Эпилог. Ксю

В это утро, опуская тест-полоску в одноразовый стаканчик, я была уверена в положительном результате. Нет, до задержки привычного и стабильного как по часам менструального цикла оставалось еще пять дней, но мое сердце подсказывало, что и сейчас уже можно разглядеть долгожданные две полоски.

Секунды шли, превращаясь в минуты. Я не стала смотреть сразу, отложив тест на стиральную машинку. Достала из нее постиранные вещи и развешала на сушилку. Для верности подождала еще минуту, а потом подошла к машинке и взглянула на тест.

Мое уже материнское сердце меня не обмануло. Тест сиял двумя жирными красными линиями.

Боже мой!

Чуть не завизжала на всю ванную, но вовремя взяла себя в руки.

Пока не время. Сегодня у Леши важная игра. Наша школа впервые принимала ребят из другого города и он очень нервничал.

Да, оказывается и мой муж умеет это делать.

Чему свидетельствовал громкий голос супруга за дверью:

— Ксю, мы опоздаем. Надо еще ребят встретить на вокзале.

— Не опоздаем, Леша. Дыши спокойно и не буравь меня своими красивыми карими глазами, — я выплыла медленно из ванны царицей-лебедицей. Да, теперь, когда в шкафчике над раковиной лежал мой полосатый тест, я была спокойна, как удав.

— Может, капелек тебе, а? Настойки валерьяны?

— Ксю, поехали. Не до шуток. — Не до шуток ему. Да, точно про беременность не стоит сейчас говорить. Думаю, он даже этого и не поймет. — Скорее, скорее, гоп, гоп, гоп.

— Бегу, бегу, — схватила свою спортивную сумку и направилась к выходу, получив для ускорения привычный шлепок по ягодицам. — Так, товарищ главный тренер, без рук, попрошу.

На вокзал мы приехали с отличным запасом времени. И только на месте Леша немного расслабился.

Вскоре приятный женский голос уведомил всех присутствующих, и нас в том числе, что прибывает рейс триста семьдесят шестой.

— Наш, — констатировал Леша.

Вскоре показались ребята. Хоть они и были нашими соперниками, но глядя, как они въезжают в здание на инвалидных колясках, я от всего сердца желала им удачи.

Леша представился сам, а затем представил и меня.

— Ксения Викторовна, помощник тренера.

— Привет, — поздоровалась я. Ребята мне ответили солнечными улыбками.

Я с легкостью находила общий язык с детьми. Леша представил меня, как помощник тренера, а я была, можно сказать, детским психологом. Хотя в трудовой книжке числилась, как социальный работник.

Я помогала ребятам адаптироваться, наполнить их жизнь красками. Я пользовалась своим личным опытом, помогая детям перестать быть лишь тенью своей инвалидной коляски.

Немного погодя, со второй частью команды, которых доставили другим автобусом, к нам подошел и их тренер.

— Дмитрий, — протянул он руку для приветствия.

— Алексей.

— Ксения.

Ребятам мы предоставили школьный транспорт для удобства передвижения. Отвезли в заранее забронированную гостиницу, находящуюся недалеко от нашего спортивного центра.

Баскетбольный матч был запланирован на вечер. У ребят было несколько часов, чтобы отдохнуть и собраться с силами.

Все эти часы я боролась с желанием рассказать Леше о нашем малыше, но вовремя себя останавливала. Нет, пусть его голова будет ясной во время игры.

За полчаса до начала в спортивный зал начали приходить зрители. Их было немало. Да, такая игра была интересна всем.

Увидела и ребят, которых Леша тренировал во втором спортивном центре, не желая подводить ни команду, ни Игнатьича.

— Пусть посмотрят, что такое — желание побеждать.

Свои тренировки с худеющими тетями он окончательно забросил. Мне же сказал, что ему очень сложно идти на такие жертвы. Мда, что-то мне кажется, именно в ту ночь у нас и появился малыш. Я ему показала такую жертву, что при одном воспоминании щеки румянцем покрываются.

Может быть, все-таки сказать?

Нет, осталось недолго, уж как-нибудь дотерплю.

— Ксюша, привет.

— Ой, я тут задумалась и никого не замечаю. Привет, Мила. Здравствуйте, Ольга Ивановна. Добрый вечер, Кирилл.

— Саша сейчас тоже подойдет. Остался перекинуться парой слов с Лешей.

— Как дела, Ксюшенька? — спросила Ольга Ивановна, как всегда бросая взгляд на мой живот. Вот уже шесть месяцев к ряду, с того самого вечера, как мне были вручены волшебные капли, Ольга Ивановна каждый раз сканировала меня внимательным взглядом. На мой отрицательный ответ на интересующий ее вопрос, она всегда говорила: "Капельки эти имеют накопительное свойство".

Ну вот, накопились, видимо.

Я улыбнулась Ольге Ивановне, и та без слов меня поняла.

— Радость то какая!

— Что вас так обрадовало, мама? — спросила Мила.

— Тихо, я еще Леше не говорила.

— У Ксюшеньки и Леши будет малыш, — зашептала Ольга Ивановна. — Вот, говорила же вам, девочки, работают мои капельки. Пойдем, Кирюша, сядем. Ноги устали.

— Поздравляю, — сказала Мила и обняла меня. — Что, и правда капли работают?

— Не знаю, я их полгода назад выпила. Ну, думаю, что ваша Богдаша тому подтверждение.

— Нет, когда я свои выпила, то уже была в положении, только еще об этом не знала.

Мы посмотрели друг на друга и расхохотались.

— Маме только не говори, — отсмеявшись, сказала Мила.

— Конечно, зачем разочаровывать. Хотя, я думаю, Ольга Ивановна не поверит, что дело не в ее каплях.

Раздавшийся свисток судьи призвал всех к вниманию и порядку.

Под гимн Российской федерации на площадку начали выезжать ребята. Все зрители поднялись, и как только прозвучали последние аккорды, раздались громкие аплодисменты вперемешку со звуком вспышек фотокамер.

По свистку судьи капитаны из обоих команд подъехали в центр зала, мяч был выброшен вверх, ребята вскинули руки, стараясь отыграть мяч в свою пользу.

Игра началась…

Баскетбол на инвалидных колясках — это очень напряженный вид спорта. В то время, как обычные игроки блокировали команду соперника, просто вставая сзади, стараясь не допустить передачу мяча, то ребята на инвалидных колясках просто кидались за этим мячом. Я даже не могла представить, как это тяжело. Но каждый из ребят отлично владел мячом, при том, что им приходилось еще и управлять коляской.

— Четче пас, — слышала я голос Леши. Отвлеклась от игры, смотря на него.

Он не хуже ребят на площадке владел коляской, передвигаясь с такой скоростью, с которой не каждый здоровый мужик смог бы бежать на своих двоих.

— Передавай мяч, не спи. Четче. — И он уже на другом краю поля, играет душой вместе с ребятами в их совершенно запредельный баскетбол.

Второй тайм начался еще более напряженно. Счет был равным. Никто не уступал. Игроки рвались за этим мячом, не жалея себя. Нет, это не простая игра, это вызов. Вызов судьбе, которая посадила их в инвалидные кресла, вызов нам, потому что у нас у всех кишка тонка вот так заявить о себе.

— Четче пас. Давай, забивай трехочковый.

Голос Леши гремел над всей игровой площадкой. Он даже перекрикивал родителей игроков, а они, я скажу, пришли с такими заготовками и речевками, что у меня каждый раз слезы наворачивались, когда я смотрела в их сторону.

Игра подходила к концу, счет все еще был равным.

Леша просто неистовствовал, наматывая километр за километром по периметру игрового поля.

И вот отсчет времени пошел на секунды. Мяч был у нашей команды. Леша наматывал очередной круг, когда просто не справился с коляской. Словно в замедленной съемке я видела, как кресло переворачивается и мой муж валится на пол.

Но кажется, он этого даже не заметил.

— Бросай! Бросай в корзину!

Финальный свисток, и вместе с ним, выполняя поставленную задачу тренера, игрок нашей команды забрасывает свой победный мяч.

Я не слышала ни раздавшихся аплодисментов, ни победные крики команды. Я просто смотрела на своего мужа, который лежал на животе, подложив руки под голову. Его плечи вздрагивали, выдавая эмоциональный надрыв.

Игроки его команды подъехали к нему, протягивая все и разом свои руки. Помогли Леше сесть в кресло.

— Я больше этого не выдержу, — сказала Мила, прикладывая к глазам платок.

А я даже не замечала на своих щеках слезы. Смотрела на Лешу, и он, почувствовав мой взгляд, повернулся и посмотрел на меня.

Мой сильный муж, мой самый любимый мужчина, не знающий поражений, не соглашающийся с навязанными судьбой условиями.

И не смотря на все наши трудности, глядя сейчас в глаза своему мужу, я понимаю, что он никогда не сдастся. Никогда не спасует. Ради меня и нашего ребенка он в лепешку разобьется, но сделает нашу жизнь счастливой.

И никакая инвалидная коляска не сможет помешать ему.