Глава 6

Следующие дни ничем не отличались от предыдущих, за исключением того, что с мужем мы перестали пересекаться вообще. Телефон он мне тогда все-таки дал, порядочным гадом оказался, и я узнала, что с родными все в порядке. Мама сначала держалась молодцом, а потом я услышала ее тихие всхлипы и мольбы о прощении. Только вот ее прощать было не за что, это не она проиграла мою свободу в карты. Этот разговор, не смотря на напряженность, немного успокоил воспаленный мозг и поспособствовал расслаблению. Я очень много гуляла, благо территория этому не препятствовала. И каждый раз косилась в сторону загадочного домика, но пока не решалась туда проникнуть.

Маруся вразрез моим ожиданиям не поддалась на уговоры и не раскрыла тайны, что же скрывается за закрытой дверью на втором этаже, сказав только, что со временем я узнаю все сама. У нее был свой повод для радости, потому что после того случая в столовой, Галя больше не появлялась в нашем доме. Но я все еще помнила эпизод из брачной ночи, и у меня назревал план, как проучить эту дамочку. Зато за это время я наслушалась историй про своего мужа.

Как оказалось, Маруся с Климом — с самого его детства и очень многое про него знает. Недавно ему исполнилось тридцать три года, он много времени проводит на работе. Только вот что за работа — для меня так и осталось загадкой. По словам Марии, Клим очень отзывчивый и порядочный мужчина, чего я сама бы о нем не сказала. Мне он с самой первой встречи показался айсбергом, и мнение о нем после всего, что между нами произошло, только ухудшилось. Маруся же без конца твердила, что я идеально подхожу ее шефу и что мы с ним созданы друг для друга. Знала бы она все, так бы не говорила. По сути, мы с ним оставались чужими людьми, которые дважды занимались сексом.

До учебы оставалось несколько дней, и я была в предвкушении встречи с Денисом. Сердце замирало в груди каждый раз, когда я о нем думала. Он был, в отличие от Клима, добрым и спокойным. Ну а пока было время, я все глубже проникалась рисованием. Сейчас я работала над одним портретом, и с каждым штрихом то, что вырисовывалось на холсте, нравилось мне все больше.

Кстати, я все-таки предприняла попытку бегства, но меня остановили. Рано утром я усердно делала вид, что гуляю и очень увлечена пейзажем. Даже карандаши и альбом взяла с собой, чтобы был повод обойти все уголочки и найти брешь в системе безопасности. По сути, никакой системы не было. Были два охранника, которые работали посменно, и камеры по периметру дома. Я прошла по всем вымощенным дорожкам, обошла стороной загадочный домик. И плевать я хотела на эту тайну, если мне все-таки удастся оказаться по ту сторону ограждения! Пусть Клим и дальше живет среди своих тайн. Пусть другие терпят его характер, а с меня хватит.

На удивление, мне здесь очень нравилось. Другого хозяина бы этому месту — и оно было бы идеальным. Так за размышлениями я дошла до неприметной боковой калитки. Подергав ручку, разочарованно застонала, потому как дверь была заперта. Оглянувшись на дом, я отметила, что камеры как раз были повернуты в другую сторону. Окинув взглядом кованую калитку, перевела взгляд на тенниски и решила, что они идеально подходят для скалолазания. Аккуратно сложив вещи, я уже вставила ногу в отверстие между прутьями и собиралась сделать рывок вверх, но меня остановила крепкая мужская рука. По началу я подумала, что это Клим, и даже начала молиться, потому что я боялась предположить, на что он был способен в такой ситуации. На счастье, это был охранник, который возвышался надо мной, словно скала.

— Валерия Гавриловна, на вашем месте я бы не стал этого делать, — голос звучал бесстрастно, но вид выражал неодобрение.

— Вы не на моем месте, — огрызнулась я, потому что меня задел такой глупый провал.

Да, я не разработала стратегию, но я и не была в тюрьме. Или была?

После этой реплики мне захотелось засмеяться в голос. Серьезно. Разразиться гомерическим хохотом. Клим Давидович ценит меня не больше, чем подстилку для ног!

Я раздраженно собрала вещи и вернулась в свою комнату. На какое-то время я выпала из жизни, пытаясь придумать, как мне выбраться из этой золотой клетки. Был вариант спрятаться в багажнике Клима, но это не давало мне гарантии, что я потом из него выберусь незамеченной. Еще был вариант прикинуться больной и попросить, чтобы мне вызвали врача. Но я и актерские навыки были несовместимы. Я просто не могла так искусно врать. Клим слишком умен, чтобы его можно было так в легкую обвести вокруг пальца.

Внизу послышался звук захлопнувшейся двери, но я продолжила размышления, не обращая внимания на сторонние факторы. Я надеялась, что и сегодня встречу с мужем удастся избежать, как это было на протяжении последних дней. Увы, сегодня фортуна меня покинула.

Дверь спальни распахнулась, и на пороге возник Клим собственной персоной. На груди болтался развязанный галстук, а муж слегка пошатывался.

— Ты почему не вышла? Я тебя уже пять минут зову.

Я ожидала, что снова придет страх, как это бывало в его присутствии, но на удивление мне было спокойно.

— Я не слышала, извините.

Клим начал рассматривать мое тело, будто пожирая каждый миллиметр. А я ощущала, как по коже побежали мурашки. Но они были вызваны не страхом.

— Лер, тебе плохо здесь?

Его голос звучал как-то отстраненно, но слова произносились четко, хотя я была уверена, что в данный момент в его крови присутствовал алкоголь. От этого вопроса по спине пополз холодок. Нам еще не довелось пообщаться нормально. Он в основном отдавал приказы. А сейчас я была готова поверить в то, что он умеет спокойно общаться. Вот только…

— С чего вы взяли?

Темные брови неодобрительно нахмурились, и он поднял глаза на мое лицо.

— Да хватит мне уже выкать! Ты мне жена или кто? Я, в конце концов, тебя трахаю!

Последняя фраза прозвучала, будто пощечина, и момент был упущен. Клим снова начинал раздражаться.

— Хорошо, как ты хочешь, чтобы я к тебе обращалась? Клим? Муж? Супруг?

Мужчина хмыкнул и потянул за край галстука. Темная блестящая полоска коснулась пола, но рука мужа не выпустила ее. Клим шагнул в комнату, а я поспешно прикрыла портрет, который стоял возле кровати. Не хватало еще, чтобы он его сейчас увидел. Тогда мне бы точно не поздоровилось.

— Я же тебе уже говорил. Меня устроит, если ты меня будешь называть меня Хозяин. Ну или, на крайний случай, Господин.

Напротив лица возникла его грудь, которая быстро вздымалась, будто он только что бежал. В полумраке комнаты блеснула белозубая улыбка. Меня же бросило в дрожь от его оскала. Казалось, что еще немного — и мужчина вцепится в мою глотку, лишив меня жизни. Он поднял мое лицо за подбородок и начал его придирчиво осматривать.

— Люблю красивые вещи. А ты, котенок, моя самая красивая собственность. Тебе ясно? Ты. Моя. Собственность! Я тебя купил у твоего папаши!

Его слова жалили меня в самое сердце. Я набрала в легкие побольше воздуха, вонзила ногти в его руку, которой он удерживал сейчас подбородок, и прошипела:

— Ненавижу!

Из груди Клима вырвалось утробное рычание:

— А ну-ка повтори!

От накрывшего меня в следующую секунду дикого ужаса в тело впился миллион острых иголок. Глаза Клима полыхнули, и я поняла, что сейчас случится непоправимое.

В лучшем случае меня быстренько грохнут и прикопают тут же в песочке, в худшем — будут пытать всю оставшуюся жизнь.

Темные глаза неотрывно вглядывались в мое лицо, а через мгновение Клим расслабился и громко засмеялся. Из меня вышибло весь воздух. Просто поразительно, как быстро он менял свой облик! Вот он похож на самого дьявола, щелчок — и он просто обычный мужчина. Так кто же ты на самом деле, Клим Светлов? И зачем тебе я? Внутри меня с каждой минутой расли подозрения о нормальности мужа.

— Знаешь, котенок, мне в принципе по хрену, что ты ко мне чувствуешь. Я буду делать, что хочу. На твои желания мне плевать! Но мне определенно нравится, когда ты выпускаешь коготочки. Прямо возбуждает до ломки.

Хоть он и говорил это вкрадчивым тоном, внутри меня разрастался хаос, который грозил поглотить целиком. Его хрипловатый голос снова сотворил со мной странное, и вот я уже неотрывно смотрела в темные омуты. В глазах Клима зажегся алчный блеск. Тишину комнаты нарушало лишь наше дыхание. Какое-то время он буравил меня взглядом, а потом сделал шаг назад.

— Раздевайся.

Это слово заставило пульс ускориться, а бедра непроизвольно сжались. Что он на этот раз задумал?

— Зачем?

Голос в очередной раз предал меня, и я теперь могла только шептать. В горле начал расти нервный комок: я не знала, что в голове у этого мужчины, не знала, на что он вообще способен, но от одного его вида мне становилось не по себе.

— Ты не расслышала? Я сказал, раздевайся! Сейчас же и без лишних вопросов!

Рявкнул Клим, наматывая на кулак зажатый ранее галстук. Злить его еще больше мне не хотелось. И так уже ляпнула то, после чего он мог меня придушить, но почему-то этого не сделал.

Дрожащими руками я расстегнула рубашку и откинула ее в сторону. Туда же полетели и джинсы. И вот я уже стояла перед одетым мужчиной в одном нижнем белье.

Глаза с удивлением заметили, как в районе паха начал увеличиваться мужской орган.

— Подойди ближе.

Этот голос гипнотизировал, а ноги сами по себе начали движение, и вот я уже стояла, плотно прижавшись к ткани его кипенно-белой рубашки.

— Заведи руки за спину.

Очередной приказ — и я будто марионетка начала выполнять его: этот мужчина лишал меня воли. Клим обошел меня сзади и обвязал запястье полоской ткани. От этой манипуляции моя и без того внушительная грудь еще больше выпятилась вперед. Мужские пальцы легонько провели по ягодицам, от чего я вздрогнула и больно закусила нижнюю губу.

Клим снова появился в зоне видимости, обводя меня голодным взглядом.

— На колени.

Снова приказ, который был отдан тихим голосом. Внутренности сжались до предела, а в груди вспыхнул пожар. Я аккуратно опустилась перед мужчиной на колени и подняла на него взгляд.

Он смотрела на меня немигающими глазами и о чем-то сосредоточенно думал.

— Ты не ответила на мой вопрос. Тебе здесь плохо?

За исключением того, что он так и оставался для меня незнакомцем, который периодически нарушал мое душевное спокойствие, мне здесь было комфортно.

— Нет, господин.

Глаза Клима расширились, а возбужденный член шевельнулся. Это было видно даже через ткань брюк. Кадык мужа дернулся, а он с силой сжал кулаки.

— Лера, блядь! Что ты творишь?

На это я только опустила глаза в пол. Мои колени утопали в пушистом ворсе ковра, что значительно смягчало мое положение. Подбородка коснулись длинные пальцы, и мужчина поднял мое лицо.

— Почему ты, черт возьми, ведешь себя, словно жертва на заклание?

Я не успевала за сменой его настроения. Вот он рычал от злости, а вот уже пытается выяснить причину моей ненависти.

— Просто я не привыкла жить с незнакомцем, который относится ко мне, как к рабыне.

— Ну знаешь, ты моя первая и единственная жена. Так что смирись! В этом доме до тебя женщин не было.

— А как же Галина?

Едва слова вылетели из уст, как Клим резко дернулся назад, оттолкнув мое лицо. Я едва не рухнула на пол, но нашла в себе силы удержаться.

— А она-то при чем?

Мой мозг лихорадочно соображал, как выкрутиться из этой ситуации. Одно дело, когда я заявила про минет, и совсем другое, когда прямым текстом сказала, что знаю про его помощницу.

— Просто она постоянно здесь, я и думала, что она живет в каком-то доме неподалеку или даже в этом.

Мой голос звучал настолько фальшиво, что я сама себе не верила. А Клим уж точно не был дураком. Но, видимо, алкоголь притупил его хватку, и он заметно расслабился.

— Она живет по соседству. Не бери в свою прекрасную головку. Она просто помощница.

Которая тебе отсасывала. Естественно, я не сказала этого вслух.

— На чем мы там остановились?

— Зачем я тебе?

Темные брови недовольно нахмурились.

— Я уже говорил. Мне нужен наследник! Но сейчас не об этом!

В темные глаза снова вернулась рассеянная ранее похоть, и вот он уже снова навис надо мной.

— Знаешь, что я хочу с тобой сейчас сделать?

Голова неуверенно качнулась в сторону, и я нервно облизнула губы, на которых сразу же сосредоточили свой взгляд. Клим обхватил мой затылок и с силой сжал в кулаке пряди волос, запрокинув мою голову еще сильнее.

— Хочу, чтобы ты мне отсосала. Ну, я предупреждаю, чтобы для тебя не было это неожиданностью и ты, боже упаси, не стала задыхаться.

Воздух застрял в легких, а внутри разрастался протест.

— Я думаю, не стоит этого делать.

Я была слишком уязвима, стоя перед ним на коленях со связанными за спиной руками.

— Тебе определенно понравится. Твой ротик просто создан для того, чтобы мой член погружался в него. Да и к тому же, все бывает в первый раз. Ну а если выкинешь что-то, что мне не понравится, то…

Он не договорил, но в его фразе ясно угадывалась скрытая угроза. Рот наполнился вязкой слюной, и я с трудом сглотнула. Что я могла сделать в этой ситуации? Да и глупо было отрицать, что после его грубой реплики во мне снова начало разгораться животное возбуждение.

— Открой ротик, котенок.

Клим расстегнул ремень брюк, и из штанов выскочил напряженный до предела член. Я предприняла еще одну попытку противостоять, но Клим мгновенно разгадал мои намерения и обхватил мой затылок, удерживая на месте.

— Лера!

Он прорычал мое имя, и я поняла, что он в очередной раз победит. А я в очередной раз сдамся.

Я облизнула губы и приблизилась к набухшей головке. Язык провел по его стволу, и мужчина застонал, еще сильнее сжимая в кулаке мои волосы. Я не почувствовала отвращения или брезгливости. Наоборот, тело прошибло вожделением от такого отклика мужчины, и я захотела еще. Я начала медленно насаживаться ртом на член мужа. Клим что-то неразборчиво заворчал и качнул бедрами вперед. Его головка уперлась мне в глотку, и я поперхнулась. Давление тут же ослабло, а я попыталась отдышаться. Мысли разлетелись в разные стороны, а во мне забурлило желание покорить этого мужчину таким нехитрым способом. И куда только делась скромная девочка, которой я была?

Голова начала двигаться, то заглатывая, то выпуская наружу напряженный пенис, а я наслаждалась реакцией, которую вызывала у мужа. Он то постанывал, то рычал, то хрипел, что мой рот — просто рай. Я уже приготовилась отстраниться, но Клим меня опередил и одним рывком поднял на ноги. Галстук упал на пол, а мужчина толкнул меня на кровать. Брюки исчезли — и вот он уже стоял передо мной в своем обнаженном великолепии.

Я не видела голых мужчин раньше, но он определенно был лучшим представителем своего рода. На теле бугрились мускулы, живот был соткан из мышц. А я не могла насмотреться на него.

— Налюбовалась?

Клим в мгновение ока расправился с моим нижним бельем, перевернул меня на живот и вошел в меня сзади.

— Котенок, твою мать, у тебя такое отзывчивое тело. Мне просто башню рвет, когда я внутри тебя.

До меня его слова доносились приглушенно, наверное, из-за того, что во мне шумела взбудораженная кровь. Я сама не заметила, как начала двигать бедрами навстречу Климу и стонать от переполнявших меня эмоций. Не знаю, сколько мы занимались сексом, но как только я почувствовала, что вот-вот взорвусь, Клим намотал мои волосы на кулак и притянул меня к своей груди, впиваясь губами в открытую шею. Он начал еще быстрее двигаться, а мне хотелось умереть от восторга, который прокатывался по каждой моей клеточке. Его член так глубоко входил, что, казалось, разорвет меня на части. Он заполнял каждый мой миллиметр, и я отчетливо ощущала каждый толчок внутри. Одна его рука вплелась в мои волосы и плотно прижала меня к сильной груди. Вторая же медленно пропутешествовала от бедра по животу и захватила в плен грудь, начав теребить сосок. Мужчина сжал его с такой силой, что я балансировала на грани боли и наслаждения. По телу пробегали частые разряды тока и концентрировались в промежности. Оргазм накрыл меня внезапно и с такой силой, что я повисла на руке Клима, не в состоянии сопротивляться агонии.

Сейчас мне было все равно, что он практически чужой, меня тянуло к нему на уровне инстинктов, и я не хотела с этим бороться. Не сейчас.