Глава 15

Бурно обсуждая увиденное, старшеклассники начали потихоньку расходиться. Я же, стоя рядом с невозмутимым князем Южным и довольной Ириной Соболевой, внимательно разглядывала приближающегося уверенной походкой Мишу. Очевидно, парень не пострадал, и это, безусловно, приносило облегчение.

Подойдя к нам, юноша остановился. Почтительно склонив голову перед князем, с достоинством произнес:

— Здравия вам, отец, — дождавшись приветственного кивка, перевел взор на меня и широко улыбнулся. — Рад видеть вас, боярыня.

В глазах Михаила плескалось торжество победителя и, как ни странно, уже такое знакомое сексуальное желание. Неужели он сейчас может думать о сексе?

— Взаимно, — обронила негромко и скупо улыбнулась.

Возможно, другая бы обрадовалась, что ее желают даже в такой ситуации, и искренне поздравляла любимого с победой. Да вот только ни того ни другого мне сейчас делать не хотелось.

Бой, как и предполагала боярыня Соболева, действительно оказался зрелищным, пусть и скоротечным. Михаил выиграл честно, однако, в отличие от довольных старшеклассников «Эвереста», поединок мне не просто не понравился, а подкинул пищу для размышлений.

Меж тем Ирина одобрительно улыбнулась победителю и украдкой показала ему большой палец. Легкая улыбка быстро промелькнула на лице Миши, но на нас с Соболевой он не смотрел. Все внимание юноши занимал исключительно князь. Даже жадный блеск в его глазах погас, уступив место тревожному ожиданию.

— Весьма интересный поединок, — спокойно произнес Игорь Владимирович, глядя на сына. — Твоему противнику кто помощь оказывает? — поинтересовался неожиданно.

Княжич с непониманием повернул голову в ту сторону, откуда пришел. Проследив за взглядом любимого, я заметила склонившихся над сидящим на земле Паскалем троих юношей. На их лицах читалась растерянность.

Понаблюдав пару мгновений за неуверенными манипуляциями старшеклассников, Михаил вновь посмотрел на князя и спокойно ответил:

— Секундант и дворяне из параллельного класса.

— Ясно, — сухо обронил Разумовский — старший. Посмотрев на Ирину Соболеву, мягче добавил: — У меня к вам личная просьба. Будьте добры, проконтролируйте, чтобы иностранцу оказали профессиональную медицинскую помощь.

— Как скажете, светлейший князь, — с неподдельным уважением произнесла девушка. — Можете на меня рассчитывать.

С достоинством поклонившись мужчине, она коротко мне улыбнулась и, не мешкая, направилась в сторону Паскаля Жатье.

Вновь посмотрев на абсолютно спокойного Михаила, Игорь Владимирович скользнул взглядом по его окровавленной рубашке, на миг задержался на босых ступнях. Затем прямо посмотрел в глаза юноше и холодно произнес:

— Езжай домой, приводи себя в порядок. Вечером жду в родовом поместье. В школе комиссия, уроков сегодня больше не будет, — добавил обычным тоном.

— Слушаюсь, отец, — отозвался Михаил. Посмотрев на меня, тихо сказал: — Я позвоню, Софья.

Кивнув, проводила неторопливо уходящего юношу задумчивым взглядом.

Как — то совсем незаметно на краю стадиона мы с князем остались в одиночестве, и я собралась было попрощаться, но мужчина неожиданно спросил:

— Что у тебя случилось?

Нахмурилась, откровенно не понимая, о чем речь.

— От тебя дымом пахнет, — пояснил Разумовский. Уголки его губ тронула улыбка, однако взгляд оставался серьезным.

После устроенного сестрами пожара в саду мы с Катенькой привели себя в порядок, но, оказывается, запах остался. Мысленно удивившись, скупо улыбнулась.

— Небольшой форс — мажор, — сообщила невозмутимо.

— Я могу чем — то помочь? — поинтересовался он с неподдельной заботой.

— Нет, — отрицательно качнула головой и машинально добавила: — Проблема решена.

— Не сомневаюсь, — усмехнулся князь. В ярко — васильковых глазах читалось удивительное понимание. — Но все же. Главе рода бояр Изотовых совсем — совсем не нужна помощь?

Я задумчиво посмотрела на князя. У меня действительно была насущная и крайне острая проблема. Самостоятельно ее решать еще очень долго, да и глупо отказываться от предложения помощи.

— Главе рода бояр Изотовых нужен грамотный и надежный управляющий бизнесом, — сообщила без обиняков и тепло улыбнулась.

— Услышал, — кивнул Разумовский. Подумав, внимательно посмотрел на меня и продолжил: — Два года назад управляющий моим бизнесом ушел на покой, предварительно подготовив себе отличную замену. Валентин Павлович хоть и в годах, но натура у него деятельная. Думаю, уже успел хорошо отдохнуть и заскучал, — хмыкнул князь. — Если сам не возьмется на постоянной основе, то, определенно, найдет и натаскает нужного тебе профессионала.

Не скрою, предложение князя великолепно. Грамотного управленца, да еще и с таким колоссальным опытом работы днем с огнем не сыскать. Однако есть серьезное «но».

— Игорь Владимирович, вы, как опытный бизнесмен, конечно же понимаете, что даже рекомендованный вами сотрудник должен заслужить мое доверие, — произнесла, не отводя взора от князя. И добавила, даже не пытаясь утаивать правду: — Если ваш человек начнет на меня работать, за ним будут пристально наблюдать.

— Удивился, если бы ты сказала обратное, — беззвучно рассмеялся князь Южный. — Я договариваюсь с Валентином, а ты смотришь и делаешь выводы, — а потом самый могущественный человек в княжестве посмотрел на меня серьезно. — Но если по любым причинам вы решите расстаться, право слово, не обижусь.

— Договорились, — кивнула невозмутимо. Улыбнувшись, добавила: — Ваша порядочность не вызывает сомнений, и мне приятно такое искреннее желание помочь.

— Подарок понравился? — неожиданно сменил тему разговора он.

Тотчас вспомнила, что напрочь забыла его поблагодарить, и мысленно застонала. Я не просто не позвонила, но даже сообщения не отправила! И Катеньке не дала поручения. Это было очень, очень плохо.

Заметив на моем лице тень досады, мужчина тихонько хмыкнул.

— Мы начинаем привлекать ненужное внимание. Пойдем. Отвезу тебя домой, — заявил безапелляционно и неспешно направился в сторону парковки.

За нами действительно наблюдали. Даже не глядя по сторонам, я ощущала буквально всей кожей настырно — любопытные взгляды. Тихонечко вздохнув, последовала за Разумовским. Да опытный дипломат и не оставил мне другого выбора.

А еще, вот так вскользь упомянув о подарке, князь поселил в моем сердце тревогу. Оплошность действительно серьезная, и ее нужно срочно исправлять.

— Ваш подарок меня приятно удивил и порадовал, Игорь Владимирович. К сожалению, была крайне занята делами и не успела вам об этом сообщить.

— Теперь — то ясно, что столь сильной загруженности есть веская причина, — пряча усмешку в идеально подстриженной бородке, низким, ласкающим слух голосом отозвался мужчина. — Без хорошего управляющего времени и правда не остается.

Быстро глянула на него и, к своему облегчению, заметила в его глазах смешинки. Светлейший князь прекрасно понял, что я о нем забыла, но не сердился. Совсем.

Вообще, отсутствие реакции на подарок князь мог, да и, по правде сказать, должен был расценить как проявление неуважения. Ведь я — глава рода, и даже особое отношение ко мне не должно играть роли. Однако Игорь Разумовский поразил: несмотря на свой высокий статус и неоспоримую власть в княжестве, даже не намекнул на мое абсолютно недопустимое поведение. Напротив, искренне заботился. Такое дорогого стоит.

Подойдя к массивному черному внедорожнику князя, мы остановились. Задумчиво посмотрев на невозмутимого мужчину, поинтересовалась:

— Игорь Владимирович, а комиссия вас не потеряет?

Игнорируя подошедшего Савелия, светлейший князь самостоятельно открыл заднюю пассажирскую дверцу. Помог мне устроиться на сидении, сел рядом, небрежно захлопнул дверь и только тогда ответил:

— Сбежал под благовидным предлогом. Терпеть не могу эти проверки.

Улыбнувшись, я откинулась на приятно пахнущую кожей спинку сидения. Владыка Южного княжества, определенно, все больше и больше вызывал у меня симпатию.

Савелий завел двигатель, и автомобиль выехал с территории школы.

Помня об оставшейся в «Эвересте» Катерине, я достала из кармана юбки мобильный. Подруге надо сказать, чтобы не искала меня, ну и заодно захватила мой рюкзак, а Ярославу — чтобы отвез ее домой. Звонить сейчас или подождать — вот в чем вопрос. Все же не очень удобно в присутствии князя решать личные вопросы.

С сомнением посмотрев на мужчину, неожиданно встретилась с ним глазами. Не знаю, что он видел в моем взоре, но в его отчетливо читались понимание и… нежность.

— Мне нужно позвонить помощнице, — сказала тихо. — Не возражаете?

Князь, отрицательно качнув головой, тепло улыбнулся. С трудом оторвав от него взгляд, набрала знакомый номер. Лаконично сообщив отчего — то грустной — и что у нее опять стряслось? — Катерине необходимое, нажала на отбой. Вернула телефон обратно в карман. Хоть я и беспокоилась о подруге, сейчас было бы верхом наглости выяснять причину ее печали.

Вновь посмотрев на князя Южного, неожиданно для себя поняла: теперь я знаю ответ на вопрос, возникший у меня при первой нашей встрече. Его руки походят на руки пианиста потому, что он играет на рояле. Осталось только выяснить, как делает края бороды такими ровными.

Тьфу! Ну и бред же в моей голове!

Коротко усмехнувшись, внезапно вспомнила о Михаиле и тревожно нахмурилась. С одной стороны, юноша сегодня заступился за честь женщины, но с другой — проявил излишнюю агрессию. Это, вкупе с остальными сегодняшними «сюрпризами», откровенно настораживало.

За размышлениями я не заметила, как подъехали к моему дому и Савелий открыл дверцу. Выйдя из автомобиля, заглянула в салон. Немного подавшись вперед, князь внимательно смотрел на меня.

— До скорой встречи, — тихонько произнес на прощание очень привлекательный мужчина. Поселившаяся в его взоре грусть заставила на пару мгновений растеряться. В душе́ что — то не больно, но сильно кольнуло.

Не показывая чувств, я вежливо склонила голову.

— Благодарю за помощь и дружбу. Да продлятся долгие годы ваши дни, светлейший князь.

А потом, не мешкая, вошла в калитку. В груди отчего — то щемило и кололо.

Зайдя в дом, на мгновение задержалась в холле. Из приоткрытой двери кухни слышались приглушенные голоса. Экономка, похоже, что — то объясняла близняшкам. Но что именно — не разобрать.

Умница Надежда, похоже, нашла сестренкам дело.

Усмехнувшись, тихонько прошла по широкому коридору и без скрипа открыла кухонную дверь. И тотчас заметила сидящего возле стены на стульчике охранника, не сводящего с девочек глаз. Это порадовало.

Меж тем юные боярыни были заняты очень мирным занятием. Одетые в одинаковые симпатичные фартуки с вишенками на груди, они чинно сидели за кухонным столом и лепили… пельмени! Надежда же с сосредоточенным видом раскатывала тесто.

Вновь мысленно похвалив экономку, встретилась взглядом с воином. Мгновенно встав, тот уважительно поклонился, тем не менее не выпуская близняшек из вида.

Может, хватит уже и его, и девочек мучить? Ни к чему такой тотальный надзор. Перешагнув порог, я, глядя на охранника, произнесла:

— Можешь возвращаться на рабочее место. Благодарю за службу.

— Слушаюсь, госпожа, — вновь уважительно поклонившись, мужчина быстро вышел.

Едва заслышав мой голос, Надежда быстро повернулась и встревоженно на меня посмотрела. Девочки же синхронно перестали лепить и с тревогой переглянулись. Медленно отложив недоделанные пельмешки, повернули ко мне перепачканные мукой лица и, отводя глаза, тяжко вздохнули. Они откровенно переживали за случившееся.

Что ж, судя по всему, урок усвоен. Это мне и требовалось.

— Госпожа, вы рано сегодня, — тихонько сказала экономка, торопливо вытирая руки о полотенце. — А мы вот с боярынями пельмени затеяли, хотели вас порадовать. Жаль, не успели к вашему приходу, — добавила смущенно и замолчала.

— Уроки отменили, — поспешила упокоить встревоженную женщину. — А то, что не успели закончить, хорошо, — заметив искренне удивление на лицах сестренок, улыбнулась и пояснила: — Сейчас переоденусь и присоединюсь.

— Серьезно? Будешь с нами лепить? — ошарашенно произнесла Александра. — Даже по делам не уедешь?

— Правда — правда? — вторя сестре, посмотрела на меня с откровенным изумлением и затаенной надеждой Лиза.

— Правда — правда. Честно — честно, — рассмеялась тихонько. — Не доделывайте без меня. Я быстро!

Улыбнувшись сестрам, перевела взгляд на экономку. Едва встретившись с ней взором, почувствовала, как перехватило дыхание, а в носу неожиданно засвербело. В глазах такой преданной и заботливой женщины плескался безбрежный океан искренней и чистой любви.

Растерявшись, я коротко улыбнулась и быстро вышла из кухни, чувствуя наворачивающиеся помимо воли слезы. Такой искренней радости от моего присутствия, честное слово, не ожидала.

Поднимаясь по лестнице на второй этаж, с грустью подумала о том, что много хорошего и по — настоящему нужного проходит мимо меня.

Все мои физические и моральные силы уходят на бизнес. А ведь жизнь — это не только зарабатывание денег! Не для того рождается человек! Но, увы, без средств невозможно нормально жить, только существовать. Извечный вопрос: как умудриться все успеть и не пропустить саму жизнь? Как найти золотую середину?

Тяжко вздохнув, усмехнулась. Я такая, какая есть, со своим жизненным опытом, достоинствами и недостатками, и другой точно уже не буду. Абсолютного идеала в принципе не существует, да и быть не может: для каждого человека он разный. Мне давным — давно стало понятно, что главное — оставаться собой, а не пытаться соответствовать чужим ожиданиям.

Жить только проблемами сестер я не смогу. Да и, откровенно говоря, не хочу. У меня есть обязанности главы рода, есть личные желания, мечты, и мне нравится то, чем занимаюсь. А юные боярыни должны научиться искать и анализировать информацию, общаться с разными людьми, принимать решения и нести ответственность за свои действия — то есть жить самостоятельно. Только так малышки станут зрелыми личностями, а не инфантильными барышнями. Я в этом искренне уверена.

Моя же задача — мягко направлять их, если собьются с пути; помогать, когда что — то не получается и они просят о помощи. Женщина не должна решать абсолютно все проблемы детей, иначе ничего путного не выйдет. Дети повзрослеют, вылетят из гнезда, и тогда останется… пустота. Смысл жизни утерян.

Многие жители моего родного мира вряд ли бы одобрили такой подход к воспитанию. Но точно знаю одно: я даю малышкам все, что хочу и могу дать. И, если действительно им понадоблюсь, примчусь по первому зову. Главное, чтобы сестры об этом помнили и не стеснялись рассказывать о своих реальных проблемах.

Размышляя, зашла в гардеробную, быстро сменила школьную форму на штаны и футболку. Почувствовав, как резинка на волосах ослабла, решила расчесаться, а то не годится при готовке быть лохматой. И внезапно вспомнила слова Разумовского: «От тебя пахнет дымом». Особо не задумываясь, поднесла локон к носу и принюхалась.

Дымом действительно пахло, но едва — едва. Вот это нюх у мужчины!

На смену мыслям о князе пришли воспоминания о Мише. Происходило то, что мне критично не нравилось: у него открывались черты характера совсем мне не близкие. Даже более того — неприемлемые.

Ладно, поживем — увидим. Решение пока принимать рано.

Усмехнувшись, сноровисто закрепила косу резинкой и вышла из спальни.

* * *

— Да не так! — строго нахмурила бровки Саша. — Плотнее надо краешки скреплять. Раскроется же при варке. Смотри, как надо, — она продемонстрировала мне аккуратный пельмешек на ладошке. — Мы с Лизкой быстро научились, и у тебя получится, — добавила уверенно. — Может, попросим Надежду еще тесто замесить?

Конечно, я умела их делать, но почему бы не доставить удовольствие сестренке?

— Мы и столько не съедим, — осмотрев ровные ряды пельмешек на столешнице, безапелляционно заявила Лиза. — Куда больше?

— В следующий раз научим боярыню, — пряча улыбку, произнесла экономка и вопросительно взглянула на меня.

В три пары рук пельмени мы лепили без малого час, и их уже было с избытком. А я ожидала удобного момента, чтобы поговорить с сестренками. Поэтому, немного помолчав, кивнула и спокойно сказала:

— Надежда абсолютно права, — заметив легкое разочарование на личике Саши, невозмутимо добавила: — Сегодня предстоит еще очень важное дело, — увидев, как от любопытства глазки девочек широко распахнулись, торжественно произнесла: — Сейчас мы все плотно поедим, а после поедем к лошадям. Вы таких красавиц точно не видели.

— Ух ты! — восхищенно прошептала Саша.

— А покататься можно будет? — спустя пару мгновений тихонько поинтересовалась Лиза.

— Если пожелаете, — отозвалась я и тотчас заметила ликование во взоре сестры. — Ты хочешь научиться ездить верхом?

Помолчав, та тяжело вздохнула, а после бесхитростно призналась:

— Очень. Мы с Сашей давно планировали тебе сказать, но… — смущенно замолчав, Елизавета потупилась и поводила пальчиком по рассыпанной на столешнице муке.

— Девочки, давайте договоримся, — проговорила серьезно и внимательно посмотрела на сестер. — Вы у меня взрослые и умные, — видя, как близняшки моментально расправили плечики, и на их лицах появилось сосредоточенно — важное выражение, коротко улыбнулась, — но если с чем — то самостоятельно не можете справиться или чего — то действительно хотите, то приходите и говорите. Все просто: есть проблема — мы ее обсуждаем и находим компромиссное решение. Есть желание — то же самое. Догадаться же не всегда можно.

Сестры синхронно заулыбались и посмотрели друг на друга. Не произнося ни звука, они, казалось, о чем — то общались без слов. Ох, не открыла ли я только что ящик Пандоры?*

Многозначительно взглянув на меня, Надежда подбадривающе улыбнулась и принялась сноровисто убирать со стола пельмени. Вода у расторопной хозяйки уже вскипела.

— Сонечка, мы хотим тебя попросить, — наконец — то подала голос Саша. Замолкнув, опять посмотрела на сестру, словно ища у той поддержки. Едва заметно кивнув, Лиза округлила глаза.

Я внимательно наблюдала за близняшками. Вот, похоже, сейчас — то и узнаем, насколько они у меня «взрослые и умные».

— Сегодня я сожгла беседку и чуть было не навредила всем вокруг, — медленно продолжила девочка. Виновато опустив взор, тяжко вздохнула. — Мы тут с Лизой подумали: может, ты позволишь нам учиться боевым техникам? Наставники же учат контролировать эфир? Мы не хотим ненароком все спалить.

— Дельная мысль, — похвалила искренне. — Но вы должны знать: это сложная наука, потребуется много времени и усердия. Вы хорошо подумали? Готовы трудиться и не жаловаться на сложности?

— Да, — уверенно прозвучало в один голос.

— Ну раз так, то в ближайшее время постараюсь все решить. Будет у вас наставник.

Гордясь своими малышками, смотрела на довольные, но одновременно и решительные лица девочек. В моей душе росла уверенность: мной все сделано правильно.

В этот момент Надежда привычно поинтересовалась, где я предпочитаю обедать. Услышав: «На кухне», улыбнулась и, быстро застелив стол белоснежной накрахмаленной скатертью, расставила тарелки и разложила столовые приборы. Однако, всего на три персоны. Заметив мой укоризненный взгляд, смущенно улыбнулась и поставила четвертый — для себя.

Пельмени вышли просто бесподобными. Ведя неспешный диалог о разном, мы с аппетитом дружно пообедали.

Понимая, что в меня больше не влезет ни кусочка, я откинулась на спинку стула.

— Госпожа, чай с тортиком? — пряча добрую улыбку, поинтересовалась экономка.

— Уф — ф, — тяжело вдохнула и честно призналась: — Хочу, но не могу. Лопну.

Тихонько засмеявшись, Надежда кивнула:

— Ваша правда, боярыня. Всего должно быть в меру.

— И мы больше не можем, — сообщила за двоих Лиза. Переведя взгляд с улыбающейся экономки на меня, быстро поинтересовалась: — Вечером, да? Торт после лошадок?

— Да, после лошадок. Идите пока к себе. Ехать еще рано.

С нежностью посмотрела на довольных жизнью девочек. Вежливо поблагодарив за обед, те дружно выпорхнули из кухни. Я же, поднявшись со стула, пару мгновений внимательно смотрела на вновь хлопочущую по хозяйству женщину. Почувствовав мой взгляд, та замерла с тарелкой в руках, вопросительно глядя на меня.

— Спасибо тебе, Надежда. За все, — произнесла тихо. Заметив заблестевшие в глазах доброй женщины слезы, подошла и, не задумываясь, обняла ее.

Миша не прав: Надежда не просто слуга рода. Она — член моей семьи. Я хочу и буду сидеть с ней за одним столом когда того пожелаю. И в этом случае мне совершенно наплевать на мнение высокородных.

— Спасибо вам, Софьюшка, — долетел до меня едва слышный шепот. — Как же хорошо, что вы у меня есть!