Глава 29

Чай давно остыл, молодые люди сидели молча, Соколов все никак не мог дозвониться до Светланы, а Лида рассматривала обгоревшую кухню, морщила носик. То, что видела Ермолаева, ей не особо нравилось.

Нет, дом был красивым, в деревенском стиле, но со всеми удобствами, но вот незаправленная постель в спальне и недоеденный вчерашний ужин на две персоны говорили о том, что Павел был не один. И это были не дружеские посиделки двух закадычных друзей.

В доме была женщина, и даже сквозь запах гари Лида отчетливо уловила тонкий аромат духов. Ей надо было приехать еще вчера и не допустить никаких вечеров и ночей Соколова с посторонней женщиной.

– Лида, может, такси вызвать?

– Нет, только не такси, дорога сюда была сущим адом. В машине не работал кондиционер, потом нам указали неправильную дорогу, мы заехали в болото. Таксист матерился, а мне хотелось рыдать в голос от такого обращения.

Соколов вздохнул, почесал затылок, набрал десятое сообщение Светлане, отправил и как под гипнозом ждал ответа. Гном по имени Лаура точно пристрелит его за подружку, да и поделом, не сдержал слово, так ему и надо будет.

– Давай я сам тебя отвезу, здесь, как видишь, не совсем удачное место, да и время не то. Индюки, собака, ремонт завтра начнется.

Лида покосилась на дверь, провела рукой по распущенным волосам, собака, увидев ее, повела себя странно: насторожилась, а потом начала лаять, словно в нее вселился бес. Павел еле оттащил и запер Грома в бане, сам не понимая такого странного поведения пса.

А вот Лида чувствовала себя некомфортно, потому что всю свою жизнь ненавидела деревню, частный сектор и все это хозяйство с курами, свиньями и собаками. Девушка вырвалась оттуда, стремилась к лучшей жизни, но сейчас придется немного потерпеть, даже проявить инициативу.

– Я могу тебе помочь, да и поздно уже, я буду очень волноваться, если ты поедешь в ночь по трассе. Мы можем поехать, но тогда останешься у меня.

Лида даже вцепилась в кружку пальцами, не ожидая такого поворота, ведь они могут уехать, точно, а там уже она как-то разрулит ситуацию.

Идея была хорошая, Павел задумался, дорога туда и обратно займет часа два максимум, зато он избавится от Лиды, Светочка ее не увидит, скандал можно будет избежать. Надо бы вообще все рассказать Светлане, все как есть, но язык не поворачивался такое говорить.

– Да, ты права, поедем, я только покормлю индюков, закрою все и разберусь с Громом, подожди немного.

Мужчина вышел, а Лида улыбнулась. Да, в деревне делать особо нечего, но женское любопытство брало верх, и девушке очень хотелось посмотреть на ту, с кем Соколов провел ночь. Ермолаева встала, прошлась по кухне, разглядывая дорогую технику, когда в кармане джинсов вновь зазвонил телефон.

– Ты, наконец, решил обо мне вспомнить?

– Не начинай, ты знаешь, что я занят и что я не один.

– Но я так соскучилась, ты не представляешь как, медвежонок, – Лида нарочно стала говорить голосом капризного ребенка, зная, как любовнику это нравится. – Мы с малышом соскучились, очень-очень, и так хотим своего папочку.

– Я тоже соскучился, моя куколка, после выходных увидимся.

– Твоя куколка так хочет на море, на теплый песочек, полежать там голенькой, совсем-совсем голенькой, – Лида заигралась, не услышала, как приоткрылась дверь, и она уже в доме была не одна.

– Не знаю, это очень сложно, у меня много дел, пока начальство отдыхает, нужно кое-что сделать, а потом твой медвежонок обязательно свозить свою куколку на море.

– Я бы хотела увидеть тебя раньше, может, просто отдохнем на природе, ты поласкаешь меня, помнишь, как ты это делал неделю назад, я такая голодная до секса, это все гормоны и беременность.

Лида манипулировала, зная, как Воронков любит такие откровенные разговоры, а еще когда она высылает ему откровенное видео, где ласкает себя и играет с секс-игрушками.

– А потом я поласкаю тебя.

– Все, куколка, мне пора, целую тебя.

– И я тебя целую.

– А ты кто такая, красна девица?

Лида вздрогнула от испуга, чуть не выронила телефон из рук, обернулась. В дверном проеме кухни стояла щуплая маленькая старушка в спортивном костюме, жилетке и калошах, что не вязались с модным образом.

– А вы кто такая? Напугали меня до смерти. Павла нет дома, он где-то во дворе.

Баба Зоя прищурилась, рассматривая странную гостью, не нравилась она ей, распущенные волосы, полные губы, брезгливый взгляд. Такая городская фифа, которая бог знает зачем заблудилась в их деревне. Да еще в доме Терехова и явно по душу паразита Пашки. Неужели она ошиблась с Светочкиным счастьем?

Старушка зашла узнать, как дела у соседа, проверить – может, что еще спалил, а тут такое неприятное чудо, да и подслушанный специально, что там греха таить, разговор настораживал.

– И кем ты приходишься Павлу?

– Это не ваше дело, а он, наверное, на улице, можете поискать его там.

– Я поищу. Так кто ты такая?

Старушка была неприятная, Лида отступила к окну, нервно сжимая в руке телефон.

– Я невеста его. Да, да, невеста, и у нас скоро будет ребенок.

А вот эта новость совсем не понравилась бабе Зое, какая-то белобрысая городская фифа и ребеночек от нее совсем не вписывались в план «осчастливить Светочку».

– Так, может, это ребеночек того, «медвежонка», с кем ты сейчас разговаривала. Ты ничего не перепутала? А то мозгов у тебя с гулькин нос по глазам вижу.

– Вам все послышалось. И не надо меня оскорблять!

– Это я вижу плохо, а слышу, деточка, хорошо. И как тебе обманывать парня, быть кукушкой и подсовывать чужое дитя? Совесть не мучает?

Зоя Ильинична уже восьмой десяток жила на этом свете и знала таких вот дамочек, что хотели устроиться в жизни хорошо за чужой счет. И ей не нужно было смотреть сериалы, она все видела своими глазами, у нее вот так же много лет назад увели жениха. Но тогда молодая Зоя не разобралась, да и подсказать было некому, осерчала на мужчину, вычеркнула из сердца, да так больше ни с кем и не сложилось у нее.

– Я не понимаю, о чем вы говорите, – Лида нервничала, она не знала, что это за старуха и что она может рассказать Павлу.

– Зато я прекрасно понимаю, а сейчас и Паша все поймет про свою якобы невесту и про ребеночка, который не от него.

Вот так и хотелось взять эту белобрысую за патлы и помогать по кухне, чтобы мозги на место встали.

– Да что вы такое говорите?! Не сочиняйте ерунды!

– Что происходит, баба Зоя, что-то случилось?

Соколов вошел в дом, наблюдая интересную картину: соседка, одетая по-модному, стоит, уперев руки в бока, сверлит взглядом Лиду, а та испуганно визжит.

– А вот мы сейчас у невесты твоей и спросим, что случилось, зачем она сюда приехала, и кто такой «медвежонок», по которому они с ребеночком так соскучились. А еще – как она будет ласкать его, прости господи.

– Лида, что происходит?

По спине Соколова побежал холодный пот, во рту пересохло, он внимательно рассматривал Лиду, а девушка сначала покраснела, потом побледнела, начала кусать губы.

– Лида, я тебя спрашиваю, что происходит? Это неправда?

– Да, чистая правда, милок, я все слышала своими ушами, как она миловалась с любовником по телефону. 152e1bc

– Это все неправда, это брат звонил, он болен, ему нужна помощь.

Соколов напрягся, ладони вспотели, вот оно – то самое ощущение, что он периодически ловил, находясь с Лидой – обман. Его водили за нос, а он верил и велся на эту ложь.

– Паша, нет, это все неправда, бабушке послышалось, я ни с кем не миловалась, и нет у меня любовника, я тебя люблю, всегда любила, и ребенок твой.

От безысходности Лида заплакала, да так натурально, что перешла в истерику, она рыдала от обиды, что по ее глупости сейчас могло все открыться, что не видать ей светлого будущего рядом с шикарным мужиком. А потом ноги подкосились, девушка начала оседать на пол, хватаясь за живот, теряя сознание.

– Черт, Лида!

Павел кинулся к ней, попытался привести ее в чувство, даже брызнул водой в лицо.

– Господи, да когда тебя уже жизнь чему-то научит? Большой, а глупый, притворяется она, я тебе как женщина говорю. Ой, да разбирайтесь сами. Только поверишь ей – не видать тебе счастья, будешь растить чужое дитя, а твой – сиротой будет.

Баба Зоя махнула рукой, ушла, громко хлопнув дверью, Соколов посмотрел на Лиду, она так и лежала с закрытыми глазами, дыхание ровное. И тут он так отчетливо вспомнил слова Жанны, она говорила о ребенке, прямо так и сказала: «Не твой это ребенок». Но тогда Павел и не сопоставил это с Лидой, он думал о Ягодной Светочке.