Глава 20

Ночью я спала плохо: тревожные мысли все не отпускали. Забывалась лишь ненадолго, периодами проваливаясь в тяжелый сон. В очередной раз проснувшись, бросила взгляд в окно. Небо уже начинало сереть. Вчерашние события снова встали перед мысленным взором.

После моего звонка Василий в сопровождении воинов рода прибыл минут через десять. Буквально сразу же за ними подъехали на черном внедорожнике и двух тонированных микроавтобусах незнакомые крепкие мужчины. Разглядев среди них седую голову Савелия, не удивилась.

Я не отдавала приказа своему слуге известить о произошедшем князя Южного. Однако ни на мгновение не сомневалась — многоопытный Василий сам догадается и предусмотрительно проинформирует Савелия. Это логично и правильно.

С прибытием воинов все происходило очень быстро. Нас с Михаилом молниеносно развели по разным машинам. Без чьей — либо помощи идя к внедорожнику, княжич вяло отнекивался, но его все же увезли: даже при ускоренной регенерации Мише требовалась медицинская помощь.

Убедившись, что физически я абсолютно не пострадала и нахожусь в адекватном состоянии, Василий проводил меня к автомобилю, из салона которого через тонированное стекло можно было наблюдать за действиями воинов.

И нет, осталась я не ради контроля над ситуацией. Причина крылась в другом: присутствие Василия сейчас требовалось здесь. Услышав мой отказ ехать домой, слуга пристально посмотрел в глаза, а после кивнул, аккуратно закрыл дверцу машины и отошел к воинам.

Архитектора выколупали из застывшего асфальта весьма сноровисто. Мужчина едва дышал, но был жив. Видя, как его аккуратно несут к автомобилю на носилках, не сдержала вздоха облегчения. Мерзавец, конечно, редкостный, но ведь человек самого императора. Об этом не стоило забывать.

Воины двух родов действовали на удивление слаженно. Не говоря лишних слов, они быстро погрузили охранников архитектора в автобусы: в один раненых, а в другой… погибших. В то же время Василий с Савелием методично изымали телефоны у очевидцев. Стирая отснятые видео и фото, возвращали мобильные владельцам и ненавязчиво, но очень многозначительно рекомендовали не распространяться об увиденном.

Заглядевшись на слуг родов, я даже не заметила, когда воины успели убрать разбитый автомобиль архитектора. И вроде бы все внешние последствия устранили быстро, однако о происшедшем все же осталось напоминание: местами раскуроченное дорожное покрытие и, самое главное, человеческая память. Если с первым легко справиться, то со вторым дело обстояло гораздо сложнее.

Похоже, больше не усну. Встала с кровати, накинув тонкий длинный халат, села за компьютер и принялась сосредоточенно мониторить сеть. В новостях фото или видео очевидцев вчерашнего побоища, слава богу, не было. Но, боюсь, только пока.

Репутация рода Разумовских в любом случае под угрозой. Даже не знаю, что должен предпринять Игорь Владимирович, чтобы журналисты не прознали и не растрезвонили на весь мир о произошедшем. А уж как светлейший князь будет объясняться с императором, и вовсе не представляю.

Откинувшись на спинку удобного кресла, прикрыла глаза. Вчера каким — то чудом удалось сохранить самообладание, но сегодняшней ночью пришел откат. Пытаясь занять себя размышлениями о событиях с точки зрения главы рода, откровенно боялась оценивать их как женщина.

Хочу не хочу, но придется.

В Михаиле одновременно сочетаются диаметрально противоположные качества: романтизм, искренняя любовь ко мне, безусловное самопожертвование — и, наряду с этим, нечеловеческая, просто какая — то запредельная жестокость. Снова вспомнился полный злобы взгляд. Вчера за считанные мгновения меня словно с небес бросили прямиком в ад!

Душа рвалась на части и плакала кровавыми слезами. По — хорошему, моей вины в случившемся нет. Но… если бы я не пошла через дорогу или не была на этих высоченных каблуках и перебежала ее, то ничего бы не произошло. Не погибли бы люди.

Любимый спас меня, да. Только зачем — то отнял жизнь у других. Кажется, в родном мире юристы подобное называют «превышением пределов необходимой самообороны».

Я уверена — княжич мог действовать иначе. И все остались бы живы. Но нет, двоих охранников Михаил, не раздумывая, оправил к предкам. Если бы я не вмешалась, то и мерзкого чиновника без сожаления лишил бы жизни. Причем абсолютно не задумываясь о последствиях.

Недальновидность и жестокость Миши вводила в ступор. Кто знает, что дальше будет? Научится ли он анализировать последствия поступков, прежде чем их совершать? Вчера ведь даже ни разу не задумался о своем роде! А ведь княжич должен всегда о нем помнить.

Не распространится ли эта агрессия в дальнейшем и на меня?

А вдруг парень не виноват? Просто этот мир сделал его таким? И пока еще юного Мишу реально… исправить?

Вопросы сыпались, словно из рога изобилия.

Тяжело вздохнув, горько усмехнулась: упорно не желаю видеть очевидного и ищу оправдания Михаилу. А ведь очень хорошо знаю: люди не меняются, если только сами того искренне не пожелают. Можно охрипнуть, объясняя, но если человек не захочет — не услышит.

Да и осознать наличие проблемы — всего лишь один малюсенький шажок. За ним должен следовать упорный труд над самим собой. А княжич даже этого шага еще не сделал.

Что же остается? Надеяться и ждать, когда Миша изменится? Сжать зубы и терпеть? Но… зачем? Ради любви? Нет, одно с другим ну никак не стыкуется. Любовь не должна ломать личность.

В который раз я задала себе вопрос: а тот ли это человек, который мне нужен? Ответа не было. Все доводы разума затмевались воспоминаниями о том, каким он может быть нежным, как становилось тепло на душе только от одного его взгляда. К Мише тянуло, и поделать я с этим ничего не могла.

Внезапно завибрировал телефон: по видеосвязи звонил светлейший князь. Нахмурилась и быстро бросила взгляд на настенные часы — полвосьмого утра. Глубоко вздохнув, торопливо поправила на груди халат и приняла вызов.

Пару мгновений мужчина молчал, лишь тревожно вглядываясь в мое лицо.

— Доброе утро, Игорь Владимирович, — мягко улыбнувшись, решила помочь ему начать разговор. Князь совершенно точно уже знал о случившемся. В противном случае так рано, да еще и в выходной не звонил бы.

— Доброе утро, Софья. Прекрасно выглядишь, — низким голосом откликнулся мужчина, не отводя взора от моих глаз. Мысленно его похвалила: в так и норовивший разъехаться вырез халатика он не смотрел.

Разглядывая аккуратно стриженую бородку, ярко — васильковые умные глаза, мимоходом отметила задний фон. Старший Разумовский, определенно, находился не дома, позади него виднелась водная гладь и шезлонги.

Вопросительно приподняла бровь, ожидая продолжения.

— Рад тебя видеть. Сейчас не очень удобно говорить, — произнес спокойным голосом князь. — Сегодня возвращаюсь в Ростов. Надо всем вместе пообщаться. Найдешь вечером время?

Не говорит лишнего. Осторожничает. Рядом чужие уши?

Вполне разумно. Я бы и сама не стала обсуждать такие вопросы по телефону. Ну а звонок по видеосвязи… Похоже, желал удостовериться, что со мной действительно все в порядке. По голосу — то не всегда понятно, а вот глаза не солгут.

— Безусловно, — ответила невозмутимо.

Неожиданно захотелось с ним посоветоваться. Конечно, многого сейчас не скажешь, придется подбирать слова. Тем не менее, чуть — чуть подумав, спокойно сообщила:

— Боярыня Стрелецкая сегодня пригласила всех дворян — старшеклассников на вечеринку.

— Где планирует проводить? — моментально нахмурился князь.

— У себя, — информировала лаконично.

Задумчиво опустив взгляд, Разумовский пару мгновений помолчал. Затем чуть — чуть придвинул к лицу камеру мобильного и тихо спросил:

— Хочешь пойти?

— Нет, — усмехнулась невесело. — Но надо.

Идти действительно не очень хотелось. А уж после вчерашних событий и подавно. Да вот только пойти на вечеринку к Стрелецкой и вправду нужно. Невозможно жить в постоянном страхе и вычислять врага в школе. Нервов уже никаких не хватает. А так, глядишь, в неформальной обстановке он или она проявится. Ну и заодно узнаю, просочилась ли уже информация об инциденте. Однако я сомневалась в правильности своего решения.

Князь внимательно посмотрел мне в глаза.

— Очень хочу сказать: «Не ходи», — Игорь тихонько хмыкнул. — Но все понимаю и возражать не стану. Как ты сказала — надо. Хотя буду сильно волноваться, — признался искренне. — Куча родовитых мальчишек… Мало ли, соблазнять возьмутся? Ты же очень красивая, — бросив взгляд куда — то в сторону, вновь перевел взор на меня и громче добавил: — Колечко мое не забудь надеть.

Подняв правую руку, продемонстрировала ладонь: на среднем пальце красовалось кольцо — артефакт.

— Оно всегда со мной, — улыбнулась успокаивающе.

— Ты изумительная женщина, — неожиданно шепнул князь. В голосе слышались нежность и искреннее восхищение. А буквально через мгновение Разумовский внезапно заледенел лицом и абсолютно спокойно добавил: — Михаил поедет с тобой. Жду вас после вечеринки, — и сразу же нажал «отбой».

Медленно встав с кресла, я задумчиво остановилась около рабочего стола, машинально покручивая телефон в пальцах.

Опытный, взрослый, чертовски умный мужчина — и этим все сказано.

Как человек, князь, определенно, внушал искреннюю симпатию. Да и — зачем лгать — то самой себе? — внешне весьма и весьма привлекателен. Да вот только сердечко тосковало по его сыну.

Коротко улыбнувшись, с мобильным в руке направилась к выходу из комнаты. Внезапно проснувшийся аппетит настойчиво звал на кухню. После разговора со старшим Разумовским все мои тревоги пусть не ушли мгновенно, но… утихли, что ли?

Спускаясь по лестнице на первый этаж и предвкушая вкусный завтрак, услышала звук пришедшего на телефон сообщения. Остановившись на широкой ступеньке, прочла текст:

«Доброе утро, малышка. Здоров как бык. На вечеринку за тобой заеду. Жду встречи, любимая».

Здоров — это замечательно. Обрадованная хорошей новостью, широко улыбнулась. Но улыбка увяла после неожиданно мелькнувшей мысли: а ведь любимый даже не поинтересовался моим самочувствием. Просто сообщил: с ним все хорошо и ждет встречи.

Размышляя о Мише, медленно спустилась по блестящим чистотой ступеням, а после решительно направилась в кухню. Судя по витающим в воздухе умопомрачительным ароматам, Надежда приготовила очень вкусный завтрак.

* * *

Светлейший князь не солгал, сказав Светлане, что едет на рыбалку, а Мише — что ждут серьезные люди.

Давным — давно на берегу старой Волги построили… рыбный завод. Со временем завод перестал приносить прибыль, опытные дельцы его выкупили, реконструировали и открыли дорогущий отель. Минимальное количество людей, живописная природа и восхитительная рыбалка — самое то для уставшего от городской суеты бизнесмена.

При этом в отеле всего — то одиннадцать номеров. Каждый имеет собственный выход к бассейну и может удовлетворить самые изысканные вкусы. А для особо требовательных постояльцев в наличии теннисный корт с твердым покрытием, шикарный ресторан, крытая терраса, вышколенные слуги и, конечно же, круглосуточная охрана. А главное — всего — то в сорока минутах езды от аэропорта.

Безусловно, идеальное место для неформальных встреч. И именно здесь несколько раз в год собирались российские князья. Находясь на отдыхе, властители обсуждали архисложные вопросы: политика и серьезный бизнес шли рука об руку.

Светлейший князь Игорь Владимирович среди очень влиятельных аристократов имел бесспорный вес и, однозначно, пользовался авторитетом. Наделенный редким даром универсала, князь Южный один стоил в бою маленькой армии, уважали его и за целеустремленность и самодостаточность.

С тех пор как Игорь стал главой, княжеский род Разумовских процветал, с каждым годом становясь лишь сильнее. Производством род владел… разным: от сложнейших военных разработок до банальной офисной мебели. Светлейший князь занимался практически всем, но без фанатизма: региональная добыча и последующая переработка нефти и газа; транзит в Европу; добыча металлов; деревообрабатывающий комплекс; агро— и животноводческая сфера. В круг интересов князя входили также дары моря и верфи. Не обошел он вниманием и промышленные заводы.

Первый день так называемого отдыха прошел очень продуктивно. Князья обсудили массу крайне важных для всех вопросов. А после решали уже личные. Игорь был очень доволен: с вечным сильным недругом князем Восточным наконец — таки удалось достигнуть предварительной договоренности по спорным территориям. А ведь их тихая вражда длится не один десяток лет!

Идя вечером в свой номер, усталый Игорь мечтал об отдыхе. Но поспать не удалось. Едва он зашел в комнату, позвонил Савелий и начал рассказывать о происшествии. Все радужное настроение князя мигом улетучилось, сон пропал без следа.

Когда слуга закончил подробный доклад, захотелось взять ремень и лично выпороть юнца. Наследник не внял сказанным перед отъездом словам. Более того, сын влип в крайне неприятную ситуацию. Еще и девочку втянул!

Михаил — единственный, хоть и внебрачный ребенок князя, но Игорь никогда его не воспитывал, просто — напросто не умел этого делать. Зато создал бастарду все условия для развития и жизни. Способного, можно даже сказать талантливого мальчишку постоянно направляли и аккуратно подталкивали к правильным решениям. Михаил же свято верил, что всего в жизни добился сам и всегда показывал отличные результаты.

И вот на тебе, сорвался!

А самое главное — о чести рода и вовсе не подумал. Ведь достаточно было бы использовать родовую княжескую силу и одним разом всех успокоить словом, а он покрошил кучу народа практически в центре города. Этого Разумовский — старший не одобрял, но, зная предысторию, как мужчина, сына понять мог.

Ну а дальше? Куда делся его мозг?

Княжич не побеспокоился ни о Соне, ни обо всем остальном. Не подумал вообще ни о ком, кроме себя. Навертел дел, а после спокойно отправился лечить… царапины!

Зато об устранении последствий позаботилась Софья, которая чуть не погибла под колесами машины, а мгновением позже стала свидетелем кровавой бойни. Именно она вызвала воинов и не уехала, пока не удостоверилась, что все нормально.

С трудом дождавшись утра, князь позвонил Соне. Конечно, он помнил доклад Савелия: девушка не пострадала. А еще, по словам слуги, держалась великолепно, чем вызывала уважение. Однако Игорь безумно беспокоился и хотел убедиться лично.

Едва увидев Софью, мужчина отчего — то потерял дар речи. Такая нежная, хрупкая и юная, она смотрела взором… взрослой женщины. Игорь давно заметил — эта бесспорно красивая девушка кардинально отличается от остальных: красота в ней гармонировала с острым умом, а юность сочеталась с деловой хваткой опытного бизнесмена. О главе рода Изотовых в высшем свете княжества уже не просто шептались по углам, наоборот, довольно часто упоминали с уважением.

Стараясь не выказывать истинных эмоций, Игорь говорил лаконично, и умница Софья вполне могла решить, что рядом есть «уши». Но мужчине было неудобно говорить только по одной — единственной причине: страстно хотелось прижать красавицу к груди и не отпускать.

Чуть позже Соня вновь поразила своей стойкостью. Никто не заставляет ее идти на вечеринку, где, вполне вероятно, будет присутствовать враг. Спрятаться дома — нормально и естественно для женщины, пусть даже и главы рода. А она спросила совета. Ей требовался не запрет, а поддержка.

Игорь едва не сорвался, но сумел быстро взять эмоции под контроль. Он не желал давить, тем более принуждать. Такая «любовь» ему не нужна. Соня должна решить и прийти сама. По доброй воле, как женщина к мужчине. Конечно, она может сделать выбор в пользу сына, но об этом князь старался не думать. Иначе душу тотчас начинала раздирать жгучая ревность.

Сонечка — жемчужина с редким даром, к тому же умница и красавица. Игорь давным — давно понял свои чувства к этой девушке. Однако после той встречи на пробежке не пытался более сблизиться.

Нет, старший Разумовский вовсе не был ангелом: на совести главы рода имелись здоровенные черные пятна. Не упрекнуть его и в мягкотелости или излишней щепетильности. Ни у кого из тех, кто знал князя Южного, не возникло бы даже такой мысли. Напротив, про него говорили — суров, порой очень жесток. Однако влиятельный мужчина старался поступать согласно своему личному кодексу чести, и некоторые вещи он никогда и ни при каких обстоятельствах не сделал бы. И, среди прочего, Игорь всегда оставлял право личного выбора за женщиной.

Закончив разговор с Соней, светлейший князь неспешно направился к крытой террасе. Владыки княжеств постепенно собирались на завтрак, предстоял новый день. Да вот только не долгожданного отдыха. Внешне приятельски общаясь, каждый шаг любой из присутствующих князей просчитывал наперед.