ЧАСТЬ 12. Схватка

Это только в сказках тайные убежища открываются после фейерверка или загадочного, звучащего как угроза, заклинания. В реальности же всё намного проще.

Присев, я изучил уходящий под землю тоннель. Каменный вымощенный пол, выдолбленные в монолите скалы стены, сверху свисают корни.

— Пойду проверю, — бросил я через плечо, доставая кресало.

Коридор оказался на коротким, всего с десяток шагов, и заканчивался мощной деревянной дверью. Я потянул ручку и дверь на удивление легко поддалась, открывшись на ширину ладони.

Изнутри пахнуло теплом.

Помешкав, я всё же решил продолжить эксперимент и потянул ручку ещё раз, свободной рукой упираясь в холодную стену. Дверь со скрипом поддавалась, на сей раз тяжело, и когда я наконец справился, то почувствовал, как по спине сбегает одинокая капля пота.

— Сайрус, — окликнули снаружи.

— А?..

— Огонь нужен?

Я с сомнением покосился на кресало. Нет, конечно, с искры станется высечь пламя или что поболе, но вот рисковать здесь, не видя ничего вокруг, мне бы не хотелось.

На ладони Эйрин подрагивал красноватый огонек.

— Вот, держи.

Я протянул руку, наблюдая, как огонёк перемещается на мою ладонь, покалывая кожу.

— Как тебе удалось?

Подопечная усмехнулась:

— В отозвавшемся даре есть свои… преимущества.

Ладно, потом проясним. Неся свой ценный дар, я вернулся к двери и, наконец, миновав преграду, осветил сторожку.

А ничего так! Передняя комната отведена под стойло — вон и заполненные сеном ясли, и поилка — правда, пустая. Подсвечивая себе огоньком, я огляделся и облегченно вздохнул, углядев в углу комнаты каменную чашу, заполненную водой. Где-то я такое уже видел… например, в собственных подземельях. Неужели одни и те же мастера?

Вторая комната была поменьше и вмещала в себя просторную лежанку, стол и странного вида агрегат, увенчанный стеклянным шаром. Под столом обнаружились непонятного назначения ящики. Ладно, потом разберусь.

Эйрин ожидала снаружи. Поднявшись на поверхность, я огляделся: сумерки затопили мир, поселив вокруг поздний вечер. Перехватив у подопечной поводья, я пропустил её вперед, а сам аккуратно повел зоггра следом. Животное недовольно фырчало, но не сопротивлялось, чуя тепло и запах сена. Правда, было одно “но”…

— Почему сено такое свежее?

Вопрос должен был улететь в молоко, но, на удивление, нашел адресата.

— Заклинание консервации, — Эйрин стащила рукавицы и, положив их на стол, огляделась, — там еще и овес должен быть. И вода.

— Воду я нашел, — сообщил я, пытаясь освободить зоггра от упряжи свободной рукой. Подопечная некоторое время молча наблюдала за моими потугами, а затем подошла и на мгновение накрыта мою ладонь своей. Зашипело, а мир вокруг на миг погрузился во мрак.

А затем ожила и странно засветилась та самая странная конструкция.

— Что это? — кивнул я на шар.

— Малый аккумулятор энергии, — девушка размотала шарф и взялась за пуговицы, — обычно их ставят в подобные схроны для освещения и отопления. Правда, здесь площадь маловата. Будет жарко.

— Насколько жарко? — оглянулся на чашу с водой я.

— Очень жарко.

По поводу “очень жарко” Эйрин явно поскромничала.

Я в очередной раз вытер лоб, чувствуя, как рубаха прилипла к спине. Подопечной приходилось не лучше — она что-то строчила во взятом с собой блокноте, а на её скулах россыпью блестели бисеринки пота.

— Здесь есть вентиляция? — наконец не выдержал я.

Девушка покачала головой:

— В подобных помещениях она не предусмотрена — воздух фильтруется через каменный слой стен с помощью магической составляющей. Можно, конечно, отключить аккумулятор, но тогда мы останемся в темноте, — она оторвалась от записей и посмотрела на меня, — а мне нужен свет.

— А магический? — не желал сдаваться я.

— Только при открытом входе, — парировала она, — при закрытой двери это замкнутая система жизнеобеспечения. К тому же, экранирующая магию, — подопечная пожала плечами и пояснила, — я не смогу здесь магичить.

Я вздохнул, смиряясь с ситуацией.

Коридор сомкнулся сразу после того, как я завел в стоРожку зоггра. Животное, правда, не нервничало и, как я мог определить по хрусту, активно наворачивало и сено, и насыпанный загодя овес. А ещё через пять минут начало активно теплеть — да до того активно, что я вынужден был снять бушлат, через пару минут отказаться от свитера и, кaжись, еще немного — и без рубашки останусь. А не хотелось бы.

Словно по заказу, Эйрин вздохнула и, не переставая писать, расстегнула верхнюю пуговицу своей рубашки.

Меня тут же бросило в пот. Холодный.

Уж больно интересным было открывшееся мне зрелище. Сразу вспомнились и слова Асгора по поводу длительного воздержания, и остальное… разное.

Поэтому, чтобы себя занять, от нечего делать я подошел к бушлату и, покопавшись в карманах, выудил на свет божий аверисов кристалл перехода и — чего уж греха таить, — пришедшие за это время письма: не зря я не стал оставлять его в гарнизоне.

Первым сразу же оказалось письмо от Сайгона. Советник ещё раз решил уведомить меня о важности возложенной на меня миссии, а заодно попросил незамедлительно информировать его о любых новых обстоятельствах — видать, нарыл что-то.

Кивнув собственным мыслям, я распечатал второй конверт — для разнообразия, желтый, подписанный незнакомым почерком. И, пробежав взглядом расходящиеся строки, крепко задумался.

А подумать было о чем.

— Эйрин, — тихо окликнул девушку. Та зашуршала страницей, поднимая на меня вопросительный взгляд.

— Скажи, твой… супруг, — последнее слово далось нелегко, — случайно не работал в какой-то закрытой лаборатории? Эксперименты, разработки заклинаний, — аккуратно начал я, чтобы не спугнуть, — может, что-то такое?..

Не отвечая, магичка прищурилась, закусив губу, и я притих. Медленно потянулись минуты, сдабриваемые молчаливым ожиданием и потом. Наконец девушка кивнула, а её лицо прояснилось.

— Не особо уверена… — пРотянула она, по прежнему глядя в стену, — но около четырех-пяти лет назад было что-то… Он, конечно, мне не рассказывал, — тут же попыталась оправдаться она, — да и незнакомы мы были на тот момент. Но он говорил, что был причастен к разработке какого-то защитного барьера. Где-то на окраине королевства. А что?

— Просто уточнил, — усмехнулся я, делая мысленную зарубку.

Так, окраина. Вполне подходит.

Асгор все-таки выполнил свое обещание, поговорив с Миркусом о его семье. Да и Миркус, в свою очередь, оказался на редкость обязательным, оперативно наведя справки и даже выдав мои координаты, по которым я и получил письмо.

Как интересно всё складывается…

Тем временем подопечная закончила писать и задумчиво покачала головой, захлопывая блокнот. Отложила перо и расстегнула ещё одну пуговицу на рубашке.

Да она издевается, что ли?..

— Эйрин, — тихо окликнул я, слыша, как хрипло зазвучал мой голос.

— Что?

Я выразительно покосился на ворот её рубашки. Долго реакции ждать не пришлось — быстро оценив вводные, девушка с тихим охом принялась застегиваться, а я — отвернулся, тщетно пытаясь досчитать до ста.

— Прости, — прозвучало извинение, — я не заметила.

Вместо ответа я тихо выдохнул, пытаясь собрать мозги в кучу. Получалось хреново, но, на удивление, спас тихо загудевший зоггр.

— Что там? — вскинулась подопечная.

— Вода закончилась, — я встал и пошел исполнять волю животного. Заодно и сам умылся… вроде помогло. По крайней мере, когда я вернулся к столу, я уже мог рассуждать на насущную тему, по поводу которой мы и приехали. За что и взялся с удвоенным энтузиазмом.

— Ты закончила?

— Вроде да, — Эйрин поднялась со стула, сжимая в руке блокнот, — можно поесть и выдвигаться: думаю, уже достаточно стемнело.

Верлейн был щедр: он не только выделил Её Магичеству всю экипировку, но также раздобрился на паек: кроме обычного набора продуктов в сумке обнаружился кусок полендвицы, большой шмат пирога с мясом, а также — и смех, и грех, — две огромных чищенных луковицы. Когда я выгреб их на стол, девушка некоторое время сверлила лук взглядом, чему-то лукаво усмехаясь, а затем предложила убрать его обратно. Спорить я не стал и снеди сразу поубавилось. Что, конечно же, не сказалось на нашем аппетите.

А ещё говорят, в жару есть не хочется.

За дверью нас ожидала каменная стена. Пришлось снова ждать, пока подопечная прикоснется к камню, открывая коридор, ведущий на волю. В лицо сразу пахнуло лежалой зимой и я поморщился.

Добро пожаловать обратно.

Снаружи было тихо — лишь ветер свистел в верхушках деревьев, периодически срывая с веток комья снега. Перелесок и плато разделяло каких-то три мили, но я отлично понимал, что приключение нам предстоит еще то.

— Накинь, — протянул я девушке накидку, — помнишь, как?

— Помню, — тихо отозвалась она, уже защелкивая застежку под подбородком.

Белое полотно снега стелилось перед нами, уводя в горизонт. При мысли о том, что ещё три мили нам нужно топтать снежное покрывало, становилось не по себе. А хотя — мне ли привыкать?

— Держись рядом, — попросил я, огибая дуб. Подошел к крайнему дереву и замер, вслушиваясь в окружающее пространство.

Тихо. Только просвист ветра — тяжелый, протяжный, — гуляет по степи. Прав Асгор, вручив нам накидки перед выездом — укрытия-то до плато, считай, никакого, будем торчать, как…

Да и не видно ничего.

— Сайрус… — тихо позвала Эйрин.

Я обернулся, практически тут же ощутив легкое прикосновение к щеке. А затем в глазах будто прояснилось — нет, ночь по прежнему царила вокруг, но теперь я мог разглядеть и лицо девушки, и склонившиеся над нами ветви деревьев, и даже голые стебли кустарника в нескольких метрах в сторону плато.

— Спасибо, — усмехнулся я, стараясь не проявлять любопытства. Ясно же, что девушка воспользовалась чем-то из своего арсенала. Да и себе, небось, тоже колданула — вон как неестественно посверкивают её глаза.

Первые несколько минут дались нелегко. Я соблюдал тишину и периодически оборачивался назад, глядя на цепочку шагов, оставленных нами. Если патруль пройдет или случайный орочий разведчик проскачет — считай, пропало. Подопечная верно истолковала мою тревожность, в несколько шагов нагнав меня и двигаясь рядом.

— Прости, я не могу использовать магию, — виновато развела она руками в ответ на мой просительный взгляд, — это может привлечь внимание.

Я кивнул, соглашаясь с резонным аргументом. И, продолжая оглядываться в поисках возможной опасности, все же решился задать вопрос:

— Скажи, а тот огонь, который ты передала мне… — я замялся, пытаясь подобрать слова, — ну тогда, в сторожке.

— Магический?

— Да. Ты сказала, что у отозвавшегося дара свои преимущества.

Она наклонила голову, но я ничего не смог разглядеть в сгустившихся сумерках.

— Я хотел бы узнать, какие?..

Тихий смешок разрезал тишину.

— Для моего резерва мы теперь представляем собой сообщающиеся сосуды. Например, я могу передавать тебе сотканные мной заклинания.

— Как там?

— Да. А ещё…

Она замолчала. Я навострил уши.

Зря.

— Сайрус, это личное. О таком не говорят, прости.

Вот, значит, как.

— Мне кажется, мы уже давно прошли грань чужих людей, — осторожно заметил я, боясь спугнуть.

Новый смешок, на этот раз нервный:

— Ты прав. Но… я пока не готова о таком говорить.

Понимая, что она меня не видит, я покачал головой, понимая, что еще раз получил по носу. Некоторое время мы двигались молча, но уже через четверть часа подопечная вновь подала голос.

— Я считала неправильным, что у нас… тогда…

— Ты про поцелуй? — уточнил я. На последнем слове голос предательски сорвался и выдал кульбит, заставив меня поморщиться.

— Да. Вроде как… и я формально замужем, и решение о разводе не принято. Нечестно. И по отношению к тебе, и к…

— К Тэйришу?

— Да, — теперь дрогнул её голос, — но больше, наверное, к тебе. Я ведь не знаю, чем закончится моя история — может, храмовники и правы в своем решении касательно разводов.

Я покусал губы, собираясь с духом.

— А если я помогу тебе получить развод? — выдал сходу, понимая, что к такому подготовиться невозможно.

Видать, огорошил. Ибо пару минут слышал лишь срывающееся дыхание. Но подавать голос вновь я не спешил — понимал, что такое предложение способно выбить из привычного равновесия.

Даже если это равновесие условное.

— Сайрус, — в тихом девичьем голосе проклюнулись неизвестные доселе нотки, — ты… ты понимаешь, что мне предложил?

— Вполне, — подтвердил я, уже осознавая, что если она согласится, то я… да мир переверну, если она даст мне эту точку опоры!

— Ты предложил сладкоежке огромный торт, — тихо заметила подопечная, — но… будет ли он настоящим?

— Эйрин, я…

Внезапный порыв ветра оборвал мою фразу на полуслове. А ещё — донес новые, нетипичные для степи звуки.

— Тихо, — коротко приказал я, присаживаясь на корточки и жестом приказывая магичке сделать то же самое. От разведчика вряд ли спасет, а вот орочий дозорный издалека вполне может принять нас за два небольших пня.

Новый порыв ветра принес новые звуки, которых в тихой безлюдной степи просто так не бывает. Тихий лязг металла и обрывистое, короткое лошадиное ржание. Далеко, где-то в миле отсюда.

Как раз примерно столько до плато и осталось.

— Двигайся за мной, — слету выдал я указания, проверяя, легко ли вынимается из ножен кинжал, — если что — ложись на снег. И ещё — нащупав в кармане острые грани двустороннего кристалла перехода, я вручил его девушке, — второй — у Асгора. Знаешь, как пользоваться?

Эйрин кивнула.

— Отлично. Тогда вперед.

Верно говорят, темнее всего перед рассветом. Верно, темнее. А ещё сложнее и страшнее. Особенно ей. Бесшумно двигаясь по заснеженной тропе, я даже дышать старался через раз, вслушиваясь в доносившиеся до меня звуки. А звуки раздавались все чаще и становились всё более отчетливыми. Резкие оклики — не разберешь язык. Ещё одно ржание. Странный свист…

Эйрин замерла на месте, как вкопанная. А затем — протянула руку и провела по воздуху. И ошеломленно посмотрела на меня.

— Сайрус, там… там…

— Что?

— Там наши маги.

Шум ветра как-то в одночасье стих, уступив место шоку. Замерев на месте, я переводил взгляд с Эйрин в темноту степи и пытался осознать то, что только что услышал.

— Ты уверена? — я наконец сподобился на вопрос.

— Да… — её голос звучал так же изумленно, — это не отклики шаманской магии. Я чувствую человеческую энергию!

Я сглотнул, понимая, как в одночасье прибавилось проблем. Но вначале, конечно, нужно проверить, не ошиблась ли девушка. Нет, я доверял ей, но в силу привычки проверка домыслов стала моей второй натурой.

— Пойдем, — шепотом попросил я, уже делая шаг вперед.

Источник шума явно находился левее плато. А значит, придется взять немного вправо, чтобы обойти возможную опасность. Это удлиняло нашу дорогу, но что поделать…

Следующие полчаса прошли в молчании. Каждые несколько минут я останавливался и прислушивался. Редкие звуки доносились всё левее, что наводило на хорошие мысли. Но вот Эйрин, которая при каждой остановке сокрушенно вздыхала, с каждой минутой мрачнела.

Наконец впереди замаячило темное пятно и я кивнул своим мыслям — вышли, куда хотели. Небольшие заросли камыша, обозначавшие ров, в этом месте пересекались с ещё одним перелеском — поменьше. Обзор плато с этого ракурса был хуже, но что поделаешь, если пришлось прямо на ходу перекраивать маршрут?..

— Мы пришли, — полушепотом проинформировал я магичку, кивая на рощицу. Деревья согласно закивали макушками, словно подтверждая мои слова.

Плато располагалось по ту сторону рва, в низине. Но даже отсюда, не глядя на пустошь и не занимая никакую обзорную позицию, я уже мог с точностью сказать — оно обитаемо. Звуки, доносящиеся с той стороны, стали совсем отчетливы — а сияние, нет-нет, да и возникающее над рощицей, четко дало понять — вторая пентаграмма существует.

— Пропусти, — оттеснив меня в сторону, Эйрин бодро заскакала к рощице и мне ничего не оставалось, как припустить следом, молясь о том, чтобы в перелеске не было выставленных на всякий случай разведчиков.

Нет, пусто. Перелесок проглядывался насквозь, а вспорхнувшие с ветвей несколько ночующих там птиц сообщили мне, что мы здесь одни. Да и снег нетронут… видать, и вправду на ров понадеялись.

До края впадины нас отделяло всего с десяток шагов. Присев, я подобрался к самому рву — туда, где земля резко обрывалась, вертикально уходя вниз и, аккуратно выглянув из-за пучка особо густого камыша, бросил взгляд на плато, тут же замерев с отвисшей челюстью.

Плато было обитаемо, причем обитаемо настолько, что даже дух захватывало от обилия цивилизации.

Ярко освещенная и очищенная (я даже разглядел следы работы лопатами) площадь была уставлена странными приспособлениями. Кажется, Эйрин назвала их подставками для аккумулирования энергии и теперь я понимал, почему: на каждом приспособлении размещался шар, светящийся ровным белым светом.

Прищурившись, я попытался сосчитать подставки и сбился уже на четвертом десятке.

Поодаль располагался лагерь. Вполне себе человеческие походные палатки (а не орочьи вигвамы, как называл их Миркус) в количестве пары десятков штук расположились полукругом. Несколько групп стражников разместились вокруг вытянутого, как огурец, плато, сосредоточенно оглядываясь в разные стороны. Одна группа стояла прямо на краю рва и от меня её отделяло лишь несколько метров пропасти. Казалось, я могу различить даже рисунок на легких кирасах. Я прищурился — а и вправду, могу!

Но самый главный и неприятный сюрприз ждал впереди. По центру плато, в опасной близости от края рва, закованное в прозрачный шар, рвалось и металось в попытке выбраться из своеобразной темницы ослепительно яркое синее пламя. Оно вздрагивало в равномерном ритме, то уменьшаясь до маленькой точки, то озаряя все вокруг рваным синим сиянием.

Точно учуяв мой взгляд, пламя в очередной раз взорвалось, высветив самые отдаленные уголки плато, выкрасив в синеву темнеющий неподалёку лес и…

Пытаясь понять, что я не ошибся, я даже вперед подался, пытаясь разглядеть стоящего на плато человека. Нет, не показалось — в десятке шагов от прозрачного шара стоял, скрестив руки на груди и внимательно наблюдая за бьющимся в неволе сгустком энергии…

— Лорейн… — прошептал я, осознавая непреложный факт: всё-таки лекарь исчез не просто так.

— Ну что там? — шепотом осведомилась Эйрин. Подопечная замешкалась, отстав на несколько шагов — кажется, она всё-таки начала применять магию, так как на её перчатках я заметил быстро гаснущие искры.

— Не опасно? — кивнул я на её руки.

Девушка поморщилась:

— Уже нет. Здесь такой смешанный фон…

Один из стражников повернул голову в нашу сторону и, кажется, прислушался. Сжав ладонь девушки, я замер, надеясь, что она поймет, что я от неё хочу.

Поняла. Замерла, как мышка, учуявшая кошку. И даже выглядывать из-за плеча не стала, доверившись мне.

Стражник стоял, вглядываясь практически мне в лицо, а я — молился, чтобы внезапный порыв ветра не раскрыл нашего местонахождения. Ведь, стоит только тонким стеблям отклониться в сторону, как мы тут же столкнемся взглядами. И ведь не только взглядами…

Погипнотизировав камыш еще несколько мгновений, стражник медленно отвернулся, а я вздохнул, чувствуя, как враз отлегло от сердца.

— Сможешь снять матрицу незаметно? — повернулся я к Эйрин, уже особо не удивляюсь тому, что разговариваю специализированными терминами. От кого поведёшься — от того и нахватаешься, и я здесь не исключение.

— Постараюсь, — решительно кивнула она, стаскивая перчатки. Протянула руку и уперлась в снег второй. И… тихо охнула, резко подавшись обратно.

Моментально оценив ситуацию, я повалился на снег плашмя, глядя, как из ближайшей к обрыву палатки выходит человек. Ничего особенного — светлые волосы, собранные в хвост, темное одеяние, призванное сделать своего хозяина незаметным в пылу битвы. И лишь подрагивающее в руке зеленоватое сияние выдавало мага. Он не смотрел на нас, сконцентрировавшись, как и Лорейн, на запертом в хрустальном шаре синем сиянии.

Но куда важнее было то, что творилось по эту сторону рва. Эйрин, закусив руку в перчатке расширенными глазами глядела на плато. В её расширенных зрачках плескался самый настоящий ужас.

— Что такое? — попытался призвать её к порядку я.

Не вышло. Покачав головой, девушка сглотнула и, тихо выдохнув, прикрыла глаза. А затем в зимнем воздухе прозвучало обреченное.

— Мне конец. Это Тэйриш.

Казалось, вокруг обрушился мир. Но в самом центре был островок безопасности, на котором стояла она — с испуганными глазами и дрожащими руками. Та, которую я хотел защитить любой ценой.

А значит, придется побороться.

— Эйрин… — тихо позвал я. Не сработало. Пришлось повышать голос, радуясь, что ветер дует в лицо, а значит, и быть услышанным можно не опасаться, — Эйрин!

На этот раз она услышала меня. Повернула голову и рвано потянула носом воздух.

— Послушaй меня, — я постарался, чтобы мой голос звучал ровно, — ты сейчас здесь, он — там. Он не знает, что ты его видишь. Но есть кое-что другое, — я сделал паузу, чтобы позволить ей переварить сказанное и, лишь увидев отблеск мысли в серых глазах, продолжил, — на тебя надеемся мы. Аверис. Я. Все люди в гарнизоне. Сейчас всё зависит от тебя. Понимаешь?

Короткие предложения, рубленные слова — всё для того, чтобы она пришла в себя.

— Просто сделай то, зачем мы пришли, — закочил я тихо, — и мы сразу покинем это место. Обещаю.

Помогло. Подопечная кивнула, отползая ещё на несколько шагов. И, лишь скрывшись в тени рощицы, привалилась к тонкому стволу дерева и подняла руки.

На этот раз сияние было совсем незаметным — обрывистым, хрупким, как лед при первых заморозках. Поёжившись, я ощутил странную вибрацию в ладонях и не к ночи помянул слова девушки о сообщающихся сосудах. Интересно, что это со мной происходит?

Сияние на мгновение усилилось и погасло.

— Всё, — шепотом известила Эйрин.

— Сможешь передать информацию Сайгону? — забывшись, я назвал друга по имени.

Она едва заметно усмехнулась:

— Да.

Я не стал отвечать, мотнув головой в сторону степи — туда, где уже были протоптаны две цепочки шагов. Девушка кивнула, неловко поднимаясь и я осторожно бросил взгляд на выбившуюся прядь.

Розовая. Нормально.

Дорога назад заняла меньше времени. Магичка почти бежала — будто кто-то несся за ней вдогонку. Поддавшись её настроению, я молчал, понимая, как гадко, должно быть, у неё на душе.

И лишь когда впереди замаячил темный силуэт перелеска, девушка замедлила шаг и, наконец, остановилась, тяжело дыша.

— Ты в порядке? — уточнил я, уже зная, что ответ наверняка будет отрицательным.

— Сейчас нужно написать Аверису, — не стала отвечать Эйрин, — скорее всего, времени у нас очень мало. Если здесь Тэйриш….

Я прищурился, Фраза был скользкой.

— Ты что-то знаешь? — осведомился тихо.

— Нет, — поджала губы она, — просто его знаю слишком хорошо. На подготовительный фронт работ он не приезжает — предпочитает заявляться на готовое. По крайней мере, так было всегда.

Она замолчала и уставилась в стену, а я все же решился на ещё один вопрос.

— Ты не ожидала его увидеть?

— По крайней мере, так скоро, — вскользь улыбнулась она и поежилась, — Сайрус, мы можем отложить эту тему? Слишком много Тэйриша для одного дня. Я… не хотела бы говорить о нем сейчас.

Я выдохнул, чувствуя, как восстанавливается сердечный ритм.

— Сколько у нас времени?

— Понятия не имею, — подопечная посмотрела мне в глаза, практически сразу отведя взгляд, — может, сутки, может, меньше.

— Тогда не будем терять времени, — распорядился я, припуская к перелеску. Но через пару шагов остановился и повернулся к плато.

Что-то было не так. Что-то не давало покоя.

— Свет… — выдохнул я, внезапно прозревая.

Эйрин развернулась и тоже посмотрела в сторону горизонта, поняв меня с полуслова. И ведь верно — с того места, где мы стояли, открывалась лишь беззвездная ночь. И каких следов сияния.

— Они ставят купол, — объяснила она, — невидимый. Он не пропускает освещение. Мы зашли за предел защиты, вот и увидели.

— А себя не выдали? — тут же уцепился я за насущное.

— Нет. Я бы почувствовала.

Голос девушки звучал спокойно и это подействовало. По крайней мере, когда мы подошли к перелеску, скрывавшему в себе наше убежище, я уже обрел возможность адекватно размышлять.

Хотя было еще что обсудить.

На этот раз всё было точно так же — разве что нас встретил похрипывающий от радости зоггр. Я его понимал — пусть даже с пищей и водой, но в замкнутом пространстве и в одиночку — приятного мало. Зверь истосковался по человеческому обществу, поэтому я расщедрился и минут пять наглаживал бархатную морду. Отчасти — чтобы дать Эйрин возможность разместиться в комнате, отчасти — чтобы сформулировать вопросы, роем гудящие в моей голове.

Так или иначе, когда я наконец избавился от верхней одежды и вернулся в комнату, меня ждала неизменная картина: Эйрин, записывающая что-то в блокнот и зловеще накаливающийся шар, обещавший в скором времени превратить сторожку в филиал ада на земле. Смирившись с неизбежным, я потянул за горловину свитера и осекся, наткнувшись на изучающий взгляд.

— Что? — внезапно стало неудобно.

Но уголки её губ внезапно расплылись в улыбке, а затем девушка покачала головой.

Нет, ничего. Дай кристалл перехода, пожалуйста.

— Подожди, — оборвал я её на полуслове, — я тоже пару строк писану.

Письмо Аверису шло туго, но я справился. Подробно описав ситуацию, я не забыл упомянуть о наличествующем на плато Лорристене и отдельной строкой упомянул Лорейна. Туда же отправилась информация о малом количестве времени и прочие подробности. Скупо подписав письмо инициалами, я протянул сложенный вчетверо лист Эйрин и понаблюдал, как она подписывает конверт.

— Отсюда не отправить, — покачала головой девушка уже после того, как письмо было заклеено, — нужно открывать вход.

— Давай сюда, — протянул руку я, — я заодно проверю обстановку.

Снаружи было чертовски холодно — казалось, даже пар, вылетающий изо рта, сразу оседает инеем на губах. Подивившись странным эпитетом, я всё-таки отправил письмо, а затем решил пройтись до кромки рощицы — мало ли что?

Снежный настил хрустел под ногами, намекая на ночной мороз. Присев, я дотронулся до холодного одеяла. Зима… уж сколько времени зима. А ведь уже к исходу должна идти.

Дойдя до края леса, я не торопился разведывать текущую ситуацию. Задумчиво изучил снег под ногами, еще раз мазнув взглядом по цепочкам шагов (эх, не к добру это!) и лишь затем поднял взгляд.

Как раз затем, чтобы увидеть занимающееся над горизонтом зарево.

Эйрин хватило доли секунды, чтобы понять ситуацию. Тихо выругавшись, она выдохнула и посмотрела на меня:

— Аверис не ответил?

Я покачал головой.

— Ты объясни, что происходит?

— Они сняли купол, — её голос звучал деловито и это мне очень не нравилось, — а значит, уже не боятся быть обнаруженными. Это может значить только одно…

— Они собираются активировать заклинание?

— В точку.

Представляю, какой гвалт сейчас воцарился в гарнизоне — ещё бы, такое световое представление во всей красе!

— У нас есть время?

Девушка привалилась к стволу молодой березки и задумчиво покусала губы:

— До рассвета время вроде как есть. А затем прогнозировать я не берусь.

— Успею доложиться?

— Да, вполне. Только вот предчувствие у меня самое что ни на есть препоганое.

Я усмехнулся — знала бы она, что такая петрушка у нас здесь постоянно…

— Интуиция?

— Чуйка, — фыркнула она, засовывая руки в карманы, — Сайрус, давай вернемся в тепло? Всё равно, пока Аверис не ответит, у нас руки связаны.

Я еще раз взглянул на всё ярче разгорающееся зарево.

— Я бы тоже ещё кое-кому написал.

Магический шар разгорался уже в третий раз, а я, оставшись в уже привычной рубашке, быстро застрочил по очередному листу бумаги. Надо бы новобранцам, метящим ввысь по карьерной лестнице, о таком рассказывать: думают, небось, что здесь горячие бои, приключения и слава. А на деле — перо, чернильница и бесконечные отчеты, чтоб их. А еще — ответственность такая, что мама не горюй.

— Ещё смекалка, — подсказали сбоку.

Я оторвался от письма:

— Что?

— Смекалка, — хмыкнула Эйрин. Девушка сидела на лежанке, опираясь локтями о колени, — вдобавок к ответственности.

— Только не говори, что отозвавшийся дар даёт возможность читать мысли.

— Только если их не думают вслух.

Я покачал головой, возвращаясь к осточертевшей писанине. Неужели и впрямь начал комментировать то, что происходит в моей голове? Так же до чего угодно договориться можно!

— Сайрус…

— Подожди, — прервал я, запечатывая конверт, — что?

— Не срочно, — покачала головой девушка, — иди отправляй, потом переговорим.

Когда я вернулся, то застал Эйрин почти в той же позе. Только в её ладони светился маленький огонёк — почти такой же, как тот, с которым я осматривал наше нынешнее убежище. Вот только он не горел, а едва теплился слабым серебристым светом.

Это тебе, — она протянула мне руку.

Удивившись работающей в сторожке магии, я охотно подставил ладонь и через мгновение ощутил холодок. Огонек — не магически, а вполне материальный, будто сотканный из нежнейшего, но холодного шелка лежал в моей руке, будто в колыбели.

— Что это?

Девушка улыбнулась.

— Защита. Считай, подарок.

— Вот как, — постарался скрыть своё удивление я.

— Носи при себе. Особенно если какая заваруха, — проинструктировала меня подопечная, — пару магических ударов удержишь, причем любой направленности — огонь, вода или ещё что. А вот дальше…

— Лучше быстро бегать, — превратил печальное ожидание в шутку я, — спасибо.

— На шнурок это “спасибо” повесь, — фыркнула девушка, явно оценив простой солдатский юмор, — носи к коже.

Я оглянулся. Это ведь потерять можно. А шнурок сейчас найти — всё-равно, что во чистом поле кабак обнаружить. А хотя…

Тонкий шнур для всяких внештатных ситуаций был там же, где я его и оставил — в запасном чехле для кинжала. Понаблюдав, как я изымаю ценную находку, Эйрин нахмурилась, пытаясь понять назначение этой тонкой, почти прозрачной нити, что я проигнорировал с поистине королевским (брат бы точно оценил) величием. Негоже девушке вникать в разнообразные виды удавок, не её это дело. А вот Асгор явно проедется скупым юморком по моему неожиданному украшению.

О том, что скажет Шеррх, я предпочел не думать.

Огонек занял своё место на моей груди, где неожиданно быстро прогрелся до температуры тела и стал совсем незаметным. К тому же, как только я его надел, свечение погасло.

— Так и нужно? — недоуменно взглянул я на Эйрин.

— Да, — кивнула она, — всё в порядке.

Подопечная по прежнему сидела на кушетке, опершись подбородком о сложенные руки и прикрыв глаза. Но я не мог обмануться — напряженные плечи свидетельствовали о том, что до покоя Её Магичеству ой как далеко.

— Ты переживаешь? — задал я риторический по сути своей вопрос, — из-за..?

— Не произноси его имя, — откликнулась она, — не к ночи. И нет, не переживаю — просто думаю, что делать, если Аверис не ответит.

— Есть идеи? — подобрался я.

Но нет — покачав головой, Эйрин потерла руками лицо и глубокомысленно изрекла:

— Импровизация — наше всё. Ну и… оригинальные решения.

Я беззвучно рассмеялся.

— Я предпочитаю иначе.

— Это как? — удивленно подняла бровь она.

— А по накатанной, — рубанул рукой воздух я, — если работает — портить не надо.

— Это тоже оригинально. Особенно если есть толк.

Я не нашелся, что ответить и диалог стух сам собой. Я привалился к холодной стене, радуясь, что хоть что-то в этом помещении остается холодным. Шар надрывно потрескивал, силясь прогреть воздух ещё больше.

Неожиданно Эйрин нарушила молчание.

— Знаешь… — она вздохнула, будто желая сказать мне что-то, чего я не должен был знать, — если бы мне дали шанс переиграть жизнь, я бы не вышла за него.

— Я бы тоже не женился, — лениво отозвался я, чувствуя, как по лбу стекает уже не первая капля пота. Хотел было добавить, что свои ошибки мы понимаем уже постфактум, но почему-то промолчал, чувствуя накалившуюся канву разговора.

— Если бы можно было отмотать время вспять, — тихо заметила девушка.

— Это невозможно, ты же знаешь. Есть только здесь и сейчас.

Тихое фырканье отразило то, что творилось в её голове:

— Ты не веришь в будущее?

Я погонял фразу во рту перед тем, как ответить.

— Сейчас — нет. Возможно, после восхода солнца буду.

Почему-то мне казалось важным быть честным сейчас, в этой накалившейся, как в солнцепек, сторожке, с девушкой, которая вызывала во мне такие смешанные, но соблазнительные чувства. Я мог успокоить её, солгать или же скрыть свои эмоции за напускной бравадой. Но понимал, что одно останется неизменным.

Мы не можем обмануть кого-то, прежде не обманув себя.

Тихий свист дал понять, что кристалл перехода что-то притянул. Но вот чтобы получить послание, мне опять пришлось выходить наружу и любоваться на гораздо более яркое зарево, отражающееся даже на стволах деревьев. Правда, и улов был более чем роскошным — целых три письма. Аверисов конверт опять был увенчан сургучным вороном, а значит, ситуация была серьезнее, чем я мог представить.

Вернувшись в жару, я нетерпеливо распотрошил первое письмо, украшенное моими инициалами и быстро пробежал его взглядом.

— Асгор выдвигaется к нам, — сообщил заинтересованной девушке, уже вскрывая второе письмо, — будет в течении пары-тройки часов.

Сайгон был более многословен. Но, как я понял из его сбивчивых строк, он тоже собирался в путь. Я уж было открыл рот, чтобы просветить Эйрин, как напоролся на ироничное:

— Что, Аверис тоже лыжи намылил?

— Откуда ты знаешь? — несмотря на напряженную обстановку, я нашел в себе силы улыбнуться, — возьмет подкрепление и трех магов. Говорит, больше у него нет.

— Нам бы понимать, сколько магов там, — Эйрин кивнула в стену — ту, за которой на расстоянии примерно трех миль, творилось что-то странное.

— Сейчас узнаем, — я уже вскрывал третий конверт. Треугольный, желтоватого цвета.

Увидев его, подопечная изменилась в лице. Да, скрываться в этот раз я не стал, щедро выложив на стол все свои козыри.

— Сайрус, с каких пор ты ведёшь переписку с Цитаделью?

Я покачал головой:

— Не с Цитаделью. С одним человеком оттуда.

— Они все одним миром мазаны, — поджала губы она, — рискуешь сдать нас с потрохами.

— Не сдам, — я уже погружался в написанное, — иначе бы тебя здесь уже не было.

Мелкий кривой почерк россыпью катался по странице. Мне пришлось приблизиться к адскому шару и почти свариться заживо, чтобы расшифровать мелкие строки.

Но это того стоило.

— На плато пять магов, — огласил я прочитанное, — Лорристен и… — я скривился, — наш бывший лекарь — идут в счет.

— Пять… — прищурилась девушка, — не так уж и плохо.

— Но и не хорошо, — поморщился я, — ты ещё забыла про первую пентаграмму.

— Не забыла, — эхом откликнулась магичка, — пока не беру её в расчет. Она орочья. Слабая по сравнению с этим.

Так вот что не давало мне покоя!

— Орки и Цитадель заодно, — вынес вердикт я, сворачивая письма в трубочку — для экономии времени, в одну, — только вот зачем — будем узнавать.

— У тебя есть предположения?

— Отнюдь. Это у Сайгона выяснять надо, что он накопал.

Но потом. Всё — потом. Пока что надо бы разобраться, что это за… праздник жизни. А затем можно и покопаться в грязном белье.

Всё, как я не люблю.

— Пока что остается только ждать, — резюмировал я, вновь опираясь на стену. Последняя благодарно встретила меня прохладой.

— Подождем, значит, — согласно кивнула Эйрин и, подняв голову, посмотрела на меня, — Сайрус, если ты не против, мы можем выключить этот ларгусов шар?

— С удовольствием, — с готовностью кивнул я.

Шар тут же дрогнул и медленно начал гаснуть. А я вспомнил одну важную вещь.

— Ты говорила, что боишься темноты.

— Не говорила, — в полумраке догорающего света я теперь видел лишь её силуэт, — я говорила, что без света не могу. Но…

Свет погас окончательно, оставив нас в кромешной тьме. И то, что прозвучало в этой темноте, заставило меня воскреснуть окончательно.

— … с тобой мне не страшно даже во мраке.

Не говоря больше ни слова, я пересел на лежанку, чувствуя, как она подвинулась, уступая мне место.

— Дай мне руку.

Молчание. И мгновение спустя — ощущение леденящей прохлады.

— У тебя пальцы холодные.

— Я знаю, — прошелестела девушка и от звуков её голоса по позвоночнику пробежал разряд, — я всегда волнуюсь… перед боем.

Поднеся её ладонь ко рту, я попытался согреть её своим дыханием. Тщетно — хрупкая ладошка не желала возвращать себе тепло и мне оставалось лишь стиснуть её в своей руке.

— Эйрин, — позвал я, чувствуя, как меня накрывает окончательно, — я хотел тебе сказать… спросить… — дыхание сбилось, но я не сдавался, — ты..

— Не надо, Сайрус, — пальцы девушки легко сжали мои, — я… поверь, я хотела бы поговорить с тобой об этом. Очень. Но… не сейчас, понимаешь?

Я понимал.

— Завтра?

— Возможно, — сквозь вечность ожидания долетел до меня ответ.

Подоспевшему спустя два часа Асгору хватило пол-взгляда для того, чтобы оценить ситуацию.

— Дерьмо, — прошипел он и я согласно кивнул, — сколько там?

— Пятеро магов, — с готовностью принялся представлять расклад я, — и около двух дюжин солдат. Но последние не в счет.

Удивленный взгляд меня не смутил.

— Даже спрашивать не буду, откуда ты знаешь, — разведчик отвернулся, опять поглядев на зарево, а затем, не оборачиваясь, продолжил, — Аверис написал. Полтораста бойцов возьмёт — и сюда. Через пару часов будут.

Сзади тихо переговаривались четыре десятка моих ребят. Сорок человек, да нас трое — всё, что удалось наскрести, не ослабляя гарнизон. В письме я попросил Асгора сформировать еще один отряд — случись чего, первая пентаграмма тоже не должна остаться без внимания.

— Аверис собирается проложить портал под стены гарнизона, — тем временем сообщил мужчина, — а затем своими ножками — сюда. Чтобы не привлекать внимание.

Обернувшись, я скептически углядел украшенный символическими тремя факелами притихший отряд:

— Знаешь, у меня ощущение, что мы стог сена в иголку прячем.

— Возможно, — Асгор тихо заржал, но приказ погасить огонь выдал, — но покаместь же не заметили.

— Не до этого им, — вклинилась в диалог Эйрин. Последние четверть часа девушка провела на опушке, вглядываясь в зарево, — там дел невпроворот. Активация заклинания — всегда много мороки, — пояснила она удивленно глядящему на неё Разведчику. Тот удовлетворенно кивнул и, обернувшись, стал отдавать приказы бойцам, а я, воспользовавшись ситуацией, принялся выяснять то, что волновало меня в первую очередь.

— Как твой резерв?

— Сойдет, — криво усмехнулась она, из чего я заключил, что дела с магией у Эйрин идут неважно, — постараюсь без особых трат, но тут уж как пойдет.

— Понимаю, — проглотил саднящий ком в горле я, — но постарайся уж…

Девушка протянула руку и легко коснулась моей щеки. Той самой, со шрамами.

— Хорошо.

— Я дозорных выставил, — обломал всю прелесть момента Асгор, — а вы это чем здесь занимаетесь?

— Ничем, — быстро стушевалась магичка, одергивая руку и для пущей верности убирая её в карман бушлата.

— Оно и видно, — мужчина расплылся в паскуднейшей улыбке, — вы это… постарайтесь до после разборок продержаться. А то…

— Заткнись, — прервал его я, понимая, что хваленая тактичность друга, кажись, дала сбой в пылу грядущего сражения.

Девушка тихо кашлянула и вернулась на свой пост, а я огляделся, оценив темноту, в которую провалились бойцы. Подопечная проявила чудеса изобретательности, одарив Асгора тем же заклинанием, что и меня, в результате чего разведчик видел, как днем.

На мой взгляд, могла бы и позже колдануть. Как минимум на одну похабную шуточку меньше было бы.

Проход в сторожку был открыт, а магический шар светился красным зловещим светом, в результате чего каждый замерзший мог пойти и отхватить толику адского жара. Но очередей из желающих не наблюдалось — ожидание схватки греет похлеще агорки и уж точно посильней этого магического приспособления. Я обошел дозоры, перебрасываясь с бойцами ничего не значащими репликами, постоял на опушке, противоположной той, с которой наблюдали зарево и, не найдя в степи даже малейших следов Аверисова войска, вернулся обратно.

Эйрин встретила меня мрачным взглядом.

— Судя по признакам, всё начнется в ближайшие часы, — огорошила она, кивая на горизонт, где в противовес зареву с другой стороны светлела полоса занимающегося рассвета.

— Сколько у нас есть времени? — решил прояснить картину я.

— Четыре-пять часов, — она была кратка, — не раньше точно. Возможно, позже.

Я нахмурился и ещё раз оглянулся в сторону второй опушки. Да что такое-то — Сайгон не торопится, а там, на плато, наоборот, поспешают.

Ладно, придется импровизировать.

— Подобьем итоги, — я кивнул Асгору, подзывая друга, — давайте обменяемся вводными и будем думать. А там уж как пойдет.

Разведчик согласно кивнул, а я поглядел на Эйрин, призывая ту начинать.

— У нас две пентаграммы, — тихий голос девушки звучал размеренно — будто она каждый день объясняла обстановку, — первая, которую мы обнаружили — достаточно слабая, по рисунку матрицы претендующая на второстепенную.

— Это как? — не осознал Асгор.

— А вот так. Если здесь энергии не хватит, потянут оттуда. Это заклинание раз в двадцать сильнее того, что заперто там. Но единственное, что их объединяет — направленность: это портал.

— Интересно, какую мразоту они собираются к нам выпустить, — выдохнул разведчик.

— И главное, откуда, — поддакнул я, — учитывая то, что Ничьи земли в собственности у Цитадели…

— Аверис? — метнул в меня взглядом друг.

— Он самый, — кисло согласился я, — прости, не сказал: сам вот-вот узнал.

— Интересно как, — принял аргумент Асгор, а на мой вопросительный взгляд ответил. Правда, словами, — смотри, как забавно выходит: четыре мага в королевском совете, в это же время примерно во власть Цитадели отходят ничьи земли — давно, кстати?

— Две-три недели назад, — напряг мозг я.

— А месяц назад Лорристена в королевский совет назначили, — развел руками мужчина, — вот и ищите совпадения..

— После поищем, — отбрил я друга, глядя, как расширяются глаза девушки, — Лорристен, кстати, там.

— Не удивлен, — хмыкнул Асгор, — эта падла…

— Давай не при дамах.

Друг аргумент принял — правда, поглядел недоуменно. Но кто ж ему лекарь, если не знает он ни про Эйрин, ни про её личные счеты.

Сама пусть рассказывает, если сочтет нужным.

— Орочьи странности, кстати, тоже в то же время начались, — продолжил я, поймав благодарный взгляд подопечной, — то ведь сколько от них вестей не было?..

— Да, долго, — Асгор ногой сбил снежную шапку со стоящего рядом и чудом незатоптанного куста. Сбил и нахмурился, — а ведь точно. И рядом их не было, и деревни не трогали. А то как с цепи сорвались.

— Возможно, получили приказ копить энергию, — сухо заметила магичка, — хотя мне не понятно, почему — вон сколько у них аккумуляторов.

— А в другой пентаграмме?

— А там сложнее, — усмехнулась она, — я бы просчитала, но времени особо на это нет. Да и смысла… в большинстве случаев получается так, что при разрушении тела заклинания аккумуляторы энергии разряжаются сами.

— Это почему? — подал голос Асгор.

— Они ориентированы на цель, — последовал краткий комментарий, — нет цели — нет энергии.

— Нету тела — нету дела, — тут же для вящей ясности перефразировал мужчина.

— Именно, — в голосе подопечной слышалась улыбка.

Сзади раздался непонятный гомон и, обернувшись, я заметил шевеление в темноте.

— Что такое?

Подошедший боец, прежде чем ответил, выровнялся в струнку и лишь затем соизволил открыть рот:

— В степи движение.

— Ну наконец-то! — вырвалось у меня.

Аверис действительно нагнал народу. Не полтораста, как обещал, чуть меньше — но рощица враз показалась маленькой и тесной.

— Что, не можете без приключений? — без вступительного слова напустился он на меня.

— Уж кто бы говорил, — хмыкнул я, наблюдая, как из темноты показываются еще три фигуры. Видать, пресловутые маги, — сам кашу заварил — нам расхлебывать.

— Этой каши всем достанется, — добродушно рассмеялся в усы мужчина, — племянница моя где?

Не говоря, я кивнул на опушку, где вырисовывалась хрупкая фигура Эйрин.

— Пойду, представлю её коллегам, — просветил меня друг, кивая магам.

Я поглядел, как удаляются четыре фигуры и обернулся к Асгору.

— Там ров, достаточно глубокий.

Тот осклабился:

— Придумаем.

Впрочем, когда мы собрались узким кругом для обсуждения подробностей грядущей ситуации, ров оказался наименьшей проблемой.

— Лорр Майрус, — Сайгон поглядел на худого смуглого мага с бородкой-клинышком, невесть как затесавшегося в наши ряды, — вы нам мост сделаете?

— Скажите только, где, — маг склонился над картой, расстеленной прямо на снегу. Маленький, но на удивление яркий огонек освещал нашу честную компанию — Авериса, Асгора, мага и меня. Маловато мозгов для штурма, но, как говорится, чем богаты…

Снег внутри рощицы был тщательно утрамбован — этим занимался самый молодой из пришлых магов, предварительно окружив рощицу мыльным пузырем заклинания — видать, такого же, как у Лорристена, ибо Аверис сразу дал команду зажигать костры.

— Думаю, здесь, чуть — вмешался в диалог Асгор, а его палец четко уткнулся в заросли камыша левее от плато, — с той стороны обломок стены, — пояснил он.

— Тоже гномы? — отозвался я, оценивая место.

— Они самые. Понастроили тут, понимаешь.

Маг фыркнул, расползаясь в усмешке, а я внезапно понял, что нас так и не представили.

— По матрице заклинания меня уже просветили, — поднял он глаза на Авериса, — пять магов против наших троих, да с половиной…

Я кивал, вслушиваясь в слова одаренного. Сразу после прибытия советник меня перехватил и я сбивчиво, кратко ввел его в курс дела, заодно сообщив и про информацию из Цитадели.

— Что есть, то есть, — философски отозвался Сайгон, а я недоуменно уставился на мага. Новый вопрос медленно начал формироваться в моей голове.

Но Асгор меня опередил.

— Почему “с половиной”?

Майрус — кажется, так его назвал советник? — медленно повернул голову и посмотрел на разведчика. Выжидающе, будто норовя распознать подвох.

— Скажи ему уже, — подал голос Аверис.

— Вряд ли лои Лорристен восстановилась после травмы, — тихо проинформировал Асгора маг, а я замешкался, глядя, как ползут вверх брови друга. Да уж, тут тебе никакие информаторы такого не подкинут, — впрочем, если лорр Визиус думает иначе…

— Не думаю, — я сразу не узнал свой голос, — не восстановилась.

Ошарашенный взгляд Асгора я предпочел проигнорировать. Потом, всё потом.

Мысль о том, что пришлый маг знает Эйрин той, кем она является, настойчиво билась в мою черепную коробку. Это, выходит, что…

— Отойдём в сторонку, — Асгор, верно, почувствовал моё состояние.

В десятке шагов от нашей честной компании королевский советник остановился и, покачавшись на каблуках, обернулся.

— Спрашивай, — полувопросительно сообщил он.

— Кто он? — не стал обязывать себя вступлениями я.

— Её наставник в школе. Кстати, первым забил тревогу по поводу её… ситуации.

— Что ж не помог?

— Помог. Именно после его вмешательства Лорристена запечатали на год. А могли бы спустить по тихому.

Я кивнул, оценивая ситуацию. Да, у Тэйриша определенно есть повод желать зла не только своей пока ещё жене.

— Ладно, — я похлопал ладонью об ладонь, выбивая из кожи пробравший, казалось, до костей холод, — ты ситуацию всем обрисуй. Потому что мы как слепые котята.

— Я вчера таким же котенком был, — не стал жалеть прекрасное во мне друг, — прозрел буквально несколько часов назад. Ладно, сейчас подробнее.

Мы вернулись к Асгору и магу, которые терпеливо ожидали нас у карты и даже, судя по всему, смогли найти общую тему для разговора. Асгор неторопливо набивал трубку и, кажется, даже не волновался о том, что предстоит утром.

— Мне положено ввести всех в курс дела, — тихо начал Асгор, жестом приказывая огоньку опуститься ниже. Я удивленно уставился на светильник — о магии, подчиняющейся людям, я ещё не слышал.

Снег под нашими ногами озарился серебристым сиянием и в этом сиянии я мог видеть даже спящую под холодным покрывалом землю, укрытую коротким ворсом пожухлой рыжей травы.

— Несколько лет назад наш знакомый… который руководит сейчас на плато, — Сайгон нетерпеливо кивнул головой в сторону разгорающегося сияния, — решил, что он может гораздо больше, чем позволено ему по должности. В частности, начал интересоваться дипломатией и вопрос налаживания межрасовых связей его очень увлек.

— Ближе к делу, — оборвал друга я. При привычке Авериса заходить к сути самыми отдаленными тропами к развязке истории мы рискуем добраться лишь к вечеру.

— Куда уж ближе, — хмыкнул друг, — как раз тогда начал вырисовываться конфликт с орками. Они приходили из-за Морсии всё чаще, на призывы к переговорам не реагировали, парламентеров… по закону военного времени, — друг поморщился.

Я кивнул. До меня долетали отзвуки этой ситуации, но я был слишком занят — отец к тому времени глубоко болел и многие желающие хотели сократить его страдания в разы.

— После очередной диверсии орков принято было действовать, — советник почесал бровь и, настойчиво игнорируя мой нетерпеливый взгляд продолжил, — Цитадель выделила отряд одаренных, который некоторое время работал над решением проблемы. Суть да дело, через полгода было решено выставить с той стороны реки защиту, которую они не могут преодолеть. Над матрицей работали ученые, маги… даже верховный ненадолго, да пРисоединялся.

— Политикан старый, — презрительно фыркнул Майрус, а я внезапно ощутил острый прилив симпатии к этому неизвестному наставнику Эйрин.

— Так или иначе, — предупреждающе посмотрел Аверис на одаренного, — стена была воздвигнута — не без потерь, конечно… Выждали вечер, зашли, поставили. Орки, конечно же, были в ярости, но что поделать — не зря ведь наши разведчики пару шаманов в плен взяли. Всё предусмотрели — непроницаемость, высоту… стена ведь в два горных хребта упирается, там уже тоже не пройдешь — ущелья, пропасти…

— Гномы… — весомо хмыкнул Асгор.

— А? — мельком взглянул на него Сайгон и тут же, осознав, кивнул, — гномы, да. Два горных города. Они орков в узел скрутят и живьем сглотнут, не подавятся. В общем, и договор с гномами был, и всё шло, как надо. Если бы не Лорристен…

Я непонимающе поморщился.

— Он-то здесь при чем?

— Да при том, — вздохнул мужчина, — последипломную практику проходил как раз там. Недалеко ведь от стены дело было…

— Постой! — прервал я его, внезапно прозревая, — то есть, наш гарнизон…

— Именно, — утвердительно кивнул советник.

— Так вот откуда столько приспособлений… — понимающе протянул Асгор.

— Дальше слушай, — Сайгон подобрался, — Лорристен присутствовал при всей этой петрушке и мотал себе на ус. А на мозги он никогда не жаловался. А значит, принялся думать … и надумал.

Тихие шаги прервали его рассказ. Аверис, выслушав подошедшего из темноты разведчика, кивнул и бросил ему пару фраз. А затем обернулся к нам.

— Тихо всё пока что. Он подумал — а что, если наладить диалог с орками?

— С ними не наладишь, — сообщил Асгор.

— Ну не скажи, — не согласился с другом мужчина, — товарно-денежные отношения в почете у всех. Или… товарно-товарные.

Понять, что имел в виду советник, не составило труда.

— Значит… — я помешкал, пытаясь осознать страшную тайну, — люди?..

— Люди, — кивнул Аверис, — шаманская же магия на жертвах построена — кто устоит? А тут удобно — и своих бить не надо, и по шапке не прилетит. Вот и попытался выбить Лорристен место для своих… экспериментов, как он говорил. На тот момент уже хорошо так по карьерной лестнице взлетел, на счету был хорошем, так что трудностей это не доставило. Выделили ему…

— Гарнизон мой, — грустно усмехнулся я, складывая два и два.

— Что, тоже накопал? — спросил Аверис, поддерживая мою усмешку, — откуда дровишки-то?

— Где брал — там уже нету, — не стал сдавать родню Миркуса я.

— Дааа… — протянул Сайгон, — и засел он в нем. Оборудование перетащил, людей своих. Над чем-то они работали, отчитывались в цитадель. Уж не знаю, был ли с ним в доле верховный — уже не спросишь, — советник осенил себя знаком Восьми, — но по факту нашли они какую-то брешь в защите, которая орков пропускала. Не всех, понемногу. Но им много и не нужно.

— Простите, перебью, — прервал советника молчавший доселе маг, — если позволите, я позову лои Лорристен, она расскажет подробнее.

— Племянницу? — сверкнул глазами Аверис, — зови, конечно.

Эйрин появилась через минуту. Стрельнув в меня глазами, она тут же уставилась на карту, а я тихо выдохнул, чувствуя, как замерзшее нутро враз окутывает приятное тепло.

— Я высчитывала матрицу обеих пентаграмм, — сухо и деловито начала девушка, — по сути, если сработает заклинание, мы получим достаточно большой по размерам односторонний портал, который будет работать без подзарядки около двух недель.

Асгор присвистнул — дело явно пахло керосином.

— Дальность портала какая? — уточнил Аверис.

— До двух дней пути, — тут же последовал четкий ответ, — в любую сторону.

— А до Морсии?

Воцарилась тишина, прерываемая лишь тихим потрескиванием огонька на карте. Мы молчали, пораженные стрaшной догадкой…

— Полтора… — обреченно выдохнул Асгор, — как раз попадает. С запасом.

Вопросительный взгляд девушки потерялся среди наших ошарашенных.

— Это выходит, у нас гости на пороге? — хмыкнул Майрус, скрещивая руки на груди.

— Пока нет, — покачал головой Сайгон, — но в ближайшее время, если не решим задачу, вполне вероятно. Портал будет работать две недели — этого достаточно, чтобы не только перебросить на нашу землю орочью армию, но и убрать её обратно. А вот что будет в королевстве эти две недели… — он не договорил, но мы все поняли.

Кровь. Чертовски много крови. Жертвы, грабежи, разбой. И кто знает, дойдут ли они до столицы — может, и не понадобится им назад возвращаться: незачем будет.

Я вздохнул. Дальнейший разговор разом потерял свой смысл.

— Интересно только, почему мы столько лет были в неведении, — прищурил глаза я.

— Не вы одни, — не признал себя виновным Аверис, — документы так хорошо подчищены, что восстанавливать события пришлось по обрывкам сведений, разговорам с очевидцами и там по мелочи. Или хочешь сказать, в гарнизоне была хоть какая-то информация?

— Нет, — признал я, вспоминая горелые стены, — всё наглухо уничтожено.

— Вот то-то и оно, — пожал плечами Сайгон.

Маг справился быстро. Просто поднял руку — и от неё потекло ко рву едва заметное сияние. Оно быстро заполнило искомый промежуток и застыло, превратившись в материальную, но прозрачную опору.

— Готово, — кивнул одаренный, отходя в сторону.

Идти решено было малым отрядом. С десяток бойцов (Миркус, разумеется, вызвался добровольцем), Майрус и… Эйрин.

Обернувшись, я посмотрел на девушку, внезапно напоровшись на взгляд смуглого мага. Увидев, что я гляжу на него, Майрус покачал головой и отошел в сторону, а я наконец-то подошел к подопечной.

— Эйрин… — я понаблюдал, как женская ладонь, обтянутая перчаткой, сама по себе ложится в мою руку, — я очень тебя прошу…

— Я поняла, — кивнула она, с полуслова считав мою просьбу, — я постараюсь быть осторожной. Но… ты же знаешь.

Я знал. И именно поэтому проглотил тугой ком в горле, вставший там после этих слов. Что я ей скажу сейчас? А поэтому я просто сжал и отпустил её руку и вернулся на место. На душе было препаршиво, поэтому в ближайшие четверть часа я вплотную занялся своими обязанностями — проверял оружие, раздавал приказы бойцам, получал инструкции у Авериса, по праву взявшего на себя командование операцией.

— Возьмите на себя охрану, — Аверис уверенно раздавал приказы, — особенно ту, что на подходе. Артикус, лучников выложи своих в кустах, пусть уменьшают поголовье… скота, — злорадно подчеркнул он последнее слово, — мы не можем знать, сколько их всего там. Лорр Майрус, с вас первый удар.

— Я отвлеку внимание, — пообещал одаренный, кутаясь в плащ, — но всё остальное на вас, лои Лорристен. Заклинание такой силы нужно снимать в контакте с ним.

— Я займусь, — пообещала Эйрин. Третий прибывший маг оказался женщиной и я даже порадовался, что в кои веки подопечная не одна, — я разбирала такие заклинания. Но мне нужно время.

— Сколько? — прищурился Аверис.

— Не знаю. Минута, две — чтобы разобраться с системой защиты. Ещё пять — на снятие ограничителя. А затем оно само распадется.

— Главное, в горизонталь не стройте, — внес ремарку Майрус, — а то затопит нас силушкой богатырской.

— Вверх уведу, — кротко согласилась девушка, а я непонимающе уставился на мага.

Тот усмехнулся, но пояснить изволил:

— При разрушении заклинания высвобождается энергия. Если она высвободится горизонтально, но под её действие попадем все мы. Нужно уводить вверх — туда, где не будет влияния на людей.

— Точно не будет? — уточнил Аверис. Королевский советник, поправ все нормы приличия сидел на снегу и писал что-то на вырванном из блокнота листе бумаги.

— Не будет, — покачал головой Майрус, — погремит немного или снег пойдет. Так или иначе, выбора особого у нас нет.

Я кивнул, наблюдая, как собираются бойцы. Атмосфера менялась, из расслабленно-повеселенной сменялась на напряженную, боевую. В каждом бю наступал такой момент, когда все в одночасье понимали — шутки закончились, впереди — дело.

— Тебе с другой стороны зайти надо будет, — поглядел на подопечную маг, — постарайся незаметно. И… охрану бы тебе.

Аверис внезапно отвлекся от письма:

— Сайрус, может, ты займешься? Ты человек привычный, опять же, что делать — знаешь.

Прозвучало на редкость двусмысленно, но я постарался не подать виду, делано пожав плечами и не показав внезапно вспыхнувшей радости не томиться в неведении. А отряд… и без меня разберутся. Есть кому заменить.

— Займусь.

— Тогда решено, — кивнул Сайгон, размашисто подписывая письмо и сворачивая его в трубочку, — пойдете со всеми, но обогнете плато. Берите правее — аккурат на ту сторону и выйдете. Как на позиции зайдете, дайте знать.

— Время, — покосилась Эйрин на светлеющее небо.

— С Богами! — тяжело поднялся со снега Аверис и осенил себя знаком Восьми. Подумав, мы последовали его примеру.

Аверис не учёл поправку на снег — хотя здесь, в окрестностях плато, жаловаться было не на что: ветер исправно выполнял свою работу. Но всё же по щиколотку набиралось.

Я пропустил Эйрин вперед, следуя сзади и постоянно проглядывая местность на наличие неприятеля. Но нет — плато находилось на возвышении и от него нас отгораживал раскидистый кустарник, присыпанный снегом. А если учесть предрассветные сумерки, то для противника мы были невидимы.

Перед выходом на позицию Эйрин ещё раз обновила заклинание ночного зрения и некоторое время я удивленно разглядывал внезапно посветлевший горизонт и зайца, невесть откуда взявшегося в паре десятков шагов от нас. Ушастый некоторое время посидел, припав к земле и настороженно вздернув уши, а затем поскакал куда-то дальше, смешно вскидывая задние лапы. Я вздохнул, вспоминая, как осенью Шеррх с Асгором отправились на охоту, принеся оттуда косулю и пару зайцев. Хорошее время было — и от орков затишье, и не так холодно.

Дорога начала ощутимо забирать вправо уже через несколько десятков шагов. Мягко оттеснив Эйрин, я непреклонно покачал головой в ответ на умоляющий взгляд и пошел первым, осторожно заглядывая вперед. Такие места опасны. Умный противник любит под повороты бойцов выставить — и понять не успеешь, что уже умер.

Но Лорристен или боевое дело не изучал, или просто был уверен в своих силах — но никакой защиты мы не встретили. Не встретили мы её и в густых зарослях ивняка, сквозь которые прекрасно проглядывалось и плато, и стоящие поодаль палатки, и бьющееся в неволе синее пламя. Последнее стало намного больше, а по синим языкам то и дело пробегали белые молнии.

— Плохо дело, — выдохнула Эйрин, доставая из кармана уже знакомый мне кристалл двусторонней связи. Тот слабо засветился и замигал, передавая сигнал, — рвануть может в любую минуту.

Я не ответил, вытянув шею и пытаясь найти Лорристена. Не нашел — зато стражников, кажется, стало раза в два больше. Странно как… и беспечность Тэйриша с этим уж никак не связана.

— Я передала информацию, — шепотом известила меня магичка, — через пять минут начинаем.

Потянулись мгновения. Они слипались, растягивались в одно, останавливались на месте и снова пускались в путь. Пытаясь не упустить ничего из этих мятущихся секунд, я застыл, оценивая обстановку и слушая легкое дыхание Эйрин рядом. Даже синее пламя, которое, казалось, начало выплескиваться за пределы своего шара, не могло поколебать внезапно возникшее, но с каждым мгновение крепнущее ощущение того, что всё обязательно будет хорошо.

Я всё-таки пропустил момент, когда Майрус нанес удар. Да и не пропустить его было невозможно.

Тихий свист, едва различимый в дыхании ветра — и тут же самая дальняя палатка оказалась охвачена пламенем. Секунда — и рядом с палаткой в землю вонзился ещё один огненный шар.

— Промазал… — тихо прошептала Эйрин, подавшись вперед. Прищурившись, девушка внимательно следила за происходящим.

Несколько мгновений не происходило ровным счетом ничего, а затем на плато раздался одинокий крик. Он разнесся, на удивление быстро заглохнув, но не погиб окончательно, подхваченный еще двумя голосами. А затем из пылающей палатки вывалился охваченный огнем человек.

— Минус один, — тихо прошептав я, безошибочно опознав в пылающем Лорейна.

— Пойдем, — тут же скомандовала подопечная и, пригнувшись, первая выскользнула из-за кустов.

Яркое сияние заслоняло нас от происходящего с другой стороны, но, судя по долетающим оттуда звукам, там творилось то ещё веселье.

Сквозь непонятный свист я слышал крики и ржание лошадей. К тому же, периодически примешивающиеся к синему сиянию золотистые всполохи давали понять, что Майрус — явный спец в огненной магии.

Но здесь у нас царил свой бой.

Подбежав вплотную к шару, Эйрин дотронулась рукой до прозрачного шара и тут же нахмурилась.

— Времени почти нет… — досадливо выдохнула она, прикрывая глаза.

И замерла.

Я опустился на корточки рядом, оглядывая окрестности. С этой стороны бойцов не наблюдалось — будто кто-то специально выставил солдат только с выходящей на наш гарнизон стороны плато. Отругав незадачливого вояку, спланировавшего караулы, я застыл, чувствуя легкое тепло, которое исторгало из себя заклинание.

Я ещё никогда так близко не имел дел с магией. И теперь, бросая короткие взгляды вглубь синего пламени, я будто смотрел в бездну. Почему-то вспомнились слова Эйрин про воду — а ведь действительно, вода, не грех и утонуть.

Не грех и… понять.

Магичка резко выдохнула, отдергивая руку.

— Есть, — она не глядя протянула мне ладонь, — дай нож.

— Зачем? — уточнил я, уже потянув один из своей коллекции.

— На всякий, — поджала губы она, — если вдруг случится… всякое. Отойди.

— Куда?

— Шагов на десять. Назад. Будет ярко.

Исполнив просьбу девушки, я отошел, чувствуя себя при этом на редкость глупо. Одно дело — два пня в степи, а другое — застывший на белом снегу командующий гарнизоном, пусть даже и в маскировочной накидке. При таком освещении польза маскировки не только сводится к нулю, но и подчеркивает глупость надевшего.

С другой стороны загрохотало и яркий белый свет затопил глаза. В воздухе тут же закружилась сверкающая серебристая пыль. Кажется, наши маги добрались до аккумуляторов.

Оглядываясь по сторонам, я не успевал подумать о ходе боя. Наверняка Аверис не ограничился отрядом и пустил в бой дополнительные силы — уж больно большим был масштаб битвы, разгорающейся на другой стороне плато.

Внезапный шум заставил меня отшатнуться и спустя пару мгновений мимо меня с громким ржанием проскакала лошадь, волоча за собой всадника. Я поглядел, как животное скрывается в зарослях ивняка и поморщился — так скоро и наше убежище грозится стать опасным.

— Сайрус! — тихо окликнули меня.

Эйрин махнула мне рукой и пришлось вернуться.

— Долго ещё?

— Не задавай глупых вопросов, — поморщилась она, — руку дай, пожалуйста.

Я протянул магичке ладонь и даже не удивился когда она водрузила её на прозрачный купол защиты. Лишь поморщился, чувствуя, как конечность охватывает неприятное покалывание.

— Держи здесь. Мне не хватает конечностей, — тихо объяснила девушка, беря нож. Тот тут же засветился странным золотистым светом. Я удивлённо приподнял бровь, но промолчал — успею еще спросить. Потом.

Удостоверившись, что я по прежнему касаюсь защиты, подопечная подняла нож и надрезала прозрачную пленку. И тут же по куполу поползли, множась, трещины.

Кажется, сейчас…

— Оставайся на месте, — тихий приказ.

Раздвинув руками края надреза, Эйрин засунула в купол руку по плечо. По моей спине тут же поползли мурашки, а под ложечкой неприятно засосало.

— Да где же… — между её бровей пролегла морщинка, — сейчас… вот! Отпускай!

Я выполнил просьбу и в этот самый миг магичка выдернула руку, окутанную синим сиянием.

— Готово! Отойди назад и не оборачивайся!

— А ты? — лишь бросил я, вскакивая.

— Я тоже, — обернувшись, она толкнула меня в плечо, — скорей!

Мы успели отбежать шагов на двадцать, когда в мире что-то изменилось. Сияние стало нестерпимо ярким, а затем… мир взорвался на мириады кусочков, толкнув меня в спину и вихрем закрутив вокруг своей оси. Не видя ничего, я упал на колени, чувствуя, как что-то громко хрустнуло.

И — воцарилась тишина. Звенящая, нехорошая. С душком обреченности.

Глаза привыкали к свету заново. Я не знаю, сколько времени прошло, прежде чем я обнаружил себя лежащем на спине на грубом камне плато. Сверху падал снег — не долетая до земли, он таял, усеивая плато крупными темными пятнами.

Предчувствуя провал, я повернул голову.

Она лежала в паре шагов от меня, раскинув руки, будто пытаясь обнять мир. Неизвестно откуда взявшийся ветер трепал её серые волосы.

— Эйрин… — голос куда-то пропал, оставив после себя лишь тень в виде невнятного сипа, — Эйрин!

— Она жива, — раздался незнакомый голос, — но вот почему вас так волнует здоровье моей супруги — это отдельный вопрос.

Он стоял в десятке шагов от меня, скрестив на груди руки. Светлые вьющиеся волосы, темные глаза, черные густые брови. Да, без эльфийской крови здесь явно не обошлось.

А впрочем, мне стоило догадаться раньше — такое честолюбие обычным людям не свойственно.

Прежде чем что-то сказать, мужчина вскинул руку и небрежно щелкнул пальцами. Я оглянулся — как раз вовремя, чтобы заметить, как матово-белая завеса защитного купола отрезает нас троих от остального мира.

— Чтоб никто не побеспокоил. Лорр Визиус, — Тэйриш отвесил неглубокий поклон и мне ничего не оставалось, как принять условия протокола.

— Лорр Лорристен, — кивнул я.

— Вы вторглись в мои владения, — его голос звучал сухо, — и нарушили мою работу.

— Земли Королевства никогда не были частной собственностью, — прищурился я, — вам ли этого не знать?

— Существует приказ.

— Я знаю, как пишутся приказы! — отрезал я, — и как получаются подобные… разрешения! Вам лучше признать свою вину и сдаться на милость короны.

— Обойдусь, — по его губам пробежала усмешка, — знаете, лорр Визиус, я как-то даже не верил, что дело выгорит. Слишком большой масштаб. Рисковал привлечь внимание. И… проиграл. Признаю.

— В таком случае стоит ли удивляться? — поддержал усмешку я, — лорр Лорристен, вам действительно лучше не усложнять.

— Не усложнял бы. Но есть еще один момент.

Момент, лежащий на земле, глухо застонал, а Тэйриш, мазнув взглядом по приходящей в себя девушке, уставился на меня.

— Вы, кажется, имеете виды на мою жену.

Я прищурился. Вежливые расшаркивания закончились. Подошло время истины.

— Имею, — сообщил я. — но вряд ли после всех событий вы сохранили право называть её своей женой.

— Мне всегда претило благородство, — подумав, признался Лорристен, — все эти вычурные жесты, обещания, клятвы…

— Орки лучше?

— Человечнее, — хмыкнул он, — в королевском совете такого насмотришься — блевать тянет.

Я промолчал, понимая, что впервые в жизни согласен с врагом. Уж не от этого ли я сбежал в своё время, не желая потакать капризам двора и отдельно взятого человека?.. Тэйриш был прав — но при этом он не осознавал того, что понимал я: ни один человек не имеет права распоряжаться судьбами других людей.

— Я не хочу с вами сражаться, лорр Визиус, — сообщил мужчина, разрывая паузу, — не терплю вида крови, знаете ли. Но, боюсь, иначе не получится.

— Камень преткновения? — усмехнулся я.

— Он самый, — кивнул мужчина, аккуратно, палец за пальцем, стягивая с правой руки перчатку, — я планирую забрать её с собой.

— Я против, — моя рука сама собой потянулась к пуговицам бушлата.

— Поскольку вы человек, я могу сражаться вполсилы, — предложил он.

— Ну что вы! — хмыкнул я, сбрасывая тяжелую ношу с плеч, — не сдерживайте себя, прошу!

Перчатка Тэйриша раненой птицей упала в снег, а я прищурился, глядя, как на его ладони загорается уже знакомое мне голубое сияние.

Первый удар я пропустил почти сразу. Ком синего огня просвистел над ухом, опалив шею и, кажется, лишив меня доброй половины растительности на лице.

— Мимо, — оценил я, быстро сокращая расстояние.

— Уже понял, — хмыкнул Лорристен, взращивая второй снаряд.

Попытка достать мага кинжалом не удaлась. На удивление ловко увернувшись, Тэйриш тут же попытался угостить меня вторым клубком огня, но, совершив неожиданный пируэт, я приземлился чуть правее, чем следовало — и избежал удара.

— Ловко, — рвано сообщил маг, разрывая дистанцию.

Я лишь усмехнулся, представляя, как смешно, должно быть, мы выглядим со стороны. Будь у меня меч, я бы ещё, наверное, поспорил, но кинжал…

Но у каждого свое оружие.

Кончик моего помощника тускло сверкнул, прочертив на щеке Тэйриша красную полосу. Не длинную — мужчина быстро повернул голову, разрывая контакт с кинжалом и, подняв руку, уперся мне в плечо.

Тряхнуло знатно. Амулет, подаренный подопечной, тут же ощутимо нагрелся — я ощущал его тепло даже под выстуженной одеждой. Лорристен, заметив это, хмыкнул:

— Подарки друг другу дарите… при живом-то муже!

— Не друг другу, — я поднырнул под его руку, оказавшись сзади и, развернувшись, увидел, как раздваивается фигура мага.

— Уровнял шансы, — сообщили два голоса в унисон.

Я прищурился. Что ж… честно.

Два шага назад, поворот… левая рука к поножам. Хотя левой я бросаю слабее.

Фигура справа мигнула и рассыпалась серым пеплом, а я остановился, тяжело дыша. Слишком легкой оказалась задача. Слишком…

— Как догадались? — хмыкнул Лорристен, растягивая между ладонями мерцающую красную нить.

— По форме царапины, — не стал лукавить я. Вряд ли он будет повторять маневр второй раз — неинтересно, да и смысла никакого.

— Понял. Учту, — покладисто кивнул он, резко разводя руки и бросая в меня мерцающую красную сеть.

На этот раз пришлось перекатиться по земле. С особым злорадством констатировав, что сеть похлеще сторожевой собаки впилась в защитный кокон, я вскочил на ноги, каким-то шестым чувством понимая — рановато.

Новый огненный снаряд не промазал, попав точно в грудь. Дернувшись, я упал на колени, краем глаза замечая, как Тэйриш поднимает ладонь, на которой крутится вихрь нового заклинания, которое — я был уверен, — я уже не в состоянии выдержать.

Но я ещё надеялся побороться.

А значит, рано еще расклеиваться. Мне ещё… детей иметь.

Мир вокруг покачивался. Встав с колен, я смотрел, как растет на ладони Лорристена разноцветный шар и тщетно пытался нащупать рукой метательный нож. Да где же он, Ларгус его побери?

Холодный металл ткнулся в руку тогда, когда я потерял последнюю надежду.

И я пошел.

Первый шаг дался нечеловеческим усилием. Переставляя ноги, я пытался не думать, что вижу перед глазами. Уж не знаю, от чего был призван защитить подарок подопечной, но меня будто за лошадью протащили несколько десятков миль.

А впрочем, всё неважно. Лишь бы…

Мужчина метнул в меня сгусток огня уже тогда, когда я был рядом и я зашипел, чувствуя, как завязываются в узел внутренности, не оставляя места для воздуха. Но мне ещё немного… ещё…

А дальше всё слилось в серое сияние, оставив после себя отдельные картинки.

Вот Лорристен снял с пальца и бросил себе под ноги простое колечко, из которого бьют на удивление яркие лучи.

Вот — он сделал шаг назад, выставляя руки в странном жесте.

А вот — еще один яркий шар света, на этот раз желтого, летит на меня. И я знаю, что сейчас будет безумно, нестерпимо больно.

А затем пришло искупление. И неверящий взгляд Тэйриша на расстоянии вытянутой руки.

Я всё-таки дошёл.

Это только в книгах злодеи погибают с шумом, грохотом и почестями. В жизни всё намного обыденнее — взмах стали и капли крови, украсившие белую стену купола и серый камень, усеянный дождевыми каплями.

И — женский голос, зовущий меня по имени.

Стена рухнула вместе со мной. Подивившись, как необычно, клочками, опадает шар защиты, я запоздало почувствовал боль в плече. Зашипев, всё-таки попытался встать, но не преуспел. Серый камень плато манил и, поправ все нормы выживания, я уперся в него рукой. Да что ж это такое…

— Сайрус…

Поворот головы дался с трудом. А ещё — в уши ворвались человеческие голоса.

Эйрин смотрела на меня, а я глаз не мог отвести от её посиневших губ. К черту я! Главное, ты выживи…

Девочка моя…

Я открыл глаза и рывком сел, сразу же повалившись обратно. Плечо тут же отозвалось резкой болью, отдающеся в шею. Грудь вторила, но меньше, ограничиваясь лишь тупым, смазанным нытьем.

— Лорр Визиус, лежите, — попросил меня смутно знакомый голос.

Не тут-то было. Поморщившись, я повторил маневр и в этот раз мне всё-таки удалось занять вертикальное положение.

— Где Эйрин? Что с ней?

Глаза постепенно привыкали к полумраку. Оглядевшись, я увидел мягкие стены походной палатки. Это что же такое получается?

— Всё хорошо с ней. Насколько только может быть, — поморщился Майрус. Маг сидел в изножье и звенел бутылочками в кошеле, — а вот вас помяло знатно. Откат от магии, знаете ли, просто так не проходит.

— Плевать, — я был категоричен, — чем всё закончилось?

— Полной и безоговорочной победой, — усмехнулся мужчина, — разнесли всех подчистую, раскатав противника тонким слоем по земле.

— Плохо, наверное, остaвить после себя лишь мокрое пятно на камне, — расщедрился я на шутку.

Мой визави тихо рассмеялся.

— Но без вас, конечно, дела бы не было. Заклинание было слишком сильным — видать, не один день плели. Зато как красиво разрядилось…

— Жаль, не видел, — посетовал я, разглядывая окружающую обстановку — мягкий войлок стен, низкий стол в изголовье. В небольшое отверстие сверху проникал дневной свет, — сколько я…

— Несколько часов, — верно истолковал Майрус, — и, думаю, придется полежать ещё немного. На правах старшего лекаря прописываю вам постельный режим хотя бы на этот день.

Лекарь значит. По совместительству.

— Интересно как, — я опустил голову и в кои-то веки изучил перебинтованную грудь, — почему это?

— Магические удары ваш амулет погасил, — усмехнулся маг, — а вот физическое воздействие — нет. Пришлось наложить несколько швов. Так что, боюсь, шрамов у вас прибавится. Как там говорят — шрамы украшают?

— Украшают, — согласился я. Сил продолжать диалог не было и я откинулся на подушку, чувствуя, как мир вокруг мягко покачивался, — Майрус… вы мне скажите, с ней точно всё хорошо?

Тихий смешок был лучшей наградой:

— Хорошо, хорошо. Отдыхайте, лорр Визиус.

— Куда уж мне. Аверис где?

— Подбивает итоги, — в голосе мага всё ещё слышалась улыбка, — обещал зайти, как в себя придете.

— Уже пришел, — я не нашел в себе силы открыть глаза, — знаете, Майрус…

Я выдержал паузу, чувствуя, как в воздухе накапливается интерес.

— Неделю назад я бы удивился, узнав, что маг может совмещать и профессию лекаря.

Если мужчина и удивился, то виду не подал. Лишь уточнил:

— А сегодня?

Я усмехнулся, чувствуя, как высохли губы:

— Послал бы вас к черту со всем вашим волшебством.

— Тогда я пойду? — в его голосе плескалась ирония.

— Идите. Зелья только оставьте, — прохрипел я перед тем, как окончательно провалиться в сон.

Когда я проснулся второй раз, уже вечерело. Кто-то заботливый оставил на столе лампадку с магическим светлячком. Несмотря на малый размер, светильник давал достаточно света, чтобы я разглядел и разложенную на стуле одежду, и даже ножны с кинжалом, приткнувшиеся там же и по первости принятые мной за странную тень.

Намек был слишком явным.

Поднявшись с кровати, я принялся одеваться. При малейшем движении плечо простреливало болью, но это не помешало мне справиться самостоятельно, без привлечения посторонней помощи.

Миркус встретил меня у входа.

— Лорр Главноко… — начал он и замолк, остановленный моим предупреждающим жестом.

— Это в гарнизоне я главнокомандующий, — поправил парня я, — Аверис где?

— В крайней палатке, — засуетился боец, — лорр Визиус, как вы себя чувствуете?

— Хорошо, — кивнул я, обозревая изменившийся ландшафт.

Сайгон явно распорядился окопаться на совесть. Центр перелеска был освобожден от лишней растительности и теперь представлял собой небольшую площадь. Шесть походных палаток, поставленных стена к стене, ровным строем предстали передо мной.

— Основной лагерь за рощей, — будто прочел мои мысли Миркус, — там еще портал открыли для перемещений, госпиталь…

— Много раненых?

— Под два десятка.

Я поморщился. Многовато.

— Сколько погибших?

— Никто не погиб, лорр Визиус.

Я кивнул, чувствуя, как отлегло от сердца.

— Слава Восьмерым.

— Слава, — откликнулся парень, — лорр Аверис в крайней левой палатке. Просил, если что, не беспокоить, но…

— Спасибо, — не утруждая больше себя расшаркиваниями, я отогнул плотный войлочный полог и вошел внутрь.

Аверис сидел за низким столом и перечитывал какой-то документ.

— Только не говори, что мебель тебе тоже привезли, — потолок палатки был низким и приходилось пригибаться.

— Порталом перекинули, — бросил на меня короткий взгляд мужчина, — на земле не насидишься — холодно. Падай, — он кивнул в сторону стоящего напротив табурета.

Я присел, чувствуя, как из-под плотной стены ощутимо тянет холодом.

— Не законопатили пока что, — советник, как ни в чем не бывало, отложил бумагу и взял следующую, — бойцов разместить нужно вначале, а там и… Заварил ты кашу, конечно.

Я моргнул — переход Сайгона от болтовни к конструктиву всегда был резким. Как он сам.

— Конкретизируй.

— Да что тут конкретизировать? Подумать страшно, что было бы, если бы ты не спохватился.

— Это не я, это… племянница твоя, — не стал снимать сливки в одиночку я, — первые расчеты — её. Да и потом — тоже.

— Знаю, знаю… — протянул Сайгон, — молодцы. Все молодцы. И Дорс твой — тоже молодец. Только послание от него получил.

Он помедлил, глядя на меня и, будто нехотя, протянул серый конверт:

— Вот, читай.

Не тратя время на благодарность, я развернул грубый лист вощеной бумаги, уже узнавая Шеррха — друг бумагу признавал исключительно такую, чтобы и в пир, и в мир.

Быстро пробежав глазами по строкам, написанным крупным округлым почерком, я повеселел, а перевернув страницу, так и вовсе воспрял духом.

— Ты смотри…

— Да поглядел уже, — подождав, пока я дочитаю, Сайгон отобрал письмо, — представляешь — просто наваляли и костры погасили. Ну, к тому моменту вы уже справились с заклинанием, видать, потому легко и прошло всё. Ребячество это, конечно, но… как ты там любишь говорить — работает?

— Если работает — портить не надо, — покачал головой я. Надо же, столько времени прошло — а помнит! — Мы надолго здесь?

— Пару дней лагерем постоим, — Аверис что-то надписал на углу конверта, — и раненым отлежаться не мешает…

— Есть тяжелые? — перебил его я.

— Нет. Пара человек получили серьёзные ожоги, а в остальном так, царапины, — успокоил меня мужчина, — к тому же, Майрус попросил задержаться, чтобы исследовать плато. В одиночку их здесь не оставишь, пока орки шастают. Ты мне лучше расскажи, как ты на Лорристена вышел?

— Не я, — пришлось признать, — он сам на нас вышел. На Эйрин… наверное.

Лгать было непривычно. С другой же стороны, кто его знает? Уж слишком спокойно Тэйриш отреагировал на присутствие девушки. Как знал.

Может, и знал. Недаром же Лорейн в гарнизоне ошивался.

Аверис поджал губы:

— Признаться, хотел прописать тебе за его убийство, — наконец исторг он, — но Майрус обнаружил на месте его гибели самораспадающееся заклинание группового портала. Так что, считай, не дал ты ему скрыться. Одно только непонятно: почему портал групповой?

— Он Эйрин хотел забрать.

— А ты не дал, — утвердительно произнес Аверис, — понервничали, видать.

— Нет, спокойно всё решили, — я неловко повернулся к свету и зашипел, ощутив новую волну боли в многострадальном плече.

— Да, я заметил, — хмыкнул Аверис, зажигая лампу — для разнообразия, обычную, — чуть-чуть ты ему не дал уйти. Он уже и амулет активировал…

Полог палатки приподнялся, пропуская припорошенного снежком Миркуса.

— Лорр Аверис, к вам лои Лорристен.

Меня словно по голове пыльным мешком стукнули. Сглотнув разом пересохшим ртом, я перевел взгляд с бойца на Сайгона, сразу срисовав хитрый блеск его глаз.

А ведь он в курсе… вот старый кобель!

— Пойду проверю, как там дела, — подмигнул мне мужчина, поднимаясь с места, — заодно разомнусь. Спина совсем передышки не дает, пора бы уже на покой… — и, прежде чем я успел что-то сказать, Аверис развернулся и исчез в хитром проеме стены, который я вначале принял за складку ткани.

Я поглядел ему вслед. Да уж, если друг что-то принял за истину, то переубедить его сложно. Да и стоит ли?

— Сайрус!

Я обернулся, враз оказавшись в плену серебристо-серых глаз. Вот только скрываться теперь причины не было и я счастливо улыбнулся, когда, подбежав, она уткнулась уткнулась лбом в мою грудь.

— Я волновалась.

— Я тоже, — подняв руку, я поймал пальцами прядь её волос. В сером шелке тонкими нитями искрилось серебро, — ты надолго без энергии?

— Майрус говорит, что да, — она подняла голову и виновато поглядела на меня, — несколько месяцев, а может, и больше. Не рассчитала силы и ушла почти на грань.

Я вздохнул.

— Мне нравится твой цвет волос.

Взгляд магички потеплел, а её рука нежно дотронулась до моего плеча:

— Болит?

— Почти нет, — покривил душой я. Да и что тут говорить, если пройдет, — Эйрин, тут такое дело…

— Что? — испуганно осведомилась девушка.

Перед тем, как ответить, я долго смотрел на неё.

— Ты меня прости, что я так с твоим… мужем, — наконец решился на откровенность, — мне не хотелось тебя делить, как… как… — фантазия дала сбой и я заглох, перейдя в иную плоскость, — некрасиво вышло. Неправильно. Прости.

Она поглядела на меня долгим взглядом, странно улыбаясь и я совсем растерялся, чувствуя, что ещё чуть-чуть — и зальюсь румянцем, как мальчишка.

Ситуацию, как ни странно, спас тот же Аверис.

— Вроде хорошо всё, — как ни в чем не бывало сообщил он, появляясь из той же складки ткани, — кухню ставят, скоро ужин. Лои Лорристен, попросил вас зайти, чтобы уточнить кое-какие моменты, но на полдороги сюда меня перехватил ваш наставник. Зайдите вначале к нему, что ли — а затем возвращайтесь. Мы всё-равно еще не закончили, — он кивнул на меня.

— Хорошо, — Эйрин кивнула и, на прощание сжав мою руку, покинула палатку.

Я уставился на Авериса.

— Жрец прибыл, — проинформировал меня мужчина, занимая свое место, — уж не знаю, зачем, но порядок таков. Думаю, останется в гарнизоне.

— Было бы неплохо, — согласился я.

— Неплохо-то неплохо, — рука мужчины зависла на полпути к перу, — только есть одна закавыка…

— Я прищурился, осознавая, что имеет в виду друг.

— Ты про храмовников?

— Именно, — преувеличенно бодро кивнул Аверис, всё-таки прихватизируя пишущий элемент, — конечно, жрец им седьмая вода на киселе, но всё же обязан уведомить.

Я покусал губу, пытаясь нащупать варианты. Получалось нелогично, о чем я не преминул упомянуть:

— Так она же вдова, что с неё взять? Нету тела — нету дела.

— Это ты сейчас так говоришь, — покачал головой друг, — но на развод она подала до кончины Тэйриша, так что претензии к ней будут самые что ни на есть насущные.

— И что?

— Это сегодня она вдова, — хмыкнул Аверис, перелистывая страницу, — а потом, поверь мне, храмовники своего не упустят. Завтра уже свободной женщиной считаться будет — вот они и…

Кристалл перехода, лежащий у светильника, мигнул, на мгновение окутываясь дымом. Я полюбовался, как рядом с ним на столе, будто бы из ниоткуда, проявляются три конверта, и почесал затылок:

— Получается, сегодня она…

— Пока ещё свободно дышит, — усмехнулся Сайгон, — ни одна собака не полезет. Завтра, возможно, тоже — а там уж как затяну. Куда я только не прятал её перед тобой — в в заброшенную деревню, и в трактир под видом помощницы, и… — Он скривился и с какой-то странной досадой выдохнул, — эх, Сайрус, знал бы ты, как бывает тошно на службе….

— Знаю, — я пнул ногой валяющийся на полу огрызок дерева, — поверь мне, здесь тоже не сахар.

Воцарилась тишина, прерываемая лишь тяжелым дыханием королевского советника. Опершись локтями о колени, я задумался — слишком хорошо понял слова друга. А ведь храмовники похлеще снежных волков — только тех хотя бы убить можно, а здесь…

Тихий свист кристалла перехода я услышал не сразу. Зато когда взглянул…

— Ну вот и жрец не понадобился, — тихо проговорил Сайгон, беря в руки конверт, украшенный печатью Восьми, — видать, настучал кто-то.

— Что, не мог своих людей взять? — прищурился я, сразу понимая, о чем идет речь в письме.

— Свои люди, Сайрус — понятие условное, — откликнулся друг, пробегая взглядом по ровным строкам, отпечатавшимся и на другой стороне страницы, — особенно в таком количестве. Даже в корзине яблок одно-два гнилых попадается, а тут…

— Что пишут? — не стал поддерживать разглагольствования я.

— А что могут писать? — Аверис свернул лист, засовывая обратно в конверт, — как обычно. Стандартный протокол вызова на допрос со всеми вытекающими.

— Когда? — уточнил я, поднимаясь с табурета. И даже низкий потолок не помешал — уж лучше переживать в движении, чем упираясь коленями в столешницу, как школяр.

— Время назначат, как только я отвечу, — конверт лег на деревянную столешницу. — Я могу выгадать два-три дня, но это только отсрочит неминуемое. Разве что засунуть её куда… но мои места для пряток закончились.

Я оглянулся на пока неподвижный полог. Решение, пришедшее в голову, было слишком смелым. Впрочем, его и решением назвать было нельзя — так, надежда с уклоном в веру.

— Ты сможешь затянуть с ответом до завтра?

— А есть смысл? — советник скептически покосился на меня.

— На вопрос лучше ответь.

Сайгон постучал пальцем по конверту.

— Теоретически… Письмо с заклинанием обратной связи — то, что я уже его прочел, они знают. И, по идее, ждут скорейшего ответа. Но… — Сайгон продолжать не стал — лишь покосился на кипу документов на краю стола, — я же могу отложить его и забыть, скажем…

— До полудня, — подсказал я.

— До полудня, — легко согласился друг, — до полудня можно. Ты что задумал?

— Ничего особенного, — усмехнулся я, уже отодвигая полог в сторону. Снежная пыль тут же ударила меня в грудь и завертелась перед глазами белыми мухами, — ничего особенного… — повторил я, уже делая шаг в осточертевшую зиму.

Я шел по лагерю, особо не обращая внимания на суету, царившую вокруг. Бойцы разбивали лагерь, разжигали костры. Порывы ветры доносили запахи с полевой кухни. Но впервые в жизни мне не хотелось в это вникать.

До палатки, украшенной знаком одаренных, я дошел слишком быстро и остановился, услышав доносившийся изнутри голос Эйрин. Да, в другое время я сделал бы все иначе, но теперь…

Помешкав, я всё же приподнял тяжелый полог в вошел внутрь, уже понимая, что то, что я собираюсь предложить девушке, лежит далеко за гранью фола. Но другой идеи у меня не было.

Жреца только найти надо. Ведь, если работает — портить не надо.

К тому же, она любит… оригинальные решения.