Глава 17
* * *
К вечеру мороз за городом усилился, солнце давно село за снежными облаками и на землю тихо опускалась царица ночь.
Они приехали в село, когда было уже совсем темно, а всё небо усеяно ёжиками звёзд…
Диана вышла из машины и полной грудью вдохнула морозный воздух. В городе так не пахло. А здесь простор, свежесть и здесь дом.
Марк подошёл к ней, обнял и прошептал.
– Удивительно, посмотри, как усыпано небо яркой звёздной пылью…
Диана подняла лицо к небу и улыбнулась.
– Да, такое небо ты в городе никогда не увидишь, – прошептала она и повернулась к Марку. – Отец сейчас выйдет и он…
– Диана! – раздался радостный оклик Льва Илларионовича. – Дочка! Ну, наконец-то ты дома!
Диана не успела договорить, она сжала крепче руку Марка и они вошли в дом, где на пороге ждал её отец, а из-под ног выглядывала лохматая морда Маркуши.
Как только Диана вошла внутрь, то тут же оказалась в крепких объятиях отца. Он поцеловал её в макушку, а потом крепко пожал руку Марку.
– Проходите, вы как раз вовремя. Ужин ещё не успел остыть, – захлопотал мужчина.
– Пап, я накрою, – сказала Диана. Она посмотрела на Марка и взглядом попросила пока не говорить отцу об их отношениях. Марк всё понял и кивнул.
Девушка ушла в свою комнату и быстро переоделась в домашнее. Дома было хорошо, тепло и уютно, в камине тихо потрескивали дрова… Дрова трещат, огонь сильный горит, распространяя по дому тепло и нежный берёзовый аромат…
Она была дома…
Но буквально через какие-то пять минут Диана услышала шум внизу – что-то упало, отчего раздался сильный грохот, залаял Маркуша с надрывом…
Диана с бешено колотящимся сердцем метнулась из своей комнаты вниз, на первый этаж и на мгновение замерла в изумлении.
Марк и её отец самым настоящим образом, молотили друг друга!
Можно сказать, что мужчины сошлись в смертельной схватке как два настоящих альфа-самца.
Маркуша грозно стоит на лапах, скалится и громко лает.
Лев Илларионович и Марк привыкли главенствовать. Два человека с лидерскими качествами столкнулись из-за любимой женщины (для одного Диана любимая девушка, возможно в будущем жена, для другого она – дочь).
Это женщины могут обзывать друг друга и ругаться до конца своих дней. Мужчины же не привыкли много разговаривать, и в дело быстро вступила сила.
«Марк же пообещал не говорить пока отцу! Или папа сам догадался?» – метнулась у неё мысль.
Как же рубились они! Одежда была порвана у обоих от сильной хватки, носы кровили от нанесённых ударов. Но не обратил внимания на это Лев Илларионович, а замахнулся всей своею жилистой рукою и на секунду оглушил внезапно Марка по голове. Пошатнулся Марк, мотнул головой, но не упал.
– Попортил девку! Не сдержал обещания! Так теперь и отвечай за свой поступок! – проревел, словно раненый зверь Лев Илларионович.
– Я её в жёны хочу взять! Давай просто поговорим! – крикнул Марк, вновь уходя от сильного удара.
– Я тебе, сволота ноги переломаю и яйца оторву! – Лев Илларионович был в ярости.
Диана гневно выдохнула и с силой сжала деревянные перила.
Так как она была воспитана только отцом, занималась с дикими птицами и животными, она не впала в панику, не стала кричать и катать истерику разбушевавшимся мужчинам. Она лишь в недовольстве поджала губы, развернулась и пошла в ванную комнату, набрала таз ледяной воды. Снова подошла к балкону и выглянула вниз. Ничего не изменилось, эти двое вовсю уже разукрасили себе лица.
Диана с натугой подняла большой медный таз и перевернула его. Холодная вода обрушилась на головы двух взбешённых мужиков, которые словно обнявшись, давили друг друга с кряхтением и стонами.
Окатить холодной водой драчунов – самый древний, проверенный временем метод. Работает безотказно.
Мужчины откатились друг от друга и оба с одинаковым укором и недовольством посмотрели вверх на Диану.
– Успокоились? – глухо и раздражённо спросила она. – Сейчас принесу полотенца и аптечку. Пока не вернусь – сидите поодаль друг от друга. Поняли?
Марк усмехнулся и принялся стягивать с себя промокший свитер. Одновременно утёр рукавом кровь с разбитых губ и носа.
Лев Илларионович громко выругался и тоже снял с себя мокрую рубаху.
Маркуша продолжал лаять.
«Дурдом», – подумала Диана.
* * *
Лев Илларионович продолжал буравить Марка убийственным взглядом.
Сам же Марк видимо хорошо получил по голове. Сидел и улыбался девушке, когда та лечила его.
– Помиритесь и чтобы больше я такого безобразия не видела! Будьте друзьями. Выбросите из головы злые мысли. Не надо ссориться друг с другом из-за меня. Пожмите друг другу руки и обнимитесь. И закончим на этом. – Диана обработала антисептиком ссадины и рассечения у обоих мужчин.
Марк протянул ему раскрытую ладонь для пожатия. Лев Илларионович демонстративно сложил руки на груди.
– Он залез тебе под юбку! Он дал мне слово, Диана, что не тронет тебя и не сделает тебе ничего плохого и нарушил данное обещание! – рявкнул Лев Илларионович и для пущей наглядности ударил ногой по сломанному стулу, на который упал Марк в драке.
– Папа! – возмущённо одёрнула его Диана. – Всё было добровольно и Марк мне не сделал ничего плохого… И вообще, мне уже двадцать четыре года!
Лев Илларионович всё равно хмурил брови.
– Выходи за меня замуж, – вдруг сказал Марк и с громким стуком опустился перед Дианой на колени.
Диана открыла рот в недоумении, а Лев Илларионович его со злой усмешкой спросил:
– Неужто я так сильно тебя по голове стукнул?
Марк не обратил внимания на его слова. Взял Диану за руки и продолжил говорить, не обращая внимания на разбитые губы:
– Хоть и недавно мы встретились с тобою, а мне кажется, что знаем друг дружку очень давно. Наши сердца стучат в унисон. Диана, я уже не смогу без тебя прожить и дня. Ты же не обречёшь меня на эти страдания? Давай поженимся. Я мечтаю о создании уютного семейного гнездышка. Я готов остаться здесь, построить свой дом. Наш дом… Так хочется каждое утро просыпаться вместе с тобой, любимая, и говорить тебе самые главные слова на свете… Хочу детей от тебя…
Марк повернулся к отцу Дианы:
– Клянусь, что со мной она будет счастлива.
– Сейчас вернусь, – сказал он. Лев Илларионович встал и ушёл в кабинет. Через пару минут вернулся с ружьём в одной руке и коробкой патронов в другой.
– Папа? Ты что задумал? – забеспокоилась девушка.
Марк напрягся. Диана встала и закрыла его собой. Маленькая и хрупкая. Марк обхватил её за плечи и задвинул себе за спину.
– Не бойся, – сказал Лев Илларионович и принялся заряжать ружьё.
Марк немного нервно улыбнулся, продолжая следить за движениями мужчины. Мало ли что у него в голове сейчас!
И ведь надо же, Марк ему ни слова не сказал ему, когда Диана ушла, а Лев только в глаза Марку глянул, и в лоб спросил: «Был с моей дочерью?»
Марк не был лжецом и, выдержав тяжёлый взгляд Льва Илларионовича, ответил тому правду: «Да».
Собственно, этого и хватило, чтобы мужчина завёлся. Он даже не дал Марку объясниться! А собственно ему и не нужны были его объяснения.
Зато сейчас всё ясно, как белый день. Главное, чтоб Лев не был против и дал своё согласие на брак, и не пытался выжить его из жизни Дианы.
Лев Илларионович тем временем закончил заряжать ружьё и мрачно сказал:
– Это Марк, твоё именное ружьё. Заряженное, как видишь. – Мужчина ласково погладил оружие. – Если Диана из-за тебя хоть раз будет расстроена или в огорчении… А не дай бог, ты что-нибудь ей сделаешь… Клянусь своей жизнью, Марк, я тогда отстрелю твои причиндалы. Понял меня, сынок?
Марк широко улыбнулся и протянул ему руку. Лев Илларионович крепко пожал протянутую ладонь.
– То есть, благословляете? – продолжая улыбаться разбитыми губами, спросил его Марк.
Лев Илларионович тяжело вздохнул и сказал, смотря на свою дочь:
– Благословляю… Дочка, а ты что скажешь?
Диана, сидевшая рядом с Марком вся пунцовая, ответила:
– Мне нравится Марк. Очень нравится. Но замуж…
Диана посмотрела на Марка.
– Знаешь, как говорят у нас – не бегите молодые сразу в ЗАГС, сходите сначала вместе в поход…
Марк усмехнулся, а Лев Илларионович с гордостью посмотрел на неё.
– Я тебя понял, – улыбнулся Марк. – Но своей невестой, я тебя же могу называть?
Диана рассмеялась. Он всё равно стоит на своём, но она согласно кивнула.
Лев Илларионович встал с кресла и подошёл к ним, чтобы крепко обнять свою дочь и практически своего уже зятя.
После взаимных объятий, Диана сказала:
– Теперь, когда мы всё выяснили, можем поужинать?
* * *
За холодным, разрисованным узорами, стеклом кружится белыми хлопьями снег, а в полумраке ночника Диана смотрит на Марка и в её зелёных глазах мерцают настоящие звёзды.
Она медленно протягивает руку и невесомо касается тонкими пальцами его широкой ладони, будто спрашивая о чём-то. Улыбается – у неё очень красивая улыбка, – отмечает в миллионный раз Марк.
Мужчина склоняет голову к плечу – знает, что за молчаливый вопрос она ему задала.
Она смотрит в его тёмные глаза. Он улыбается блаженно, прикрыв длинные ресницы, и кивает ей.
Диана осторожно тянет его за руку, заставляя, подвинутся ближе и тут же обнимает.
Волшебная музыка мягко струится за морозным стеклом, что исполняет северный ветер. И Диана плавно и немного неумело начинает вести своего мужчину в танце – лёгком, чарующем, изнеженно трепетном…
Ему кажется, что голова начинает кружиться от её удивительного нежного запаха, от её горячих ладоней на его широкой спине, от её жаркого шёпота, похожего на легчайшие касания к растревоженной лаской коже…
И он не может удержаться, обвивает руками белые девичьи плечи и, вглядывается в её глаза, наполненные томлением, страстью и любовью.
По губам Марка скользит едва уловимая улыбка.
Они продолжают медленно покачиваться в такт музыки, что звучит за окном и всё ближе прижимаются друг к другу, сплетаясь руками и ногами…
Диана тихо шепчет ему на ухо самые важные слова и на его тёмных ресницах появляются хрустальные капельки счастливых слёз.
Любит… Она любит его…
Этот холодный снежный вечер стал для них самым волшебным в нежной и тёплой любви…
* * *
Диана проснулась оттого, что зимнее солнце светило ей прямо в лицо.
Рядом лежал и крепко спал Марк. Она взглянула на его безмятежное лицо и улыбнулась.
Ей понравилось смотреть, как спит её любимый мужчина. Да, именно любимый.
Диана – жаворонок, и ранним утром она проснулась, и тихо лежит под мышкой у своего любимого мужчины. Он крепко обнимает её. И не так-то просто выскользнуть из-под этой большой, тёплой и надёжной руки. Да и не хочется вовсе…
Сейчас особенно чувствуется, что Марк во сне утверждает своё право на обладание этой девушкой, и он ей доверяет. Только она и никого другого рядом быть не может. Эти моменты покоя и погружения друг в друга отвоёваны у всего мира, и здесь, и сейчас нет никаких мыслей, торопиться не хочется, да и не хочется совсем ничего. И самое блаженство – это кожей чувствовать его сильную грудь, крепкие руки и тяжёлое большое тело. И это удивительное сокровище спит спокойным и крепким сном.
Солнце заглядывает в комнату дальше, перемещая свои весёлые лучики. И один наглый лучик щекочет любимому мужчине нос. Он его смешно морщит, как кот, который нечаянно обмакнул нос в сметану. Глаза тоже жмурятся, он становится ещё больше похожим на большого кота, заснувшего на печке.
Марк сонно приоткрыл глаза, увидел Диану и прижав её к себе ещё ближе и крепче, вновь закрыл глаза.
Она тихонько засмеялась.
– Любимый, ты проснулся или понежишься ещё?
– Кажется, я ещё сплю… Потому что только во сне ты меня можешь назвать любимым.
Он приоткрыл один глаз и улыбнулся.
– Повтори ещё раз, – попросил он.
– Любимый, – прошептала Диана и смущённо уткнулась ему в плечо. – Ты такой красивый…
Она такая улыбчивая и родная, и так страшно поверить в реальность происходящего. Диана теперь всецело принадлежит ему. Его невеста…
Их души упиваются ликованием, тянутся друг к другу… Разве это не счастье? Самое настоящее счастье – пушистое, домашнее, уютное и такое тёплое…
Едва заметные лёгкие прикосновения, что становятся смелее с каждой секундой – и вот уже глаза в глаза, не смея прервать начавшийся безмолвный разговор длиною в вечность.
Взаимные объятия дарят тёплое умиротворение… И ранним зимним утром, мир рассказывает дивную сказку о всесильной и верной любви…