Глава 25

Телепорт открылся в просторной гостиной. Люк постоял немного, прижимая к себе Лусию, не веря своему счастью, потом поднял голову и заглянул ей в лицо:

– В спальню? Или сначала поесть?

Девушка, глядя ему в глаза, облизнула пересохшие губы, и он понял – шагнул к двери в спальню, толкнул ее и опустил свое сокровище на кровать. Это было так заманчиво и сладко – медленно расстегнуть пряжки белых туфелек с шелковыми розетками. Медленно поставить их на пол и поцеловать изящный подъем стопы. Погладить шелковые чулки, проследить изящную линию колена, дотянуться до подвязки и скатать тонкий шелк, вслушиваясь в учащенное дыхание любимой.

– Помочь тебе с прической? – голос Люциуса был таким хриплым, что он едва понял, что сказал.

Глаза Лусии расширились, она сглотнула и кивнула в ответ:

– Помоги…

– Присядь…

Запустив пальцы в тяжелые локоны, асур млел от ощущений, вдыхал запах волос юной жены и мягко массировал ее голову, чтобы успокоить. Все же лекарь остается лекарем даже в самый пикантный момент, и самочувствие Лусии было для Люка важным делом.

А девушка действительно расслабилась под умелыми пальцами мужа и вскоре едва не мурлыкала, пока он выискивал последние шпильки, которыми был приколот девичий венок, нежно касаясь губами то ее виска, то шеи. И вот освобожденные волосы волной упали на плечи и спину Лусии. Люциус легонько прошелся пальцами, разминая шею девушки, а потом спустился ниже – к шнуровке. Слава тому, кто одевал невесту – с виду крепко затянутые шнурки моментально выскользнули из петель, позволив Лусии сделать глубокий вдох. Корсаж тут же упал, и тонкая сорочка поползла с плеч, открывая такие виды, что асур глубоко вздохнул и сглотнул.

Лусия вновь покраснела, прикрылась руками, но Люк отвлек жену поцелуями и окончательно стянул сорочку вместе с юбками. Правда, пока асур отвлекся на собственную одежду, Лусия завернулась в покрывало и как смогла прикрылась волосами, но выпутать ее из кокона, отнимая разум поцелуями и легкими прикосновениями, было уже проще. А когда она поняла, что молодой муж готов целовать ее везде – от макушки до пят, не пропуская ни одного дюйма кожи, то ее белоснежная кожа вспыхнула таким румянцем, что Люциус не выдержал – признался:

– Ты сейчас похожа на едва распустившуюся розу… – и, притянув жену ближе, нежно поцеловал.

Все еще смущаясь от смелых ласк и нежных слов, Лусия потянулась к Люку, прижалась и как-то незаметно очутилась на коленях супруга верхом. Его руки добавили ситуации пикантности, и вскоре до полного соединения осталось одно движение…

Когда их сердца замедлили бешеный ритм, асур сразу исцелил молодую жену своей магией, потом закутал в простыню и повел на кухню – кормить. Усадил за стол, обнял одной рукой, а второй начал подносить к припухшим от поцелуев губам разные вкусности, присланные родными на подносе. Вид сползающей с пышной груди простыни быстро настроил Люциуса на нужный лад, и, позабыв про лакомства, он вновь унес жену в спальню…

* * *

Свадьбу играли три дня. На четвертый день Люциус появился в Академии вместе с молодой женой.

– Лусия хотела работать в булочной, как прежде, – объяснял он кузенам в перерыве, – но я отговорил. Она… в общем, летом у нас должен родиться малыш…

Братья поздравили родича, но Риандель все же задал вопрос:

– Если твоя жена беременна, зачем ты ее в Академию притащил?

– Женщине вредно сидеть дома и бездельничать, – пожал плечами Люк, – но и работать у печей ей сейчас нельзя. А у нас тут курсы есть по интуитивной и обережной магии. Всего три месяца. Научится и будет свой дар осознанно применять. И дело в руках будет, и не соскучится, пока я на учебе.

– Братишка, да ты гений! – оценил Дираэль, поднимая чашку с травяным чаем.

Риандель поддержал кузена:

– Ирга на меня не ворчит, потому что и саму из лаборатории не вытащить, – признался он. – Я сначала обижался, что она не готовит почти да убирает все магией, сами знаете, и запах специфический, и пыль остается, а потом она однажды расплакалась! Представляете?!

Зеленоволосый асур залпом выпил свой чай, как более крепкий напиток, и потянулся к чайнику. Кузены глянули сочувственно. Быт для раздолбая – младшенького в семье и вообще избалованного асура – был явной точкой дискомфорта.

– В общем, мы тогда сели, все обсудили и наняли соседку-вдову. Она приходит три раза в неделю, полы намоет, рагу или суп приготовит и стирку прачкам отнесет. И я спокоен, и ведьма моя ненаглядная довольна. А когда мы не ругаемся, у нас и дело спорится, и зелья лучше продаются!

– Молодец, брат! – хлопнул Рианделя по плечу Люк. – Вижу, ты совсем вырос, раз научился решать такие вопросы! Мы с Лусией пока обходимся, и Аурика помогает, но если учеба для нее трудной будет, я тоже кого-нибудь найму. Нехорошо беременной женщине самой по хозяйству хлопотать.

Дираэль улыбнулся и признался:

– У Ваэри давно приходящая служанка есть. Мы ей серебряный в неделю накинули, чтобы еще мои вещи в стирку забирала и в шкафу развешивала, и все.

– А сколько вы женам на булавки выделяете? – поинтересовался Люциус и шепотом признался: – Ко мне вчера теща заходила! Спросила, а я и не знал, что ответить! Благо Золотинка госпожу Грейн отвлекла.

– Я нисколько не выделяю, – пожал плечами Рик, – я ее размеры знаю, если вижу, что пора теплый плащ там купить или сапожки – покупаю. Если надо будет – магией подправлю. Да и ведьма моя сама зельями торгует, захочет купить – купит, что понравится. А так Ирга не сильно одеждой интересуется. Было бы удобно и в ее цветах, и все.

– Ваэри магистр, жалование в Академии отличное. Да и магии у нее хватает на любые преобразования. На службу в мантии ходит, – пожал плечами Дираэль. – Подарки я дарю, а сколько она сама на себя тратит, даже не спрашиваю.

Красноволосый асур вздохнул:

– Да мне уже объяснили, что это человеческий обычай – деньги «на булавки» выделять. Но как много и зачем?

– Ну смотри, – решил помочь кузену Дираэль, – вот ты утром встаешь, надо одеться, умыться, причесаться. И жене твоей надо. Но ты маг, одежду в порядок магией приводишь, она изнашивается меньше. Плюс ты мужчина и студент. Огрехи под мантией прячешь, а на твою жену все соседи смотреть будут и пальцами показывать. Гребни, мыло, шпильки, духи, зелье для кожи… – Дик, улыбаясь, загибал пальцы, припоминая сборы жены. – Сумочка, теплая одежда и обувь. Что-то сладкое на случай печали, мелочь на дорогу и на обед… Если твоя Лусия будет учиться в Академии, придется и обедать тут и на дорогу тратиться, ковер-то мы так и не купили, а порталы она строить не умеет…

Люциус схватился за голову:

– И все? – с надеждой спросил он.

– Нет, конечно! – «успокоил» его кузен. – Это все на каждый день. А есть ведь еще праздники, визиты к родственникам, конверты и бумага для писем, тетради и перья для учебы…

– Понял! Понял! – асур схватился за голову. – Но ведь я пока мало зарабатываю! Я монографию пишу! Где мне столько денег взять?

– Просто поговори с женой, – качнул головой Дираэль, – мы с Ваэри просто сели и обсудили все эти моменты. Я боялся, что она будет недовольна моей стипендией и тем, что я не могу пока много заработать, но она уверила меня, что ей хватает собственных денег, а я получаю достаточно, чтобы оплачивать свои расходы и дарить приятные мелочи. А через год-другой я, как востребованный специалист, буду получать больше нее.

– Женщины умеют экономить, – поддержал кузена Риандель, – может, Лусию тоже этому учили…

В общем, получив охапку полезных советов, Люк после обеда побежал на учебу, а вечером собирался поговорить с женой об экономии, но дома его поджидала Аурика. Асур вошел в квартиру, повесил на крючок плащ, сумку, стянул обувь, заглянул в кухню-гостиную и удивился – над обеденным столом склонилась незнакомая ему девушка. Довольно высокая, с длинной русой косой и красивыми руками. Она что-то говорила его жене, тыкая карандашом в тетрадь. Неужели одна из сестер Лусии заглянула?

Тут девушка обернулась и улыбнулась:

– Папа Люк! А мы тебя ждем! Магистр Пикокк сказал Лусии, что у нее очень хорошие способности к интуитивной магии! Он очень рад видеть ее на курсах!

Молодая жена тотчас вскочила, подошла к мужу, обняла, ловя его взгляд, а Люциус никак не мог прийти в себя – их маленькая девочка выросла! Повзрослела! Теперь ее трудно было назвать подростком – юная девушка самого брачного возраста. Однако Лусия тоже требовала внимания. Поэтому асур сразу вымыл руки, поцеловал любимую и потянул носом:

– А что у нас на ужин, девочки? Тетрадки с домашними заданиями?

Лусия смутилась, а Золотинка укоризненно покачала головой:

– Па! Ну, можно подумать, у нас когда-нибудь ужина не было!

Тетрадки убрали на маленький столик у окна, застелили темную полированную поверхность простой, но милой скатертью из приданого Лусии, и через пять минут две юные дамы ставили на стол великолепную мясную запеканку, домашний хлеб и нежный рулет с яблочным джемом.

Сытно поужинав и вымыв посуду, Люк еще раз поцеловал жену и подтолкнул ее в ванную:

– Иди первая, дорогая, мне надо конспекты посмотреть.

Лусия спокойно ушла, и тогда асур решился:

– Аурика! Почему ты так изменилась?

Девушка лукаво улыбнулась и ответила:

– Когда метаморф встречает свою пару, он приобретает внешность, приятную паре.

– Так ты встретила… свою половинку?! – изумился асур. – А почему нам не сказала?

– Потому что сначала нужно было найти пары для вас. Метаморфы не живут в одиночестве. Или с родителями, или с парой. Но бросить родителя одного тоже не могут.

– Ты хочешь сказать, – лекарь нервно взъерошил волосы, – что ты давно нашла свою пару, но искала нам жен?

Золотинка просто кивнула, сверкая задорными золотыми искрами в серых глазах.

– Познакомишь? Со своей парой? – с надеждой спросил красноволосый асур.

– Вы, вообще-то, уже знакомы, – фыркнула девчонка, – но думаю, он официально придет просить моей руки!

– Когда? – вздохнул Люк.

Аурика покрутилась на месте, дразня приемного отца, и наконец призналась:

– На новогоднем балу в Академии.

– Так он студент? – потрясенно уточнил Люциус.

– Не скажу-у-у! – пропела девушка, убегая в свою комнату. – Доброй ночи, папочка!