Глава 54
Когда доделала все дела и поднялась в хозяйскую спальню, Николас только что вышел из-за загораживающей угол ширмы. На муже были надеты короткие, до колена, исподние штаны, в руках полотенце. Плечи блестели от влаги, капельки воды стекали, цепляясь за тёмные волоски на груди.
- Я согрел воды, ты можешь умыться, - он кивнул на стоящий возле камина кувшин, - давай, я тебе помогу.
- Сама справлюсь, - буркнула я, с трудом скрывая своё раздражение и подхватив кувшин скрылась за ширмой, которая заменяла тут ванную комнату.
Поставив кувшин в таз, я наклонилась, опираясь о края руками, словно собираясь с силами.
- Софи, - муж пошёл следом за мной, - я помогу.
Он положил руки мне на плечи, чуть сжимая, затем его ладони скользнули ниже, к первой пуговке на моём платье.
Резко отбросив его руку в сторону, я вызверилась:
- Иди вон Агате помогай! Как же меня всё это достало!
Бросив в сторону не понятно как очутившееся у меня в руках полотенце, я хотела уйти, но Николас поймал меня, крепко прижимая к себе.
- Ну что ты! Что случилось? – он принялся успокаивающе поглаживать меня по спине.
- Я видела, как ты на неё смотрел! Агата то, Агата сё! Агата, садись сюда, тут будет удобнее. Агата, не поднимай этот ящик, он слишком тяжёлый! – передразнила я его.
- Глупая, чего ты там напридумывала? Было бы там на что смотреть! Я просто хотел быть вежливым, девчонка и так натерпелась. Мне кроме тебя никто не нужен!
- Всё же смотрел, - начала я хлюпать носом, сил вообще ни на что не осталось и, если бы Николас не поддерживал меня, сползла бы прямо на пол.
- Солнышко моё, - муж принялся осыпать моё лицо мелкими, едва уловимыми поцелуями, - ты же знаешь, что я люблю только тебя, - со лба он опустился немного ниже, - моя непокорная, - поцелуй, - строптивая, - поцелуй, - самая красивая, - поцелуй, - моя!
Он добрался уже до моих губ, и я резко передумала плакать, а минуту спустя обнаружила, что все пуговки на платье уже расстёгнуты. И когда только успел?
Затем Николас долго доказывал мне степень своей любви и обиды забылись сами собой. А потом мы просто лежали, разгорячённые нашей близостью, комната была жарко натоплена, поэтому одеяло так и осталось где-то в ногах. Положив голову на плечо мужа, я выводила пальчиком узоры на его груди. Отблески огня ещё не потухшего камина, отражались в его глазах.
- Николас…
- А? – лениво ответил муж.
- Агата, что мы будем с ней делать?
Я снова вспомнила свою сводную сестрицу, которая чем-то напоминала мне разухабистую Наталку.
- Самое лучшее – выдать её замуж. Сейчас, когда за ней идёт приличное приданное в виде торговой лавки, думаю, женихи найдутся!
Действительно, как бы ни плоха была мачеха, она всё-таки постаралась позаботиться о своей непутёвой дочке. За одно это можно было начать её уважать.
Но кое-что меня сильно беспокоило, тот молодой человек, которого я видела за окном. И я рассказала всё Николасу.
- Возможно, у неё уже есть избранник, нужно его только найти.
- Ладно, спи мой маленький дознаватель, завтра утром сама у неё спросишь, - муж чмокнул меня в кончик носа, подгребая ближе к себе.
Про одеяло мы так и не вспомнили, к утру я проснулась от того, что начала замерзать. Камин уже прогорел и в комнате стало заметно прохладнее. За приоткрытой шторой занимался ранний рассвет.
Утром поговорить с Агатой так и не удалось, не нашлось подходящего момента.
Сначала нас навестила соседка, госпожа Розалинда. Вчера она наблюдала со своего окна как в дом заносили мебель и пришла узнать последние новости.
Заметив Агату, она сильно удивилась, а потом отозвав меня в сторону принялась расспрашивать как сестрица снова оказалась в нашем доме. Пришлось рассказать, что мы оформили над ней опекунство и теперь придётся задержаться тут дольше чем мы рассчитывали.
- Вам теперь нужно нанять постоянную служанку, - покачала головой госпожа Розалинда.
Она подсказала, где это можно сделать. А потом, воровато оглянувшись, зашептала мне прямо на ухо:
- Софи, это конечно не моё дело, но ты бы присмотрела за своим мужем. Я не хочу сказать ничего плохого, но Агата… лично я бы не оставила своего супруга наедине с твоей сестрой!
- Спасибо за совет, тётушка Розалинда, - поблагодарила я сердобольную женщину, понимая, что раз даже соседи дают такие советы, то тут что-то нечисто.
Стоило ей уйти, ка пришли нанятые Николасом рабочие, несколько часов они таскали мебель, расставляя её по местам. Пришлось ходить за ними следом, чтобы они сделали всё, как положено, поэтому обед заказали из ближайшей харчевни.
Агата притихла, а потом и вовсе не показывалась нам на глаза. Когда рабочие ушли и наконец-то наступила долгожданная тишина, я накрыла стол для ужина и пошла искать сестру, но в доме её не было.
- Может, она в саду? - Николас накинул плащ и вышел на улицу, но и там её не оказалось.
- Ушла в магазин?
Но за окнами стремительно темнело, все магазины давно уже закрыты.
Спустя час поисков мы поняли, что Агата сбежала.
*
Для этого пришлось проверить её спальню, вернее, каморку, которая раньше была моей комнатой. Мне пришлось собраться с силами, чтобы шагнуть через порог. Не давая накрыть себя лавиной воспоминаний, я деловито проверила шкаф, который оказался практически пуст, что впрочем не удивительно, все вещи сестрицы так и оставались упакованными в коробки, грузчики только после полудня подняли их на второй этаж.
Я не могла сказать, что пропало, а что Агата взяла с собой. Складывалось впечатление, что она ушла в чём была. Были ли у неё деньги и драгоценности? Возможно.
Мысль, что сестрица могла поживиться за наш счёт тоже отпала – деньги с продажи торговой лавки мы ещё не получили, рассчитывая сразу же положить их в банк, не возить же с собой такие крупные средства.
А больше у нас собой особо ничего не было, ведь мы не думали, что придётся тут задержаться. Но всё же Николас на всякий случай проверил деревянную, окованную металлическими полосками шкатулку, где мы держали наличность – всё оказалось на месте.
Куда она могла пойти? Родственников в городе у неё не было. Подруги? Сомневаюсь, что после случившегося с мачехой скандала они у неё остались.
Вдруг, ей стало плохо и она теперь валяется в придорожной канаве?
В ту ночь мы почти не спали, методично прочёсывая соседние улицы, даже заглянули в ближайшие сомнительные заведения, работающие тут до утра. Но ни один из хозяев трактира, которые имели при себе номера, по нашему описанию Агату так и не признал.
Измученные поискам, ближе к рассвету мы вернулись домой. Наскоро перекусили и забылись тревожным сном.
Позже, на плевав на гордость, я прошлась по соседям, может они чего-то заметили. И мне повезло, одна из пожилых дам призналась, что видела, как Агата наняла извозчика через два перекрёстка от нашего дома.
- Да я его знаю, Вантей, он часто на том месте стоит!
Поблагодарив внимательную соседку, я кинулась к Николасу. Вместе мы отправились на угол нашей и соседней улицы.
Извозчика там не было, но продавец из молочной лавки сказал, что тот отъехал с полчаса назад, значит, скоро вернётся. А пока мы можем переждать у него, заодно продегустировав новые поставки сыра и творога.
Действительно, вскоре у магазинчика остановилась крытая коляска, возница, нахохлившись, прятал лицо за поднятым воротником – сегодня сильно похолодало.
- Вантей? – Николас подошёл к коляске.
- Он самый, - возница склонил голову, решив, что мы очередные клиенты.
- Скажи, голубчик, не возил ли ты вчера отсюда молодую девицу, пухленькую такую, темноглазую.
- А вам, господин, оно зачем надобно?
- Родственница это моей жены, уехала, а куда не сказала, переживаем, как бы чего не случилось, - Николас порылся в кармане и достал оттуда несколько монет.
Заметив в его руках деньги, Вантей тут же стал разговорчивей.
- Да, возил я вчера похожую, аж на другой конец города. Тут и села.
Он назвал адрес улицы, на которой стоял арендованный мачехой дом. Мы с Николасом переглянулись. Нам даже в голову не могло прийти, что Агата решит снова туда вернуться, а ведь он оплачен до конца месяца!
- Гони, родной! – велел Николас, помогая мне устроится на жёстком сиденье повозки.
Я немного успокоилась, раз Агата решила поехать в тот дом, значит, ничего страшного с ней не случилось. Может, забыла чего?
А вот Николас напротив заметно нервничал, словно что-то предчувствовал. А ещё Вантей, остановившись у нужного дома, вдруг заявил:
- Вы бы лучше за своей родственницей присматривали, а то ненароком принесёт в подоле.
- Что? – я даже опешила, а возница пояснил, что после того, как он высадил юную пассажирку, к ней тотчас подошёл молодой мужчина, а она прямо на улице кинулась к нему на шею.
- Ведь, как я понял, она не замужем? – продолжал возница. – А ведёт себя как настоящая вертихвостка, прости Господи! – он сплюнул и тронув поводья, прикрикнул на лошадь.
Мы с Николасом лишь удивлённо смотрели как он скрывается за ближайшим поворотом.
- Пошли что ли, - первой отмерла я, про себя думая, что задам сестрице по первое число!
На парадных дверях висел большой замок. Ключа у нас не было, господин дознаватель забрал его, обещая вернуть хозяевам. Обойдя дом, мы зашли с чёрного входа и вот он был открыт. Видимо, сестра знала где храниться запасной ключ и смогла этим воспользоваться
- Агата! – я первой ринулась внутрь, но Николас на ходу поймал меня, задвигая к себе за спину.
- Куда?! Вдруг она там не одна!
На кухонном столе мы обнаружили порезанную ломтями ветчину и хлеб. Вчера их точно не было! Дом ещё не успел остыть, и я ослабила верхнюю застёжку плаща.
- Слышишь? Там! – со второго этажа доносились какие-то странные.
Сестру мы нашли в спальне, свернувшись комочком она лежала в кровати и жалобно подвывала.
- Агата! – я кинулась к девушке.
Она затряслась и заскулила ещё громче.
- Николас! Выйди!
Только сейчас я поняла, что сестра почти не одета, платья не было, а нижняя сорочка разорвана в хлам.
- Агата, милая, что случилось? – я села на кровати, успокаивающе поглаживая её по плечу.
Когда она подняла голову, я едва удержалась, чтобы не отшатнуться, всё лицо девушки было в синяках и ссадинах.
- На тебя напали? Кто тебя так?
Спустя полчаса уговоров сестра всё рассказала. Когда они здесь поселились, девушка познакомилась с очень симпатичным молодым человеком. Он принялся оказывать ей недвусмысленные знаки внимания и сестрица влюбилась.
Молодой человек хорошо одевался, дарил ей цветы и сладости. Агата решила, что это отличная замена сбежавшему жениху. А когда мачеху арестовали, то и вовсе пустила его в дом.
Тогда мы его спугнули. Именно его я тогда видела за окнами, тайком пробиравшегося к выходу.
Вчера, когда мы были заняты делами, Агата решила снова с ним встретиться и обрадовать богатым приданным. Вот только он пришёл не один, вечером паршивец привёл с собой ещё двух друзей.
Посмеявшись над Агатой, он сообщил что давно женат, но не против весело провести с ней время, предложив друзьям присоединиться.
Они ушли утром, забрав у неё одежду и все деньги, обещая вернуться к вечеру и продолжить веселье.
- Твари! – я сжала кулаки и прищурилась. - Милая, я сейчас сделаю тебе чаю и вернусь.
Тут не было даже одеяла, только голый матрас. Сняв с себя плащ, я накрыла им девушку и тихонько вышла.
Николас ждал меня за дверью, нервно меряя коридор шагами.
- Я всё слышал, он – кинулся ко мне.
- Нужно вызвать полицмейстеров. Эти гады обещали вернуться!
- Нет, так ты вконец погубишь репутацию сестры. Я знаю, кто нам нужен!
Николас отыскал бумагу и чернила, что-то написал и ненадолго выйдя на улицу, передал послание проезжающему извозчику.
Я тем временем отправилась на кухню, разожгла в печи огонь и поставила на плиту кастрюлю с водой. Отыскав полотенце и налив тёплой воды в кувшин, я снова поднялась к Агате, уговорив сестру помыться.
В кладовке отыскалась старая простыня, завернув в неё девушку я бросила в почти прогоревший камин несколько поленьев, сажая её ближе к огню. Плакать она перестала, только сидела, уставившись в одну точку и молчала.
Вернувшись на кухню, я отыскала на полках остатки заварки, приготовив чай.
Вернулся Николас.
- Как она?
- Немного успокоилась. Но тебе лучше побыть тут.
Спустя полчаса в дом примчался господин Лейсон. Дознаватель прибыл не один, он привёз с собой импозантного пожилого господина в пенсне. В руках он держал большой саквояж.
- Нус, где пострадавшая?
Я отвела его наверх, но в комнату лекарь вошёл один, велев мне ждать за дверью. Пробыл он там минут пятнадцать, а потом попросил проводить его вниз.
- Я сейчас выпишу вам рецепт, это лёгкие успокоительные. А для синяков купите порошок бодяги. В аптеке вам скажут, как его правильно разводить.
Передав мне заполненный бланк, он присоединился к громко разговаривающим на кухне мужчинам. Меня туда не пустили, оставшись в гостиной, я могла лишь слышать полный злости голос Николаса, господин Лейсон и лекарь говорили так, что я ничего не смогла разобрать.
Вскоре оба они ушли. В окно я видела, как лекарь садятся в коляску и уезжает, а дознаватель возвращается назад.
- Николас! – я кинулась к мужу.
- Софи, - он обнял меня, крепко прижимая к своей груди. – Теперь по городу будешь ходить только со мной! – заявил он.
Я лишь сдержанно кивнула.
В комнату вошёл господин Лейсон, и нам пришлось разорвать объятия.
- Госпожа Софи, пусть ваша сестра переоденется, нам нужно уезжать. Скоро сюда прибудут другие люди, лучше им вас не видеть.
В свёртке нашлось простое серое платье, шерстяные чулки и плащ. Я помогла Агате одеться, и вместе мы спустились вниз. Господина дознавателя уже не было, зато на улице нас поджидала крытая коляска. Спрятав лицо Агаты под капюшон, обняв её за плечи, я повела сестру к ожидавшему нас экипажу.
Уже дома Николас сказал мне, что в том доме устроили засаду и господин Лейсон сам за всем проследит. Пока я размещала сестру в её старой спальне, он сходил в харчевню, заказав нам обед, а потом отправился в аптеку.
Выпив приготовленный по рецепту лекаря отвар, Агата вскоре уснула, и мы с Николасом смогли обсудить случившееся. Своими похождениями сестра испоганила себе всю жизнь. Кто захочет брать в жёны порченую девицу? Выдать её по-быстрому замуж теперь уже не получится.