Глава 8

Привезенная на первое время одежда мне уже порядком поднадоела, а забрать остатки у меня не было возможности, потому что выезд из этого дома мне был заказан на неопределенный срок. Ладно, сегодня попробую пробиться на свободу хоть под конвоем. Не могу же я, в конце концов, ходить в трех кофтах и двух джинсах. Да к тому же, я уже хотела забрать свой телефон и быть на связи когда захочу, а не после того, как сделаю своему мужу минет.

Я сбежала по ступенькам и уже привычно направилась на кухню.

— Марусь, чем сегодня порадуешь?

Я полезла в шкаф за тарелкой и приборами и уселась на стул в ожидании пира. Такими темпами, с которыми Маруся взялась меня откармливать я скоро превращусь в колобок.

— Сегодня у нас бефстроганов и голубцы.

Маруся виновато потупилась, а я от предвкушения трапезы даже облизнулась.

— А чего ты расстроилась, Маш?

Я уже привыкла обращаться к ней по имени, хоть она и была старше меня намного. Но я попыталась выведать ее отчество, а она только отмахнулась и пригрозила мне пересоленной едой.

— Извини, Лерочка, сегодня скромно. У меня дочка приболела, я еле успела приехать к готовке.

— А сколько дочке? Что-то серьезное?

Известие о дочери Маруси вызвало у меня удивление. Она ни разу не говорила, что у нее есть дети, а я не догадалась спросить. Мне казалось, что Маруся вообще отсюда никуда не уезжает. Она была что-то вроде домоправительницы. И за еду, и за чистоту, и за все остальное отвечала и следила. Я пыталась помочь, но в очередной раз получила от нее нагоняй, якобы это ее работа и нечего к ней лезть.

— Да она взрослая уже, старше тебя, Лерочка. Но что-то вот слегла совсем. А мне тяжело и в город, и сюда. Раньше, когда в городе жили, было намного проще, но сейчас…

Речь женщины прервали голоса, донесшиеся из холла. Их определенно было два, и принадлежали они мужчине и женщине, которые о чем-то весело переговаривались. Дверь в кухню распахнулась, и перед глазами возникли Галина и Марк. Мужчина, когда меня заметил, расплылся в улыбке, а вот Галя только прищурила холодные глаза и едва ли не сморщила нос, будто от меня смердело.

— О, госпожа Светлова, добрый день. Давно не виделись.

Марк плюхнулся на стул напротив, схватил булочку и начал с неподдельным аппетитом ее жевать.

— Боже, Марк, тебя не кормят, что ли, совсем?

Галя только презрительно фыркнула.

— Да когда уж мне там, Мария! То туда, то сюда. И так целый день. Клим, гад, даже кофе не дает попить, а еда мне скоро сниться будет.

Все это было сказано с набитым ртом, и слышалось довольно комично.

— А где Клим Давидович, Мария? — подала голос помощница мужа и вопросительно уставилась на меня.

— А Клим Давидович уехал.

Я не растерялась: не собиралась показывать свои подлинные эмоции перед этой дамой. У меня на нее были другие планы, но пока не выпало возможности воплотить их в жизнь.

— Странно, у него сегодня не было никаких встреч. Я бы знала.

Меня неприятно кольнуло, что Галина знала больше о жизни мужа, чем я. Мы жили с ним под одной крышей, но с ней он проводил больше времени, потому как дома его не бывало.

— Ой, да Галь, ну опять куда-нибудь поехал. Побыть один, как он любит это называть, или не один. Кто уж разберет начальника.

Маруся шикнула на Марка, а он, сообразив, что ляпнул при мне лишнего, захлопнул рот.

— Ой, Лер, а что это у тебя на щеке?

Марк пристально всматривался в меня. Рука дернулась к месту, куда был направлен взгляд мужчины, но я ничего не нащупала, только ощутила легкую боль.

— А что там?

Я пыталась припомнить, что же там такого может быть, что так удивило знакомого мужа. Я не рисовала, так что это не могла быть краска. Да и какая краска, если я только вышла из ванны! В зеркале я тоже не заметила ничего подозрительного в своей внешности.

— Похоже на синяк.

Брови мужчины сошлись на переносице, и он внимательно посмотрел в мои глаза. Мозг прострелила догадка. Вспомнилась сильная хватка пальцев Клима на моем лице, и от волнения затряслись поджилки. Еще не хватало, чтобы кто-то заподозрил о наших непростых отношениях. Еще меньше я хотела выяснять все при Гале, которая сейчас прислушивалась к каждому слову.

— Да быть не может. Пойду посмотрю. Прошу прощения.

Маруся только успела крикнуть, чтобы я потом спустилась поесть.

И вот я стояла и смотрела, как на левой щеке темнеет след от большого пальца супруга. Выбора не было, потому как в столовую возвращаться придется. Я порылась в косметичке, выуживая тональный крем, и попыталась замаскировать травму. Сейчас я уже более отчетливо ощутила иголочки боли, впивавшиеся в плоть.

На обратном пути я заметила лежащий на столе в гостиной планшет и сумочку Гали. Просканировав помещение на присутствие посторонних и убедившись, что никого нет, а на кухне продолжается оживленная беседа между Галей и Марком, я крадучись подошла к столику и взяла в руки гаджет. Я пока не знала, что могла там найти, но такой шанс упускать не собиралась.

На счастье, планшет не был защищен навороченной блокировкой, было достаточно провести пальцем по экрану. На главном экране рассыпались значки, и взгляд натолкнулся на документ «Расписание Клима». Я еще раз прислушалась к разговору и убедилась, что никто не идет в мою сторону, пробежалась глазами по напечатанным строчкам и через минуту, вернув технику на место, направилась в кухню.

Зайдя в помещение, я поймала на себе взгляд Марка и выдавила улыбку. Галина снова посмотрела на меня свысока, будто она была здесь хозяйкой.

— Ну что, долго мы тут будем среди прислуги чаи распивать? Марк, позвони уже Климу, и давайте решать вопросы.

Брови удивленно взметнулись вверх от такого высокомерия, но я хмыкнула, когда вспомнила, какой сюрприз ее ждет.

— Вот черт, мне же Климу надо скинуть расписание на завтра.

Помощница, или кто она там была на самом деле, оглядела кухню на наличие искомого предмета.

— Ты вроде его в гостиной оставляла, — вскользь проговорил Марк, что-то сосредоточенно изучая на телефоне.

Мимо меня процокала Галя, а вид у нее был, будто она королева мира. Я закатила глаза и вернулась за стол, хватая булочку.

— Валерия, вы не против, если я останусь и составлю вам компанию?

У Марка была обворожительная улыбка, в отличие от мужа, но во мне она не нашла никакого отклика. Я только вежливо кивнула и принялась за еду.

— Прошу прощения, мне надо позвонить Климу, — после этого мужчина поднес телефон к уху и прислушался. — Клим, привет. Ты когда вернешься в свою обитель? Тут у меня и Гали кое-какие вопросы назрели по работе.

Во время этой реплики Марк то и дело бросал на меня какие-то странные взгляды, которые я не могла разгадать, поэтому решила, что проще будет просто не обращать на них внимания.

Когда я с удовольствием поглощала голубцы, вернулась Галина. При виде меня она в очередной раз закатила глаза и обратилась к Марусе.

— Маруся, завтра на завтрак Климу Давидовичу приготовьте омлет. Будьте добры.

От такой наглости я поперхнулась и закашлялась. Грудь моментально сдавило спазмом, и я вдохнула ингалятор. Галина фыркнула и снова перевела взгляд на повара.

— Я ясно выразилась? Омлет, и без вот этого вот самоуправства.

Голос блондинки зазвучал визгливо и с каким-то надрывом. Если бы я была на месте мужа, я бы и дня не продержалась рядом с этой дамочкой.

Я взяла салфетку и аккуратно промокнула уголки губ.

— Галина, возможно, вы имеете некоторые проблемы с памятью. Так мне не сложно напомнить тот маленький факт, который изменился в биографии моего мужа. В этом доме теперь есть законная хозяйка.

Все это я говорила с приторной улыбкой, которую не составило труда нацепить на лицо. Галина удивленно распахнула рот, а Маруся только фыркнула в ответ.

— Ну ничего, это ненадолго, — зло выплюнула мне в ответ помощница.

В этот момент в кухню вошел Клим, а Галина преобразилась на глазах. И тут я с уверенностью могла сказать, что она была влюблена в моего мужа, как кошка. Это осознание неприятно резануло по расшатанным нервам, но я приказала себе не показывать этого.

— Что ненадолго?

Клим как всегда при виде меня нахмурился и развязал на шее галстук. Я тут же вспомнила последний эпизод, и зубы прикусили нижнюю губу. Темные глаза впились в этот жест, и муж плотоядно улыбнулся. Внутри моментально стало жарко, казалось, что те молнии, которые летали между нами, ощущали все.

— Ничего, Клим Давидович.

Маруся приподняла бровь и подмигнула мне, вытирая руки полотенцем.

— Да вот, Клим Давидович, Галина сказала Лерочке, что она тут ненадолго.

Возможно, это было галлюцинацией, но мне послышалось, как Галина удивленно вскрикнула.

— Серьезно? И с чего такие выводы, Галина? — муж повернулся к своей помощнице и замолчал в ожидании ответа.

— Клим, я не это имела ввиду. Я не про Валерию Гавриловну говорила. Это была реплика в сторону.

Да уж, Галина заметно менялась, находясь рядом с Климом. Она лебезила и уворачивалась, пытаясь выставить себя лучше, чем она есть на самом деле. Наши взгляды с Марком пересеклись, и мы синхронно хмыкнули.

— Ты на сегодня свободна! Расписание я получил, потом изучу. Марк пошли в кабинет.

Галина что-то хотела возразить, но муж пригвоздил ее к месту гневным взглядом, и блондинка захлопнула открытый рот.

Мужчины удалились, а я продолжила трапезу, полностью игнорируя помощницу. Она постояла какое-то время, потом я услышала, как удаляются шаги.

Я ощутила, как расслабляются плечи, и опустила лицо в колыбель ладоней. С каждым разом мне все сложнее было держать себя в руках. Я хотела просто встать и высказать этой стерве все, что я думала о ней. Но я понимала, что еще не пришло мое время. Надеюсь, после сегодняшнего дня с нее слетит немного спеси.

Настроения рисовать у меня сегодня не было, и я пошла в сторону библиотеки. Дверь оказалась приоткрыта, и я краем уха услышала голос мужа.

— Блин, Марк, я больше не могу так. Я по нормальному хочу. Кажется, еще немного — и я двинусь.

— Ну так, а в чем проблема, Клим? Хватай быка за рога. Она то, что тебе надо.

— Будто ты сам не знаешь, что сейчас творится. Эта вся хрень вообще с ума сошла.

Муж рычал, голос звучал глубоко и грубо. За дверью воцарилась тишина и послышались поспешные шаги, а я не успела сориентироваться, замешкавшись на долю секунды, но этого хватило, чтобы дверь распахнулась и на меня уставились карие глаза. Муж быстро обернулся и захлопнул за спиной дверь.

— Ты шпионишь за мной? — Клим прошипел мне на ухо, и на руке крепко сомкнулись его пальцы.

Я дернулась в попытке освободиться и прошипела в ответ:

— Ты и так мне синяк оставил. Хочешь, чтобы у меня все тело было в ссадинах?

Глаза Клима загорелись нехорошим светом, а вторая рука дернулась вверх, и вот уже его кулак впечатывается в стену в миллиметре от моей головы. Сердце громко ухнуло, и я зажмурилась, не в состоянии дать отпор этому тирану. Тело начало трясти. Клим резко ослабил захват, и я без сил сползла на пол.

— Еще раз слово мне поперек скажешь — пожалеешь!

И мужчина в очередной раз ушел, бросив меня одну. О чем, черт подери, они говорили? Какая еще хрень? Что за тайны?