Глава 41. Руслан

Я очнулся с глухой болью в плече, словно меня пронзили огненным копьём. Мое сознание медленно возвращалось, муть в глазах постепенно рассеивалась. Я сразу понял, где нахожусь. Этот омерзительный до рвоты запах лекарств и дезинфицирующих средств ни с чем не перепутаешь. В палате было тихо, только какая-то херня размеренно пищала, действуя мне на нервы. Я потерялся во времени и пространстве. Какое сегодня число? Как долго я был в отключке? Пару часов, скорее всего, раз солнце за окном близится к зениту. Воспоминания о ночных событиях были противно реалистичны. Боль в теле напомнила мне, насколько жесток и безжалостен мир, в котором я живу. И всё же я жив, а кому-то повезло меньше. Медсестра очень вовремя вошла в палату и обеспокоенно подскочила ко мне. – Как вы себя чувствуете? – поинтересовалась она, снимая с меня какие-то трубки и провода. – Не знаю, – честно признался я, еле ворочая языком, прилипшим к нёбу. – Моя жена… Она уже уехала домой? – Сначала я позову вашего лечащего врача, а потом разыщу вашу жену, – пообещала женщина и вышла из палаты. Через пару минут пришёл щуплый мужичок с аккуратной бородкой и задал мне нескончаемую прорву вопросов относительно самочувствия. Полчаса мурыжил, если не больше. Только в жопу не заглянул, а так всего облапал и обсмотрел. Я хотел, чтобы он от меня поскорее отцепился, а вместо него ко мне прицепилась Ульяна. В конце концов, мне это остопиздело, поэтому я попытался сесть на кровати. – Не двигайтесь, Руслан Валерьевич! – приказным тоном рявкнул на меня врач. – Чё это? – рыкнул я в ответ и всё же сел. Башка закружилась, помещение поплыло перед глазами, как после смачного такого пропущенного удара в голову. Я с трудом словил фокус, и головокружение отступило. – Вы два дня были в коме! – пояснил врач. – Ложитесь обратно! Два дня? Да ладно? Охуеть! Нужно выбираться отсюда. Я должен быть в строю, чтобы защитить жену. Мои мысли вошли в режим боевой готовности, разум был направлен уже за пределы этих стен. Я знал, что каждая секунда важна, и мои враги никогда не спят. Как там моя девочка? С ума сошла, наверное, от горя, а я всё это время провёл здесь овощем, блять! Под возмущённые вопли доктора я намотал на бёдра простыню, которой был укрыт, а затем поднялся с постели, игнорируя боль и слабость в ногах. Я почувствовал огонь, разгоняемый по телу всплеском адреналина, какой бывает перед яростной схваткой. Домой! К жене и ребёнку! Я бандит, и это означало, что я не могу позволить себе валяться в больничной койке, в то время как моя семья беззащитна. Когда-то я присягнул сам себе, принял эту жизнь, состоящую из смертельной опасности и бесконечной борьбы. Позволив себе такую роскошь, как жену и ребёнка, я взял на себя такую огромную ответственность, которая едва ли не больше меня самого. Дверь уже была в пределах досягаемости моей руки, когда она внезапно открылась, и в палату влетела Ульяна. Вся в чёрном, бледная как смерть, с бешено сверкающими глазами, как будто собиралась с кем-то здесь разобраться по-взрослому. – Какого чёрта, Руслан? – набросилась она на меня. – Ложись в кровать! Живо! Бегу и спотыкаюсь! Я смотрел на Ульяну и глазам не верил. Думал, она кинется мне на шею, поддавшись порыву, зацелует меня до смерти, может, даже отсосёт мне от счастья, что я воскрес, а она смотрит как строгая училка. Как будто я на доске слово "хуй" написал, а она меня спалила. – Может, обнимемся, куколка? – обиженно пробурчал я. – Пойдём в кровать, Руслан, – повторила Ульяна, уже гораздо мягче и, обняв меня за талию, потащила обратно к больничной койке. Я присел на её край всё ещё не желая подчиняться этой командирше и многозначительно посмотрел на медперсонал. Доктор с медсестрой переглянулись и ушли, оставив нас с Ульяной одних. – Господи, я чуть с ума не сошла! – воскликнула Ульяна и упала на колени возле меня, уткнувшись лицом в мой живот. Разрыдалась, как ребёнок, разрывая мне сердце. – Поднимайся, принцесса! Ну, ты чего? – попытался я поднять её с пола, но сил не хватило. – Иди ко мне, маленькая! Не прекращая рыдания, Ульяна забралась ко мне на кровать и прижаласьщекой к моей груди, перетянутой повязкой. Превозмогая боль, я обнял свою девочку, и мне стало хорошо, так хорошо как никогда не было. Она рядом! Она со мной! Это всё, что мне нужно! Так мало, и в то же время, так много! – Не делай так больше! – надрывно всхлипывала Ульяна. – Не оставляй меня одну! Не смей так больше делать! – Ты тоже! – ничуть не уступая сказал я в ответ. – Как ты могла сбежать от меня, дурочка? – Прости-и-и… – И ты меня прости, принцесса. Я был во многом не прав. Я исправлюсь. Обещаю. Стану лучшим мужем и отцом! Только больше никогда во мне не сомневайся! Слышишь? Никогда не сомневайся в моей любви. Что с нашим ребёнком? Все хорошо? – Да, с ним всё хорошо. Ты уже самый лучший, Руслан! Самый лучший… Ульяна ещё долго плакала, прежде чем мне удалось её успокоить. Я прижимал её к себе, и меня разрывало от любви к ней. Казалось, что я люблю её ещё сильнее, чем прежде. Весь мир перестал для меня существовать. Были только я и Ульяна, такая маленькая и хрупкая в кольце моих рук. Наконец, Ульяна немного успокоилась и рассказала мне о том, что произошло за те два дня, что я выпал из жизни. Слушал её и ком раз за разом вставал в горле от гордости за неё. Она столько всего сделала за это время, разрулила столько вопросов, что я просто охеревал от её стойкости и мужества. Думал, она ревела два дня, боясь носа из дома высунуть, что было бы закономерным после всего того, что с ней случилось. Ульяна оказалась подстать мне. Жёсткая мадама, чёрт побери! Никогда никого не уважал больше, чем её сейчас. Настоящая жена бандита. Вместе с тем, мне было горько оттого, что ей пришлось сделать плохие вещи. Я должен был уберечь её от этого, оградить от жестокости и крови, но не получилось. Видит бог, я не хотел, чтобы она узнала о том, что случилось с её родителями, и уж тем более не хотел, чтобы Ульяна убивала человека, пусть и врага. – Мне жаль, что я не смог прийти на похороны твоей мамы, – с сочувствием произнёс я. – Жаль, что тебе пришлось самой… Одной… – Я больше не хочу, чтобы мы были бандитами! – заявила Ульяна в ответ. – Не хочу, чтобы наши дети жили в страхе, и мы тоже! Сделай что-нибудь, Руслан! Резонное требование. Оспаривать его я просто не имел права. Раньше мог, теперь уже нет. – Поехали домой, куколка, – перевёл я тему на более приятное и поймал сладкие губки жены своими губами. Моя сладкая девочка! Одно удовольствие просто целоваться с ней до одури, до умопомрачения. Свежий запах Ульяны, её тихий стон удовольствия, дрожь от моих прикосновений не могли оставить меня равнодушным. Член встал, как по команде, напоминая мне, что я точно живой, что кроме боли есть ещё и приятные ощущения. У меня же хватит сил отжарить мою куколку? Я столько времени голодный, сука! – Никаких домой! – отшвырнула от себя мои руки Ульяна и вскочила с койки. – Поедешь, когда тебя отпустит доктор! Опять раскомандовалась? Ты посмотри на неё! – Дай мне минуту, и он отпустит! – самонадеянно произнёс я. – Руслан, пожалуйста, – Ульяна шагнула обратно ко мне и взяла моё лицо в ладони, заглядывая в глаза. – Ты мне нужен живым! И нашему ребёнку! – Поэтому мы едем домой, любимая! Поверховодила пару дней, и будет!