Глава 23

Остаток дня прошел спокойно. Арман остался со мной, был душкой, мы погуляли, посидели в кафе, пообедали в ресторане, даже немножко прошлись по магазинам, так, чисто поглазеть. На магические амулеты, на женские безделушки в галантерее, просто в лавки… Разговаривали на отвлеченные темы, не касаясь того, что случилось в лесу. Мне хотелось отвлечься, и пока у канцлера это получалось, отвлекать меня.

– А у тебя есть семья? – задала я вдруг вопрос, когда мы уже ближе к вечеру сидели в очередном ресторанчике и лакомились потрясающей тушеной рыбой в сливочном соусе. – Ну, родители там, братья-сестры?

– Я сирота, – спокойно ответил канцлер. – Когда учился в Академии, в поместье случился страшный пожар, спасти никого не успели.

– О… – Я слегка смешалась, по-другому посмотрев на Армана. – Прости, я не знала.

– Это давно произошло, уже ничего не болит. – Он пожал плечами и улыбнулся уголком губ, потом вздохнул и взял мои пальцы, посмотрев в глаза. – Вив, мне надо уехать на несколько дней, в важную командировку. Но я отдам распоряжение насчет покушений на тебя. Будь осторожна, я прошу, – настойчиво произнес Арман, погладив мои пальцы. – Подвесь на накопитель отражающий щит, тренируйся дома ставить его как можно быстрее. А я постараюсь решить этот вопрос к возвращению и вычислить, кому же ты так мешаешь.

– Хорошо, я постараюсь, – заверила Армана, проглотив неожиданный ком в горле.

От его известия стало и легко, и одновременно муторно на душе: куда-то не туда катились наши отношения, совсем не туда, и в моем мире я бы уже давно мягко довела до сведения, что нам лучше остаться просто друзьями. Только вот Арман… Он не просто мужчина, с которым я сплю. Он мужчина, любивший мою мать, а она выбрала другого. Я же похожа на Лилиану, и довольно сильно, сама это знаю. Ох, психолога бы сюда! Похоже, Арман запутался в себе, но не понимает этого, и как раскрыть ему глаза, что я не Лилиана и заменой ей не буду, не знаю.

– Поехали домой? – предложила, отодвинув пустую тарелку.

Мы вернулись в мой особнячок часам к восьми вечера, и едва закрылась входная дверь, Арман вдруг подхватил ойкнувшую меня на руки и понес наверх. Понятно, не для уютных посиделок у камина. А я… Я твердо решила в этот раз не думать ни о ком постороннем, просто потому, что чувствовала: я сейчас нужна Арману. Он любил меня как-то особенно нежно, неторопливо, долго, заставляя захлебываться стонами и цепляться за широкие плечи, чтобы хоть как-то удержаться в этой реальности. Что-то было отчаянное в этих ласках, поцелуях, прикосновениях. Словно Арман и сам понимал, мы все дальше друг от друга и конец неумолимо близок. Может, так и есть?.. Может, он и правда чувствует?.. Я же не против общения, канцлер умный мужик, только если еще перестанет считать меня нежной фиалкой, не способной дать дельный совет или разбираться в мужских делах, будет вообще почти идеальным…

На губах оставалась легкая горечь, а в груди сердце сжималось от остро-пряных эмоций, странные предчувствия будоражили кровь, придавая происходящему отчетливый полынный привкус. Не покидало четкое ощущение, что после этой поездки все изменится безвозвратно. А вот в какую сторону, это еще большой вопрос. Когда я распласталась на сильном теле, восстанавливая дыхание и ни о чем не думая, Арман долго гладил мои спутанные волосы, и я щекой ощущала, как быстро бьется его сердце.

– Мне пора идти, – тихо сказал он наконец. – Надо еще собраться, и завтра рано утром выехать. А когда вернусь, – Арман приподнял мою голову за подбородок и усмехнулся с предвкушением, – начну ухаживать по всем правилам, госпожа баронесса. Уже не прячась и не скрываясь, – и поцеловал в нос.

Ой. Кажется, не чувствует. Точнее, чувствует, но совсем не то. Я отчаянно не хотела, чтобы в глазах света меня считали его любовницей, а то и чем посерьезнее, нет! Однако сейчас сказать об этом Арману, естественно, не могла. Поэтому пришлось улыбаться, кивать, подниматься и накидывать на плечи халат, запахнувшись в него и жалея, что это не плащ-невидимка.

– Удачной поездки. – Я все же подошла и поцеловала, ничем не показав своего смятения.

– Не скучай, – шепнул он и погладил мои губы, после чего развернулся и вышел из спальни.

Я же, длинно выдохнув, поняла, что мне срочно нужна горячая ванна и вино. Желательно не один бокал. Но даже пена с душистым фруктовым ароматом, очередной дамский роман с вполне себе вменяемым и интересным сюжетом и целых три бокала моего любимого вина не помогли избавиться от привкуса пепла во рту. Пепла от сгоревших надежд и мечтаний. Да, у меня они тоже были… Спать я легла в самом что ни на есть меланхоличном настроении, и, слава богине, никакие сны мне не снились. Ни кошмары, ни непристойности.

А вот утро принесло сюрпризы. Я как раз выбирала в гардеробе платье, чтобы отправиться к Фран на чай, как зашла Мариэтт.

– Миледи, тут для вас передали. – Она протянула серебряный подносик с квадратным запечатанным листком.

Мои брови поднялись, я взяла и развернула послание. «Баронесса, буду счастлив видеть вас сегодня на обеде в моем доме. Маркиз Эжен де Валье». Оп-паньки, что за новости? И Армана нет в городе… Хм. Я прищурилась, задумалась на несколько мгновений и кивнула.

– Посыльный еще здесь? – уточнила я, и Мариэтт кивнула. – Тогда передай, что приеду.

– Да, миледи. – Мариэтт присела и вышла, а я наконец выбрала платье, в котором поеду к Фран.

Интересно, что все же Эжен от меня хочет?

Канцлер – ее любовник. В этом Морок был уверен, наблюдая за парочкой, хотя вели они себя вежливо и в рамках этикета. Это он выходил из ее дома, пусть и под магическим прикрытием, уж движения и жесты Дар различал наметанным взглядом. Оставалось только скрипеть зубами, потому что Сесилия отправилась на верховую прогулку, и пришлось ехать с ней, успев только заметить, что Арман и Вив тоже удаляются под своды леса. А обсудить с Себастьяном увиденное не имелось возможности, не при всей этой толпе, да еще и когда королева то и дело косится на брата со странным выражением в глазах. Что-то затевается… Нехорошее что-то. И Дар надеялся узнать хоть какие-то сведения сегодня ночью из подслушек.

Пикник продлился до обеда, когда Морок с остальными вернулся, Вив и Армана среди гостей уже не было. Чутье подсказало, что они уехали совсем, и не доверять ему причин не имелось. Сесилия разместилась в своем мобиле вместе с графиней и ее братом, остальная свита тоже потянулась потихоньку к выходу, кто к экипажам, а кто и к мобилям. Себастьян с очень задумчивым лицом ехал верхом, хотя и прибыл сюда тоже на самоходке. Морок незаметно пристроился рядом, бросив взгляд по сторонам – на них особо никто внимания не обращал.

– Не нравится мне, что рядом с ней канцлер увивается, – вполголоса произнес принц, не глядя на собеседника. – Ой как не нравится…

– Погодите пока что-то предпринимать, может, она вовсе не та…

– Я знаю, та, – еще тише перебил Себастьян, и по его лицу пробежала тень. – Я чувствую. Ты мне, главное, встречу с ней устрой, пожалуйста. Как можно скорее.

– Хорошо, ваше высочество, – Дар коротко склонил голову.

А в городе, поймав себя на том, что его как на веревочке тянет к дому Вивьен, шпион принца слегка разозлился на себя и решил заняться делом. Например, съездить в поместье Аделии де Арли-Лавуазье и осмотреть там все еще раз более тщательно. И Дар покинул город под личиной лучшего сыщика Эрхельма мэтра Фабьена Лежера. Правда, несколько часов, проведенных в большом заброшенном доме, ничего не принесли: тут действительно никто давно не жил, а ближайшие соседи из деревни сказали то, что он и так знал. Хозяйка после пропажи единственной родственницы захворала и уехала лечиться. Однако Дар, уже в сумерках вернувшись обратно в столицу, решил все же наведаться к бывшему управляющему – на следующий день. Сначала надо найти его фамилию и адрес в архиве… Но все завтра, сегодня Морок чувствовал себя вымотанным до предела и решил дать себе как следует отдохнуть, строго запретив даже приближаться к дому Вивьен. Пока не станет понятно, кто она такая…

Впрочем, кого он обманывал. Расслабляясь в горячей ванне, Дар невесело усмехнулся: да плевать ему, кто она на самом деле, хоть баронесса, хоть принцесса, хоть пастушка. Леди прочно поселилась в его мыслях и душе, и выковырять ее оттуда не представлялось возможным. И дело уже вовсе не в том, что хотелось довести начатое в борделе до конца, или тем более в принципах, задетой мужской гордости. Нет. Он хотел узнать ее лучше, тоже иметь возможность гулять по городу и водить в рестораны и кафе. Демоны, да просто поговорить хотелось, нормально! А не следить тайком, как влюбленный мальчишка!

– Эй, притормози, – хмыкнул Дар и покосился на свое отражение. – Давай-ка не пороть горячку, приятель, особенно с чувствами.

Он думал, что не уснет, но едва донес голову до подушки, как сразу выключился и до утра спал без сновидений, крепко и долго. Ну, для него долго – обычно Морок просыпался гораздо раньше десяти утра. А вот когда проснулся и привел себя в порядок, первым делом, сев за завтрак, занялся подслушивающими амулетами. Поставил перед собой три пирамидки на специальных подставках и нарисовал над каждой свой знак, вспыхнувший в воздухе голубоватым и рассыпавшийся на искры. Конечно, сработала та, что стояла в спальне, и, едва услышав разговор, Морок моментально позабыл про завтрак и хищно прищурился, внимательно слушая – томные вздохи и звуки поцелуев, как и воркование ни о чем он, естественно, пропустил мимо ушей.

– Рини, мне нужна твоя помощь, – это королева, спустя некоторое время отдыхая после бурных утех.

– Конечно, моя королева, – а это уже графиня, с легкой хрипотцой.

Ну да, леди громкая, в чем Дар еще раз убедился сейчас.

– Мне нужно кое-что спрятать, и лучше это сделать в борделе, – предложила Сесилия, и Дар удивленно хмыкнул, чуть не расплескав кофе. – Там будут искать меньше всего. Канцлер прекрасно знает, что туда мы ходим исключительно ради развлечения и не так часто, – добавила она с отчетливым пренебрежением. – Вряд ли будет обыскивать.

– А может, здесь оставить? – предложила графиня. – Кстати, что это?

Всего мгновение Сесилия молчала, а потом ответила:

– Дневник моей бабки. Нет, здесь не стоит. Лучше там.

– Хорошо, а почему вы его не уничтожите? – задала Ауриния тот вопрос, который и самого Дара очень интересовал. – Он чем-то опасен?

– К сожалению, моя бабка была очень хорошей ведьмой. – Морок был уверен, что тут Сесилия криво усмехнулась. – Эту проклятую штуку не уничтожить, я пробовала. В огне она не горит, магия его тоже не берет. Так что спрятать, пока я не придумаю, что с ним делать. И да, опасен. Очень.

– Могу я поинтересоваться, чем? – осторожно уточнила графиня, и Морок чуть не пронес вилку с куском омлета мимо рта, так сосредоточившись на диалоге.

– Там то, что может погубить меня, – глухо ответила Сесилия. – Лишить трона и… Эту баронессу надо убрать! – истерично выкрикнула вдруг она. – Удачливая тварь, Дорн уже два раза пытался! А с ней рядом то и дело кто-то оказывается! Я не знаю, кем она приходится Себастьяну, но я хочу от нее избавиться! – буквально прошипела королева, и Дар замер, отодвинув недоеденный омлет.

А вот это уже серьезно. Значит, за покушениями стоит этот ушлый графчик? И когда это, интересно, он успел второй раз напасть?! «Пикник», – уверенно подумал Морок и сразу поставил себе галочку расспросить Вивьен при следующей встрече.

– О, моя королева, предоставьте это мне, – мурлыкнула вдруг Ауриния. – Дорн действует слишком грубо, это может вызвать ненужные подозрения. Я помогу вам и с дневником, и с баронессой…

Дальше слушать уже было неинтересно, больше ничего стоящего дамы не обсуждали. Разве что Сесилия упомянула о том, что на своем дне рождения объявит о помолвке с Дорном. Даже случившееся на пикнике не обсудили, к легкой досаде Даррена.

– Бордель, значит, – пробормотал он задумчиво, поспешно поднимаясь и пряча драгоценную улику во внутренний карман жилета. – Себастьян должен это услышать.

И Морок покинул дом под одной из своих многочисленных масок, хмурясь и напряженно размышляя об услышанном. Судя по тому, что Сесилия хочет избавиться от Вивьен, она тоже увидела в ней угрозу, и похоже, то, что говорил Себастьян, вполне может быть правдой.

– С ума сойдешь с вашими запутанными семейными связями, – буркнул Дар, пока шел к дворцу.

А ведь Вивьен выглядит даже старше Себастьяна, ей лет тридцать точно есть. И значит, она и правда самая старшая наследница, даже старше королевы. Вот тут-то начинается скользкий лед предположений и догадок. Все упиралось в проклятие, в наличии которого Морок уже не сомневался, осталось прояснить, в чем оно заключается. И скорее всего, кормилица знала о нем и рассказала Ауринии, ну а дальше ушлая девица явилась в столицу и пробралась в постель к королеве. И хочет ребенка от Себастьяна… Дар нахмурился сильнее, почти поймав за хвост догадку, но она ускользнула, толком не оформившись, и он чуть не выругался с досады. Ладно, сегодня вечерком наведается в бордель, заглянет в этот таинственный дневник, и все встанет на свои места наконец-то.

Во дворце Дар привычным способом, по тайным ходам, добрался до кабинета Себастьяна и предстал перед принцем с довольной улыбкой.

– Ну?! – Тот нетерпеливо подался вперед, отодвинув лежавшие перед ним листы. – По твоей физиономии вижу, что что-то нарыл, да?

– О, еще сколько, – и Дар поставил перед ним пирамидку с записью разговора.

Себастьян выслушал молча, только лицо становилось все бледнее, а зрачки заполнили всю радужку, оставив только тонкий ободок.

– Значит, вот так, – вполголоса произнес он и побарабанил пальцами по столу. – Значит, она хочет убить Вивьен…

– Если она и правда ваша дочь, то получается, что и старшая наследница по возрасту, – вполголоса произнес Морок. – Только где она была эти шесть лет и почему выглядит такой взрослой?

По губам Себастьяна скользнула грустная улыбка. Он не рассказывал Мороку историю своей личной жизни, но, похоже, пришло время откровений.

– Потому что она родилась и выросла в другом мире, где время течет по-другому, – негромко произнес принц, уставившись перед собой невидящим взглядом и погрузившись в воспоминания. – Мы с Лилианой встречались, более того, она стала моей женой. – На этом месте Дар неприлично вытаращился на собеседника, но промолчал. – Родовой перстень может легко это доказать, а священник богини, который провел обряд, по моему настоятельному совету уехал куда-то, куда – я не знаю. Чтобы канцлер не нашел. – Себастьян криво усмехнулся. – Потому что Арман настойчиво добивался Лилианы всеми способами, преследовал ее, а она не могла сказать про нас. Я тогда ничего не умел и не знал, мне было всего двадцать. – Себастьян прикрыл глаза и откинулся на спинку. – Она уже была беременна, и Арман пришел в бешенство, когда узнал. Нам удалось некоторое время скрывать этот факт, Лили перестала выходить в свет и уехала в поместье. А потом он почти нашел нас и она ушла порталом. В другой мир. Я не смог ее найти, – почти шепотом, с болью в голосе произнес Себастьян. – Я же принц, демоны дери, и если пропаду даже на несколько недель, это не скрыть! – прорычал он и стукнул кулаком по столу, тяжело дыша. – Но зато она была в безопасности… И у нас все-таки родилась чудесная дочь. – Принц открыл глаза и посмотрел на безмолвствующего Морока. – Которая каким-то образом попала сюда.

– Или ее нашел Арман, – вполголоса добавил Дар, задумчиво прищурившись. – И собирается использовать как наживку, чтобы найти тебя. – Он отбросил формальности, зная, что кабинет не прослушивается никем. – Ну или вообще метит на трон, – помолчав, добавил он. – А вот интересно, сама Вивьен знает, чья она дочь? – неожиданно как бы в пространство поинтересовался Дар, заломив бровь и не сводя внимательного взгляда с Себастьяна. – Мать ей хоть что-нибудь рассказала? Леди совсем не выглядит чужой в этом мире.

– Или ее хорошо подготовили перед тем, как выпустить сюда, – угрюмо отозвался Себастьян. – Все решит встреча. – И принц так же внимательно посмотрел на того, кого давно уже считал больше, чем личным помощником. – Арман сегодня с утра уехал куда-то, во дворце его нет и в городе тоже. Нужно воспользоваться этим.

На лице Морока не дрогнул ни один мускул от этого известия, хотя внутри инстинкты радостно взревели. Она одна в городе. И в ближайшее время канцлер не будет увиваться рядом с ней… «Стоп. Сначала все выяснить, – одернул Дар распоясавшиеся эмоции. – Для очистки совести». Хотя в глубине души он и так знал, что даже если подтвердится, что Вивьен дочь Себастьяна, его это не остановит.

– Хорошо, я отправлю ей записку, – кивнул Дар. – Встретитесь у мэтра. – Он намеренно не назвал имя, Себастьян и так знал, о ком идет речь. – Думаю, после обеда будет удобно для всех, надеюсь, у нее никаких дел не найдется. В пять часов вас устроит? – уточнил он.

– Вполне, – сдержанно согласился принц.

– Договорились. – Даррен поднялся и коротко поклонился. – И будьте осторожны, – на всякий случай добавил он, не решившись рассказать о покушении на Вивьен вчера вечером.

На этом они разошлись. Даррен отправил с посыльным в дом баронессы записку с просьбой о встрече, а сам отправился в Фандарх, разведывать следы Аделии де Арли-Лавуазье. И заодно поразмышлять о полученной новой информации.

К Фран на чай я ехала очень задумчивая. Прямо весьма и серьезно. А думала я над тем, признаваться ли подруге – пожалуй, я могла так назвать баронессу, – в том, кто я и откуда на самом деле. Она же видела меня с канцлером, знает о любовнике и сложить два и два для нее не составит труда. И можно будет наконец обсудить то, что не давало покоя вот уже несколько дней… Надеюсь только, это чай для нас двоих, а не еще выводка клуш, желающих перетереть последние светские сплетни.

Дверь мне открыла сама Фран, и я сочла это хорошим знаком – значит, нам никто не помешает. И у меня есть последние минуты, чтобы все-таки принять нелегкое решение. Я уверена, Франсин болтать не будет, она слишком умная для того, чтобы молоть языком направо и налево, но… У меня только ее слова, что она не работает на Армана, и как-то слишком быстро Фран подружилась со мной. Нет, я все понимаю, здесь другие женщины, другой менталитет. И все же…

– Проходи, проходи. – Баронесса пропустила меня в холл и сразу повела к лестнице на второй этаж. – Я сегодня разогнала курятник, ибо жажду пошушукаться с тобой. – Она оглянулась и выразительно посмотрела. – Так что будем чаевничать в моей любимой гостиной.

Я невольно улыбнулась и сразу задала интересующий вопрос:

– Фран, а что, неужели у тебя больше нет близких подруг?

Она хмыкнула, подхватила меня под локоть, пока мы шли по коридору.

– Видишь ли, милочка, конечно, в столице есть умные женщины, с которыми приятно пообщаться, я тебе даже в театре показывала, – начала она говорить и тут же поморщилась. – Но увы, воспитание все же не дает им свободы поступать и делать, что захотят. А ты не испорчена столичными рамками, жизнь в провинции, видимо, накладывает некоторую вольность. – Франсин задумчиво улыбнулась, покосилась на меня и пропустила в гостиную. – Проходи. И ты определенно интересная личность, Вив. Никто из моих нынешних, скажем так, вменяемых близких знакомых, а их не так уж много, не рискнет поехать в мужской клуб и тем более в бордель. – Она подмигнула и ухмыльнулась. – Даже та же графиня де Фрадетт, железная тетка, но по злачным местам не шляется. – Фран вздохнула и покачала головой, подходя со мной к сервированному на двоих столику у высокого окна, выходящего на маленькую террасу. – Предпочитает скучную и обычную любовную связь с каким-то достопочтенным мэтром, с которым встречается несколько раз в неделю.

Я не удержалась, фыркнула и хихикнула на эти слова, опускаясь на удобный стул с мягким сиденьем и спинкой. Объяснение вполне логичное, и чутье подсказывает, что Фран не врет. Между тем хозяйка разлила чай, а я огляделась. Гостиная и в самом деле уютная, выдержанная в кирпично-красных с золотисто-коричневым тонах, с полосатым шелком на стенах, парочкой узких книжных шкафов и стеллажом с запоминающими кристаллами. У стены удобный диван и два кресла, между ними еще один столик, красиво расписанный разноцветными узорами на черном фоне и украшенный перламутровыми вставками. Сдержанно, без обычных женских финтифлюшек, но вместе с тем уютно.

– Итак, дорогая, почему ты вчера так быстро уехала с канцлером? – подперев подбородок ладонью, приступила Фран к допросу, сверля меня взглядом чуть прищуренных глаз. – Я жажду подробностей!

Я с невозмутимым видом отпила чай, вкусный, надо сказать, и безмятежно взглянула на Франсин.

– Он вызвался проводить меня, а я немного устала от этого сборища, – спокойно ответила, невольно закралась подленькая мыслишка, что если Фран все же работает на Армана, то это отличный способ проверить…

– Я помню, ты говорила про любовника. – Тут же баронесса снова показала, что она и правда все помнит. – Это он? – прямо спросила хозяйка дома.

Так. Ну, рискнем…

– У него, оказывается, были дела с моим мужем когда-то, – словно в задумчивости протянула я. – И это он помог вернуться в столицу. Я решила, что таким людям, как канцлер де Рэй, не отказывают, не имея за спиной солидной поддержки. Я же всего лишь слабая женщина. – Губы сами скривились, а в тоне появились желчные нотки.

Фран откинулась на спинку, держа чай и блюдце, медленно кивнула с точно таким же задумчивым видом.

– Понимаю, – неожиданно мягко произнесла она, а я запоздало подумала, что, если бы она работала на Армана, тому уже стало бы известно про поездку в клуб и покушение.

Однако канцлер ни словом не обмолвился ни о том, ни о другом. Темнит? Запомнил мой скандал насчет борделя? Ох, не знаю, не знаю…

– У меня завтра званый вечер, Вив, – резко перевела тему Фран, словно почувствовав, что я не хочу обсуждать Армана. – И я очень рассчитываю, что ты придешь. Как раз познакомишься ближе с моим узким кругом, – усмехнулась она.

– Кстати, – я оживилась, в голову неожиданно пришла идея, бродившая в ней еще после вчерашнего вояжа, – Фран, а как ты смотришь на образование такого же клуба по интересам, но женского? – предложила я. – Не просто чаевничать и сплетничать, а место отдыха для женщин, куда мужчинам вход запрещен? Чтобы можно было спокойно поболтать, отойти от рамок этикета, побыть собой? Можно придумать всякие настольные игры, не только карты, устраивать соревнования. – По лицу Фран я уже видела, что идея ей пришлась очень по вкусу, аж глаза заблестели и на губах заиграла предвкушающая улыбка.

– О да, и можно делать, что захотим! – добавила она и поставила чашку на стол, вперив в меня указательный палец. – Вот, Вив, и ты еще спрашиваешь, что я в тебе нашла! Родственную душу. – Фран прижала ладонь к обширной груди и глубоко вздохнула, изображая патетичность. – Я думала об этом, но мне нужна была сообщница. – Она подмигнула. – Ну-ка, что там за настольные игры ты имела в виду, расскажи?

К счастью, больше опасных тем мы не затрагивали. Углубились в разработку концепта дамского клуба, Фран пообещала заняться поисками подходящего помещения, а я снова подумала о рекламном журнале с объявлениями. Может, сегодня после обеда с Эженом зайти как раз к мэтру Левуазу? Мы все равно договаривались. Да, пожалуй, так и сделаю. А пока с некоторым сожалением пришлось распрощаться с Фран до завтра, потому как меня еще ждал обед с маркизом, и любопытство изнывало, по какому такому поводу я удостоилась приглашения. Уверена, не просто так. Поэтому следовало тщательно продумать образ, чтобы не дать дражайшему Эжену каких-то лишних случайных намеков.

Приехав домой, выбрала бархатное платье шоколадного цвета с отделкой из кружева цвета топленого молока. Скромное, без лишней отделки, с квадратным вырезом, едва открывавшим ложбинку. Намек на то, что я вдова, чту память мужа и к фривольностям не расположена. Гладкий пучок, маленькая шляпка с вуалью и тремя красивыми длинными полосатыми перьями. Перчатки, родовой перстень, сумочка, и я снова спускалась вниз, на улицу, где уже ждал мобиль – я подумала и решила вызвать своего шофера для солидности. Не к кому-то еду, к самому министру по торговле.

Хозяин дома встречал на крыльце, лично, и я про себя подивилась такой неслыханной чести. Ну точно что-то задумал, вон как глаза поблескивают и улыбка очень уж довольная. Чутье зашевелило носом, пальцы чуть неосознанно не потянулись к браслету с подвесками, но я вовремя остановилась. Так, не паникуем раньше времени, Вив, и просто дождемся развития событий.

– Дорогая моя леди Вивьен, очень, очень рад видеть! – Меня ухватили сразу за две руки и поочередно поцеловали, хорошо мы уже вошли в холл. – Прошу, пройдемте, я приказал накрыть обед в малой столовой.

Я вежливо улыбнулась, позволила Эжену положить мою ладонь к себе на сгиб локтя, и мы направились куда-то вглубь особняка.

– Как обживаетесь в столице? Вы вчера так быстро уехали с пикника. – Он бросил на меня косой взгляд.

– Я просто не привыкла к таким шумным мероприятиям и немного устала, – не моргнув глазом, выдала светским тоном, заходя в небольшой зал, выдержанный в пастельных розовых и белых тонах. – Думаю, потихоньку вольюсь в светскую жизнь Эрхельма.

– Прошу вас. – Маркиз отодвинул мне стул, я опустилась, обозревая сервировку и выставленные блюда с закусками.

Сам Эжен устроился напротив, разлил по бокалам темно-красное тягучее вино и поднял свой.

– За нашу встречу. – Хорошо, что тост вышел нейтральным, я, признаться, уже внутренне приготовилась к какому-нибудь откровенному заявлению.

Но министр оказался слишком хорошо воспитан, чтобы сразу приступить к нужному ему вопросу. Сначала мы съели горячее, нежное рагу в пряном соусе, и только когда нам подали десерт – воздушное фруктовое суфле со сливками и свежими ягодами, маркиз произнес:

– Мне принесли ваше заявление на открытие рекламного бюро, дорогая баронесса. Вам требуется патент, да? – И улыбка такая предвкушающая, что меня едва не передернуло.

Что задумал?! И зачем, главное?

– Вы решили заняться делом? – между тем продолжил Эжен, катая между пальцами ножку бокала и поглядывая на меня. – Необычно для женщины, весьма. Разбираетесь в рекламе?

– Смею надеяться, что да, – спокойно кивнула я. – В поместье после смерти мужа у меня было достаточно времени, чтобы подумать, чем занять досуг здесь, в столице. Что-то не так с разрешением? – Я вопросительно подняла брови.

– Все так. – Маркиз отпил и поставил бокал на стол, посмотрев мне в глаза. – Я вам его дам, дорогая баронесса, если вы согласитесь стать моей любовницей.

Занавес. Картина маслом «Приплыли», называется. Стоило убегать из родного мира, чтобы в этом встретить то же самое отношение к сделкам через постель! Да что за напасть!