Глава 47

Без лишних вопросов лучшие парни из охраны погрузились в машину сопровождения и поехали вслед за Стасом. Ничем не интересовался и Дима. Просто посмотрела на выражение лица лучшего друга, мгновенно оценил масштаб и только кивнул.

«Херня с ним происходит, но он умный», – утешал себя Дима, провожая взглядом машины. Размял в пальцах сигарету и только, когда парковка опустела, заметил, что весь табак высыпался, осталась лишь пустая бумажная оболочка.

Стас уехал, не оглядываясь. В голове тяжесть, на языке горечь. Он не понимал, что с ним творится, что ждёт его в той самой деревне, находящейся в паре десятков километров. Неужели именно в ней прятался Сергей?

Стас мысленно загрузил карту местности и вдруг отчётливо вспомнил эпизод из прошлого. Несколько лет назад они с Поклонским присматривались к этой деревне – вернее, к земле, на которой она стояла. Места глухие, дикие, давно всеми брошенные – и это так близко от крупного областного центра, в котором кипела жизнь.

Дима хотел построить на этой земле экобазу. Почему нет? Модно, стильно, востребовано. Поклонский хотел облагородить место, где люди могут отдыхать от городского шума, наслаждаться зеленью и свежим воздухом вдали от смога и загазованности. И уже почти всё решили, вложили силы в проект: Поклонский тогда сам чертил и измерял, искал подрядчиков для строительства, планировал… но в последний момент кто-то купил дом в этой деревне. Пока информация дошла до них с Димой, пока сунулись, след владельца недвижимости – покосившегося домишки в самом сердце деревни – и след простыл. Его так и не смогли найти, а без его разрешения все планы летели в одно место. В итоге они с Димой переключились на другую землю, и там всё прошло гладко и быстро.

Подождите, когда же это было? Стас напряг память, откопал в её недрах информацию и чертыхнулся.

Да, именно пять лет назад всё это случилось. Как раз тогда «погиб» муж Мары, а на деле просто сбежал.

У Стаса больше не осталось сомнений: всё это связано. Усмехнулся своим мыслям. Неужели ещё тогда он невольно соприкоснулся с большой тайной, которую столько лет хранили два брата-акробата? Удивительно, насколько непредсказуемой может быть судьба, какие интересные узоры она рисует.

– Станислав Фёдорович, – сидящий на переднем сидении Валера обернулся, поймал взгляд Стаса. – Я позвонил знакомому в органах… ну так, на всякий случай.

– Думаешь, хорошая идея дёргать людей просто так?

Валера остался безучастным, лишь плечом повёл – это максимум, на что хватило его эмоционального фона.

– Он мой должник. Плюс я уверен, что всё там не просто так.

– Я тебе верю.

Стас и сам понимал: Валера прав. Глупо списывать на совпадения то, что так ярко бросается в глаза: Коршун нашёл Андрея, он за ним следил. Этот клубок вот-вот распутается, но вся эта история пахнет дурно.

– Что ты своему должнику из органов шепнул?

– Сообщил, куда мы едем. Не знаю, Станислав Фёдорович, что там впереди, но обезопасить себя перед властями нужно. Это моя интуиция шепчет, а она никогда не подводит.

Интуиция Валеры и правда, лучшая. Однажды, лет десять назад, особо рьяный бизнесмен из тех, кто ничем не гнушается, попытался убрать конкурентов радикально. Только благодаря Валере и его чутью Стас с Поклонским остались живы.

Когда въехали в тот самый небольшой городок, за которым стояла деревня, Стас заметил в зеркале заднего вида машину. Неприметный чёрный седан, он ехал с такой скоростью, словно саму смерть мечтал обогнать.

Мигнули фары машины сопровождения, сжал крепче руль водитель, напрягся заметивший попутчика Валера. И вроде бы опасаться не было нужды, но что-то заставило беспокоиться.

Юркий седан обогнал машину охраны, поравнялся с их автомобилем, и кто-то смутно знакомый мелькнул в салоне. Стас всмотрелся в силуэт женщины, но из-за быстрого движения разглядеть её в подробностях не получилось.

Но Стас определённо её знал! Он её где-то уже видел!

«Это же Наталья!», – мелькнуло в голове, и Стас дал сигнал водителю: обогнать и подрезать. Выдавить машину на обочину, а там уже будет видно.

Адреналин забурлил в крови, зашумело в ушах и захотелось смеяться. Это какой-то цирк, но, похоже, все виновники стягиваются в одно место. Артисты грёбаного цирка, из-за представления которого пострадала Мара.

Стас сам не понял, в какой момент начал потирать руки. Этих людей – всех скопом – он не любил. Ненависть – слишком мощное чувство, её он к ним не испытывал. Скорее, презрение. Даже к Наталье.

Он вдруг вспомнил мать, и собственные детские обиды поднялись со дна души. Вспыхнул обрывок давней истории: ему шесть, и он умоляет маму бросить отца.

«Давай уйдём, мама? Я буду тебя защищать, я же сильный. Давай уйдём от него, пожалуйста».

Стас сжал память в плотный комок и выбрасывая прочь. Не к месту сейчас обо всём том дерьме вспоминать, некогда.

Их машина остановилась, прижав маленькую машинку Натальи к обочине. Женщина смотрела в лобовое стекло огромными глазами, взмахнула рукой, но как-то обречённо, вяло.

Стас вышел из машины, развёл руки в стороны, кивнул в знак приветствия. Он не хотел никого пугать, просто его нервы не выдержали. Он боялся за Мару, и Наталья, словно поняла его, сникла.

Дёрнул подбородком, предлагая ей выйти из машины по-хорошему. Она не стала сопротивляться: толкнула дверцу, ступила на улицу, кутаясь в дутую куртку.

Высокая и тонкая, как ствол берёзы, она казалась почти прозрачной. На лице ни грамма макияжа, никакой тональный крем больше не скрывает следы побоев, что бледными пятнами растеклись по коже. Их почти не видно, но Стас только на них и смотрел, как завороженный.

– Кто вы и что вам нужно? – в голосе Натальи звенела сталь, но в глазах засел страх. Пыталась замаскировать его за мнимой самоуверенностью, даже подбородок вверх вздёрнула, и Стас улыбнулся.

Ему показалось, что приветливо.

– Я вам не враг.

Охрана притихла, приготовившись. Стал за спиной Валера, готовый чем угодно Стаса прикрыть.

– Кто вы? – спросила во второй раз, и голос зазвенел.

– Я тот, в чьих интересах, чтобы ваш муж ответил за всё, что сделал.

Наталья не стала спрашивать в третий раз. Прищурилась, рассматривая высокого широкоплечего мужчину в тёмном пальто. Ухоженная борода, лоск и уверенность в себе – она не знала его, но почувствовала: с ним можно вести дела.

– Вы едете туда зачем? – Стас не сделал к Наталье ни единого шага, но она невольно отшатнулась. На неё, растерянную, слишком давила энергетика незнакомого властного мужчины.

Было в нём что-то такое, от чего ей хотелось съежиться, превратиться в крошечную частичку Вселенной и рассеяться по ветру. Он её ни в чём не обвинял, но будто бы штамп на лоб ставил: виновна.

– Вы знаете, кто я? – спросила неожиданно низким для женщины голосом.

– Вы Наталья, жена Коршуна.

– Жена… – Наталья отвернулась, незаметно смахивая слёзы, обняла себя за плечи. Открыла рот, словно что-то сказать хотела, пояснить, но передумала. В тягостной тишине прошла минута, и, наконец, она горько усмехнулась и посмотрела на Стаса огромными глазами, в которых плескалось очень много эмоций и ни единой светлой.

– Зачем вы едете в эту деревню? – спросил Стас.

– Я хочу увидеть… ай, неважно.

Махнула рукой, обречённая.

– Наталья, садитесь в мою машину, – Стас пытался говорить мягко, но у него получалось плохо. – Садитесь и поговорим.

Она послушалась – ей нечего было терять. Тот, кто ненавидит её мужа – ей друг. Остальное вдруг потеряло значение.

Поставила свою машину на сигнализацию, устроилась рядом со Стасом в салоне его автомобиля, не обращая внимания на присутствующих внутри мужчин. Она казалась отрешённой и немножечко безумной. Пребывая в своём мире, она напоминала спрятавшуюся в ракушке жемчужину.

– Зачем вы позвонили Марьяне? – спросил Стас, когда водитель завёл мотор и на предельно низкой скорости осторожно двинулся вперёд.

Наталья встрепенулась, посмотрела на Стаса уже внимательнее, словно впервые его увидела.

– Я видела её пару раз, давно ещё. Мара… очень хорошая.

– Очень хорошая, – подтвердил Стас. – Но почему вы её предупредили?

– Потому что Юра… он бы не остановился. Я хотела, чтобы она знала: ей грозит опасность. Я не хотела, чтобы она пострадала из-за их игрищ.

– Она не знала, что Сергей жив, – Стас достал бутылку воды, протянул её дрожащей Наталье. Она вздрогнула, но дар приняла.

– Я… думала, она в курсе, – Наталья отвинтила крышку, едва справилась с нехитрой процедурой, сделала жадный глоток. – Сергей подонок, но я не думала…

Наталья опустошила бутылку за считанные мгновения. Некрасивым жестом стёрла капли с губ, сжала пустую тару в кулаке, уродуя. Закрыв глаза, откинулась на спинку сиденья, часто задышала.

– Кто вы? – снова спросила, скорее, прошептала, едва шевеля губами. Казалось, из неё все силы ушли разом.

– Я тот, кто любит Мару. И не любит тех, кто её обижает.

– Оказывается, у нас с вами одни враги, – Наталья засмеялась. – Удивительное приключение.

– Сергей вам враг? – Стас ухватился за её слова, пытаясь вычленить главное. И не прогадал с вопросом.

Наталья встрепенулась, распахнула глаза, обвела машину почти безумным взглядом.

– Он… – облизала пересохшие губы и вновь замолчала. – Неважно. Но я хочу увидеть, как он мучается.

И столько горечи и злобы было в её словах. Что ей сделал Сергей? Стас понял: вся эта история – намного сложнее и глубже, чем ему казалось на первый взгляд.

– Я ненавижу их всех, – вдруг сказала и ещё сильнее съежилась. – Юра… он поехал убивать Сергея, я знаю это. И я хотела… хотела посмотреть. А потом сдать Юру.

– Ментам?

– Да, – прошептала едва слышно. – Со всеми потрохами. Я бы могла раньше, но я хотела, чтобы он вышел на Сергея и его убил. Тогда я буду довольна.

– Когда умрёт Сергей?

– Да.

У Стаса пошёл мороз по коже, столько ненависти было в голосе Натальи. Она уже не казалась безумной, она не дрожала, ей в принципе было всё равно, что будет лично с ней.

У этой женщины бала цель, и она к ней шла.

Немного помолчав, Стас спросил:

– А Макар?

– О нём вы тоже знаете? – не испугалась, но насторожилась. – Он будет в порядке… если Коршун от нас отстанет.

Стас кивнул своим мыслям, и такая грусть навалилась. Мальчика было жаль: когда взрослые уничтожают свои жизни, всегда страдают дети.

– Как вы узнали об этой деревне? – перевёл тему Стас.

Она криво усмехнулась.

– У меня есть… верные люди в окружении Юры. Я узнала, что он вышел на Андрея, что следит за ним. Когда сказали про этот город, вспомнила о деревне… я была тут однажды, четыре года назад. Запомнила. Я просто не думала, что Сергей рискнёт сюда вернуться… не думала. Надеялась, что у него есть совесть.

Стас прикинул в уме: её сыну примерно три года. Неужели она была здесь, когда?.. Нет, об этом он будет думать когда-нибудь позже.

– Приехали, – подал голос до того молчавший водитель. Валера положил руку на дверцу машины, готовый при первом сигнале выскочить наружу.

– Приехали, – подтвердила Наталья, и злоба мелькнула в её глазах. – Хоть бы Юра успел…

Стасу стало страшно: столько ярости таилось в хрупком теле этой женщины. Она ненавидела Сергея так самозабвенно, мужа ненавидела и не возражала, чтобы один убил другого, а после уже хоть трава не расти.

– Что вам сделал Сергей? – спросил Стас, глядя на Наталью тем самым взглядом, от которого в животе остывали внутренности.

Но Наталья ничего не боялась. Она лишь пожала плечами и промолчала.

Это была её тайна, её боль. Стас не стал настаивать и давить. Не его это дело.

Наталья рванула из машины, оставив дверцу открытой. Её ноги путались в снежной наледи, она скользила, опасно балансируя на замёрзших островках.

Стас, а следом Валера с охраной высыпали на улицу.

– Странная баба, – задумчиво сказал Валера.

Стас ничего не ответил и осмотрелся вокруг. Тихая уснувшая деревня, давно отжившая своё, встретила их тишиной. В морозном воздухе тонули все звуки, словно в ватном облаке. Тонкая фигурка Натальи ускорялась – женщина точно знала, куда ей нужно.

– За ней.

Наталья остановилась у чёрной машины, замешкалась на секунду. Наклонившись, нашла камень и с размаху бросила в стекло. Оно осыпалось крошкой, и Наталья рассмеялась. Её волосы взметнулись вверх, делая женщину похожей на ангела возмездия.

«Вскрикнула» сигнализация, охрана Стаса двинулась вперёд. Олег, самый крупный из парней, перехватил обезумевшую Наталью поперёк живота и оттащил в сторону, спрятал за другим домом. Пытаясь вырваться, Наталья царапалась, что-то кричала, но Олег зажал ей рот и уволок подальше.

Ворота того самого дома были едва прикрыты. На снегу следы нескольких пар ног, они вели к порожку на три ступеньки. Зашуршали чьи-то шины, Стас обернулся, прищурился, замечая грязный внедорожник.

– Это моя подмога, – сообщил Валера и усмехнулся.

Тот самый должник – мент.

– Сам приехал. Видно, большой долг у него.

– Такой только кровью искупают, – пожал плечами Валера.

Дальше всё завертелось, как в дурном кино: ворвались в дом, а там крови, крови… Стас понял, что его сейчас стошнит, когда увидел, во что превратили двух братьев-акробатов.

Коршун обезумел, его люди слетели с катушек, и это казалось плохим сном.

– Живы, – сообщил врач, приехавший спустя некоторое время. – Откачаем.

Оптимизма в его тоне было мало, но Стас верил: откачают.

Их грузили в машину скорой помощи, и если бы Стас не знал от врача, что они ещё живы, никогда бы не поверил. Коршун постарался, и задержись они хоть на немного, было бы поздно.

Стас не знал, жалеет ли он, что успел. Может быть, лучше бы Коршун завершил свою месть, и тогда Маре никогда бы не пришлось встречаться с призраками прошлого?

Ай, ладно. Всё сложилось так, как надо, остальное – пыль.

– Можно в дом войти? – спросил у полицейского Стас, и тот, поморщившись, кивнул.

Они лежали «мордами в пол», и Стас узнал в самом тощем и длинном виновника торжества.

Подошёл к нему, присел на корточки, тронул за плечо.

– Аккуратнее, он опасен.

– Разберёмся.

Стас вновь тронул Коршуна за плечо, тот дёрнулся и, повернув голову, сфокусировал на Стасе мутный взгляд.

– Доигрался? – Стас даже улыбнулся.

– Ты кто?

– Тот, кто сделает всё, чтобы ты сгнил в тюрьме.

– Я тебе что-то должен?

– Мне нет. Но ты охотился на Марьяну, а этого я не прощаю.

– А-а-а, святая Марьяна, – Коршун осклабился, даже в таком положении чувствуя себя уверенно. – Жаль, я не успел до неё добраться.

У Стаса по спине пополз ледяной страх, колол нервные окончания, и пот проступил на шее.

– Что ты, сука, имеешь в виду?

Стас дёрнул Коршуна на себя, и на его остром худом лице появилась улыбка.

– Ничего, уже ничего, – сообщил, вздыхая. – Жива твоя Мара, ничего ей не будет. Дыши, мужик, и никогда не доверяй бабам. Они всегда предают. Стоит только отвернуться, на колени упасть, а они к бывшим в постель прыгают и детей с ними делают.

Стас задержал дыхание, поднялся на ноги и поморщился от вида крови на его заведённых за спину руках Коршуна, сплюнул на пыльный пол и вышел из дома.

Он вышел на улицу, посмотрел в серое небо. «Бабам нельзя доверять», – сказал Коршун. Но Коршун ему не товарищ, он только демон, который шепчет на ухо то, что Стасу хотелось бы услышать. Повторяет все самые гнилые мысли, которые только крутятся в его, Стаса, голове.

Нет, всё это о ком-то ещё, не о Марьяне. Она другая.

Стас достал из кармана телефон, отошёл в сторону, скрылся от всех за чужой пристройкой и набрал номер Марьяны.

– Стас? – она казалась ошарашенной его звонком. – Ты… я на встречу собираюсь. И я подумала: если хочешь, всё-таки поехали со мной.

– Мара, постой, – он прервал поток её слов, мысленно умиляясь с её предложения.

Она другая – слышите, демоны? – другая!

– Что-то случилось?

Стас набрал полную грудь воздуха и сказал:

– Коршун на Сергея вышел. Он… Сергея в больницу увезли, – Стас назвал Маре адрес, закрыв при этом глаза. – Если хочешь, поезжай, проведай его.

– Подожди! Стас, я не понимаю. Коршун его нашёл и…

– Избил почти до смерти. Но Сергей живучий, он поправится.

– А ты… как ты об этом узнал?

– Долгая история, – вздохнул. – Я просто решил, что ты имеешь право знать. Он же… твой муж.

И тут Мара удивила Стаса так, что если бы он умел, он бы разрыдался:

– Он никто мне! С тобой, Стас, с тобой всё в порядке? Тебя Коршун не тронул?

И Стас рассмеялся. Если бы мог, он бы проник в трубку, оказался бы рядом с Марой и обнял бы её так крепко, чтобы кости хрустнули. И никогда бы больше не отпустил.

– Ну что ты смеёшься, глупый? – насупилась. – Я же волнуюсь.

– Со мной всё хорошо. И да, я люблю тебя. Очень.