втиснулся глубже, выждал положенные пять секунд, чтобы сработало зелье, и вынул. Кошечка, не ожидавшая такой радости, сразу сжала попку. Фернан подумал и плеснул из флакона на сладкую лощинку: зелье дорогое, а значит, передозировка не грозила. Дешевые афродизиаки были опасны, но Василиск заказывал свои только у лучших алхимиков. Или делал сам. Зелье слабо мерцало, потихоньку впитываясь и угасая. Стер попавшую мимо каплю и не удержался: приставил член пониже, между набухших лепестков лона и задвинул. Неглубоко. Пекло и демоны, какая же она была узкая. Член словно попал в восхитительный плен. Она сжималась и сладко пульсировала, а еще непостижимым образом втягивала в себя. Сокровище, а не кошечка. Фернан потер пальцем скрытый складочками бугорок, добился сладкого длинного стона. Рыженькая принимала член – медленно, нехотя, споря со своим телом, и это было упоительно. – Знаешь, что сейчас происходит, детка? – Фернан вышел, оставив внутри головку и задвинул снова – куда глубже, чем в первый раз. Девушка слабо охнула, попыталась уклониться, но скамейка и упоры помешали, и огромный член беспрепятственно продвинулся внутрь. Все средства сопротивления, которые были в ее распоряжении – только собственное упрямство и внутренние мышцы,а они дарили еще больше наслаждения. Рыжая мотнула головой и жалобно застонала, на середине звук сменил тональность и стал просящим. Да, именно этого Фернан и ждал. – Ты сейчас больше всего на свете хочешь получить в свою попку еще один член. У тебя внутри словно вылили ведро с огнем, верно? Котел из самой похотливой преисподней. Где у демонов самое страшное наказание – воздержание. Фернан снова вернул свои пальцы ко входу в зад, который больше не сжимался, а, наоборот, раскрылся ему навстречу, при этом оставаясь очень узким и тугим. Вот так, отлично. Василиск мысленно улыбнулся. Он любил секс, разный. Грубый, жесткий, неистовый и медленный, тягучий, изматывающий. Но прямое насилие претило. Куда интересней глядеть, как разгорается чужое вожделение, как теряются границы и берега перед напором первородной похоти… А потом наступают часы похмельного стыда, терзаний и сожалений. Когда рыжая будет вспоминать время, проведенное здесь. Об этом маг думал с не меньшим удовольствием. Неопытность девушки не давала ей расслабиться и получить удовольствие. Но кажется, Василиск уже почти решил эту проблему. Член и зелья. Зелья и член. И ничего больше. Пусть девочка горит в своем огне. – Надо помочь тебе, верно? – Фернан оттянул ягодицу и продвинулся еще: – Сначала трахнуть твою текущую киску. Потом попку. Если попросишь, рыженькая. А потом снова наступит черед ротика. И остановил движение, чтобы полюбоваться эффектом от своих слов. Кошечка жалобно заскулила. Секунда, другая, и она стала извиваться на члене, выпрашивая еще. Влажная, узкая, ждущая. Фернан с рыком подался вперед, наполняя ее. Сильнее, еще сильнее. До болезненного тихого стона. Демоны, девочка была такой узкой и глубокой и так идеально подходила под его член! Он старался растянуть удовольствие – входил сильно, неотвратимо, но медленно, давая кошечке прочувствовать каждую вену на огромном члене. Та скулила и чуть заметно двигалась навстречу. Насаживалась на его ствол едва заметно, но все же не могла скрыть своего желания. – Еще, рыжая? – Фернан вогнал член так глубоко, как мог, ощущая яйцами влажную киску. Ухватил кошечку за плечо и шею, прогнул, так чтобы она ни на йоту не могла двигаться сама, и снова спросил: – Хочешь большой член, детка? Скажи, что хочешь его. Я же чувствую, какая ты внутри мокрая и шелковая. Давай, детка, попроси меня, и я выебу тебя до звезд под веками… Надо только сказать… – Да! Вот оно! Фернан торжествующе улыбнулся, толкнул рыжую обратно на скамью и наконец дал себе волю. Начал трахать глубоко и сильно. Толчок за толчком. Покоряя, покрывая эту маленькую красивую сучку, которая сегодня так его завела. Скамья стучала по полу и с каждым толчком члена продвигалась вперед. Кошечка уже скулила – стонала в голос, умоляя, чтобы Фернан продолжал. Но он и сам не думал останавливаться. – Таких сладких кошечек надо драть почаще. Чтобы утром не могли сидеть. Да? – Фернан чувствовал, как внутри, в тесной и жаркой глубине, член напрягся, готовый выстрелить семенем. – Давай, сладкая. Скажи, как тебе хорошо… – Да! Еще, пожалуйста… Ох, нет. Хватит, я сейчас… – Вот так. Хорррошо… Фернан рыкнул, словно зверь, и навалился сверху всем весом, спуская в горячее пульсирующее лоно семя. Рыжая застонала совсем развратно и бессовестно, толкнулась бедрами ему навстречу и замерла, дрожа, переживая сильнейшее наслаждение. Ее сердечко билось заполошной птичкой прямо у Фернана под руками. Первый раз был хорош. И еще он был хорош тем, что был только первым. И за ним будут другие. Фернан прикусил нежное плечико, так, чтобы остался розовый след. Помечая, заявляя права. Как будто члена внутри было мало. Потом выпрямился, потер ладонью лоно, нажал пальцами на клитор и довольно улыбнулся, услышав сладкий короткий всхлип. – Очень хорошо, кошечка, – Фернан вынул член, заклинанием притянул к себе полотенце и обтерся. Ствол стоял каклитой – и это несмотря на сильный оргазм. Видимо, свежесть залетевшей к нему в гости птички даже его члену была в новинку. Что ж, тем лучше. Значит, второй раунд случится еще быстрее, и сладкая кошечка не успеет остыть. Все-таки как несправедлив мир – обычно мужчина за ночь может сделать только пару выстрелов, ну три – и то по юности, а у женщины – полный колчан стрел, которые они не используют. Потому что рядом нет тех, кто покажет им, как стрелять. – Лежи на месте. Так мне нравится. Фернан облокотился на стол, налил себе вина и стал наблюдать за девушкой, отпивая из кубка мелкими глотками. Под таким пристальным вниманием рыжая, которая хотела незаметно поменять позу, обмякла. Только осторожно потрогала себя за бедро, по нему стекало ручейками семя, смешанное с ее соком. Фернан прищелкнул пальцами, используя одно из простейших заклинаний. Из воздуха соткалось полупрозрачное щупальце – влажное и гибкое, словно состоящее из воды, которое бабочкой порхнуло к оттопыренной попке рыжули. Скользнуло раз, другой и внезапно голодно прильнуло к лону, запустив тонкий кончик в попку. Девушка, которая до этого каменела, испуганная магией, и зажималась, под легкими движениями магического щупальца быстро растеклась по скамье, и уже спустя полминуты до ушей Василиска донесся первый довольный стон. Что больше нравилось гостье – магия, разжигающая внутри костер, то, что ей отлизывают, или то, что это делает мелкий демон воды – шут его знает, но через минуту она начала мелко и настойчиво подаваться лоном вниз, на широкую часть, и бесстыже толкаться обратно, наверх – на тонкое щупальце, ласкающее попку. Фернан подошел, присел на корточки перед станком, так что его глаза оказались на одном уровне с раскрасневшимся лицом кошечки. И напомнил: – Пусти его глубже, кошечка. Постарайся. У меня большой член, а тебе придется принять его целиком. Нужно хорошенько подготовиться.