Глава 1. И в огонь, и в воду
Глава 1. И в огонь, и в воду
* Аля *
Двумя днями ранее
– Аль, ну брось занудствовать, – не выдерживает Лия и разворачивается в мою сторону на старом, поскрипывающем кресле-вертушке.
Ночная бабочка глупо и шумно колотится об металлическую антимоскитную сетку, не замечая дырки в самом углу.
Уже скоро прогресс и до нашего лагеря доберется. Лабораторный комплекс уже отстроен по последнему слову техники. Мы на очереди.
Нехотя отвлекаюсь от файлов. Чем еще на ночном дежурстве заниматься, если не подготовкой к диплому.
Как раз, лето – есть время разобраться.
– Лия, отстань. Мое лето – на что хочу, на то и трачу. Третий курс – лучше заранее подготовиться. Иначе, прощай магистратура.
– Угу, – возмущенно сопит подруга, – давай и дальше теряй время над своим дипломом, а жизнь пройдет мимо. Кстати, глянь чего я тут накопала.
Лия не отстанет, тут проще согласиться.
Откатываюсь на таком же стареньком вертлявом кресле к столу Лии и утыкаюсь в допотопный монитор. Какая–то схема, круг, значки
– Ну, и?
Подруга неодобрительно качает головой и подкатывает глаза к потолку.
– Это твой гороскоп на ближайшее время. На неделю. Между прочим, сейчас потеряешь шанс – следующий потом двенадцать лет ждать. Мужика тебе нормального надо, вот как раз Венера в пятом доме, Юпитер в секстиле
Дальше не слушаю.
Лию не остановить, просто краем уха улавливаю что–то про горячую любовь на всю жизнь, про судьбоносное знакомство. Откуда-то снаружи доносится шум прибоя – ровный, убаюкивающий. Ветром приносит запах мокрого дерева и йода – от пирса, наверное. Где-то внизу плещется вода, мягко, по-кошачьи трётся о бетонный парапет.
– опасно конечно, но по ходу судьба у тебя такая – привлекать опасных мужчин.
Вздрагиваю и возвращаюсь в реальность. За окном снова плеснуло – море будто напоминает, что оно здесь, живое, бесконечное.
– Ли, хватит. Не верю в я эти россказни. Ну какой еще Юпитер? Что такое секстиль?
– Уже неделю, как не ретроградный, – и глазом не моргнув, тараторит подруга, – и благоприятная связка с натальной Венерой.
Что-то явно на языке высшей математики.
Но Лия не отцепится.
Проще сразу согласится на все ее идеи, чем последовательно их опровергать. Лия из тех, кто видит цель и не видит препятствий.
– Так, и что ты от меня хочешь?
Лия достает из рюкзачка термос и бутылочку красного вина. Догадываюсь, что в термосе – чай на травах.
Лия с заговорщицким видом достает кружки с небольшой полочки над микроволновкой. Только мониторы тихо гудят, да за стеной – где-то совсем близко – море дышит. Тёплое, тёмное, бесконечное.
– Слушай, если мы выберемся на пару часиков отсюда – никто не заметит.
Сомнительный вариант, конечно... И мне он уже не нравится. Ветер с моря доносит заманчивый, крепкий запах соли и водорослей.
– Дежурство, – напоминаю подруге, – до восьми утра наша смена и покидать пост запрещено.
Лия смешливо фыркает и протягивает мне яблоко.
– Ты меня в это втравила, между прочим. И я имею право на моральную компенсацию. Это тебе психолог посоветовала вписаться на лето волонтером и заняться спасением дельфинов. А я ну не могла ж я тебя бросить.
Задумываюсь.
А варианты вообще были?
Мама решила бороться с моей боязнью воды и отправила к психологу, только с виду адекватной девушке. Марта Валерьевна после пары консультаций заявила о том, что мне надо не бежать от своих страхов, а просто переключиться.
Ну и вот центр спасения дельфинов.
И я, совершенно не умеющая плавать волонтер.
Надкусываю яблоко, прохладный сок брызгает на пальцы. И едва не поперхиваюсь от истошного вопля Лии. Она подскакивает на своём кресле, чуть не опрокидывая термос.
– Нельзя было!!!
Инстинктивно отбрасываю яблоко и таращусь на подругу. Даже боюсь вслух озвучить вопрос, но по ходу кто-то перечитал сказок.
– Отравлено?
– Да нет же, – с сожалением выдает Лия, – оно для ритуала нужно. Это дар Венере. А теперь неизвестно, как все пройдет. Результат может оказаться непредсказуемым.
Надо же, и это еще не открыта бутылка красного вина. И я уже боюсь предположить, для чего она нужна. По ходу, для того же самого.
– Венере – яблоко?
Меня смех душит. Лия беспомощно отмахивается и качает головой, словно я безнадёжна. Так по ней и не скажешь сейчас, что на красный диплом идет.
– Ты со своими книжками вообще из реальности выпала. Если и действовать – то сейчас. Эх, нам бы купальский костер замутить, но тогда заметят. Палиться нельзя. Ночь Ивана Купалы – через два дня, надо успеть. Загадывай желание, проси вселенную, чтоб подарила тебе любовь. Все должно сбыться, если конечно правильно провести ритуал.
Она косится на надкусанное яблоко и выразительно добавляет.
– Теперь без косяков.
По ходу, навернулась моя ночная работа над дипломом. У Лии на сегодняшнее дежурство совершенно иные планы. И мое мнение конечно не в счет.
– Так, а бутылка? Это тоже – кому-то дар?
Лия плотоядно ухмыляется, явно задумав что-то недоброе. Знаю я этот взгляд. И думать не хочу, что там с этим вином.
– Не хочешь вино, придется кровь брать. Угадай, чью? А так – вином обойдемся. Оно только и исключительно в целях колдовства. Так надо. Мы по чуть-чуть, по глоточку Не кровожадные ж.
Так.
Ладно, хорошо хоть вино – для нас.
Поработать над дипломом все равно не получится уже.
Ладно, заодно и файлы от Савина по материалам дела моего отца тоже завтра открою. Дома, спокойно все отработаю. На свежую голову.
– Ли, прости, но я не верю во всю эту чертовщину. Ну какой Купала с гороскопами. Ты еще начни тут русалок заклинать. Вон – море рядом.
Лия не слушает меня и выуживает из рюкзака две свечи в стеклянных колбах от ветра.
Надо же, подготовилась основательно.
– Так. А теперь давай на выход. Ничего не случится, за пару часов никто нас не хватится. Савин по ходу ждет кого-то, невовремя твой будущий отчим сегодня решил задержаться. Там на въезде, вся охрана на ушах. Интересно, кто должен приехать?
Лия явно переняла у своего мужчины манеру анализировать и везде видеть подвох.
Хотя, чем я лучше? Жизнь еще не до такого довести может.
– Да ладно, – отмахиваюсь от Лии, – имеет право, он этот центр на собственные деньги содержит. Личная инициатива. Ну и вряд ли с его уровнем он начнет тут ночной обход устраивать. У него свои дела.
Встаю – и ткань майки скользит по плечу, открывая синяк.
Быстро поправляю, но Лия уже все заметила.
Её глаза мгновенно темнеют от гнева.
– Это он, Рашидов? – она сглатывает, глядя на посиневший след от пятерни, – скажи все Савину, что тебе угрожают. Пускай разбирается.
Задумываюсь.
Слишком много проблем у очередного жениха моей мамы, и большинство – из-за меня. Как на подбор. Конечно, Савин – далеко не чужой для меня, друг семьи, помню его с детства. Дружил с моим отцом еще с армии Но потом папы не стало, несчастный случай на охоте.
Черт, вот только еще не хватало вечер воспоминаний устраивать.
– Так, – преувеличенно бодро улыбаюсь подруге, – где там твои ритуалы проводить? Командуй.
Лия недоверчиво косится на мое плечо и качает головой.
Но больше не комментирует.
Выходим из домика – и попадаем в густую, бархатную тьму черноморской ночи. Где-то позади волонтёрской базы, там, где начинается дикая посадка, стрекочут сверчки. Воздух – тёплый, чуть солёный, пахнет йодистыми водорослями и мокрой галькой.
Зачем-то оглядываюсь на ярко освещённый стеклянный корпус лабораторий, где за шторой угадывается чья-то тень.
Нет, всё сейчас спокойно. Нас точно не хватятся.
Но тень за шторой – она не двигается. Стоит и смотрит в нашу сторону. Или мне просто кажется? С чего бы, это вообще кабинет Савина. По ходу, надо снова к психологу.
Здрасьте, Марта Валерьевна, у меня снова паранойя.
В купальские заговоры я не верю, но отчего-то захотелось хотя бы пару глоточков вина. Если Лия разрешит, конечно.
А то мало ли для каких чертей и оно припасено.
Просто, хотя бы ненадолго расслабиться. Отпустить контроль и не ждать подвоха. Хотя бы этой ночью. Для меня уже и это – волшебство.
Я и этому рада.
Зябко ежусь, но больше от волнения. Иду за Лией, босиком по теплой гальке. В одной руке – надкусанное яблоко, безнадежно испорченное для ритуала. В другой – бутылка вина.
– Волосы распусти, – строгим шепотом напоминает Лия и я стягиваю резинку с волос.
Лия устанавливает в гальке колбы со свечами, поджигает по очереди. Огоньки дрожат, отражаясь в темном стекле. Ветер бьется об стекло, но не добивает до пламени.
Открываем бутылку, отпиваем по паре глотков.
По ходу, и тут нечисть без банкета останется.
– А теперь загадывай. Только представляй в деталях. И без косяков.
Сажусь между двумя свечами, настроение – ни фига не торжественное. Еще один глоток вина. От волнения хочется смеяться и шутить.
– Аля, серьезно, – возмущается Лия и тоже едва сдерживает смех.
Просто ночь, море. Хо–ро–шо!
Зажмуриваю глаза. Но как назло никто в голову не приходит.
– Кого загадывать? Сильного, смелого, настоящего мужчину? – страдальчески гляжу на подругу, – помогай, давай.
– О, не–ееет, не повторяй моих ошибок. Ну их, этих настоящих – Лия огорченно хмурится и слишком быстро замолкает.
Она осекается. Моргает слишком часто. В глазах – злые куражи и что-то мокрое, что она изо всех сил прячет.
– Ли, – мягко ищу слова, – у вас с Марсом опять?
– Не хочу я о нем, – отрезает подруга, – и знаешь, вот послушай меня – никакого спецназа. Это только со стороны – такие брутальные, за тебя и в огонь и в воду. А потом короче, не связывайся ты с ними.
Делаю еще один глоток вина и из всей печальной тирады подруги выхватываю всего одну фразу.
«И в огонь, и в воду»
Эх
– И друзья у него, такие же, кобели самовлюбленные, один другого краше, – продолжает гневно жаловаться Лия и откупоривает термос с травяным чаем.
Без комментариев.
Знаю я, кто ее на этот чаек подсадил. И с кем она эти травы собирала неделю назад. Марс же ее и вывез куда–то, в горы. Ну не мог он накосячить. Не верю.
Ладно, не время бередить раны.
– Никакого спецназа, – назидательно повторяет Лия, так словно я специально бы загадывала.
Интересно, а почему – никакого? Хорошо, я просто хочу настоящего мужчину. Горячего, шикарного мужика. И так, чтоб за меня – и в огонь, и в воду. Размечталась, да?
Мои фантазии – только мое дело.
– И чтоб этого паскудного Рашидова отвадил раз и навсегда, – напоминает Лия и разом портит всё настроение.
– Тьфу, – морщусь, – зачем ты о нём опять? Вот так сидели, хорошо. Ты зачем его помянула?
– Потому что мы тут для дела, – Лия снова отпивает вино и кивает на огоньки свечей, – ну так ты уже представила, кого загадывать будешь? Или так и будешь пялиться в море и делать вид, что ничего не происходит?
– Представила, – бормочу я, но скорее для себя.
Никого я не представила толком.
С моим нулевым опытом – только в эротические фантазии погружаться.
Бутылка снова оказывается в моих руках. Даю себе слово, что это – последний глоточек. Терпкое вино отдает пряной сладостью.
Пытаюсь сосредоточиться на ощущениях.
Горячий, бархатистый шепот.
И губы, умелые. На моих. Медленно и жарко, так, что воздух кончается. Чувствую это почти по-настоящему – его дыхание, его руки, его язык. Мои пальцы сами собой сжимают горлышко бутылки, и я на секунду задерживаю дыхание, будто он действительно рядом.
Зажмурившись, четко ощущаю как мы целуемся с тем кого я так и не представила. Да и как такое вообразить, если я толком ни с кем и не целовалась.
Слюнявый опыт на выпускном – точно не брать в расчет.
– Эх, Алька, – мечтательно ухмыляется Лия, – ты безнадежна. Но может все получится, кто знает.
Смущенно отставляю бутылку.
Мне точно хватит.
Догрызаю яблоко. Вкусное и спелое. Задумчиво гляжу на волны, ритмично накатывающие на темную, галечную кромку.
–и окажутся на бреге, в чешуе как жар горя, тридцать три богатыря, – бубню пушкинские строки себе под нос.
Чем еще заняться ночью на море с бутылкой красного вина, если не загадывать любовь и цитировать классиков.
– Не накаркай, а то явятся сюда друзья Марса, вообще весь его спецотряд. И вместо романтики тебе – работает спецназ!
Гляжу на Лию.
Злится. Держится, старается не плакать, хотя губы дрожат. По ходу, серьезно у них там Им бы поговорить разок, нормально. Не, точно надо ее к психологу.
И этого ее, Марса тоже.
– Ли, а может сходить бы и тебе к моей Марте Валерьевне? Она реально мозги вправляет. Мне панику убрала вообще со второй встречи.
– Угу, – мрачно кивает Лия, – она у тебя спец-молодец. Не умеешь плавать? А иди-ка ты, дорогуша, дельфинов спасай. Я ее уже заочно опасаюсь.
– Зря, – уверенно отрезаю и резко оборачиваюсь на шум позади.
Вроде никого.
Только ветер шумит, чернеющая кромка подлеска и где-то далеко – свет автомобильных фар, скользнувший по деревьям. Звук поднимающегося шлагбаума.
– Так, – мгновенно командует мой любимый генерал,– бегом в домики. А то хватятся нас, чую.
Мы срываемся, словно ошпаренные.
Босиком по гальке – больно, но я не чувствую пяток. Влетаем в узкий деревянный проход между корпусами. Лия ныряет в свой домик. Я – в дежурку.
Замираю, прислонившись спиной к двери.
Тихо.
Слышу, как где-то за деревянной стеной стрекочет сверчок. И собственное дыхание слышу. Пронесло.
За окном – опять раскатистый движок машины. По ходу, внедорожник.
Кого ещё принесло в такую ночь на базу? Вообще, меня это не касается совершенно. Но загасив свет в домике, я тихонько выскальзываю на деревянную террасу, сгорая от любопытства.
На площадку перед стеклянным корпусом медленно вкатывается черный внедорожник, кажется «Гелендваген». Ну по ходу, точно кто-то к Савину. Интересно, ради кого он задерживается до ночи?
Кому приспичило ночью притащиться в закрытую лабораторию?
Задираю голову в сторону крыши лаборатории.
Отчего-то совершенно некстати вспоминаю про странную разметку с буквой «Н» посередине огромной крыши. Краска на ней кажется свежей – я не замечала её, когда приезжала месяц назад. Вертолетная площадка? Ну хотя, мало ли для экстренной эвакуации дельфинов, может быть.
Савин вполне может себе позволить и не такое.
Из внедорожника выходит мужчина и сердце пропускает удар. Шикарный, накачанный, с выправкой. Горький смешок застревает комом в горле. Отчаянно хочется верить в волшебство именно сейчас.
Дурея от собственного нахальства ... хочу вот такого. Можно? Вселенная, ты там еще на связи? Можно хотя бы если не его, то просто первый поцелуй вот с точно таким же.
Прикрываю ладошкой рот, сдерживая смех. Ну этот – точно не из спецназа же?
Гражданский.
Белая футболка, темные брюки. Точно гражданский, никакого спецназа. Лучшая подруга может спать спокойно.
Ладно, по ходу вино надо было и в самом деле оставить нечисти. Как изначально и планировала Лия.
– Вот черт, – легонько бью себя по лбу и зажмуриваюсь, осознавая всю дичь момента.
Свечи!
Мы в такой панике неслись с Лией с пляжа, что забыли загасить свечи в ветровых колбах. Они еще горят. Волшебство продолжается? Да ну. Не верю я. Просто, чтоб Лию не расстраивать. Она и так вся на нервах из–за своего Марса.
– Спать, – бормочу себе и снова ретируюсь в темноту.
Сворачиваюсь в клубочек на кушетке рядом с рабочим столом, накрываюсь с головой плюшевым пледом и моментально проваливаюсь в сон. Движок «Гелендвагена» снова взрывается рыком, по ходу ночной визитер еще и очень беспокойный.
Спать точно не даст.
Уже уплывая в сонное марево, шепчу себе под нос.
– И в огонь, и в воду.