Глава 24

Но, оказывается, это еще не все. Пока я подбирала варианты ответа так, чтобы не сразу указать дражайшему министру, куда ему отправляться и как надолго, он продолжил:

– Безусловно, все будет в рамках приличий, не сомневайтесь, а вообще, знаете, я вдовец, – резко перескочил Эжен, задумчиво смерив меня взглядом. – Вы тоже остались одна, уверен, мы сумеем договориться к обоюдному удовлетворению, – журчал министр, а я, слегка успокоив первый всплеск эмоций, прикидывала уже, как сбить спесь с этого самодовольного ловеласа.

Мило улыбнувшись, я высвободила руку и откинулась на спинку, смерив собеседника взглядом и изо всех сил держа лицо.

– Что ж, – светским тоном ответила, обхватив чашку с чаем и отпив глоток. – Я бы хотела подумать над вашим предложением, Эжен, признаться, оно неожиданное.

– О, конечно, я вас ничуть не тороплю! – заверил маркиз, хотя я, внимательно за ним наблюдая, успела подметить тень досады на холеном лице.

Чутье зашевелило носом, и возникло четкое ощущение, что Эжену от меня не только секс нужен… Как бы узнать-то, что во мне интересного имеется, кроме внешности? Хм. Надо подумать на свежую голову, а пока валить из этого слишком гостеприимного дома, вдохнуть свежего воздуха. Доев десерт, я поспешила откланяться, отказавшись от настойчивого предложения проводить, а вот домой отправилась не сразу. Возмущение уступило место холодной ярости и немножко горечи.

Ну почему, почему все мужчины, которых я встречаю, в первую очередь норовят залезть мне под юбку? Что за напасть? Почему никто не интересуется мной как личностью, что же у меня за этим красивым фасадом? Один не желает признавать за мной право на ум, другой просто хочет отомстить за свое раненое мужское самолюбие, третий вообще непонятно, какие цели преследует, вздумав шантажировать… Тьфу, гадость. Зато во мне окрепла решимость насчет женского клуба и строгого отбора туда, назло всем мужикам, где мы тоже всласть будем перемывать им кости и… строить планы, да. Феминизм внедрять я, конечно, не собиралась, слишком уж щекотливая тема, но вот чуть-чуть уравнять права женщин и мужчин очень даже стоит.

Женщины тоже имеют право заниматься делами, далеко не все из них светские пустышки! Вообще, зачем министру спускаться до каких-то там просьб о выдаче патента? Для чего тогда глава гильдии? Для проформы, что ли? Так, размышляя о всяком, я брела куда глаза глядят по улицам, особо не удаляясь от квартала, где жила. Настроение колебалось где-то на уровне «немножко хреново», и, господи, как же хотелось вот именно сейчас прислониться к сильному мужскому плечу и отпустить себя, побыть слабой женщиной… Роскошь, которой я лишена. Вот с Эженом, пожалуй, разберусь, когда Арман вернется. С чистой совестью наябедничаю и натравлю канцлера на зарвавшегося министра, заодно узнаю, чего это он так вцепился в меня. Арман выяснит точно. Вот еще бы с Аделией решилось и Даррен накопал бы что-нибудь…

Даррен. Еще один мужчина в моей жизни, самый странный, пожалуй. Мы встречались в самых неожиданных местах, и каждый раз у него новая маска, но, несмотря на это, мои эмоции срывались с поводка, стоило только ему появиться рядом со мной. Не говоря уже о большем. Ни один мой бывший любовник не вызывал такой реакции, ни от одного нервы не дрожали, как натянутые струны, грозя вот-вот лопнуть. Это волновало, пугало непредсказуемостью и неудержимо влекло, как наркотик. Я боялась этого Даррена, того, что он будил во мне, боялась попасть в зависимость и пропасть. Не хочу быть мотыльком, хватит с меня мужчин, пытающихся манипулировать. А уж если сюда еще примешаются чувства…

Передернув плечами, я решительно их расправила и наконец развернулась к дому. Так, хватит рефлексировать, выше голову, все будет хорошо, Вив. И на Армана найдем управу, и сами встанем на ноги. Добравшись до своего скромного особнячка, я нацепила на лицо улыбку и вошла в холл, а там уже ждала Мариэтт.

– Ой, миледи, а вам буквально недавно принесли! – Она кивнула на серебряный поднос.

Вот же ж, однако. Надеюсь, не очередное приглашение на обед-ужин с кем-нибудь. Я развернула сложенный листок, пробежала взглядом несколько строчек. «Баронесса, в пять вечера приходите в контору. У меня имеются сведения, которыми я хотел бы поделиться с вами». Без подписи. Умный и осторожный Даррен, однако. Пять вечера? Ага, у меня остался всего час и как раз успею пешком прогуляться. Сердце радостно подскочило: неужели он уже успел за такое короткое время что-то узнать? Получается, действительно не соврал и хорош в своем деле. И нет, я вовсе не от перспективы увидеться снова так обрадовалась! Только прежде чем отправиться, все же поднялась к себе. Да, обещала Арману не снимать артефакт, но ведь он об этом не узнает. А маячок мне сейчас совсем не нужен, так что я оставила подарок канцлера на туалетном столике. Пусть спокойно занимается делами в своей командировке, думая, что я никуда не влипаю и провожу время дома. И только после этого вышла из дома.

Добралась до конторы ровно в назначенное время, поднялась и постучала в дверь. Она распахнулась без видимого вмешательства, приглашая войти, и я шагнула через порог, с любопытством оглядываясь. Пустая приемная с сиротливо стоявшим у стены диваном для посетителей. Еще одна дверь во второе помещение, и она как раз была приоткрыта. Ну я и толкнула, заглянув и позвав:

– Мэтр?..

Только в маленьком кабинете ждал отнюдь не Даррен. Я потрясенно уставилась на… принца Себастьяна собственной персоной, сидевшего за скромным рабочим столом, девственно чистым, кстати, и серьезно смотревшего на меня. Машинально схватилась за браслет, вытянув нить и сотворив линзу, и убедилась, что его высочество самый что ни на есть настоящий. Еще и взгляд такой… жадный и одновременно тоскливый, я бы сказала. Ой. Очередной поклонник на мою голову?!

– Простите, я, наверное, ошиблась… – быстро проговорила, лихорадочно соображая, с чего Дару устраивать мне такую грандиозную подставу.

– Нет, не ошиблись, Вивьен, – не дал мне договорить принц и легонько шевельнул пальцами.

Дверь закрылась, и я была уверена, что так просто отсюда не выйду. По спине пробежал холодок, я незаметно сглотнула, вцепившись в сумочку. В голове вихрем пронеслись наставления Клементины, я мысленно обозрела свой браслет и пришла к неутешительному выводу, что арсенал в запасе маленький. Что ж…

– Зачем вы здесь? – резко спросила я, не испытывая никакого трепета перед принцем крови.

Вот не знаю, мужик и мужик, на нем же не написано, что он королевских кровей. И еще неизвестно, зачем Даррен устроил мне эту встречу вообще.

– Присядьте, прошу вас. – Себастьян повел рукой в сторону стула для посетителей. – Нам предстоит о многом поговорить.

– О чем же? – настороженно переспросила, опустившись на краешек сиденья, кстати мягкого, как и спинка.

– О вашей матери, например, – с ходу озадачил и еще больше насторожил он.

Один уже разговаривал, ага, наврав с три короба, так что я уже не знаю, чему верить. Только принц не закончил.

– И о вашем отце, – добавил он со странной интонацией, буквально впившись в мое лицо взглядом. – Ваша мать что-нибудь о нем рассказывала?

Внутри зазвенел тревожный звоночек, и я медленно покачала головой.

– Мне сказали, он погиб и вообще был заговорщиком, – осторожно ответила я. – А мама умерла давно, от рака, – зачем-то добавила, и лицо Себастьяна застыло восковой маской.

– Он не погиб, – с трудом выговорил принц, переплетя пальцы так, что побелели костяшки. – И он не был заговорщиком, Вивьен.

– А? – Я хлопнула ресницами, звоночек в душе стал громче. – Вы его знали? И мою мать тоже? – на всякий случай уточнила, не особо ожидая ответа.

– Вашу мать знал очень хорошо. – На губах Себастьяна появилась печальная улыбка, а взгляд словно обратился внутрь себя. – Она была моей женой, Вивьен. А вы – наша с Лилианой дочь.

Немая сцена. У меня улетучились все слова, а перед глазами встала широко известная сцена из одной нашумевшей саги. «Люк, я твой отец». – «Не-эт!!!» Из горла рвался дурацкий, почти истерический смешок, и вертелась лишь одна сиротливая мысль: это выходит, я… принцесса, что ли?!

– Простите… Что? – тихо переспросила, не веря собственным ушам, но предчувствие внутри уверенно заявляло, что собеседник не лжет.

– Вы – моя дочь, – терпеливо повторил Себастьян и положил на стол передо мной кольцо.

Точнее, родовой перстень. Тяжелая золотая оправа, красивый крупный камень черного цвета с вкраплениями разноцветных искорок. Они красиво мерцали в дневном свете, притягивая взгляд, и я даже без линзы чувствовала исходящую от него магию.

– Вы же знаете, что это? – уточнил принц, и я завороженно кивнула, не сводя взгляда с кольца. – Тогда знаете, что родовую магию невозможно обмануть, – продолжил Себастьян, и я снова кивнула. – Наденьте его, Вивьен, и убедитесь, что я говорю правду.

Пальцы дрожали, когда я брала артефакт и надевала на средний – как ни странно, перстень сел идеально, обхватив фалангу. И… мои глаза широко раскрылись, когда перстень окутался ярким золотистым сиянием, искорки внутри тоже вспыхнули, и сияние постепенно охватило всю ладонь. По коже побежали мурашки, по телу прошлась теплая волна, отчего я вздрогнула и тряхнула рукой от неожиданности. Ничего не изменилось, родовой артефакт ярко сиял, тепло никуда не делось, мурашки тоже. Лицо Себастьяна озарилось довольной улыбкой, во взгляде мелькнули надежда и облегчение.

– Вы – принцесса дома Ассарне, Вивьен, – тихо повторил он, и в следующий момент его ладонь накрыла мою, слегка сжав. – И моя дочь.

Вот теперь истеричный смешок все же прорвался. Обалдеть. Мой отец – принц крови, да еще и… А я ведь старше него, получается. На вид Себастьяну не больше тридцати. И да, родовой перстень не врет, его магию невозможно обмануть. Я сглотнула, посмотрев на Себастьяна и пытаясь унять панически скачущие мысли. Вся моя рассудительность и спокойствие разлетелись на осколки, оставив лишь растерянность и смятение. Ох, богиня, передо мной сидит мой отец. И он принц. И что теперь делать?!

– Расскажите, как на самом деле вы познакомились, – глухо попросила я, все сомнения сгорели в ярком золотистом сиянии родового перстня. – И… Вы в самом деле поженились?

– Да, просто об этом никто не знает, – тепло улыбнулся Себастьян и сразу предложил: – Вивьен, я понимаю, что требовать сразу называть себя отцом слишком, но, может, хотя бы отбросим «вы»?

…Мы проговорили несколько часов. Себастьян рассказал, как встретился с Лилианой, как они ухитрялись тайком встречаться – принцу тогда было всего двадцать, и он только-только начинал разбираться в государственных делах. Конечно, канцлер имел и связи, и реальную власть, и юный принц ему совсем не соперник. Они встречались тайком, им помогала как раз тетка Лилианы, и я поражалась, как им удавалось водить за нос Армана несколько месяцев. Но ведь удавалось же, хотя канцлер не прекращал своих настойчивых ухаживаний. А потом Себастьян сделал Лилиане предложение, и она его приняла…

– Я же отрекся, Вивьен, понимаешь, в пользу Сесилии, у нее больше прав на престол, и гражданской войны не хотелось никому. – Мы давно пересели на небольшой диван у стены, и моя рука так и покоилась в ладони Себастьяна. – Но вот о моих детях речи не шло. – Он немного криво улыбнулся. – И в случае чего они могли претендовать на престол. Мы с Лилианой вовсе не помышляли ни о чем таком, нам просто хотелось быть вместе, вот и все. Я и так входил в состав совета и имел там право голоса, участвовал в решении государственных дел, так что власть у меня была, и большего не хотелось. Но когда Лилиана забеременела, скрывать дальше ее состояние стало невозможно, и она как раз собиралась уезжать в поместье к тетке. – Себастьян помолчал. – Тогда Арман и выследил нас, и ей пришлось уходить порталом. Вся ее магия ушла на сохранение тебя, Вив, и она выгорела.

– И я родилась кружевницей, – пробормотала, разглядывая так и оставшийся на моем пальце родовой королевский перстень. – А она умерла от рака…

– Последствия отката, – глухо отозвался Себастьян. – Пространственная магия очень сложная, а Лилиана еще и беременная была. Я не могу вырваться отсюда надолго, чтобы найти вас, и в результате потерял время. А у Армана получилось, – задумчиво добавил он и нахмурился, покосившись на меня. – Что у тебя с ним, Вив? – прямо спросил принц.

Я и рассказала. Удивительно, но неловкость первых минут встречи давно прошла, и пусть в самом деле как отца я Себастьяна не воспринимала, однако общаться с ним было легко, и что-то теплое в душе появилось.

– Значит, он знает, что ты дочь Лилианы, а вот про отца ничего. – Себастьян прищурился, в его взгляде мелькнули недобрые огоньки. – Боюсь, Вив, он хочет через тебя найти меня, – озвучил принц то, о чем я тоже задумывалась. – Поэтому помог тебе войти в высший свет и теперь наблюдает.

– И что мне делать с этим? – пробормотала я, теребя кольцо на пальце. – Я не могу указать ему на дверь прямо сейчас, я еще не настолько освоилась здесь!

Себастьян помолчал. Ситуация в самом деле складывалась не слишком приятная, и я его понимала. Открыто помогать мне было чревато непредсказуемыми последствиями, но и оставлять дочь в любовницах бывшего соперника, пусть и неудачливого… М-да, мыльные сериалы нервно курят в сторонке.

– Мне кажется, он во мне пытается увидеть Лилиану, – негромко произнесла я, откинувшись на спинку дивана. – И эти чувства у Армана не ко мне как к Вивьен. Мы слишком разные с ним.

– А ты в самом деле похожа на нее не только лицом, – улыбнулся Себастьян. – Лили тоже, хотя и выглядела кроткой и скромной, умела быть твердой, если того требовали обстоятельства.

Мы так и не решили пока, что делать дальше с моим положением, и отложили этот вопрос. Уже начало темнеть, когда пришла пора прощаться: принца могли хватиться во дворце, а мне, если честно, хотелось побыть одной и успокоить раздрай в мыслях и эмоциях. Слишком много всего случилось за короткое время, и Морок, и отыскавшийся отец, и правда о прошлом. А еще вранье Армана. Оказывается, это вызвало у меня гораздо более сильную реакцию, чем я ожидала. Было неприятно и чуточку больно, все же я ему в определенной степени доверяла. И тут невезуха с мужиками! Хотя, с другой стороны, скажи он мне все честно, я бы точно никуда с ним не пошла… А вот врать про мою мать, что она была преступницей, точно не стоило, как и про отца. Чисто по-человечески Армана тоже можно понять, но вот его зацикленность на Лилиане, а теперь и на мне начинала пугать. Еще и эти покушения…

Про них я не стала рассказывать Себастьяну, чтобы не пугать, думаю, обсужу это с Дарреном. Кроме всего прочего вытрясу объяснение, почему он устроил эту встречу и что его связывает с принцем! Домой я добиралась в наемном экипаже, поскольку время уже не слишком подходящее для пеших прогулок. Прикрыв глаза, пыталась переварить все услышанное, однако только голова разболелась и плечи свело от напряжения. Очень хотелось расслабиться, перестать крутить карусель в сознании, отвлечься, и горячей ванны явно будет мало. Полезли совсем нелепые мысли о том, что я всего лишь замена Лилианы и Арман вовсе не меня любит, а ее призрак. Во рту снова ощутился вкус пепла, на душе стало гадко и пусто. Не хочу быть заменой, хочу… быть женщиной, желанной, такой, какая я есть.

Переступив порог дома, оглядела полутемный и тихий холл, порадовалась, что Мариэтт уже у себя, и, мгновение подумав, решительно направилась в кухню, собираясь ограбить винные запасы. Душа настоятельно требовала, и хотя я относилась к алкоголю ровно, сейчас хотелось забыться. Избавиться от той горечи на языке, от мыслей о том, что я пришла к тому, от чего убежала. Стала любовницей мужчины, которого выбрала не сама. И стоило тогда уходить в другой мир для новой жизни?! Невесело хмыкнув, я достала бутылку, подумала и поставила рядом вторую, покопалась в запасах, нарезала на большую тарелку сыра и не стала брать бокал. Зачем? Отхлебнула прямо из горлышка, прихватила под мышку вторую бутылку, а в другую руку взяла блюдо и направилась из кухни. Поднялась в комнату, переоделась в сорочку и накинула длинный кружевной пеньюар, вдруг появилось непреодолимое желание не сдерживать себя и… дать эмоциям выйти. Перестать быть разумной и спокойной, рассудительной и умной… Да просто устроить небольшую, чисто женскую истерику.

Меня же обманули, использовали, сделали своей игрушкой, ну и что, что с моего на то согласия. Будто у меня в самом деле имелся выбор, ага. Странная штука – жизнь. Вот я жила в своем уютном, понятном и простом мире, пусть не очень счастливо, но – жила же. А вот я уже в другом. Выдернута из прежнего существования, и хотя здесь гораздо интереснее, чем там, но кое-что осталось прежним.

Я не хочу трахаться. Не хочу удовлетворять чьи-то нереализованные желания, я… я любви хочу. Нежности. Внимания. Ласки. Я хочу чувствовать себя женщиной… Арман, несмотя на заботу и то же внимание, женщины во мне не видел, по крайней мере, именно меня, Вивьен. Старательно оберегал от всего, что могло дать мне возможность проявить себя как личность. А я хочу, чтобы любили меня, а не призрак из прошлого, и чтобы мои чувства наконец отозвались в ответ. Так, как с Дарреном… И вспомнился же этот призрак! Сейчас, когда алкоголь слегка отпустил тормоза, себе я могла признаться: да, тянуло к нему. Да, хотелось попробовать. Окунуться в этот вихрь и ощутить себя живой, настоящей, а не холодной расчетливой стервой. С губ сорвался невеселый смешок, я отпила еще вина и отсалютовала отражению в зеркале.

– Сегодня мы напьемся, Вив, – уверенно произнесла я, глядя в глаза самой себе. – Даже не так, дорогуша. Мы нажремся в хлам. И плевать, что потом нам будет плохо, это потом.

А сейчас мне хорошо-о. Очень. Алкоголь растекался по венам шелковой отравой, туманил разум и отключал мысли, а мне этого и надо. Тряхнув головой, я отпила очередной глоток тягучего терпкого напитка с едва уловимой горчинкой. Прикрыла глаза и повела плечами, скинув кружевной пеньюар. На мне осталась только сорочка, длинная, муслиновая и тонкая, на тонких же лямках. Для большинства местных дам – верх непристойности, с разрезами до середины бедра и кружевным лифом, сквозь который проступали соски. Да ну и пусть, никто же не видит. Я любила красивое и изысканное белье, и здесь оно было выше всяких похвал.

– Налейте мне еще бокальчик, – мурлыкнула я, вспомнив популярную песню из моего мира.

Да, сейчас дама будет танцевать. Я подошла к шкафчику со стеклянными дверцами, где хранилась коллекция кристаллов, наугад выбрала один и активировала легким касанием, вытянув тоненькую ниточку из накопителя в браслете. По гостиной полилась негромкая, томная и нежная мелодия, флейта и скрипки сплетались в невидимый узор затейливых звуков, настраивающих на романтический лад. Только вот никаких симпатичных мальчиков в ближайшем окружении не предполагается, увы и ах. И даже мужчин – тоже. А хочется. Так хочется почувствовать себя женщиной, желанной, не тенью прошлого и заменой ушедшему призраку. Просто – женщиной. Прерывисто вздохнув, я снова приложилась к бутылке и зачем-то вышла из гостиной, спустилась по лестнице в холл, замерев на последней ступеньке.

Мой уже слегка поплывший взгляд остановился на переговорном артефакте, в голове зародилась шальная мысль. А почему бы нет, собственно? Почему бы не позвонить в заведение мадам Шонье и не заказать себе такого мальчика на дом? Мои губы скривила торжествующая ухмылка: вот возьму потом и небрежно так уроню в разговоре с Арманом, что скучно стало и вызвала массажиста для расслабления. Полюбуюсь на его вытянутую физиономию, получу хоть какое-то моральное удовлетворение. Надеюсь, ребята в борделе не только трахаться умеют, но и массаж сделают. Снова мелькнула мысль о Даре, о нашей весьма запоминающейся встрече, и щеки вспыхнули огнем, однако я упрямо отогнала воспоминания, поджав губы и направившись к передатчику.

Я коснулась переговорника и произнесла имя:

– Мадам Шонье.

Через несколько мгновений раздался грудной низкий голос:

– Баронесса де Лаурель, чем могу быть полезна?

– Пришлите мне кого-нибудь, божественно делающего массаж, – твердо произнесла я. – Оплата чеком, до утра.

– Как пожелаете, госпожа, – певуче отозвалась мадам. – Все будет в лучшем виде! Особые пожелания? Может, цвет волос, глаз?

Я на мгновение прикрыла глаза…

– Темноволосый, хорошо сложенный, послушный, умелый, – выразила свои предпочтения.

– Не извольте беспокоиться, госпожа, будет через пять минут! – заверила мадам и отключилась.

Вот и славно. Может, хотя бы на эти часы я почувствую себя кем-то другим, а не игрушкой и заменой призраку. Просто женщиной. Не любимой, но хотя бы желанной. Мурлыча под нос знакомый мотив, я протанцевала по холлу, допив вино, и отправилась за второй бутылкой, оставив пустую на комоде. Алкоголь действовал на меня бодряще и отключал все тормоза, но при этом не туманил разум, я помнила все до последнего. На губах появилась предвкушающая усмешка, пока я поднималась за вином, изнутри щекотало долгожданное чувство свободы и легкости. Пусть даже немного искусственное. Повеселимся, Вив? Назло всем врагам и Арману в первую очередь?

– Ох, повесели-имся, от души, – пробормотала, добравшись до гостиной и открыв вторую бутылку.

Успела сделать еще один глоток, когда очень кстати раздался звонок с первого этажа, и я поспешила в холл, открывать гостю, отставив тару. Сердце забилось чуть быстрее в предвкушении шального приключения – я никогда в прошлой жизни не пользовалась услугами мальчиков по вызову. Сейчас же… Гори все синим пламенем. Я легко сбежала по ступенькам, даже не потрудившись накинуть пеньюар – зачем? Перед кем разыгрывать приличия в собственном доме, тем более все равно на массаж предстояло раздеться? Я подошла к двери, открыла… Да так и застыла, неверяще глядя на того, кто стоял на крыльце, совершенно не скрываясь.

– Значит, развлечений желаете, госпожа баронесса? – бархатистый голос, знакомая шальная улыбка и пристальный прямой взгляд глаза в глаза. – Продолжим то, что мы так и не закончили, Вив?

И он шагнул в холл, уже с порога подавляя своей аурой, подчиняя силой и лишая последних остатков здравомыслия. Омбре, Даррен, лучший сыщик Эрхельма, шпион Себастьяна и богиня знает кто еще, и теперь он стоял передо мной. Темноволосый, слегка взъерошенный, квадратный подбородок покрывала уже отросшая щетина, немного худощавое привлекательное лицо, пронзительные темно-синие глаза. Мне даже не требовалась линза, откуда-то я и так знала: это его настоящая внешность. Даррен пришел ко мне без маски, непостижимым образом узнав, что я звонила в бордель. И ведь не отвертишься, я же сама ему тогда сказала, что хочет продолжить – пусть приходит без личины! А за свои слова я привыкла отвечать…

Я невольно отступила, коленки ослабли, и сглотнула сухим горлом, не в силах отвести от него взгляда. Да, судьба любит пошутить, однако, а в случае со мной, похоже, имеет отвратительное чувство юмора. Я бы даже сказала, извращенное. Мелькнула малодушная мыслишка сослаться на неважное самочувствие и сказать, что я передумала… «Ага, да сейчас, так он и ушел, дорогуша», – насмешливо отозвался внутренний голос. Словно угадав, о чем я думаю, Даррен шагнул ко мне, прикрыв дверь, его улыбка стала шире, и он произнес:

– Что, прикидываешь, как бы выставить меня за дверь, Вив? Не выйдет, – и он покачал головой. – Я знаю, что Армана нет в городе, и сегодня я останусь здесь.

А потом я даже не успела ничего ответить, как оказалась у него на руках.

Из Фандарха Даррен вернулся уже ближе к вечеру, уставший и не слишком довольный результатами. Пришлось ждать, пока осведомители разживутся хоть какой-то информацией, поэтому мэтр Лежер весь день прогуливался по городку, добросовестно проверил все лечебницы на предмет нахождения там леди де Арли-Лавуазье. Даже выяснил, что да, она действительно лечилась тут регулярно, а вот несколько недель назад внезапно исчезла. Выписалась, сказала, что вернется в свое поместье, и все. С тех пор о ней не слышали. Морок прикинул – как раз в это время произошла встреча с Вивьен. Леди чего-то испугалась? Скорее всего, и предпочла исчезнуть. Что ж, он найдет, где затаилась Аделия, и привезет единственную оставшуюся в живых родственницу Вивьен в столицу. Вивьен…

Пока он подъезжал к своему дому, мысли уже прочно крутились вокруг его персонального наваждения, не выходившего из головы. Страшно тянуло увидеть ее, заявиться прямо в дом, благо канцлера в городе нет. Но у Даррена оставалось на сегодня еще одно очень важное дело, и его стоило как можно скорее выполнить. Поэтому с тяжким вздохом Морок наскоро поел в ближайшем ресторанчике и вышел оттуда уже под очередной маской неприметного жителя средней руки. До борделя добрался без проблем и легко проник в здание через черный вход, теперь под личиной местного работника. Дом удовольствий только-только начинал свою работу, в каких-то комнатах уже горел свет, и Даррен надеялся, что королева сегодня точно не появится тут со своей любовницей. Конечно, особые апартаменты охранялись магией, правда, средненькой по уровню, и лучшему шпиону Себастьяна не составило труда справиться с защитным контуром. Аккуратно распутав магию, он приоткрыл дверь и проскользнул в полутемное помещение.

Любовное гнездышко состояло из гостиной, спальни и ванной, и на тщательный осмотр у Даррена ушло прилично времени. За окном уже окончательно стемнело, и стрелки часов подбирались к одиннадцати вечера. Но его усилия все же были вознаграждены, тетрадь в кожаном переплете обнаружилась в шкафу, под фальшивым полом, скрытая несколькими слоями маскирующей магии. Только хамелеона такими штучками не обмануть, может, обычного мага и получилось бы, но не Морока. Как ни велико было желание прямо сейчас посмотреть находку, Дар покинул апартаменты, поправив все обратно как было. А вот спускаясь по лестнице мимо холла, он услышал занятный разговор мадам Шонье по переговорному артефакту… С баронессой де Лаурель. Кажется, леди изволила заказать мальчика прямо на дом? Даррен даже не стал задаваться вопросом зачем, при наличии любовника, только сегодня покинувшего город, все инстинкты взвыли, и прежде, чем он успел понять, что делает, едва закончился разговор, выступил из тени, почтительно склонив голову.

– Мадам…

– О, ты вовремя. – Она обернулась и смерила его внимательным взглядом. – Поедешь по этому адресу, леди желает развлекаться, – распорядилась хозяйка борделя, махнув рукой. – Иди, поживее! И учти, если баронесса останется недовольной, не получишь ни копейки, – предупредила мадам Шонье.

– Не извольте волноваться, мадам. – Морок с предвкушением усмехнулся. – Леди останется очень довольна.

До дома на улице Роз он добрался пешком, и, уже приближаясь к крыльцу, решительно убрал все маски, ограничившись лишь отводом глаз – осторожность никто не отменял. За домом вполне могли следить люди Армана, пусть даже он сам в отъезде. Ну а поднявшись и позвонив в дверь, Даррен едва дождался, когда она откроется, и сполна насладился растерянностью на лице Вивьен, когда леди увидела его на пороге. Без всяких масок и иллюзий, с настоящей внешностью. Она же выглядела роскошно в тонкой, соблазнительно полупрозрачной ночной сорочке, под которой наверняка ничего больше не было, с распущенными светлыми волосами и порозовевшими щеками. Вивьен замерла, недоверчиво уставившись на позднего гостя, а Даррен шагнул вперед, с трудом удержавшись, чтобы не схватить ее в охапку сразу же, без всяких разговоров.

– Значит, развлечений желаете, госпожа баронесса? – вкрадчиво спросил он и ухмыльнулся, глядя прямо в широко раскрытые, недоверчивые глаза женщины. – Продолжим то, что мы так и не закончили, мм, Вив?

Они оба знали, что никуда она уже не денется сегодня, да и не только сегодня. Даррен был уверен, одной ночи и ему, и ей будет мало, и вообще, он не собирался ограничиваться одним сексом. Морок хотел знать все о Вивьен и планировал начать с сегодняшнего дня. Она между тем сделала осторожный шаг назал, во взгляде мелькнуло странное выражение, и Даррен закрыл за собой дверь, отлично поняв, о чем она только что подумала.

– Что, прикидываешь, как бы выставить меня за дверь, Вив? Не выйдет, – и он покачал головой. – Я знаю, что Армана нет в городе, и сегодня я останусь здесь.

Даррен собирался заставить Вивьен забыть объятия канцлера, и без промедления подхватил слабо ахнувшую женщину на руки, направившись к лестнице. Эта ночь обещает быть очень длинной…