Глава 26

К тому времени, как Лусия вышла из ванной, Люк успел отправить вестников кузенам. И предупредить обо всем. Потом он собирался бежать в кабинет и дополнять свою монографию про метаморфов, но… мокрая, теплая Лусия, завернутая, как подарок, в одно только полотенце… В общем, асур подхватил жену на руки и унес в спальню, а все проблемы оставил на утро.

Они чуть не проспали к началу занятий, поэтому не встретились с родственниками у ворот. Быстро чмокнув жену в губы, Люк побежал в аудиторию и забыл обо всем до самого обеда. И только выйдя из теплого здания в холодный парк, вспомнил все и поспешил отправить вестников братьям. Они отозвались немедля – Дик успел заглянуть в школу для одаренных детей и скинуть Рику иллюзию нового облика Аурики. Они тоже Золотинку не узнали! А услышав уже от самого Люциуса все, что рассказала ему дочь, просто руками развели:

– Значит, на новый год, – вздохнул Дик, – быстро наша девочка выросла!

– И что это за хмырь, интересно? – прищурил зеленые глаза Рик.

– Осталось два месяца подождать, – криво улыбнулся Люк. – Правда, никаких сведений о брачных обрядах метаморфов нет. Считается, что они подтверждают союз, принимая облик, приятный партнеру, и все.

– Ирга расстроится, она успела с Аурикой подружиться.

– Ваэри тоже…

– Они с Лусией вчера болтали, как подружки, – дополнил Люциус.

– Постойте, – нахмурился вдруг Дираэль, – если избранник Золотинки здесь, в Академии, то они никуда от нас не денутся! Ну, переедет дочь в другой дом, но все равно будем видеться!

– Может быть, – неуверенно сказал Риандель, – но что, если они соберутся в путешествие или просто захотят уехать?

– Вот тогда и будем переживать! – отрезал синеволосый асур. – И вообще, чего вы раскудахтались, как наседки? Дети растут, это нормально!

Кузены переглянулись и хмыкнули:

– Привыкли. Золотинка в наших глазах малышка, да и лет ей немного на человеческий счет.

– Так она и не человек!

– Ладно, все всё поняли! Скажем женам, пусть приготовятся к знакомству, а там видно будет. До новогодья еще два месяца! Все, я побежал! – Дираэль ушел из кафе первым.

Следом умчался Рик, только Люк еще какое-то время посидел над чашкой успокоительного ромашкового чая. Реальность никак не желала совмещаться с его представлениями о мире, но асур над этим работал!

Время до праздника летело быстро. Вскоре в столице лег снег, водники принялись украшать Академию ледяными и снежными скульптурами. Дираэль вместе с командой старшекурсников превратил свой дом в ледяной дворец, изукрасив его хрупкими молочными лилиями и хрустальными ландышами. Ваэри смеялась и поднимала снежинки в танец, заставляя их кружиться под неслышимую музыку.

Риандель и его ведьма готовились к появлению малыша. Ирга стала степенней, ходила, переваливаясь, как уточка, и вместо тыквы грызла зимние яблоки.

Люциус и Лусия были просто счастливы – она осваивала свою интуитивную магию, он продолжал изучать медицину, только теперь с уклоном в ведение беременности и родов. А по ночам они оба дарили радость друг другу.

С приходом зимы студенты всех факультетов начали готовиться к сессии. Для повышения баллов самые способные выступали на симпозиумах, показывали зрелищные опыты для младших коллег и преподавателей. То же самое делали ученики школы для магически одаренных детей, которую посещала Аурика.

Узнав о детской магической конференции, Люк почти две недели разрабатывал вместе с дочкой зрелищный показ химических опытов, помог отнести в школу пробирки и колбы, шашки для цветного дыма и болотные огоньки для подсветки.

На выступление Золотинки пришли все асуры с женами. Чинно уселись на жесткие скамьи, просмотрели несколько выступлений других учеников, а потом долго радостно аплодировали, любуясь эффектной магической картиной. Кузены дружно решили, что более впечатляющего выступления среди школьников не было! Однако, когда папочки отправились забирать повзрослевшую дочурку домой, чтобы отметить удачное выступление, они нашли Золотинку рыдающей в коридоре!

– Кто обидел? – сразу строгим тоном спросил Дираэль.

– Малышня или взрослый кто? – размял кулаки Риандель.

– Золотинка, а ты ему хотя бы в глаз дала? – задал самый логичный вопрос Люк, подозревая, что где-нибудь под лестницей лежит свеженький труп.

– Я! Я! Я никогда не выйду за него замуж! – еще пуще зарыдала Аурика, на глазах обрастая черными волосами с цветными прядками. Потом подняла заплаканное лицо с янтарными глазами, и заявила: – Я буду всегда жить с вами! А он! Он пусть и дальше этой Шенбурн комплименты говори-и-ит!

Асуры переглянулись и дружно вздохнули. Любовные дела – они такие, вмешательства посторонних не требуют, но иногда нуждаются в поддержке.

– Золотинка, лапочка, ты так хорошо выступила, мы хотели отметить все это дело мороженым в кафе.

– Да-да, – подхватил ласковый тон брата Дираэль, – Ваэри отыскала чудесное кафе, где мороженое готовит маг льда!

– Или можем пойти в булочную семьи Грейн, – предложил свой вариант Люк, – там лучшие на свете магические булочки!

Мужчины уставились на зареванную девушку, которая вдруг как-то уменьшилась в росте, похудела и старалась обнять их всех троих, цепляясь, как плющ за деревья – сразу всем лапками.

Асуры увели дочь в булочную, так и не добившись от нее ответа – кто же обидел?

Слопав пяток булочек, Золотинка успокоилась и перестала плакать, но на мир все равно взирала мрачно. Лусия подсовывала ей крохотные птифуры, подливала кофе и нашептывала что-то успокоительное. Ирга предлагала наслать на обидчика хитрое ведьминское проклятие, Ваэри взывала к разуму и убеждала с проштрафившимся женихом поговорить. Риандель по-прежнему предлагал набить морду, а Дираэль – устроить нахалу неприятности. Только Люк поглядывал на дочку искоса, а потом вдруг спросил:

– Он тоже метаморф, да?

Аурика несчастно хлюпнула носом и кивнула.

– Он был на вашем магическом представлении…

Еще один всхлип.

– Хвалил Шенбурн…

Яростный всхлип.

– Магистр Риан Имрих? Верно?

Грустный-грустный всхлип и бурчание.

– Ясно, ну, пейте кофе, я скоро! – Люциус махнул плащом и пропал прямо из-за стола.

– Ого, – прокомментировал Дираэль, – братишка изрядно прокачал телепортацию!

Люциус перенесся к воротам Академии. Огляделся и двинулся к зданию школы. Сын ректора жил на территории Академии, но вот где? Поразмыслив, Люк послал запрос самому магистру и, получив ответ, поспешил к флигелю.

– Добрый вечер, магистр, – Люк помнил, что он все еще студент, пусть и старшекурсник.

– Добрый вечер, – несколько удивленно отозвался Имрих, разглядывая асура. – Что привело вас сюда в такой поздний час?

– Наша дочь, – серьезно ответил Люциус. – Аурика плачет. Она собиралась познакомить всю семью со своим женихом на новогодье, но увидела, как он целуется с другой!

– Что? – волосы на голове магистра встали дыбом. – Не может быть! Я никогда и ни с кем не целовался! Я жду свою половинку!

Люк скептически посмотрел на молодого привлекательного мужчину. А тот вдруг побледнел:

– Аурика? Но я считал, что моя пара Амариса Шенбурн…

– Это можно как-то проверить? – уточнил асур.

– М-м-м-м-м…

– Метаморф приобретает черты, приятные паре, плюс обеспечивает родителям общение, – сказал Люциус то, что услышал от Золотинки.

– Верно, – сдался Имрих, – но Амариса похудела и поменяла цвет волос…

– Все девушки время от времени делают это, – фыркнул лекарь, не раз сталкивающийся с последствиями неудачной окраски волос или отбеливания кожи.

– Аурика… я даже подумать не мог! Полагал, у девочки наступил период взросления…

– Магистр! – чуть не взвыл Люк. – А что провоцирует у метаморфов взросление?

– Влюбленность, – стукнул себя по лбу Риан.

– Именно! Так вы не ответили на мой вопрос – парность можно как-то проверить?

– Поцелуем, – зарозовев скулами, ответил магистр.

– Тогда предлагаю проверить прямо сейчас, пока Аурика снова не превратилась в младенца! – Люциус решительно ухватил красавца-учителя за рукав и потянул к воротам Академии. Тот не сопротивлялся. Перенестись в булочную было делом минуты.

Когда двое мужчин появились у столика, Аурика вскочила, сжала кулаки и, кажется, собралась долбануть преподавателя молнией, но Люк быстро прикрыл его собой:

– Золотинка! Подожди! Он просто не разобрался! Не понял, что ты его пара…

Девочка, которая уже выглядела лет на двенадцать, нахмурилась:

– А кто тогда его пара? Шенбурн? Эта лгунья?

– Детка, не горячись! – ласково попросил ее Люциус. – Давай просто проверим, чтобы у магистра не осталось сомнений.

– Как проверим? – удивленно хлопнула ресницами Золотинка. – Неужели он не чувствует?

– Аурика, – в разговор аккуратно вступила Ваэри, – мужчины, они… немного другие. Им трудно поверить, что девушка, которая рядом, и есть их единственная.

Золотинка всхлипнула, обняла жену Дираэля и пробормотала недовольно:

– Ладно! Давайте проверять! Но потом я уйду из школы!

Люк успокаивающе погладил дочурку по голове и мягко подтолкнул к Имриху. Аурика, не понимая, подошла ближе и замерла испуганным зверьком. Магистр протянул к ней руки, мягко привлек к себе, склонился, касаясь губами губ, и, вздрогнув, втянул девушку в страстный поцелуй.

Сияние, которое окружило эту пару, не оставило сомнений. Но еще интереснее стало, когда магистр Риан и Аурика наконец разомкнули объятия. Девушка немедля спрятала лицо на груди жениха, но уже было понятно, что она на глазах подросла, повзрослела, волосы у нее вновь стали русыми, а глаза серыми. Магистр тоже изменился. Теперь его светлые волосы немного сверкали, словно посыпанные золотистой пыльцой, и на виске красовались три цветные прядки – синяя, красная и зеленая.

– Думаю, теперь мы можем официально познакомиться с женихом нашей Золотинки! – объявил Люциус всем и первым поднял тост чашкой чая.