Глава 35

Напряжение между мной и отцом постепенно спадало, растворяясь в искренней радости от того факта, что он жив и здоров. Причём, происходило это во многом благодаря нашей новой знакомой. Светлана Сергеевна ловко переводила разговор в более безопасное русло, если он снова сворачивал не туда, и делала это настолько незаметно, что понимание приходило уже позже. К тому же не боялась ставить моего родителя на место, причём, мягко и ненавязчиво. А это не так-то просто сделать с человеком, привыкшим всю жизнь отдавать приказы другим.

В общем, мы ещё и часа не гостили в её доме, а я уже уважала эту женщину за стойкость духа, твёрдость характера и житейскую мудрость, которой у неё хватало на всех нас.

Мне было прекрасно известно, как порой сложно с отцом. Но она умело усмиряла его буйный нрав, то добрым словом, то мимолётным прикосновением.

Глядя на то, как родитель тает под её ласковым взглядом, как злость уходит из его души, сменяясь умиротворением, я всё больше понимала, почему он боится её потерять. Она одним своим присутствием и добротой делала его лучше, помогая светлой стороне личности взять верх. Как? Для меня было загадкой.

Возможно, сказывался опыт прожитых лет, а может, умение сопереживать. Так или иначе, но эта женщина своей искренностью и открытостью сделала то, что не удавалось до неё никому – заставила отца прислушиваться к себе.

Время стремительно бежало вперёд, и день уже давно перевалил за полдень, когда мы вышли из-за стола, сытые и довольные. Чаем дело не обошлось, и кроме пирогов нас угостили борщом и котлетами, размеры которых впечатляли. Впрочем, Даня и бровью не повёл, когда хозяйка подложила ему на тарелку добавку, и умял всё подчистую, давая понять, какие порции у него в почёте.

– Мамуль, а папа не лопнет? – с восхищением прошептала дочка, глядя на то, как кусочек за кусочком с тарелки Медведева исчезает вторая котлета размером с ладонь.

– Это ты, милая, кушаешь, как Дюймовочка, – рассмеялась женщина, – да и мама твоя тоже, поэтому худенькие такие. У нас заведено иначе. Порой от того, насколько сытно поест мужчина или женщина перед походом в лес, зависят их жизни. Вот наши и не размениваются по мелочам. Есть так есть…

– Любить, так любить, – с улыбкой добавил мой родитель.

– Да, именно так, – смущённо ответила Светлана Сергеевна. – Ладно, разговоры разговаривать – хорошо, но дела сами себя не сделают. Вы сидите, отдыхайте, а мне нужно сходить на луг, корову подоить.

Услышав это, Злата тут же встрепенулась.

– А можно с вами? – сложив ладошки у груди, попросила она и тут же обернулась ко мне. – Мамочка, пойдём? Это же так интелесно!

– Если Светлана Сергеевна не против.

– С чего я должна быть против? Идёмте, конечно. Как раз немного познакомитесь с нашим сельским бытом. Может, понравится, и решите здесь остаться. Природа у нас красивая, люди душевные. Развлечений, правда, маловато, зато грибов-ягод…

– А мы пока обсудим парочку вопросов с Данилой без лишних ушей, – добавил отец, с усмешкой покосившись на Медведева, на что тот безразлично пожал плечами, не выказывая ни тени беспокойства.

Оставлять их наедине было немного страшновато. Но не подерутся же они, в конце концов?

– Я рада, что Дима вспомнил прошлое и обрёл семью, – выйдя из калитки, произнесла женщина, придерживая подойник и поглядывая на то, как Злата пытается поймать бабочек, порхавших с цветка на цветок. – Человек без прошлого, как дерево без корней.

– Я столько слёз пролила, думая, что он погиб, – поделилась, сглотнув вставший в горле ком. – Но теперь всё в прошлом. Кстати, а как вы с ним познакомились?

– Я часто хожу в лес за лекарственными травами, собираю для себя и соседей, – начала она неспешно свой рассказ. – Лекарства сейчас дорогие, так что готовлю настойки и вытяжки, сушу… В общем, выкручиваемся здесь сами, как можем. В один из дней и увидела его, лежащего без памяти неподалёку от болота. Дотащила волоком до дома, выходила… Он очнулся, но даже имени своего не вспомнил. На голове была рана, видимо из-за неё и случился провал в памяти. Ты упомянула в разговоре про самолёт, и я вспомнила, что за пару дней до этого видела, как пролетал один, цепляя макушки деревьев. Видимо, на нём и летел твой отец.

– Получается, он несколько дней пролежал без сознания в лесу? – ужаснулась я, вспоминая волков.

– Вряд ли. Скорее всего, сначала бродил по округе, а потом свалился без сил. Вот меня судьба и привела к нему на помощь.

– Спасибо вам, что не оставили отца в беде, – искренне поблагодарила я.

– Да не за что, милая. Любая на моём месте поступила бы так же.

– Это вряд ли, – пробормотала себе под нос.

– Не веришь в человеческое милосердие?

– Верю, но знаю, что есть оно не у всех. Убедилась на личном опыте.

– Сочувствую, милая. Порою жизнь бывает не простой, но мы должны быть сильными и верить, что после тёмной полосы, обязательно наступит светлая. Случай с твоим папой тому пример.

– Да, согласна, – кивнула я, вдыхая полной грудью прохладный воздух, наполненный ароматами луговых трав. – И очень надеюсь, что эта полоса задержится в нашей жизни подольше.

– Так и будет, милая, так и будет.

– Ой, мамочка, смотли, какие большие лога у этой коловы, – с восхищением воскликнула Злата, разглядываю пасущуюся на лугу животинку, к которой мы подходили всё ближе.

– Это Зорька, – с улыбкой произнесла Светлана Сергеевна и корова, словно узнав голос хозяйки, тут же подняла голову, радостно замычав. – А вот и Борька, – указала она на телёнка, выскочившего нам навстречу из кустов. – Приходится привязывать их подальше друг от друга, а то, хитрец такой, привык тянуть молоко из мамки, и на траву даже не смотрел. Пришлось исхитряться.

Перепрыгнув маленький ручей, из которого телёнок жадно начал пить воду, мы всем нашим дружным женским коллективом подошли к корове, тут же потянувшейся за лаской к хозяйке.