3

Соломон

Конечно, я прекрасно отдавал себе отчет, что вел себя сегодня весь день как полный кретин, но я очень переживал за Аню. Особенно, когда она пыталась делать вид, что не волнуется и храбрилась до самого момента, пока медсестра не забрала ее на УЗИ и ряд несложных обследований перед операцией. На интуитивном уровне ощущал все ее тревоги, и потому что втройне переживал за все. Смотрела на нее такую маленькую и хрупкую, и сердце сжималось, что ей предстояло вынести. Я ни разу на операционном столе не был и не хотел бы на том оказаться. Поднялся наверх в предродовую палату облаченный в халат, бахилы, ощущая себя ученым попавшим в закрытую лабораторию и встретился с Аней глазами, и понял, что сейчас пришло время в первую очередь мне собраться с духом и поддержать мою малышку. Помог ей надеть компрессионные чулки на ноги, попросил медсестру, которая зачем-то все время торопила и подгоняла нас, оставить на пять или десять минут одних. Подбородок моей девочки дрожал, а на глазах выступили слезы. Вот кажется и слетел ее твердый панцирь. Стер кончиком пальца слезы с ее лица и приобнял. 

- Ну и что ты плачешь? - тихо спросил я.

- Просто так. Мне сейчас делали УЗИ, сказали, что одна из девочек легла поперек, я бы все равно не смогла родить сама...

- Ты бы и так не смогла родить сама. Врачи не будут же перестраховываться просто так. Ты жалеешь, что ли, что тебе естественные роды противопоказаны? - удивился я.

Она коротко кивнула и шмыгнула носом.

- Просто страшно… немного.

- Я буду рядом, не бойся. Хорошо? Через час мы уже станем родителями. Я говорил с твоим врачом, у тебя будет спинальная анестезия, ты будешь в сознании, а я буду рядом и держать тебя за руку. Договорились? 

Аня снова кивнула, тяжело вздохнув.

- Я готова. Не могу больше ждать и трястись от страха. Зови медсестру и поехали в операционную.

Мне казалось, что я сплю, а все происходящее вокруг реалистичный сон. На моих глазах Аня превратилась из слабой женщины в сильного и выносливого человека готового перенести любую боль ради детей. Раньше я и представить не мог через что проходят женщины в момент, когда дают жизнь новому человеку. Это был титанический труд, как если бы мне поручили сдвинуть с места глыбу весом в тонну центнеров, что естественно было не по моим физиологическим способностям. Я присутствовал на родах Аси. Видел муки Наташи. А теперь вот и с Аней проходил этот путь. 

Врач, проводивший операцию, показал нам первую девочку… и на моих глазах выступили слезы счастья. Как же она была прекрасна... В голове не укладывалось, что это маленький синий комочек – наша дочь. Вторая девочка тоже блеснула своей красотой. Обе кряхтели и пищали как маленькие и слабые котята. Я смотрел на детей во все глаза, не веря, что это были наши девочки… наши дочки... Сердце замерло от восторга. И не уверен, что хоть когда-либо теперь отомрет. 

- Аня… Они прекрасны… - я наконец-то обрел дар речи. – Я люблю тебя, - я испытывал безграничную нежность, и непередаваемый шквал чувств уже к трем девочкам, самым лучшим, самым любимым на свете. Разве возможно описать словами чувства той невероятной любви, что переполняла сейчас мое сердце?

- Игорь, вы можете пойти с нами и посмотреть на детей, пока врачи займутся Аней, – предложила Ирина Артуровна. 

Я вышел из палаты на ватных ногах и отправился вслед за врачом. Чувство эйфории и радости меня не покидало и наверно не скоро ещё отпустит. 

- Поздравляю! Чудесные девочки! Дети не рассекречивали свой пол вплоть до тридцатой недели, как истинные барышни держали интригу до самого конца. Скромницы, не иначе! - щебетала врач.

- Да, все в мать. Спасибо! – мне не верилось, что я стал отцом. – И Вам огромное спасибо за девочек, за Аню… 

- С ними всеми все будет в полном порядке, - заверила Ирина Артуровна. – Малышкам необходимо побыть под наблюдением, окрепнуть, и тогда мы переведем их к матери и как только они будут готовы, приложим их к груди. А пока вы можете приходить в детское отделение и смотреть на дочек. 

- Они такие крошечные…

- Да, вес маловат, но при должном уходе они быстро наберут нужные граммы. А потом вы все вместе отправитесь домой.

- Спасибо, - я еще раз поблагодарил врача.

Через большое стекло, наблюдал, как девочек по очереди укладывали в прозрачные кювезы и подключали к мониторам. 

Интересно, Аня уже придумала им имена? Наверняка ведь придумала?

Помимо наших дочек, рядом лежало еще несколько малышей. Возможно, не уйди я сегодня с Машей на речку и Аня доходила до нужного срока, а детей не пришлось бы держать вдали от матери, - думал я, глядя на беззащитных крох. Сердце сжималось от любви к этим двум маленьким существам. Такие чувства я уже испытывал однажды, и эту безусловную любовь ни с чем нельзя было перепутать. 

Какое-то время я стоял, наблюдая за  детьми, и мне казалось, что мир замер. Некоторые моменты все же имеют привкус вечности. Такими маленькими какими они были сейчас - они больше не будут никогда… 

Вышел из детского отделения, взял в руки телефон и позвонил родителям.

- Аня родила, - услышал восторженный возглас Маши. Кажется она прыгала от радости, что-то громко верещала, но я не мог разобрать и слова. Сказывался напряженный день. Но теперь частично многие страхи и переживания остались позади. 

- Правда? Ну, наконец-то! С ней и детьми все в порядке? - выдохнула мама.

- Да, все будет хорошо. Но малышки пока под наблюдением врачей. 

- Ты их видел? - сыпались вопросы от родителей.

- Да, я был с Аней в момент их рождения.

- Поздравляю! – произнес в трубку рядом стоящий отец. – Я рад за вас, сынок, - в его дрожащем голосе послышалась гордость и у меня снова защемило в сердце. Давно я не вызывал у него чувства гордости. Но кажется теперь попал под амнистию?

- Спасибо! Я еще побуду здесь немного и приеду к вам завтра. Дождусь, когда Аню переведут в общую палату. До связи. (30954)

- До связи, сынок. Будем ждать!

Я написал Стасу смс, что стал отцом и Аня родила девочек. На еще один разговор у меня просто не было ни сил, ни желания. 

Ноги сами привели в палату интенсивной терапии, где Аню оставили на несколько часов. Мне хотелось посмотреть на нее хоть одним глазком. До сегодняшнего дня я не задумывался, о том, какой сильной была моя девочка, и какую значимую роль играла в моей жизни. Столько раз я недооценивал ее, считал хрупкой, слабой, но сегодня, понял обратное – из нас двоих слабым и безвольным все это время был я. Это мне впору было поучиться у Ани выносливости и стойкости. Столько всего взвалилось на ее плечи: смерть родителей, новая обстановка и жизнь, я, удар с той новостью о ее родственнике, беременность, роды… Но она как стойкий оловянный солдатик крепко стояла на ногах и вместе с тем протягивала ко мне руки и поднимала меня с колен. Только рядом с ней я понял, что окончательно вернулся к жизни. Аня подарила нам двух детей… И да, возможно, женщины и мужчины по-разному относились к собственным детям, но что любили одинаково сильно – в этом я теперь нисколько не сомневался.