27. Сила в зените.

Жизнь во дворце не для меня. Она затягивает и прогибает под свои правила. А окружающие ведут себя не так, как я привык на острове. Они хорошо скрывают что у них на уме на самом деле. Мне все время видится на их лицах презрение и насмешка. Говорил себе, что стану сильней. Буду уверенно смотреть вперед и не позволю больше ранить себя. Но осуществить это оказалось непросто.

После очередного заседания все ушли из залы, оставив нас с Арком наедине.

− Ну вот. Наместник снова ушел раздосадован. Он при каждом удобном случае поднимает тему трона, а я такой нерешительный… − Я вздохнул, пытаясь собраться с мыслями.

После приезда мне сразу дали понять, что дядя и Нар могли бы стать советниками, если я так пожелаю. Но, именно меня до сих пор считают главным претендентом на трон. Я не знал, как поступить чтобы не подвести тех, кто на меня положился, но остаться верным себе?

− С моего места все выглядело не совсем так. – Ответил дядя, посмотрев на меня с прищуром. Он до сих пор наблюдал за моими метаниями, но не спешил навязывать свое мнение.

− И как же я выгляжу со стороны?

− Как человек, столкнувшийся с трудностями и решивший не идти самым легким из путей.

Я задумался, но так и не нашелся что ответить. А дядя на этот раз не спешил уходить. Расположившись поудобней в кресле, он продолжил.

− У тебя доброе сердце, Эрит. Чужая боль для тебя как своя. Ты всегда заботился в первую очередь об окружающих. Но с недавних пор кое-что изменилось. Я сказал бы, что ты стал немножко жадным. И теперь больше прислушиваешься к своим желаниям. Поэтому противишься решению, которое приняли за тебя. Выжидаешь, ищешь другой путь. Не знаю, причина изменений в пережитых тобой событиях, − он помрачнел, остановившись ненадолго. – Или, может, это заслуга твоей необыкновенной жены.

− Это плохо? То, что я такой упрямый.

− Ни в коем случае. Прежний Эрит согласился бы занять трон потому, что так нужно людям. Только вот, ты скорее всего превратился бы в «доброго» короля из которого подчиненные вьют веревки.

− Ты говоришь о наместнике?

− Обо всех, кто окружает нас во дворце. Я не имею ввиду что за каждым действием нужно искать злой умысел. Но и нельзя разрешать собой управлять. Нужно уметь принимать собственные решения. И это как раз то, что делаешь ты. – Он играючи постучал пальцами по столу, будто решая стоит ли продолжать. – Эрит, у тебя есть много качеств нужных королю. Не спорь, я действительно так думаю. Ты располагаешь людей к себе. За тобой пойдут. Да хотя бы затея с ошейниками, которую уже готовы поддержать.

− Это веление Мира.

− Не об том речь. Такое решение ослабит империю. Ведь неумелые маги станут головной болью Совета на много лет.

− Но, насколько нам известно, рабы сильные маги. Разве империя не выиграет от этого.

− Не забывай, что их много лет угнетали. Стоит ли свободным имперцам ожидать от них благодарности за возврат магии, которую сначала так коварно отняли вместе с годами жизни?

− Если все так. Совет тем более не согласится на такой шаг.

− Ну, на каждого можно надавить, если знать, чем. Представь сколько недовольства вызовет новость, что эта их проверка артефактом полная чушь. Если в нужный момент об этом сообщить. Но, мы отвлеклись.

− Да. Ты убеждал меня стать королем. А ведь на острове сам предложил выбрать кого-то другого.

− В тот момент ты был слишком ошарашен происходящим. Теперь можешь все лучше взвесить. Увидеть своими глазами. А по поводу меня − все понимают, что для едва не развалившейся страны ты подойдешь больше, чем своевольный дикарь.

− Но, ты не такой.

− Многие с тобой не согласятся.

− Так докажи, что они ошибаются.

− Я не собираюсь отбирать у тебя трон, Эрит.

Наконец я понял, что дядя думает в первую очередь о моих интересах.

− Но, я ничего не знаю о правлении страной.

− Думаешь, все короли сразу знали, как править? Для этого есть советники, друзья. Зато, используя власть, что сама идет к тебе в руки, ты можешь сделать королевство таким, как видишь его именно ты. – Пусть его слова немного успокоили меня, но мысль о жизни во дворце все еще была чужда сердцу. Арк понял, что слишком давит. − Ты достоин короны, и со всем справишься. А я буду рядом. Но, если посчитаешь, что это не та жизнь, которая сделает тебя счастливым, я поддержу твой выбор.

После разговора я направился на тренировочную площадку. Нужно было отвлечься, чтобы разобраться в себе. Может я и вправду смог бы… Если ненадолго забыть о том, что все ждут от меня. ХОЧУ ли я на самом деле управлять страной? Ведь у меня есть верные друзья и семья, ставшая мне опорой. Я ни в чем больше не ограничен, а к моему слову прислушиваются самые влиятельные люди страны. Поглощенный своими мыслями я дошел до внутреннего двора замковой крепости. Только в нужное помещение попасть мне не дали.

− Принц Эрит, − говоривший стражник почтительно поклонился прежде чем продолжить. Я давно заметил, что у выходцев из простого люда отношение ко мне было получше чем у знати. − Эта женщина очень просила о встрече с вами. Но, если вы прикажете, ее уведут.

Ко мне подошла регеланка. Она была привлекательна. Ее маленькие плечи и худой стан, даже слегка бледноватая кожа придавали ей изящества. Вот только грустный взгляд никак не вязался с внешностью. Он всколыхнул во мне что-то забытое, растекшееся внутри тревожным предчувствием.

− Дней силы вам, принц. − Она заговорила первой несмотря на волнение.

− Дней силы. Мы раньше встречались? − Возможно она бывала на вечеринках куда меня привозили. Пусть. Я устал боятся.

− Нет. Мое имя Игга Киврин. Я была женой… первого советника.

Прятать мое удивление не имело смысла. Жена Дегиера, моего мучителя, стояла передо мной.

− Зачем вы пришли?

− Чтобы поговорить с вами.

Я кивнул, соглашаясь. Направился к лавочке неподалеку, пытаясь предугадать что могло понадобится этой женщине от меня. Моя собеседница остановилась на расстоянии. Я видел, как она собирается с духом чтобы снова заговорить. Унять дрожь в голосе у нее так и не вышло.

− Возможно вы не знали за что… этот мужчина был изгнан. − При упоминании мужа она поморщилась так и не назвав его имени. − Я сама услышала слухи только после свадьбы и отказывалась верить. Но недолго.

− И какова была причина?

− Его первая жена не вынесла семейной жизни и убила себя. Но, никто не мог доказать его вины. Ваш отец поступил верно тогда... Но, после его смерти, Дегиер нашел способ вернутся. К тому времени слухи о нем поутихли и, когда он обратился к моим родителям, все решили, что для меня это чудесная партия… Вскоре я стала пленницей в его доме. Месяцы до коронации вашего брата я плохо помню… − Крупные слезы уже катились по ее лицу. Но женщина не обращала внимания на это. Лишь тонкими пальцами теребила шейный платок чтобы чем-то занять руки. Я подошел к ней и осторожно коснулся ее плеча, боясь напугать вместо того чтобы утешить.

− Вы не обязаны рассказывать. − О том, на что способен ее муж я отлично знал. Только никогда не задумывался, что у него может быть семья.

− Нет я… хочу сказать. После коронации все изменилось. Он больше не прикасался ко мне. Только унижал по-другому. Возвращаясь домой, приказывал сидеть у его ног и слушать… обо всем что делал с вами. − После этих слов я вздрогнул. А женщина продолжала говорить, отрешенно глядя перед собой. − Это тешило его самолюбие. Власть надо мной. Возможность выбора − сделать мне больно или просто напугать.

Игга задрожала еще больше. Мне показалось, что она вот-вот упадет и сам не осознавая своих действий, я прижал к себе это маленькое средоточие отчаяния. Хорошо, что мы не в империи, где за такое уже бы снова угодил в рабство. Теперь я понял, что не так было с ней. Я видел этот взгляд у рабов в Городе Утех. Так смотрят люди, потерявшие интерес к жизни. Те, кто забыл значение слов: надежда, радость, любовь. С момента казни минуло больше года, но Игга так и не смогла перевернуть эту станицу.

− Я сожалею. − Еле нашел в себе силы на короткую фразу.

Я отступил на шаг, но взволнованный взгляд приковал мольбой.

− Как вы справились? Как смогли продолжить жить… нормально? Я не… знаю…

Теперь я понял, зачем она пришла. Но, что же ей ответить? В двух словах не объяснить, как и почему я смог прийти в себя, освободится от груза собственной памяти.

− Мне помогли принять прошлое.

− Принять? – Игга недоумевая посмотрела на меня.

− И еще… я научился больше ценить себя. – Я вспомнил слова дяди о том, что быть жадным не всегда плохо. И понял, что он прав.

− Конечно. Вы будущий король и очень важны для страны. − Она слабо улыбнулась.

− Я говорю не о троне. А о том, что произошло с рабом. С ничтожным, бесправным, умирающим куском мяса.

И я рассказал ей о Еугении. О нашей встрече и вынужденной свадьбе. О перевале и острове. А женщина слушала, поражаясь открытиям, что привели меня к тому где я сейчас. Не знаю верно ли я поступил, поделившись всем этим. Но мне хотелось, чтобы она поняла − жизнь нельзя тратить на сожаления и страхи. Они тянут к нам свои когтистые пальцы из прошлого, намереваясь схватить, опутать, задержать. И если все время оглядываться на произошедшее продолжая идти вслепую, ничто не спасет от падения.

Только после разговора я осознал, что мой злейший враг был побежден. Нет, не тот, кто совершил надо мной насилие. С ним у Мира были свои счеты. Моя победа касалась чувств. Ведь люди, поступавшие со мной бесчеловечно и жестоко, считали, что у них для этого есть достаточные основания. Они были уверены в своей правоте. Но − заблуждались. Понимание, что причина никогда не была во мне, окончательно отсекло все сомнения и освободило меня. В отличии от Игги, меня больше не терзает боль от воспоминаний. Они лишь вызывают досаду и грусть. А еще побуждают помочь другим так же, как помогли мне. Ведь эти оковы не снять в одиночку.

Когда мы узнали о том, что империя собирается развязать войну, все понимали, что даже если бы в бой пошел каждый регеланец, мы едва ли соберем число в пятую часть вражеского войска. И все же, принялись готовится дать бой. Первыми в нашу сторону выступили силы, собранные на южной части империи. Но, оказавшись у границ Регелана, враг не двинулся дальше. Об их присутствии говорили лишь редкие стычки с пограничными постами и нападения на ближайшие деревни. Как-то вернувшись из прогулки по замковым стенам, Ниа была очень взволнована.

− Это невыносимо. Откуда в людях столько злобы и ненависти? Почему никто не понимает, что в бою в первую очередь погибнут рабы и нанны, которые не смогут противится приказу? А настоящие враги за стеной империи.

− Они пришли чтобы уничтожить нас. Мы не можем бездействовать.

− Но, ты же понимаешь, как это несправедливо. Сколько еще боли должны вынести эти люди? Почему Равновесие допускает подобное? Почему страдают те, кто не заслуживает такого, а другие… Я думала, Мир хочет спасти рабов. Для этого мне и показали, насколько велики их мучения.

Она всхлипнула, стирая ладонями слезы. Я понимал ее желание спасти всех и не знал, чем помочь.

− Принц, − стражник растерянно наблюдал за нами. – Простите, мне велено доложить. Прибыли отряды из Подгории.

От такой новости приободрилась даже Ниа. На главной площади города толпились полторы сотни воинов, пока их распределят по казармам. Меня представили командиру Торису.

− Честь для меня. − Сказал рыжеволосый маг. − Тут к нам в дороге прибилась девушка, утверждая, что она ваш друг.

Я опешил. Какая девушка? А заметив, как мужчина с опаской поглядывает на мою жену, даже разозлился. Еще слухов о моей неверности мне не хватало, помимо прочих. Но, прибывшая оказалась одной из ловцов, подруг Жи, то есть Жилиана. Ниа первой сжала ее в крепких объятьях. После чего, все на площади громко выдохнули. Первой шокирующей новостью от ловцов было то, что Жилиан, снова попал в рабство. Нарвался по глупости, заступившись за раба. Но его уже выкупили и сейчас он на пути к перевалу. Так вышло, что в одной из заварушек девушки потеряли свитки связи, поэтому не могли нам написать. Но, девушка привезла новые. Ниа быстро вывела несколько строчек, а получив ответ, не сдержала слез. Мне не нравилось видеть, как из-за этого мальчишки жена снова плачет.

− Ревнуешь? − Она посмотрела на меня с тревогой. Брачная связь иногда совсем некстати.

− Я знаю. Он дорог тебе…

− Дружба, тоже форма любви. Но он не займет твое место в моем сердце.

− Да. Его занял глупец, не видевший дальше своего носа.

Она улыбнулась, услышав это. Я прижался лицом к упругому животику. Он вырос настолько, что Нии уже было трудно дышать глубоко. Для нас близилось очень важное время. Как некстати эта война, когда меня распирает от счастья.

Мы позвали Арка и остальных, чтобы вместе услышать рассказ о том, как на самом деле погиб император. Оказалось, в империю ловцы уехали в кубе. Так они оказались в Аденмаре втрое быстрее чем Ниа в свое время.

− Конечно до правителя нам было не добраться. Но мы придумали план. Из тридцати советников особо приближенными к императору были меньше десяти. А остальные все время пытались выделится и заслужить его благосклонность…

− В том числе с помощью своих жен. – Ниа нахмурилась, вспомнив какой ловушки ей едва удалось избежать.

− Да. И мы решили использовать их чтобы ослабить власть. Но вскоре поняли, что недооценили решимость приближенных правителя. Узнав тайну императора, они не стали долго плести интриги, а сговорились. Его увели подальше от хранилища накопителей. А те, что были на теле, снять не составило труда. С жизнью император простился спустя несколько часов агонии, под присмотром «верных» скорбящих подчиненных.

− Смерть императора они представили в выгодном для них свете, и захватили власть. – Я подытожил то, что и так было нам известно.

− Верно. Тогда мы решили искать союзников. Только действуем более обдуманно, и тщательно подбираем тех кому можно доверять.

Я был рад каждому, кто готов встать на мою сторону. Так с осторожностью пополнялись ряды маленького отчаянного войска, как назвала их Ниа, с восторгом слушая рассказ. Не знаю благодарить за это Равновесие или стечение обстоятельств, но все складывалось в нашу пользу. Подгория готова всячески поддержать нас в этом противостоянии. А имея в шпионах ловцов мы сможем ослабить врага изнутри. Вообще сложно понять, чего Совет хочет добиться этой бессмысленной войной. Ведь империя получит меньше чем потеряет, даже одержав победу. Регеланцы никогда не станут покорными рабами. А если страну попытаются захватить, врагу придется пожертвовать большей частью своих людей. Свихнувшийся из-за болезни император стремился обладать силой наших магов. А эти советники, похоже, просто хотят показать у кого яйца больше. Как же это бесит.

− Зачем было отправлять сюда стотысячное войско и оставлять его в лагере уже двадцатый день? − На очередном собрании наместник высказал мнение большинства. − Возможно враг пытается запугать нас или ослабить бдительность? Что говорят шпионы?

− Неизвестно почему они не атакуют. − Ответил Гил, ставший за это время начальником разведки. − Им дали приказ ждать. Но вот чего именно, выяснить не удалось.

− Принц Эрит, наша армия стоит на полпути к границе. Все ждут вашего слова.

− Разве не вы, наместник Маэт, все еще правитель страны? – С каждым днем наместник все больше настаивал на моем участии в принятии решений.

− Мои полномочия потеряли силу, когда я признал вас наследником. Простите что не сказал раньше. Пусть и не коронованы, по праву вы уже при власти.

Я даже не удивился. Значит именно я должен отдать приказ атаковать. Развязать войну. Должен сделать выбор и все присутствующие мне твердят, что другого пути нет. Они ведь намного опытней меня во всем, что касается управления страной и ее защиты.

− Хоть мы и уступаем им в численности, но не в силе. − Арк решился поторопить меня, зная, что к нему я больше всех благосклонен. − Но это пока не пришла вторая часть войска, которую сейчас переправляют по морю из северных земель империи. Тогда пробиться на материк возможности не будет. А в Подгории ждут еще несколько сотен воинов.

− Тем более, сейчас враг потеряли бдительность. А когда выжившие обратятся в бегство, укрепим границы и соберемся с силами для следующего боя. Нужно ударить первыми и показать, чего…

Шум в коридоре привлек внимание, не дав наместнику договорить.

− Корабли горят. – Пояснил вбежавший стражник.

Мы бросились на смотровую башню. Зарево пожара освещало вечерний город. Вместе с кораблями пылал весь причал, видимый из замка, как и вода вокруг.

− Разве их так легко сжечь? − Спросил кто-то из министров. − На них же защитные плетения.

− Должно быть враги использовали особый магический огонь. Подготовились.

− Это не все. – Выдохнул Гил, сосредоточено перечитывая несколько свитков. У него были смотрители в каждом городе и на границе, поэтому он первым узнавал все новости. − Пожары еще в троих гаванях. Все большие корабли уничтожены. Из границы сообщают что Апрен в осаде, а дороги к Подгории полностью перекрыты. Войско врага пошло в наступление.

Дав себе несколько минут все осмыслить, наместник обратился ко мне.

− Наш народ последует за своим королем. Я готов огласить ваше решение. − Наместник был категоричен. Но и я на этот раз не собирался увиливать.

− Я пойду в бой как принц. Если мой путь − занять трон, то я хочу быть достоин этого. Так им скажите. − Я решил прислушаться к совету дяди. Раз уж обстоятельства не оставляют выбора − я буду править, но по-своему.

Может у кого-то и были возражения, но нас прервала моя жена. Она напуганной птичкой метнулась от двери в нашу сторону.

− Арк, свяжитесь с Гареном!

Дядя не стал спрашивать что-либо, только достал нужный свиток. Я приобнял Нию и помог сесть в кресло. Было очевидно, что на острове что-то произошло. Пытаясь успокоить дрожащую жену, я наблюдал как мрачнеет лицо дяди, получившего сообщение.

− Мы не успели. − Прошептала Ниа уткнувшись мне в плечо. − Салдана написала, что на них напали. Но… больше ничего.

Кто мог напасть на остров можно было догадаться. Но как мы можем помочь? Даже если союзники из Подгории вышлют кого-то, понадобится несколько дней. А наши корабли сгорели. Неспроста все это произошло в одно время. Что если враг думал, что наследник все еще на острове?

− Все обошлось. − Нарушил тревожное молчание дядя. − Дети были в лесу в момент нападения поэтому им ничего не грозило. Поселки разрушены, но никто серьезно не пострадал. Гарен догадался выпустить на берег несколько обратившихся. Из нападающих никто не выжил. Охрана обследует то, что осталось от корабля. Это были исследователи, отправленные на острова возле империи. Наш корабль, тоже разрушен.

Теперь стало понятно почему к ним не добрались эты. Всего один корабль, который не останавливался у берегов империи, а получив приказ сразу уплыл. Я тоже был взволнован судьбой близких, которые остались на острове, поэтому не сразу обратил внимание на отголоски чужой боли.

− Ниа?

Она не ответила, прислушиваясь к себе. Но и без слов я ощущал ее растерянность и тревогу. Лекарь появился раньше, чем я успел подумать о том, чтобы позвать его. Жену увели в лекарский зал.

− Не волнуйтесь, принц. Должно быть она сильно испугалась и роды начались раньше срока. Но мы к подобному готовы. Ей ничего не грозит. − Со мной говорил молодой лекарь, помощник мастера Гурла. − Мы позовем вас.

Я кивнул, но так и остался стоять перед запертой дверью, не решаясь сделать хотя бы шаг. Вспомнил, что нужно унять тревогу чтобы не «поделится» с женой. Дядя показался в коридоре.

− Сборы начались. И тебе тоже нужно подготовится. Я пойду с тобой в первых рядах. Выдвинемся, как только прикажешь.

Я подумал, что не зря его выбрали главным на острове. Дядя знал, когда нужно быть помягче, а когда необходима жесткая рука чтобы подтолкнуть в верном направлении. Вот и сейчас передо мной стоял не заботливый родственник, заменивший мне отца, а тот, кто привык отвечать за жизни многих и принимать непростые решения. Он встал ровно, гордый и уверенный в себе. Но, готовый подчинится мне − неопытному мальчишке. Спустя несколько минут Гил, наместник и командир Торис добавились в ряд молчаливых статуй, тоже ждущих приказа. Вот только, сейчас вся моя сущность рвалась к той, что сейчас за дверью дарила этому миру новую жизнь. Я был в замешательстве. Закрыл глаза пытаясь смирится с необходимостью отчаянных мер. Но внутри вопреки здравому смыслу звучали слова Нии о том, что рабы не должны погибнуть.

− Там много рабов? – Я догадывался что мне ответят.

− Да. − Командир Торис был раздражен. Он − человек действия, не привыкший столько рассуждать и взвешивать. − Но они не способны сражаться. Большинство из них больные и ослабленные. Их привезли из какого-то странного города рабов.

− Из Города Утех?

− Верно. − Гил заметил, как я дернулся, услышав про город, но сделал свои выводы. – Их никто не тренировал как воинов. Вдобавок рабы ослаблены дорогой. В лагере их кормили кое как, заботясь только о свободных. Поэтому ощутимой угрозы нашим воинам они не принесут. Их бросили вперед скорее для количества, и чтобы задержать нас. Ведь стихийные маги предпочитают вести бой на расстоянии.

Месяцы, проведенные в рабских бараках города, до сих пор вспоминались мне с горечью. Сколько жизней было там загублено. Конечно, никто не видел смысла волноваться о «мусоре», когда в город и так не иссякал поток «второсортного товара». Поэтому, рабов всегда оставляли без должного лечения. Но рабы всегда заботились друг о друге. Поддерживали как могли. После покупки у меня никогда не было ни единого шанса как-либо им помочь. А теперь я собираюсь убить этих людей? Защищая свою жизнь. Идя на поводу у тех, кто отправил сюда этих мужчин стать смертниками в угоду чьих-то амбиций. Я посмотрел на своих собеседников. Принятое решение уже читалось в их глазах, хоть они тоже ему не рады.

− Нужно попытаться спасти их. Мы сильные, умелые, образованные маги. Неужели нельзя найти другой путь? Используя все что у нас есть. Действуя вместе.

− Ну… − Гил замялся, не ожидая такого поворота. – Разве что обезвредить командиров, чтобы те не смогли отдавать приказы по ошейнику? На каждого из них приходится до тысячи рабов, привязанных к кольцу. И десятка два погонщиков-наннов. Только убивать нельзя. Они как защиту используют «последний приказ». Если командира настигнет смерть в бою, его рабы будут сражаться до потери сил или жизни.

Я знал, что обычно, если хозяин внезапно умирает, у стражей есть возможность изменить привязку кольца к другому владельцу. Но не в нашем случае.

− Тогда, может их усыпить. − Я посмотрел на Ториса, вспомнив об умении Нии, которым она не любит пользоваться. − Вы ведь незаметно применить немного сонного порошка?

− Думаю да. Так удастся избежать значительных потерь с нашей стороны. − Ответил мне командир Торис. − Но действовать нужно слажено, чтобы враг не разгадал наш замысел. Нужно отвлечь их.

− Они идут узкой колонной в направлении столицы. Через несколько часов будут у наших стен. Мы разделимся. Часть развяжет бой в носу колонны. Так мы замедлим ход и внесем сумятицу. Вторая часть займется командирами.

− Только, попытайтесь предотвратить потери среди рабов.

− Не волнуйтесь. Стараниями вашей жены, у нас достаточно артефактов, способных только вывести врага из строя. − Улыбаясь сказал Наместник. Как я понял, ему тоже понравилась идея избежать побоища.

− Остаток войска нужно разбить на небольшие группы. В ближнем бою у нас преимущество и щиты против стихийной магии. Уничтожить такое количество воинов не получится, но можем попытаться оттеснить обратно к границе. − Подытожил Арк.

Не прошло и часа с момента столкновения, как был дан сигнал, что командиры захвачены. Мои соратники продолжили бой, а мы с наместником увели пленных рабов. Мой младший доверенный, как теперь звучит его должность, пытался втолковать растерянным невольникам в каком положении они находятся. Рабов, которых «позаимствовали» у хозяев легко можно было отличить от бесхозных из Города Утех. Исхудалые, грязные и в лохмотьях они смотрели с безнадегой, ожидая от нас только худшего. Уверен, увели всех, кто кое как мог передвигаться. Страшно представить, сколько их там осталось, не имеющих возможности получить помощь.

− Маэт, распорядитесь чтобы их подлечили, хотя бы самых тяжелых. А еще дайте им воды и…

− И еды? Принц, с таким отношением вскоре все войско империи сдастся нам в плен.

− В таком случае мы будем только в выигрыше. − Я сделал вид что не понял его сарказма, но мне послали еще более красноречивый взгляд. − Я не прошу откармливать их, но необходимый минимум все же дайте.

− Как прикажете. − Он склонил голову и принялся давать указания.

А я тем временем направил свой взор на север. В сторону где сейчас возможно идет сражение. Я волновался за дядю и Гила, которые повели регеланские отряды. Внезапно, моя тревога отступила под напором всепоглощающей нежности, которая теплой волной растеклась по телу. Потом пришло удивление и благодарность. Мне захотелось обнять весь мир и улыбнутся ему. Наместник посмотрел с прищуром и как-то понимающе изрек:

− Я видел этот взгляд раньше. Кажется, вам следует поскорее вернутся в замок.

Дорогу обратно я не запомнил, взволнованный грядущей встречей. В коридоре, возле такой значимой двери, меня встретил тот же молодой целитель.

− Все прошло замечательно. Ваша жена сейчас спит в лечебном сне. Хотите взять на руки дочь?

− Какую дочь?

− Вашу.

Он умолк, видя, что радость моя померкла.

− Кхм. Принц Эрит. − Лекарь Гурл, который в отличии от юноши знал особенности моей семьи, дал знак ученику скрыться с глаз. − У ребенка нет знака проклятья. Сожалею.

Я только кивнул, показывая, что принял его слова. Направился в пустующий зал для собраний. Хотя, чего лукавить – попросту спрятался. Но остаться одному мне не дали. Пока я сидел неподвижно, рядом хлопотали слуги, спрашивая не нужно ли чего. Подходила Милина. А потом Арсен, верный и незаменимый слуга. Зло смотря на меня он о чем-то говорил. Но я не слышал. Я сидел и думал о разных глупостях. Например, напрасно спрашивал себя − когда? Когда она успела быть с другим? Ведь я у нее первый, а значит уже после свадьбы. Зачем тогда разговоры о верности? Лекари были уверены, что ребенок родился раньше срока. Но выходит, все случилось еще в империи. А ведь я был почти все время рядом. Отсюда второй вопрос − кто отец ребенка? Неужели Игрил? Или Отис? Ах да, был еще раб госпожи Верлии. Пришел Арк. Он что-то говорил о границе, был доволен. Но видя, что все без толку, сменил тему.

− Как ты, сынок? Зная Нию, уверен у нее были веские причины скрывать. − Арк говорил осторожно, опасаясь, что я могу сорваться.

− Я принял бы ее. В любом случае, дочь моей жены станет и моей тоже. Не понимаю, зачем было вводить меня в заблуждение.

− Вам следует поговорить.

− Угу… Что там на границе? Извини, я не слушал.

− Порядок. Не волнуйся. – Он усмехнулся как-то задорно. Это не могло не взбудоражить меня. Дядя заметил мой интерес и продолжил. − Когда вы увели рабов, у меня даже возникла мысль обратится, так сильно мы проигрывали числом. Но зверь не различает своих от чужих, да и деревни рядом. В общем, не лучшее решение. Мы рассредоточились согласно плану. Попытались вклинится в ряды имперских воинов. Как тут, они начали отступать. Бежали сверкая пятками вплоть до самого лагеря. Жаль, что ты этого не видел. Они-то пришли воевать, уверенные, что на расстоянии их никто не тронет. И никак не ожидали от нас такого хода − пленение рабов, живого щита за которым прятались их тощие душонки. И вот, им предстоит вблизи столкнутся с магами жизни способными одним касанием причинить немыслимую боль. А о нашей технике боя в империи ходят легенды. У страха и вправду глаза велики.

− Невероятно. Там же осталось больше половины войска.

− Да. А нас было почти вдесятеро меньше. Жаль только, что это не сработает во второй раз.

Мы помолчали. Я никак не мог поверить, что все так разрешилось. Бой, которого, по сути, не было. Но, к сожалению, это действительно еще не конец.

− Что делать с пленными? – Поинтересовался Арк, видя, что я уже более спокоен.

− Нужно попытаться договорится с командирами чтобы сидели тихо. На перевал отвести рабов мы пока не сможем.

− Ты хочешь их освободить? Так милосерден к врагу.

− Они не враги нам. Только не рабы. – Возможно, я допустил грозные нотки в голосе. Но мне не нравилось, что дядя, как и большинство, пренебрегал этими людьми. − Не забывай, еще недавно я был одним из них.

После разговора я отправился к жене ждать ее пробуждения. Дядя прав, нам нужно объяснится. Ниа спала, маня прикоснутся безмятежного облика. Окунутся в нем и на мгновенье забыть о всех условностях и обидах. Касание, вдох − мы вместе. Выдох − мы есть. Я понял умом то, что давно лежало на сердце: однажды познав себя частью целого, ты готов на все, чтобы этого не потерять. Совсем скоро она откроет глаза и свою правду, которую я приму не глядя.

В соседней комнате у детской кроватки хлопотала няня.

− Хотите взглянуть на младенца? – Спросила, узнав во мне своего почти короля.

Я кивнул, и направился к женщине. Но, почувствовав неладное остановился. Неуместная злость и знакомое давление магии, что пытается вырваться. «Только не снова». Я понял, что совсем скоро потеряю рассудок и сделал единственное, что было в моих силах − побежал.

Опять оплошал. За время жизни на острове я слишком расслабился. Зверь больше не казался чем-то неподконтрольным. И сейчас я расплачивался за свою беспечность. Перепрыгивая через несколько ступеней, я бежал по длинным коридорам в сторону замкового двора. Понял, что не успею скрыться в тюремных подвалах, которые нам служили вместо «ямы». Но, нужно придумать как избежать жертв. Мои мысли споткнулись об очередную ступеньку, вместе с телом скатившись по каменной кладке. Мне стало невыносимо плохо. Кровь, раскаленным металлом бурлила в теле. Вдруг меня ослепил свет, словно смотрю на Дневное Светило. Что это? Нападение? Снова поджог? Но как враги попали в замок? «Ниа! Ребенок!» − Набатом билось в уплывающем сознании. Я пытался закрыть лицо руками. Протер глаза, но стало только хуже. Свет все лился, пока глаза не «привыкли» к нему. Тогда я понял, что он идет из моих рук. Вернее, я весь светился, а все что находилось вблизи истлевало, превращаясь в огарок и черную пыль. Я понимал, что магия все больше дает себе волю. Превозмогая слабость поднялся чтобы выйти в замковый двор. В голове билась мысль, что должен спасти других от себя.