Глава 34

Уже следующим утром, вспомнив про нападение Наталки, и про обиды, почувствовала себя немного глупо, сама не знаю, что на меня тогда нашло. Сейчас я могла только посмеяться над тем забавным происшествием. Ну, не кинулся Николас меня утешать – не настолько мы уж с ним близки, но и к ней не подошёл, даже не глянул в её сторону.

Думаю, он просто растерялся. Не раз бывала свидетелем, какими беспомощными становятся мужчины рядом с разъярёнными женщинами.

А я тоже хороша, нет бы свести всё к шутке, я же видела, как ему было неловко. Сейчас, отпустив ситуацию, я даже хмыкнула. В прошлой жизни даже не обратила бы на это внимания, но сейчас, время от времени во мне просыпались черты прежней Софи.

Поэтому, спрятав так некстати проснувшийся образ юной девушки поглубже, я отправилась завтракать. Дел невпроворот, приближается время очередной поездки в город, нужно как следует подготовиться.

После выплаты жалования рабочим, денег в моём кошеле почти не осталось, а запросы тем временем росли. Росли и запасы соли на складе. С наступлением жары работать на озере становилось всё труднее. От испарения одежда солесборщиков покрывалась тонким соляным слоем, разъедая кожу. Любая царапина воспалялась и долго не заживала.

Даже верёвки не выдерживали, приходилось то и дело их заменять. Но тем временем соляные кристаллы становились намного крупнее. Собирать их было проще, да и выход продукции увеличился. Дошло до того, что парни не могли за один раз вынести с топей всю дневную добычу, приходилось возвращаться.

У нас уже не хватало мешков. В ход пошли старые куски ткани. Каждый день из деревни приходили две сельчанки и шили, шили.

Передо мной стал нелёгкий выбор, чтобы не привлекать внимания я сама же ограничила количество вывозимой в город соли. Но мне очень нужны были деньги и я решила нарушить свои ограничения.

- Только один раз, – обещала я себе. – Вот купим лошадь и крепкую повозку и снова уйдём в тень. Главное, чтобы у Санька нашлась наличность, впрочем, часть выплат всё равно заберём товаром.

Утром, ещё затемно, соль погрузили на телегу, прикрыв сверху толстым слоем сена, и для правдоподобности кинули несколько мешков с шерстью, которые мы уже не первый раз возим туда-сюда.

Несмотря на раннее время, в доме никто не спал. Ханна собрала нам в дорогу корзинку с едой. Я просила бабулю не вставать в такую рань, но она вместе с Уляной вышла на крыльцо, нас проводить.

Мы специально выехали пораньше, до самого пекла. Вечерняя духота спала и в воздухе разлилась относительная прохлада. Лошадка неспешно брела по дороге, телега мерно покачивалась, убаюкивая. Устроившись поудобнее, я задремала.

Проснулась, когда уже рассвело. Не мы одни спешили попасть в город до начала жары, движение на дорожном тракте было довольно оживлённое. Впереди и следом ехали телеги с сонными седоками. Иногда на глаза попадались крытые кибитки, вот бы нам такую!

Вскоре показался пригород, мы привычно поехали в обход рынка, ближе к ангару Санька. Он меня уже ждал, на столе стояли ещё горячие булочки и мой любимый чай, так что я вкусно позавтракала, а собранные Ханной припасы достанутся Григору и дядьке Тарасу.

Они уже приступили к выгрузке, и вместе с помощниками Санька таскали соль на склад. Он немного удивился, что груз был намного больше обычного, а я ещё раз намекнула, что неплохо было бы расширить рынок и начать торговлю в соседних городках.

Впрочем, в остальном всё было как обычно, ничего не вызывало тревоги. Узнав, что я хочу купить лошадь, Санёк отправил с нами своего охранника. Он, кстати, тоже стал выглядеть немного иначе. Новая чистая рубаха, начищенные до блеска сапоги. Кажется, даже бороду расчесал!

В этой части рынка я ещё толком не была, так, проходила мимо. Загоны, загоны, загоны в которых блеяли, мычали, кудахтали. Запах тут стоял соответственный.

Лошадей на продажу было немного. Я удивилась, какие они все разные – от тонконогих скакунов, до приземистых лохматых лошадок. Право выбора я доверила старосте, из нас троих в лошадях он разбирается лучше всего.

Его внимание привлек неказистый низенький конь, я бы на такого даже не глянула.

- Пусть не быстрый, но выносливый, - пояснил дядька Тарас.

Такие лошадки были выведены в горах, легко преодолевали самые трудные перевалы, не боялись ни жары, ни мороза. А этот конь к тому же был совсем молодой.

Дядька Тарас внимательно осмотрел у коня все ноги, уши, зубы, даже под хвост заглянул и остался доволен.

- Если брать, то этого! Добрый коник.

Я видела, как у торговца уже заблестели глаза, за коня он просил довольно приличную сумму и решила попробовать сбить цену.

- Больно он страшненький! – я нахмурилась, придирчиво разглядывая коня и надувая губы. – Может, других посмотрим?

Староста отлично меня знал, тут же разгадав мою игру. Он только развёл руками.

- Воля ваша, хозяйка, можно и других. Вон тот тоже неплох, - он указал на лошадку в соседнем загоне, принадлежавшую другому торговцу.

В результате, цену мы сбили почти на треть и теперь довольные возвращались с покупкой к своей телеге.

- Как это у вас ловко получилось!

Посмеивался дядька Тарас, вспоминая, как я делала вид, что ухожу и торговец буквально хватал меня за рукава, не желая терять выгодного покупателя.

Потом мы выбирали повозку. Цены, я скажу, на них тоже были немаленькие! Поэтому, новые я отмела сразу – слишком дорого, остановив свой выбор на довольно вместительной кибитке с выгоревшим и кое-где заштопанным тентом на гнутых дугах.

Пусть, не карета, но уже и не открытая телега. Крытый верх мог защитить и от солнца, и от дождя, и от любопытного глаза.

Настроение было просто отличное, поэтому отложив часть денег на зарплату рабочим, я занялась покупками по списку. Конечно, не удержалась, купила гостинцев для бабушки, новую юбку и несколько блузок для себя. Мёд, сладости.

Я так радовалась каждой мелочи, что совершенно не замечала следившего за мной внимательного взгляда. Тем более, народа на рынке было полным полно.

В результате и телега, и кибитка были нагружены покупками. Переждав самую жару, мы отправились в обратный путь. Я уже предвкушала, как бабушка обрадуется подаркам, не обращая внимания на пристроившуюся позади повозку, их тут было немало.

Когда город остался далеко позади, и движение на дороге стало не таким плотным, повозка немного отстала, а когда мы свернули к своей деревне, вовсе проехала мимо.*

Чуть погодя повозка вернулась к перекрёстку, сидящие в ней двое мужчин проводили взглядом едва видневшийся вдали полог кибитки.

- Что там? – спросил тот, что помоложе и посмазливей.

- Деревня вроде, - ответил второй, - я думал, там уже никто не живёт.

- Почему?

- Да, земли, говорят, там гиблые.

- Ну, судя по гружёным телегам, не такие уж гиблые! – хохотнул молодой. – Как думаешь, кто она такая?

Второй задумался.

- Судя по одежде – обычная сельчанка, но те двое, что были с ней, называли её хозяйкой.

- Откуда у сельчанки такие деньжища? У меня братка в кузне работает, говорит, заказала им огромную железную бочку, да ещё вперёд заплатила! Вот, зачем ей бочка? Да ещё и железная…

- Да кто ж его, знает. Все бабы-дуры!

Вынес вердикт второй и, цыкнув, сплюнул сквозь щель между зубами на пыльную дорогу.

- И всё же, откель у неё деньги и есть ли ещё?

- Думаю, дочка это торговцев хлопком. Видать, мамка с папкой померли, она наследство получила, вот и шикует!

- Тогда поспешить надобно, как бы всё не разбазарила! – глаза младшего загорелись жадным блеском.

- Вот что сделаем, приоденем тебя, поедешь в деревню и представишься скупщиком хлопка. А там уж не теряйся, бери да обхаживай девку. Не мне тебя учить, рожа у тебя смазливая, бабы таких любят, глядишь, и эта не устоит!

- А что, мне нравится! Авось, акромя денег, ещё что на сладкое перепадёт! – хохотнул младший, почёсывая у себя промеж ног.

Мужчины последний раз глянули вслед скрывшейся за горизонтом кибитке и, тронув повозку, повернули в город.