Глава тридцать пятая

— Кай, нам надо погово…

— Нет!

Трое мужчин одновременно произнесли это слово, и в ушах зазвенело. Тони горько вздохнула и поморщилась.

— Никаких разговоров, — отрезал Оливер, вошедший в комнату вслед за Тони. — Ансгар, уводи ее.

— Прошу прощения, — извинился Ансгар, обращаясь к Тони. — Нам надо вернуться во дворец до полуночи.

— Нам не о чем говорить, — сказал Кай, старательно отводя взгляд. — Прощай.

Тони не хотела уходить. Она хотела вцепиться в Кая, встряхнуть его так, чтобы искры из глаз посыпались, заставить выслушать… и хотя бы на миг вернуться в то время, когда он не скупился на ласковые слова, нежные объятия и сладкие поцелуи.

«Нельзя! — напомнила она себе, крепко сжимая кулаки. — Оливер готов утопить обоих племянников, лишь бы насолить мне. Я должна быть сильной».

В общем-то, до Ансгара ей нет никакого дела, но он — старший брат Кая, любимый и единственный. И Кай правильно поступил, когда выбрал его благополучие. Тони тоже поступит правильно: защитит Кая и Лори. Отец мертв, и месть его не воскресит. А Тони как-нибудь переживет… Безопасность Кая и Лори важнее возмездия.

Погруженная в невеселые мысли, Тони не заметила, как Ансгар провел ее через портал. Она очнулась, споткнувшись о камень на мостовой.

— Ох…

— В чем дело? — тут же спросил Ансгар, оборачиваясь. И нахмурился. — Вы плачете?

— Ногу ушибла, — пояснила она, поспешно вытирая слезы. — Больно.

Прекрасная отговорка. Тони даже не соврала, тонкая кожа туфелек не смягчила удар.

— Аккуратнее. — Ансгар подал ей руку. — Держитесь.

Во дворец они вернулись без приключений. Ансгар молчал всю дорогу, но у двери в покои Тони внезапно повернулся к ней и произнес, не обращая внимания на охранника:

— Леди Антония, вы зря связались с моим братом. Ни к чему хорошему это не приведет.

Она не собиралась обсуждать Кая, но опешила от таких слов.

— Почему же? Вы испытываете неприязнь к… Кайдену? — вырвалось у нее.

— Наоборот, я его люблю, — возразил Ансгар. — Но от этого его поведение не становится лучше. К сожалению, Кай ломает все, к чему прикасается. Как избалованный ребенок — игрушку, когда она ему наскучит.

— Я знаю другого Кая, — резко ответила Тони. — Доброго, заботливого и нежного.

— То, чему я только что стал свидетелем, мало похоже на заботу и нежность.

— Вас это не касается! — Глаза опять наполнились слезами. — Вы не знаете…

— Да все я знаю… — Ансгар вздохнул. — Дядя купил ваше молчание. Это не впервые. И вы не первая женщина в его жизни.

Конечно, не первая. Тони не настолько наивна. И Кай, и Лори — умелые любовники, мастера извращений. У них было много женщин. Но разве это главное?

— Сомневаюсь, что вы любите брата, — заявила Тони. — Вы должны защищать его, ведь он младше вас.

— Должен? — Ансгар усмехнулся. — Я свято чту свой долг, леди Антония. Полагаю, Кай не рассказывал вам, как лишился должности в армии. По моей просьбе дядя спас его от суда, и взамен я отдал ему герцогство Лесли, и мои потомки потеряли право наследования по старшинству.

— Ваш брат только что вернул вам долг, лорд Ансгар, — горько произнесла Тони. — Ради вашего благополучия Кай отдал дяде меня. Даже если вы считаете, что обмен не равноценный, нам не стоит продолжать этот разговор.

Не прощаясь, она зашла в комнату и плотно закрыла за собой дверь. И, пожалуй, впервые порадовалась, что Лори еще не вернулся. Сейчас она не смогла бы обмануть его, скрыть чувства, разрывающие сердце.

О том, чтобы рассказать Лори о визите к Оливеру, и речи быть не может. Он защитит Тони. О да! Она уверена в этом. Но какой ценой? Навряд ли Оливер врал о наказании, ведь это несложно проверить. Но и без него Оливер сумеет отомстить Каю и Лори. Любой скандал повлияет на благополучие их родных и близких. Что ж, Тони не позволит этому случиться.

Минуты, часы, дни без Тони казались вечностью. Сайлорус и раньше оставлял ее надолго, но почти всегда — под присмотром Кайдена. Сейчас же уверенности в том, что Тони в безопасности, окружена заботой и любовью, нет. А возвращение короля во дворец все откладывалось, и присутствие Сайлоруса рядом с ним — необходимость, а не блажь. Такое случалось и раньше, Альберт не сидел на месте, путешествовал по стране, предпочитал лично разбираться с текущими проблемами, не перепоручая их министрам.

Но в былые времена Сайлоруса никто не ждал, и он не спешил возвращаться. Откуда же ему знать, как медленно тянется время в ожидании встречи. И как бешено стучит сердце, когда бежишь к любимой, преодолевая одним прыжком сразу две, а то и три ступени лестницы. И как сладок тот миг, когда вслед за радостным возгласом следуют теплые объятия.

— Я скучала… скучала… — твердила Тони, целуя колючие щеки.

— Маленькая, я только поздороваться, — смущенно улыбался Сайлорус. — Мне бы помыться с дороги. Все в порядке? Ты здорова?

Поток слез в ответ? Что поделать, Тони часто плачет. Она не плакса, просто не может справиться с эмоциями. И искренность ее чувств подкупает.

— Да, да… — закивала она, замахав руками. — Все в порядке, здорова. А вы? С вами все…

— Все хорошо. — Сайлорус обнял ее так крепко, что косточки хрустнули. — Потерпи еще немного.

— Потерпеть? — переспросила Тони недоуменно.

— Да. Надо потерпеть и подождать. Сейчас я не могу остаться здесь, и взять тебя с собой не могу. Завтра поговоришь с королем, а я официально оформлю опекунство. После этого смогу забрать тебя из дворца. Его величество не против, он дал согласие.

Сайлорус был уверен, что Тони расплачется сильнее. Он поддался бы на уговоры, потому что и сам готов нарушить все правила приличия, чтобы не расставаться с любимой малышкой. Однако она удивила: серьезно кивнула и отступила на шаг, спрятав за спину руки.

— Спасибо, милорд. Я благодарна вам за заботу.

— Тони… — Сайлорус провел по ее щеке подушечкой большого пальца, вытирая слезинку. — У тебя опять нет платка.

— Нет, есть, — возразила она, встрепенувшись.

И, бросившись к корзинке с рукоделием, достала оттуда стопку белоснежных платков.

— Это вам… и лорду Кайдену. Там инициалы…

— Подарок? — Сайлорус едва скрыл смущение. — Зачем мне все? Отдашь Каю сама, когда он вернется.

— Пусть будут у вас, — попросила Тони. — Хорошо?

Ему нужно было насторожиться, когда она заплакала. Но ведь Тони часто плачет! Или когда согласилась ждать, ведь обычно она нетерпелива. И уж точно зря он не поинтересовался, отчего платки для Кая должны храниться у него.

Сайлорус устал, оттого и не придал значения мелочам. Непростительная небрежность! Он привык, что Тони не лжет и не лукавит, потому и не ждал подвоха.

Его величество позволил Сайлорусу присутствовать при разговоре с Тони, но запретил вмешиваться. Тони не выглядела испуганной. Скорее, измученной, как будто давно не спала и не ела.

— Итак, леди Антония, расскажите мне все, что случилось с вами в тот день, когда в ваш дом ворвались следователи во главе с графом Оливером Лесли, — предложил Альберт после взаимных приветствий. — Не волнуйтесь и не смущайтесь. Справедливость должна восторжествовать.

— Вы правы, ваше величество. — Тони облизнула губы, как будто они пересохли. — Должна. Именно поэтому я должна признаться в том, что солгала. После того, как отец погиб, оказав сопротивление, я убежала из дома, не соображая, что делаю. Не помню, как очутилась в доме терпимости. Кажется, я потеряла сознание, а тетушка Фейн нашла меня на улице и пожалела, забрала в дом. Я не сказала ей, кто я, и осталась там. Полагала, что мне некуда идти.

— Тони! — воскликнул Сайлорус, нарушая королевский запрет.

Король жестом велел ему замолчать.

— Продолжайте, леди Антония.

— Когда лорд Сайлорус нашел меня там, я придумала историю об изнасиловании, чтобы не выглядеть… падшей женщиной. Хотела оправдать себя, вызвать жалость… и, если получится, вернуть… положение в обществе…

Тони заикалась, а Сайлорус свирепел. Что за бред она несет?!

— Я обманула лорда Сайлоруса, но сейчас поняла, что зашла слишком далеко. — Тони перевела дыхание, и ее голос зазвенел, как натянутая струна. — Не хочу, чтобы пострадали невиновные. Не хочу обманывать вас, ваше величество.

— Так граф Оливер Лесли не насиловал вас? — уточнил король.

— Нет. Он… ни в чем не виноват. Простите, что ввела в заблуждение.

— Полагаю, извинений тут недостаточно, — строго произнес король. — Вы осознаете, что понесете наказание за ложь?

— Да, конечно, ваше величество. — Тони поклонилась ему. — Поступайте, как должно. Но, пожалуйста, учтите, что я обманула лорда Сайлоруса.

— Учту, — мрачно пообещал король. — Лорд Сайлорус, отдайте распоряжение о помещении леди Антонии под стражу в отведенных ей покоях.

— Я сам… — прохрипел Сайлорус, едва сдерживаясь, чтобы не схватить Тони за шиворот. — Отведу…

— Нет, останьтесь. Вы мне нужны.

Оставалось лишь бессильно наблюдать, как Тони уводят под конвоем. И молиться, чтобы король не поверил в ее ложь.