Эпилог

Уна

Уна долго думала, как же поступить с Миреллой. Она ходила из угла в угол в своей круглой башне (вот такой вот парадокс!) — самой высокой в цитадели — и тяжело вздыхала. За окнами, как обычно, бушевала стихия, вызванная Материей, в сердце же поселилась стужа.

— Мирелла, какая же ты бестолочь! — воскликнула она, подытоживая свои размышления. — Нет, нельзя попустительствовать, придётся действовать жёстко, чтобы потом, через время мозги на место встали.

Так, решившись на сложный, но необходимый шаг, Хранительница Циммы отправилась в Шэллвуд. Ей не составило это большого труда, потому что зеркало у её ученицы, конечно же, имелось.

Древнее зеркало. Артефакт, созданный давным-давно, сейчас таких уже не делают. Большая часть этих зеркал находится в цитаделях, как и Цимма — это замки, возведённые (точнее выращенные из скал) вокруг Источников Материи. Той самой, изначальной, преобразовывая которую, маги способны творить чудеса. Чародеев в принципе не очень много, а уж сильных, достойных обладать подобным зеркалом, и подавно.

— Ладно, нет смысла тянуть, — подбодрила она саму себя. — Раньше начну — раньше закончу.

Хранительница двинулась вниз по лестнице в зал, где стояло множество тех самых зеркал. В очередной раз Уна пожалела, что с их помощью нельзя напрямую перемещаться с одного континента на другой. Насколько было бы удобно сразу, минуя цитадель, перенестись в нужное место. Материи бы сэкономилось просто прорва! А ведь после свершения правосудия нужно будет как можно быстрее наведаться в Армарию, дабы изучить ритуальный бассейн в Храме Размара, где, по словам Крайлаха, после брачного обряда Карвела и Феаллы с ним что-то случилось. Говорят, Жрец просто в ужасе, ибо из-за обращения в его водах Феа в драконицу, камни настолько пропитались магией обряда, что очистить их не представляется возможным. Вот как теперь ему проводить ритуалы?

Потом, это всё потом, а сейчас настройка координат. Сила льётся из тонких полупрозрачных пальцев, и вот поверхность магического стекла подёрнулась рябью, потом и вовсе завихрилась, приглашая вступить в него, добраться до нужной цели в считанные секунды.

Она застала свою ученицу за варкой зелья. Потянула носом… ничего особенного. Обычный эликсир для потенции.

— Мужу варишь? — не удержалась от ехидства Хранительница, вступая на пол лаборатории своей ученицы.

— Ой, я так испугалась! — Судя по глазам и дрогнувшим рукам, Мирелла говорила правду.

Вот только чего именно она испугалась? Самого факта прибытия Хранительницы, или возможных последствий от него?

— Надо серьёзно поговорить, — не стала ходить вокруг да около Уна, лёгким взмахом руки создавая полог тишины.

Вдруг кто-нибудь захочет подслушать, чем занимается Мирелла.

— Зачем? — Молодая магиня тут же насторожилась.

Её тело сжалось, словно пружина, готовая распрямиться в самый сложный момент.

— Ты и сама прекрасно знаешь. — Уна подошла к небольшому котелку, стоявшему на согревающем камне.

Кажется, его подарил ей Ворталх, когда пытался заполучить в жёны. То было несколькими годами раньше, до нынешней эскапады с Феаллой и драконом. Она ответила ему отказом, несмотря на то, что соблазн стать королевой был велик.

— Я ничего не нарушала, — тут же поспешила оправдаться Мирелла.

Её зелёные глаза сверкнули, но она смирила свой темперамент в присутствии Хранительницы.

— Ты ходила по грани, — дотошно уточнила Уна. — Все твои поступки балансируют на кончике ножа. Примени ты подчиняющий обруч в чуть ином разрезе, и мыла бы сейчас лаборатории после занятий, как это делает Раттард.

— А если бы наложила чары страсти на Мортана, то и вовсе бы лишилась силы, как Старв, — парировала Мирелла, намекая, что играет честно.

— Я проверила, да, — хмыкнула Уна от такой прозорливости. — Ты действительно не накладывала чары на мужа, он полюбил тебя по собственному почину, но а что ты?

— Что я? — не поняла вопроса Мирелла.

Или сделала вид, что не поняла, кто её знает?

— Ты его любишь? — Хранительница сказала это так требовательно, так обвиняюще.

— Конечно! — поспешила заверить она Уну. — Я люблю его искренне, всем своим сердцем!

Прозвучало пылко и довольно убедительно, но…

— Настолько сильно, что готова отказаться от самого дорогого? — вкрадчиво спросила Хранительница. — Например, своей Силы.

Мирелла даже покачнулась от такого предложения. Как так? Это попросту невозможно! Да без магии её сгрызут и косточек не оставят. Она ведь как добилась благосклонности Совета? В течение долгого времени каждой из высокопоставленных семей были оказаны более чем пикантные услуги: кому потенцию подправить, кому и что-то более серьёзное… Потому и не препятствовали высшие мужи Шэллвуда расторжению помолвки наследного принца с принцессой Моривии и заключению мезальянса с ней. Да, сильной магиней, но далеко не родовитой.

Как же тут без магии?

— Почему? — Губы Миреллы скривились, она еле сдерживалась, чтобы те не задрожали. — Я только нашла своё счастье.

— Подпортив его другому. — Уна на все эти мимические дела старалась не реагировать.

Да, ученица была ей как дочь, но порой детей приходится наказывать, чтобы из них не вырос монстр. Тут, конечно, возраст у «дитяти» уже довольно приличный, но учиться никогда не поздно.

— Но по итогу всё закончилось благополучно, — Мирелла взяла себя в руки и проговорила твёрдо. — Я слышала, что принцесса Моривии уже вышла замуж, правда, никто не говорит, за кого. Ты знаешь?

— Знаю, но это не имеет значения! — отрезала Уна. — И не твоего ума дело. Проблема не в том, чем закончились злоключения Феаллы, а в тебе, в той безжалостности, с которой ты идёшь по чужим головам. Это ложный путь, это нужно исправить. Я долго думала, взвешивала все «за» и «против», и сейчас предоставляю тебе выбор: либо ты отказываешься от магии и спокойно рожаешь детей, либо ты остаёшься при Силе, но бесплодной. Не могу иначе, потому что могущество тебя портит. Ты до него пока не дозрела.

— Это нечестно! — Мирелла не выдержала, задрожала. — Я не могу без магии, но и ребёнка от Мортана тоже хочу! Мне нельзя, нельзя быть бесплодной. Никакая магия не убережёт меня, если я не подарю стране наследника.

А ещё бесплодие не позволит ей наращивать Силу — у женщин в этом плане всё взаимосвязано.

— Значит, тебе придётся учиться жить без неё, — отрезала Уна. — Как другие живут: договариваются, идут на компромиссы, стараются ладить с людьми и не только с теми, кого любят. Даже не думай спорить — я не сверну с намеченного пути.

Мирелла крепко задумалась. Ей крайне не хотелось продолжить жизнь столь банально, как описала Хранительница. Ей так надоело под всех прогибаться! Оказавшись здесь, в Шэллвуде после многих лет учебы на Цимме, а также первой работы в Армарии под началом Крайлаха, он почувствовала сладостный воздух свободы. Ей было безумно приятно всё: подобострастие придворных (у варваров такого и быть не могло), внимание принца, возможность творить всё, что хочешь. В рамках законов, конечно, но так приятно порой балансировать на грани.

На другой чаше весов стояла семья, и без ребёнка тут было никак не обойтись. Готова ли она расстаться с Мортаном через несколько лет, когда вопрос встанет ребром? А если не расстаться, но провернуть какой-нибудь трюк с бастардом, на процесс зачатия которого ей придётся закрыть глаза. А то и вовсе дать своё благословение.

Нет, такое точно не про неё!

Сложно, да попросту невыносимо выбирать между могуществом и полноценной семьёй. Кто вообще так вопросы ставит? Но с Уной не поспоришь, разве что…

— Это же не навсегда? — спросила она дрогнувшим голосом.

— Посмотрим. — Уна сурово поджала губы. — Не факт, что дозреешь, поэтому лучше не обольщайся.

— Это будет очень сложно, — выдохнула будущая королева Шэллвуда. — Выжить здесь без магии, стать беззащитной.

— В твоём случае защита — это ваша супружеская любовь. Насколько искренней она будет, настолько сильно она будет вас оберегать.

— Придётся нанимать нового мага, притираться…

— Придётся. — Уна равнодушно пожала плечами. — Тебе полезно будет.

Мирелла закрыла глаза. От мысли, что она безумно рискует, на глаза навернулись слёзы. С другой стороны…

— Я выбираю семью, — выдавила она и всё-таки разрыдалась.

Плакала магиня горько, навзрыд, совершенно не замечая одобряющей улыбки Уны. Сама до конца не осознавая, какой важный шаг сделала на пути к мудрости. Пути, важным куда больше, чем вся Сила, которой она обладала до того, и которую на время потеряет. Потому что, потеряв, она сможет обрести куда больше.

Но это будет гораздо позже.

Размар и Фрейлия

— Что ты будешь делать с Эйроном теперь? — Фрейлия, богиня Коринии парила над ковром, показывая своей маленькой дочке, как правильно управляться с левитацией.

Буквально час назад они с мужем, богом Армарии, почувствовали невероятное — к Размару воззвали те, чьи предки некогда предали его. Конечно, прекрасноликая Богиня ощутила лишь отголоски, а вот Размару досталось по полной. С одной стороны, то было невероятно сильно, с другой — весьма болезненно. Ведь та рана, которую он получил от раскола Армарии, от предательства тех, кого он создал, болела долго, да и не затянулась до конца. Нет-нет да он поглядывал в сторону Эйрона, смотрел, как постепенно бывшие армарийцы становятся более дикими, утрачивают ту парадигму, которую он им задавал.

Становятся больше зверьми, нежели людьми. Не по облику, но по внутренней сути. Не все, но многие. И вот те немногие, в которых ещё осталась божья искра, кажется, взяли верх над остальными, в том числе королём.

— Я глянул одним глазом, но пока не разбирался — прихожу в себя. — Суровый бог Армарии чувствовал себя донельзя странно.

Словно ему пытались пришить обратно давно отрезанную конечность.

— Папа, смотли, я висю как мама! — воскликнула очаровательная девчушка с золотистыми кудрями.

Несмотря на божественное происхождение, шепелявость её не миновала. Всё же ей совсем немного лет.

— Умница! Из тебя вырастет отличная богиня! — Улыбнулся своей ненаглядной егозе грозный Размар.

С другими грозный, но не с ней. Он даже не мог предполагать, насколько сильно умеет чувствовать, пока не родилась она — Вереника. Он ощущал безмерную силу и такую же безмерную слабость. Понимал, что не просто убьёт ради неё, но и готов убиться сам, если вдруг… Нет, не будет этого вдруг, он обязательно проследит, чтобы никто не посмел прикоснуться к его дочери.

— Давай вместе сходим, когда она заснёт, — предложила Фрейлия, видя, как любимого супруга разрывают противоречия.

Она опустилась на пушистый ковёр, подошла к нему, с нежностью провела рукой по его лицу.

— Пожалуй, это будет не лишним, — хрипловато выдал Размар. — А то, боюсь, я могу разнервничаться и не сдержаться.

Он положил свою руку поверх её руки, такой тонкой, изящной и в то же время сильной.

На том и порешили. Едва глазки Вереники сомкнулись, они покинули свои чертоги, парившие в небесах над облаками, и отправились в суровые земли Эйрона, приняв облик двух старцев. Оказавшись на месте, Размар с изумлением узрел, как потомки его подданных очистили некогда разрушенный и заброшенный Храм, как натаскали в полуразвалившийся бассейн воды, как встали вокруг него на колени и неистово молились.

— Прости нас, грешных, прости наших пращуров, которые в гордыне своей отказались от тебя! — взывал один из мужчин.

Остальные согласно кивали головой, мол, всё так. Они не заметили старцев, стоявших за одним из гигантских обломков.

— Мы проснулись! Очнулись от векового сна! — Мужчина патетично, но совершенно искренне вздымал руки к небу, пытаясь дозваться до отторгнутого когда-то Бога. — Свергли тирана, посмевшего нарушить извечный закон дружбы между драконами и армарийцами. Одолели всех предателей, которые прислуживали ему и помогали в том чёрном деле.

— Прости нас, неразумных, — подхватили остальные.

— Мы готовы ответить за грехи предков, только прими нас обратно под своё покровительство, — слово снова взял местный духовный лидер.

Он нравился Размару всё больше и больше, ибо чувствовалось, как тот буквально горит изнутри. И тогда он решился.

— Что вы сделали с вашим королём? — Размар не показывался, люди лишь услышали его голос.

Народ резко замолчал. Не веря своему счастью, мужчина ответил:

— Схватили и посадили в темницу. — Его голос дрогнул от волнения. — Мы не стали его убивать, чтобы ты лично смог его покарать.

— Ясно. А дальше что? Для чего вообще вы меня позвали? — Размар специально добавил металла в голос.

Хотел прощупать собравшийся народ.

— Хотим вернуться к истокам, вымолить прощение, встать на путь истины. — Под конец голос мужчины дрогнул.

Фрейлия ласково улыбнулась супругу, положила руку на его плечо. Размар задумался. С одной стороны его тронул энтузиазм бывших подданных, с другой, боль от прошлого предательства напомнила о себе с особенной силой. Правда, прикосновение любимой супруги изрядно усмиряло буйство чувств.

— Почему так долго ждали? — Он понимал, что гнёт Ворталха, как и предыдущих королей всегда поддерживался магами, но ему было интересно, что ответят эти люди.

— Слишком сильна была его защита. Даже наследники не смогли его одолеть, за что лишились своих голов, но сейчас всё изменилось. Во-первых, он нарушил непреложный закон — предал драконов, и этого никак нельзя простить. Если у тех, кто служил ему в замке, совесть не проснулась, то мы, простые воины, считаем это неприемлемым. Ну и во-вторых, главного мага лишили Силы, а Ворталха права заключать контракты с другими магами!

— Не вредничай, — прошептала Фрейлия, лукаво улыбаясь. — Они полны искреннего раскаяния.

Размар провёл пальцем по её очаровательным губкам, которые он видел сквозь личину старухи, вздохнул.

— Вам придётся пройти не одно испытание, — выдал он, наконец. — И для начала восстановите стены Храма.

— Спасибо, великий Размар!

— Да славятся твои деяния, о, великодушный Создатель!

— Мы всё исполним, Творец!

Люди радовались, как никогда. Им ответили! Они получили шанс вернуться к нормальной жизни, а не выживанию! Да, тот тектонический сдвиг, благодаря которому они нашли в горах согревающие камни, здорово помог в борьбе против холода, но разве это жизнь? После того, как отколовшуюся часть армарийского континента унесло далеко на север, они никогда не могли выйти на улицу без тёплой одежды. Разве это нормально? Разве можно назвать полноценной жизнь без высшего благословения, без Силы, которую даровал их душам Создатель?

Нет, это лишь жалкое существование. И чем думали их предки, когда поступали столь опрометчиво? Не иначе, как гордыня взыграла.

— Я бы на твоём месте вернула осколок обратно, воссоединив целое, — задумчиво проговорила Фрейлия, возвращая себе истинный облик.

Они покинули Эйрон, вернулись в свои чертоги как можно быстрее, ведь там их ждала маленькая непоседа. Мало ли, вдруг она уже проснулась?

— Посмотрим, насколько сильно будет их желание, — откликнулся Размар, тяжело опускаясь на диван. — И захотят ли этого сами армарийцы, тут я не собираюсь навязывать свою волю. Потому что сам не уверен, какова она.

Его терзали сомнения, ведь предав один раз, люди могут сделать это вновь. С другой стороны, нити Судьбы порой причудливы и удивительны даже для богов. Простых Богов — демиургов. Ведь есть и те, которые создали куда больше…

Феалла и Карвел

Возвращение новобрачных на Руары было воистину триумфальным. Буквально все драконы приплыли к границе, чтобы поприветствовать нового члена стаи. Феаллу из Моривии.

— Ой, как вас, оказывается, много! — воскликнула Феа мысленно.

— Не так, как было раньше, — отозвалась Марива.

Она расположилась по центру и выделялась своей особой мощью. Нет, размерами она была не слишком крупная, но сила духа, магические возможности превышали любого из нас. И это было очевидно по тому свечению, которое окутывало её, по тому, как горели её глаза.

Феалла заробела. Ей стало неловко за то, что когда-то именно её предки предали драконов. Карвел почувствовал движение этой мысли и поспешил разуверить её в обратном.

— В этом нет твоей вины, — сказал он ей и тут же услышал, как Марива говорит Феа то же самое.

Улыбнулся, радуясь, что в этом они солидарны. А ещё он почувствовал облегчение от того, что Марива не сердится из-за их самоуправства. В смысле, что обряд был проведён в Армарии, а не здесь, на Руарах.

— Вот ещё, больно надо тратить нервы на бесплодные эмоции! — усмехнулась главная драконица. — Меня, конечно, не радует, что ваш брачный обряд провела не я, но мне хватает мудрости не убиваться по этому поводу. Гораздо важнее, что кровь Ниалы проснулась в её потомке. Девочек мало, а феномен Феаллы бесценен.

— У неё ещё два брата имеются, — заметил Карвел. — Один, правда, больной на всю голову.

— Обоих будем теперь держать под наблюдением, — постановила Марива. — А сейчас давайте как следует поприветствуем нового члена нашей большой семьи!

Последнюю фразу она транслировала всем драконам, отчего те встрепенулись и согласно завибрировали хвостами. Да, непривычно будет Феа осваиваться в новом теле, узнавать незнакомые способы общения, ведь не одной мыслеречью жив дракон. Это и движения тела, и вполне себе вербальные звуки, которые мы способны издавать в звериной ипостаси. И это не говоря о магии, которая в Феа тоже проснулась. Но ничего, здесь главное время и доверие к драконьему чутью, остальное само наладится.

Самым трогательным, самым приятным и знаменательным в принятии Феаллы общиной оказалась вовсе не совместная пирушка, которую закатили, едва молодожёны немного отдохнули с дороги. Единый порыв помочь с наращиванием острова — вот что оказалось весьма неожиданным. Конечно, у драконов принято помогать всем миром, но не настолько масштабно, как вышло в этом случае.

— Куда нам столько земли? — воскликнул Карвел, глядя, какую им с Феа махину вырастили из небольшого, но весьма уютного острова. — Её ведь надо будет поддерживать, обрабатывать.

Феалла тоже пребывала в растерянности, ибо пока не освоила свою новоприобретённую Силу. Более того, в силу происхождения, он знать не знала, как ухаживать за землёй.

— Не бойтесь, мы поможем на первых порах, — поспешила успокоить мама Карвела, отец согласно кивнул, мол, не бросим в беде.

— Не забудьте, с завтрашнего дня Феалла начинает курс обучения, — не преминула напомнить о делах Марива. — У тебя как раз будет время создать дом и прочие удобства.

Пришлось согласиться, хотя видит Размар, ни Карвелу, ни Феалле вовсе не хотелось расставаться по утрам, пусть даже из-за такого важного дела, как учёба. О нет, хотелось целоваться, нежиться в объятьях друг друга, радоваться, как славно закончились те трудности, что подкинула им Судьба.

Жаль, что с Хранительницей не поспоришь!

Когда Феалла окончательно освоилась со своей второй ипостасью, парочка выдвинулась в строну Моривии. Во-первых, нечего Коннарту отлынивать от исполнения судебного решения, а во-вторых, им очень хотелось посмотреть на его реакцию, когда он увидит трансформацию Феаллы. Правда, случилось это лишь спустя пару лет, ведь им столько требовалось сделать — не перечесть. Но вот настал тот день, когда они пересекли Аурэльское море и вышли на берег Моривии. Дело было ночью, светила томная луна и только мачты на кораблях поскрипывали от ветра.

— Надеюсь, он не уплыл куда-нибудь, обидно будет не застать его дома, — Феалла заметно нервничала, несмотря на заверения Карвела о великолепном внешнем виде.

И он не лукавил, она действительно была прекрасна, особенно в этом чудном платье цвета морской волны. А уж как были прекрасны их брачные руны, красовавшиеся на груди, но то зрелище не для посторонних.

— Если хочешь, я могу спросить у кого-нибудь, — Карвел огляделся в поисках потенциального источника информации.

— Давай, а то мало ли, — согласилась Феа. — Вдруг они с Раттардом опять чудят.

Но на их несчастье сегодня в доках стояла тишь. Никто не грузил на корабль срочный груз, даже местные пьяницы и те где-то спали. Пришлось парочке хорошенько побродить вдоль берега, пока они не наткнулись на единственного бодрствующего мужчину. Он сидел на берегу и смотрел на волны. Карвел вновь стал невидимым, Феа, спустя несколько секунд тоже.

— Ну что, как дела в Моривийском королевстве? — спросил Карвел нарочито непринуждённо.

Мужчина даже не дрогнул, только продолжил смотреть на размеренную игру волн прибоя. Лишь спустя некоторое время он вздохнул и ответил:

— Чудит наш король, отбор невест затеял.

Лицо при этом у мужчины оставалось подозрительно отрешённым, а ещё смутно знакомым.

— Жениться надумал? Давно пора, — хмыкнул Карвел.

— Пора-то пора, вот только странно это всё. — Тяжёлый вздох. — Девиц во дворец набрали всех мастей, даже мою Жардетту. Вот зачем им понадобилась дочь обычного грузчика? К тому же сумасшедшего.

— А ты что, и вправду сумасшедший? — заинтересованно спросила Феалла.

— А кто же ещё, коли я с невидимками разговариваю? — Снова тяжёлый вздох. — И никто ведь не поверил! Сказали, что я и так здоровый, как бык, будто бы и не было тех болячек, которые исцелились после давешнего разговора с неведомо кем. И вот опять…

— Не невидимки мы. — Карвел вспомнил, почему лицо мужчины показалось ему знакомым — именно его он допрашивал тогда в доке, когда впервые приплыл на Моривию.

Стыдно стало дракону, что мужик страдает из-за него, посему он решил убрать невидимость, предварительно объяснив Феа что к чему по мыслеречи.

— Ваше высочество? — ахнул грузчик, глядя на Феаллу. — Уж и не чаял вас больше увидеть! Помню, как увезли вас на Эйрон, как братец вас меньшой сбежал потом, как его величество дюже злой возвратился после того плавания.

Сейчас, глядя на какого-то огромного мужика и прекрасную принцессу, он окончательно уверился, что свихнулся. Ведь не может же быть такого на самом деле!

— Это я, собственной персоной, — поспешила заверить мужчину Феалла. — Приплыла навестить непутёвого братца, должок стребовать. Так ты говоришь, он затеял отбор невест? Всех собрал от знатных до простолюдинок? Но зачем? Неужели совесть взыграла? О государевом долге вспомнил?

— То мне неведомо, ваше высочество, — ответствовал мужчина, так и не понявший, с галлюцинацией он разговаривает или с настоящей принцессой.

— О, милый, мне не терпится взглянуть на это всё! — Феалла порывисто обернулась к Карвелу, задорно улыбнулась.

— Обязательно, только сначала надо отблагодарить человека. — Он кивнул на грузчика, продолжавшего сидеть на песке. — Где-то у меня была пара монет.

Карвел полез в карман, извлёк оттуда три золотых кругляша, протянул мужчине. Тот сначала недоумённо уставился на деньги, поднял глаза, пожал плечами и, наконец, принял их. Потом так же недоумённо он смотрел в след удалившимся фигурам и всё думал: привиделось ему или вправду принцесса по пляжу гуляла?

И только утром, обнаружив в кармане монеты неизвестной ему чеканки, он понял, что не сумасшедший. Разрыдался тогда мужик от счастья, но деньги на всякий случай никому показывать не стал. Потому что, сколько ни говори людям правды, они всё равно не поверят, пока их самих носом в неё не ткнут. И то найдутся личности, которые любому чуду объяснение найдут, лишь бы чудом это не называть.

Успокоился мужик, зажил прежней жизнью, чего нельзя было сказать о короле Моривии — Коннарте. Впрочем, тут и удивляться нечему. Шутка ли, Жрец объявил волю Бога: устроить отбор невест, иначе тот гневаться начнёт. Коннарт одновременно и испугался и опечалился. Ему вовсе не хотелось связывать свою судьбу с девой не королевского происхождения, таковых у него и в любовницах хватало. Но как назло, ни в одной стране не имелось невест подходящего возраста. Даже если бы короли Армарии не отказали ему в притязаниях на старшую принцессу, она бы тоже не подошла из-за малости лет. Нет, и почему Тарру понадобилось срочно его женить? До этого он особо не вмешивался в людские дела.

Впрочем, то совсем друга история…

Конец.

Январь 2021 г.

Конец