4

Я зашла в магазин и купила белые розы, которые когда-то любил отец, потом вызвала такси.

Когда машина подъехала к кладбищу, уже смеркалось, дорога заняла намного больше времени, чем я планировала. Моросил дождь, только усиливая скорбную и унылую атмосферу тихого кладбища.

Я подошла к могиле отца и с тоской взглянула на его фотографию, чувствуя, как сердце наполняется грустью… Я запомнила отца добрым и жизнерадостным человеком, который мог найти общий язык с любым человеком. Папа любил заразительно смеяться, а от его улыбки всегда веяло теплом и нежностью.

Он всегда хорошо относился к окружающим, принимая их недостатки, был честным бизнесменом и соблюдал строгий моральный кодекс. Отец никогда не пытался манипулировать людьми или использовать их в своих интересах, наоборот, он считал, что лучше понесет убытки и простит тех, из-за кого попал в неприятности.

Все считали его великодушным и благородным человеком. Но, увы, такой прекрасный человек прожил совсем недолго и так внезапно покинул этот мир…

Теперь он покоился здесь, в сырой земле, покинутый всеми.

Я думала о том, как несправедливо обошлась с ним жизнь, и мое сердце болезненно сжималось. Я поставила букет у мраморного памятника и отправилась в кладбищенскую камеру хранения.

Найдя нужную мне ячейку, ввела пароль и открыла его. Как я и ожидала, внутри оказалась красная деревянная шкатулка.

Мои руки задрожали от волнения, а перед глазами, словно кадры с кинопленки, пронеслись воспоминания о тех моментах, что я провела с отцом, и на душе вдруг потеплело. Сделав глубокий вдох, я достала из камеры шкатулку и открыла ее.

Внутри лежал конверт, фотоальбом и черная папка с документами.

Я решила начать с конверта и осторожно достала из него листок бумаги. При виде знакомого почерка сердце замерло.

Буквы сплетались в аккуратную и красивую вязь, будто отражая прекрасный характер моего отца. Однако почерк имел такой наклон, что я сразу поняла – отец писал письмо в спешке и был в тот момент в отчаянии. Похоже, он чувствовал приближающуюся опасность и предвидел свою скорую кончину, вот и хотел как можно скорее закончить послание, пока еще был жив.

В каждом слове чувствовалась любовь, перемешанная с тревогой за меня.

В моих глазах стояли слезы. Я просматривала строчку за строчкой так медленно и осторожно, будто в этот момент гладила по щеке родного папу.

«Роззи, если ты читаешь это письмо, значит, я покинул тебя навсегда. Не расстраивайся, я буду смотреть на тебя сверху, защищать и направлять. Я очень хочу, чтобы ты прожила долгую и счастливую жизнь. Сам я за эти годы успел преодолеть множество препятствий, и даже ухитрился прославить свое имя, но сейчас мне некого винить кроме себя самого за то, что попал в такое печальное положение. Я не жалел сил и всю жизнь положил на то, чтобы бороться с той семьей… Сейчас я сожалею лишь о том, что не сумел найти твою маму и извиниться перед ней. Тогда я хотел защитить тебя и нашу семью, и от отчаяния поступил как трус, заставил её от нас уйти. Если ты когда-нибудь встретишься с ней, то передай, что я любил её всю свою жизнь. Увы, я даже не знаю, жива ли она сейчас. Может, она уже покинула этот свет и теперь ждет меня на небесах.

Ладно, не будем сейчас об этом. Каждый раз, когда я напиваюсь, то без умолку говорю о твоей матери. Уверен, ты это помнишь и даже можешь повторить мою интонацию, но больше ты моего ворчания не услышишь. Мне бы очень хотелось никогда с тобой не расставаться. Я восемнадцать лет окружал тебя своей заботой и любовью, но, увы, так и не научил тебя, как постоять за себя. Я думал, что смогу защищать тебя до конца, чтобы у тебя было безбедная и счастливая жизнь, чтобы ты радовалась каждому дню. Но вот теперь мне придётся оставить тебя одну. Сердце мое болит только от одной мысли, что ты останешься совсем одна в этом жестоком мире. Я представляю, как непросто тебе придётся, когда меня не станет. К тебе сразу потянутся нечистые на руку люди. Они наверняка захотят тебя использовать, чтобы всеми правдами и неправдами заполучить твоё наследство. Единственный способ сделать так, чтобы недоброжелатели оставили тебя в покое, это дать им понять, что у тебя ничего нет…», – писал отец.

Я судорожно вздохнула и продолжила читать.

«Так пусть все мое богатство они забирают себе. У меня не так много осталось, пусть грызутся между собой. Роззи, для тебя я придумал план. В папке, что ты нашла, есть данные банковского счета. С момента, как тебе исполнилось тринадцать, я каждый год переводил по триста тысяч долларов. Я не брал оттуда ни копейки, даже когда компания переживала трудные времена. Этими финансами распоряжается надежный человек. Когда через пять лет ты получишь это письмо, сумма на счете должна превысить девять миллионов. Этого будет достаточно, чтобы ты жила беззаботно до конца своей жизни.

Надеюсь, ты обретешь счастье с человеком, который будет тебя любить. Жизнь без волнений и тревог – великий дар. Не знаю, будет ли твоя жизнь такой мирной, как я себе это представляю. Поэтому на случай, если ты попадёшь в беду, из которой не сможешь выбраться, я составил еще один план. В серебристом конверте находиться карточка с номером телефона. Когда станет совсем тяжело и выхода не будет, позвони по этому номеру и назови тому, кто ответит, имя твоей матери. Неважно, насколько всё будет сложно – этот человек всё решит. Но, дочка, помни, ни за что не звони на этот номер, если есть хоть малейшая надежда, что ты сможешь справиться без посторонней помощи. Как только ты наберешь этот номер, твоя жизнь круто изменится».

Я сложила письмо, и меня охватили смешанные чувства.

«Оказывается, у папы было столько секретов… Что это за семья, с которой ему было не справиться? Она имеет отношение к его смерти? Что за загадочный человек, которому я не должна звонить? Как моя жизнь изменится и почему?»

Я недоумевала, но открыла конверт и вынула оттуда черную карточку. На ней тоненькими золотыми цифрами был написан загадочный номер. В конце стояло пять девяток, я несколько раз прочла его и как следует запомнила.

«Любопытно, кому он принадлежит?» – мелькнула мысль в голове, но я тут же отмела её.

Я положила карточку в сумку и уже взяла альбом в руки, приготовившись погрузиться в воспоминания, как внезапно зазвонил мой телефон. Я взглянула на дисплей и увидела, что это звонил Закари.

Мне ужасно не хотелось отвечать. Я с сомнением глядела на экран, однако всё же подняла трубку.

– Я слушаю, – коротко ответила я.

– Нужно увидеться, – голос Закари звучал напористо и жестко. – Сейчас же.

– Я на окраине города.

– Скажи, где. Я пришлю за тобой, – быстро ответил он.

Мне хотелось сказать, что я не в настроении для встреч, однако тут же подумала о последствиях отказа. Я глубоко вздохнула.

– Не нужно. Я возьму такси, – как можно мягче произнесла я. – Ты дома?

– Нет, я послал тебе адрес. Проверь телефон.

– Хорошо, – согласилась я и уже хотела сбросить звонок.

– У тебя полчаса! – отрывисто бросил Закари.

– Я очень далеко, – возразила я, но ответом мне были короткие гудки.

Услышав гудки, я почувствовала сильное раздражение.

«Ему на всех наплевать. Требует, чтобы я доехала за полчаса, когда я говорю, что нахожусь действительно далеко!»

Я открыла сообщение и увидела, что Закари прислал мне геолокацию.

«Даже на такси потребуется не менее сорока минут, чтобы добраться до места. Но если я заставлю Закари ждать…»

Я содрогнулась, вспомнив его ледяной взгляд, и быстро вызвала такси.

Я сунула телефон в карман, а затем снова взглянула на вещи, оставленные отцом. Меня вновь обуяли противоречивые чувства.

Немного поколебавшись, я вынула две карточки из сумки и вложила их обратно в конверт.

Я аккуратно свернула письмо и спрятала его в деревянную шкатулку, как было изначально. Заперев ее, я положила все в сейф, закрыла его и быстро вышла.