Глава 6

Я была почти уверена, что откажусь от загородной работы, но все же пошла рядом с Геннадием по коридору универа к выходу. Надо хотя бы для виду посмотреть на розарий и найти благовидный предлог для отказа, иначе Александра Семёновна меня не поймёт. Неудобно получится: она нашла для меня работу-мечту студента, с приличной зарплатой, а я туда даже не поехала. Об эмоциях, которые вызывала у меня предстоящая поездка с Геннадием, я старалась не думать, задвинуть их на второй план. Правда, получалось не слишком удачно. От его близости у меня дух захватывало, и это мы всего лишь прошли рядом по коридору универа.

Вахтер получил назад ключ с зазубринами, мы молча вышли через проходную. В тишине двинулись к автостоянке. Геннадий распахнул передо мной дверь черного «рено дастера». Когда садилась, я случайно коснулась рукой его руки. По коже побежали мурашки, я резко отдёрнула ладонь. Геннадий сел на водительское место. Его рука уверенно повернула ключ, и машина тихо, ритмично запыхтела.

— Вот теперь могу даже не попросить, а потребовать твой телефон, — сказал он. — И запиши мой номер, общаться по поводу реферата будем много.

— У меня осталась визитка, — хмуро ответила я.

— Почему ты не позвонила? Я ведь предлагал взять тебя на содержание, — напомнил он.

— Потому что я не проститутка, — отрезала я, старательно отсеивая воспоминания о его ласках.

— Зачем тогда было оставлять визитку? — не отставал Геннадий.

— На память, — буркнула я.

Машина выехала со стоянки. Хорошо хоть, он будет смотреть на дорогу, а не на меня. Я уставилась прямо перед собой. Ну почему из многих тысяч мужчин нашего города судьба столкнула меня именно с этим человеком? И как я вообще теперь буду с ним общаться? И он, и я прекрасно помним все подробности той ночи. И моё тело их хорошо помнит: внизу живота приятно сжались мышцы, словно в ожидании повторения.

— Геннадий Николаевич, может, все-таки придумаем, почему я не подхожу вам для реферата? — мой голос дрогнул.

— А ты точно мне не подходишь? — он с сомнением приподнял бровь. — Рекомендация Семёновны дорогого стоит, да и статью ты читала, значит, уже немного в теме. Займёмся бронзовым пятнистым клопом, благо материал для анализа у меня с собой есть — и живой, и засушенный. Возьмём, например, как тему, особенности его размножения и развития. Дам тебе личинок в банке, будешь кормить, наблюдать и каждый день записывать всё, что заметишь.

Задание-то нормальное, и тема мне нравится, ею никто толком не занимался, а вот руководитель… Руководитель, к сожалению, мне нравится значительно больше, чем тема. И я прекрасно понимаю, что он обо мне думает. После такого знакомства у меня нет шансов ни на что серьёзное с Геннадием. Всегда считала роман между студенткой и преподавателем банальностью, пошлостью, сразу представляла юную деву рядом с пузатым старичком типа Гамлета, причём обязательно женатым. Надо же было так вляпаться!

Я машинально сцепила руки в замок. Геннадий покосился на меня и усмехнулся.

— Слушай, тихоня, с чего ты так разнервничалась? — спросил он. — Я никому не собираюсь рассказывать о нашей… хмм… первой встрече.

— Но я-то эту встречу хорошо помню, — тихо пробормотала я.

— Мне показалось, тебе было не так уж плохо, — заметил он. — Могу успокоить: я не насильник. Я не собираюсь набрасываться на тебя в машине или в классе. Так что расслабься, не захочешь — ничего не будет.

Я подавила вздох. Я-то хочу, только очень не уверена, что это стоит делать. И уж, конечно, я не собираюсь сообщать Геннадию, что хотела бы оказаться с ним в постели. Воображение будоражила мысль о том, что он ещё предложил бы попробовать. С ума сошла! Ведь мужчина увидит моё желание, почувствует его.

— Молчишь? — Геннадий хмыкнул. — Надо ж было Димычу отыскать такой тихий омут! Подумай хорошо, предложение о материальной поддержке в силе.

Я словно вынырнула из мучительно-сладкого дурмана желания. Что-то заставило насторожиться, но что именно? Материальная поддержка? Тихий омут? Бритоголовый братец Димыч? Догадка поразила меня, заставив вздрогнуть.

— У меня вопрос! — выпалила я. — Ваш брат работает на той плантации с голландскими розами?

— Работает, — спокойно ответил Геннадий. — Он и его жена Мадина — владельцы этого дела. Я думал сказать тебе, когда уже подъедем. Как ты догадалась?

— В его машине сильно пахло розами. Послушайте, я не буду туда устраиваться. Я не хочу встретиться с вашим братом. Хватит и… — я осеклась.

— Хватит и меня? — договорил Геннадий. — Мадина беременна, ей через два месяца в роддом, сам Димка со всем не справляется. Им реально нужна толковая помощница, и они готовы платить нормальную зарплату. Димыч мог валять дурака перед девочкой по вызову, но к делу он относится очень серьёзно. Никаких пошлых намёков от него не будет. Можешь не волноваться, сейчас там только Дина, а брата я потом предупрежу, что ты это ты.

Я сильно сомневалась, что Дмитрий, предлагавший мне «тройничок», будет вести себя прилично. И вряд ли этот бритоголовый раздолбай обрадуется, если я познакомлюсь с его женой. Только говорить что-либо бесполезно. Мы уже за городом, и разворачивать машину Геннадий не собирается. Ладно, пообщаюсь с беременной женщиной, найду уважительную причину для отказа, и можно будет забыть об этой подработке. А может, и искать предлог не придётся, если я просто не понравлюсь чем-нибудь Мадине.

Однако все оказалось совсем не так, как я представляла. Машина остановилась перед воротами огороженной территории. Геннадий посигналил, ворота медленно разъехались в стороны, и стало видно заасфальтированный двор, небольшой деревянный домик, знакомый внедорожник и знакомую фигуру рядом с ним. Лысую голову скрывала кепка, Дмитрий стоял спиной, но все равно был вполне узнаваем.

— Вы говорили, что его здесь не будет, — мрачно напомнила я.

— Его и не должно было здесь быть, — невозмутимо ответил Геннадий. — Видимо, разобрался с делами раньше или что-то сорвалось, вот и приехал. Димыч постоянно мотается то сюда, то в город.

Из машины мне выходить не хотелось. Может, братья пообщаются пока без меня? Однако не успел Геннадий остановиться рядом с внедорожником, как Дмитрий галантно распахнул дверь машины с моей стороны и протянул руку. Я нехотя, из вежливости, коснулась её, выходя, и увидела, как округляются глаза Дмитрия.

— Добрый день, — хмуро сказала я

День определенно не был добрым, во всяком случае, для меня.

— Ну привет, — протянул Дмитрий и перевёл взгляд на брата. — Ген, ты что, другого места не нашёл? Мог бы девушку к себе или в гостиницу повезти, если сильно приспичило. Здесь-то она зачем? Мне все равно, а вот Дина не поймёт…

Мне хотелось провалиться сквозь землю. Геннадий спокойно перебил его:

— Дим, это Вера Потапова. Александра Семёновна её очень рекомендовала, и Мадина всерьез была настроена взять её на работу. Так что с тебя — объяснить примерной студентке, — тут в его голосе проскользнули иронические нотки, — рабочие обязанности и немного получить.

— Смешно, — Дмитрий фыркнул. — Действительно смешно. Ген, я знаю, что с чувством юмора у тебя всё в порядке, и рад, что оно проснулось. Только не надо разыгрывать Мадину, нам нужно быстро решить проблему. Семёновна говорила, что познакомит тебя с лучшей студенткой курса, которой нужна работа. С умницей-скромницей-юным дарованием. Ну и где это дарование? — он картинно огляделся.

— Александра Семёновна говорила обо мне, — упавшим голосом ответила я. — Если бы знала, что это ваши розы, я бы не поехала.

— Так, — Дмитрий тут же стал серьёзным. — Стоп, выдохнули. Какого клопа у нас Геныч изучает? — спросил он у меня. — Знаешь?

— Бронзового пятнистого, — машинально ответила я.

Причём здесь вообще этот несчастный клоп? Пора уезжать отсюда, мы уже во всем разобрались. Я не собираюсь тут оставаться, да и Дмитрий Петренко не может воспринимать меня всерьез, как работницу.

— Правда, что ли, студентка? — он с сомнением посмотрел на меня. — Пойдём, покажу что тут и как, а дальше разберёмся.

Ну и зачем мне смотреть рабочее место, на которое я не устроюсь?

— Не надо, я не буду здесь работать, — выпалила я. — Это неудобно, и вообще… Мне добираться не на чем будет…

— С дорогой вопрос решим, — отмахнулся странный работодатель. — У меня тут ещё одна идея появилась, — глаза Дмитрия весело блеснули. — Подзаработать хочешь?

Вопрос мне очень не понравился. Судя по выражению лица Дмитрия, вряд ли он сейчас говорил о голландских розочках.

— Нет, — резко сказала я.

— Дим, уймись, — раздражённо произнес Геннадий. — Не устраивает кандидатура — так и скажи. Я отвезу Веру в город, а ты ищи помощницу сам.

— Почему не устраивает? — удивлённо переспросил его брат. — Семёновна просто так хвалить не будет. Немного удивил побочный заработок девушки, но, в конце концов, это её личное дело.

— Послушайте, я не буду здесь работать! — я немного повысила голос.

— Будешь, тебе понравится, — уверенно заявил Дмитрий. — Пошли!

Я нехотя поплелась с братьями Петренко за дом. Уехать мне отсюда всё равно не на чем, придётся пообщаться с ними ещё какое-то время. Утешало только то, что никто не заставит меня приехать сюда ещё раз.

Дмитрий, как ни странно, утихомирился, прекратил шуточки и неприятные намеки, и теперь водил нас по плантации белых роз, деловито объясняя, каким стандартам должен соответствовать цветок, чем удобрять розы и как защищать их от вредителей.

— Всё, что не соответствует стандартам, выбраковывается, — он ткнул пальцем в немного склонившуюся набок свежую розу. — Срезается секатором и сваливается в кучку у дома, там, где сейчас стоит моя машина. С собой несколько забракованных роз при большом желании взять можно, но только не на продажу. Поставить дома в вазочку, подарить подружке на день рождения…

Подружке? Нет уж, эта стерва обойдётся без голландских роз, пусть даже и бракованных. Кстати, о подружке! Надо будет позвонить Ленке сегодня вечером. Должна же я быть в курсе её дел, чтобы продумать удар, как следует. Парочка заработала на мне деньги? Значит, теперь они должны этих денег лишиться, да ещё с процентами, причём действовать надо законным способом. Понять бы ещё, как это сделать.

— То, что Мадине необязательно рассказывать о нашей первой встрече, надеюсь, понятно? — тихо спросил Дмитрий.

Я кивнула. Мне бы в голову не пришло позориться, рассказывая его жене о той ночи.

— Кстати, а где она? — спросил Гена.

Ну ладно-ладно, Геннадий Николаевич, я помню. Но мысленно-то можно и Геной назвать, и на ты.

— В домике. У неё ноги от жары отекают, — серьёзно сказал Дмитрий. — Так что Вера у нас завтра же приступает к работе. Испытательный срок — две недели, дальше, если все будет в порядке, официально оформим трудоустройство. Хотя, честно говоря, не совсем понимаю, зачем тебе работа, — он пожал плечами.

— Послушайте, Дмитрий Николаевич, я не буду здесь работать, — в очередной раз повторила я.

— Что именно не устраивает? — деловито спросил он.

Я проглотила ответ: «Общение с вами», — и дипломатично выдала нейтральную версию.

— Мне будет трудно сюда добираться.

— Вообще не проблема, — отрезал Дмитрий. — Во-первых, метрах в ста от нас останавливаются пригородные автобусы. А отчаливают они, насколько помню, недалеко от твоего дома. А во-вторых, я все равно еду мимо твоего дома, так что могу подвозить.

Только этого мне не хватало! Откуда я знаю, что взбредет в голову весёлому Гениному братцу? Тем более, у него жена беременная на большом сроке, наверняка с интимом проблемы.

— Дмитрий Николаевич, за такую зарплату вы найдёте толпу желающих… — начала я.

— Мне толпа не нужна, — отрезал он. — Нужен толковый помощник. Ты в теме, это я уже увидел. Разберёшься быстро. Времени искать кого-то другого нет, тем более, Семёновна тебя по телефону расхваливала, как мало кого хвалит. Мне надо, чтобы кто-нибудь как можно скорее заменил Мадину, ей сейчас лучше поберечься. И предлагаю сразу перейти на ты, так будет удобнее. Выкать будешь своему руководителю, — он ухмыльнулся и тут же заулыбался так, словно увидел радость всей своей жизни.

Я обернулась, проследив за его взглядом. К нам резво ковыляла мощного сложения женщина с выдающимся животом. Красивая, черноволосая, таких называли «статными». В голове завертелось: «Есть женщины в русских селеньях». Во всяком случае, я могу представить, как Мадина, даже беременная, остановит на скаку коня и вытащит Дмитрия из горящей избы. Выглядела она старше мужа, причём, как минимум, лет на десять. А я-то представляла рядом с Дмитрием юную нежную фею.

— Ты с какой стати выскочила? — проговорил он. — Я сам девушку проинструктировал. Сидела бы в доме, мы бы к тебе пришли. Дина, это Вера, она уже в курсе, чем нужно заниматься. Немного показать, подучить, и через день-два сможет работать самостоятельно. Так что теперь можешь отдыхать, я проконтролирую процесс.

Отдохнуть женщине и правда не помешало бы. Она, конечно, резвая, но переваливается, как утка. Ноги распухли, ей бы вообще лежать дома под кондером, задрав их вверх, а не за розами на жаре ухаживать.

— Ну и как тебе работа? — её тёмные глаза испытующе уставилась на меня.

— Интересно, но мне нужно подумать, — начала я.

— Для этого у тебя будут две недели испытательного срока, — тут же влез Дмитрий. — Дин, Вера завтра сюда выходит. Мы уже почти договорились. Сейчас обменяемся телефонами, утром по пути заедем за ней. В семь часов, — уточнил он, выразительно глядя на меня.

Во взгляде ясно читалось: "И только попробуй проспать!"

В семь так в семь. Отказаться еще успею. У меня ведь действительно будет время подумать и посмотреть, что и как. При Мадине Дмитрий не позволит себе ничего лишнего. А ещё я, скорее всего, смогу побольше узнать от них обоих о своём научном руководителе. Что там у него за история с женой? Помирились они или все-таки разводятся? Я от всей души надеялась на второй вариант. Понимаю, что шансов ни на что серьёзнее материальной поддержки у меня практически нет. Но гораздо приятнее и спокойнее думать о разведенном мужчине, чем о женатом.