Глава 17

Тая

Пристально глядя на меня, он не спеша приблизился, протянул руку и заставил выпустить края полотенца из пальцев. Лишившись прикрытия, которое безвольно упало на пол, я перестала дышать. Воздух, касающийся влажной кожи, казался холодным, и это в довесок остужало пламя, которое Илат успел пробудить во мне.

Нет, я была очень возбуждена, но оказавшись возле кровати, сама не поняла, как занервничала! Невозможно было выкинуть все ассоциации и неприятные воспоминания, особенно в этой комнате… Хотя передо мной стоял мужчина, который умело дарил удовольствие в тот самый первый раз, и несмотря на все обстоятельства, меня к нему влекло на всех уровнях, но… Это ведь случится прямо сейчас!

Я уверена – все, что творилось у меня внутри, отражалось на моем лице, однако считаться с этим Илат не собирался.

Притянув мое обнаженное тело к своей груди, он, не разрывая зрительного контакта, уронил меня поперек кровати и сразу навис сверху. Паника опутала волю тонкими нитями, когда я оказалась под мощным мужским телом. Атлант уже нетерпеливо избавил себя от полотенца на бедрах и уверенно устроился между моих ног, а я никак не могла настроиться.

– Не бойся, – разнесся проникновенный шепот мне в губы, а следом горячий язык властно протолкнулся в них.

Сжав ладонью мою грудь, Илат вторгся прикосновением в раскрытые складочки и сразу ввел в меня пальцы. Ощутив ожидаемый дискомфорт, я зажмурилась, издала глухой стон. Однако, когда он толкнулся снова и снова – уже глубже – внизу живота неожиданно возникла горячая тяжесть.

– Умница, – похвалил Валиев, захватив ладонью мой подбородок. – Ты – моя, слышишь? Не сжимай… Не закрывайся от меня!

Растерянно встретившись с серебряными глазами, я затаила дыхание, когда пальцы сменила большая твердая головка. Она толчком пробила себе путь в глубину лона, и из моего горла вырвался громкий стон. Напрягшись от макушки до пяток, я захлебнулась в противоположных ощущениях, пронизавших мое тело – саднящая боль и резкий прилив удовольствия. Следующий толчок прошел легче как будто для нас обоих, поэтому сверху раздалось довольное рычание.

Двигаясь во мне в нарастающем темпе, Илат держал ладонями мои плечи, чтобы не дать убежать или чтобы входить как можно глубже! Порой я не замечала, насколько сильно стонала – хлесткими волнами на меня обрушивалось возбуждение, в котором невозможно себя контролировать. Порой я не замечала, как шептала имя Илата, но зато он прекрасно это слышал, и в такие моменты толчки становились сильнее!

Не помню, как вцепилась в крепкие плечи, желая тесно прижаться к мужскому телу, чувствуя в этом острую необходимость, но вдруг… Вскрикнула от горячего разряда, пробежавшего по внутренностям. И сильные руки держали меня до последней судороги оргазма, дополняя удовольствие.

Сразу после мое ослабевшее тело неожиданно оказалось перевернуто на живот. Поставив меня на четвереньки, Илат надавил мне между лопаток, принуждая опустить голову на подушку.

– Илат!.. – неуверенно позвала я, оглядываясь на него.

– Ш-ш, – разнеслось над моей щекой. Валиев наклонился близко к лицу и языком коснулся мочки уха, пробуждая внутри меня приятную дрожь.

Углубившись поцелуем в ушную раковину, он погладил ладонью мои задранные ягодицы и начал плавно заполнять меня сзади. Погрузившись в лоно до упора, Илат выпрямился и сделал более уверенный толчок, выбивая из моего горла прерывистый стон.

Скоро я перестала смущаться, что нахожусь в такой унизительной позе. Под другим углом ощущения сменили краски – я давила свои крики подушкой, царапала простыню, сминала ее пальцами. Мужские руки крепко держали мои бедра, и с каждым новым вторжением я все ближе подходила к желанному краю.

В какой-то момент Илат поднял меня, обхватив шею ладонью и заставляя выгнуться. Второй рукой он добрался до клитора и принялся активно его массировать.

Когда судороги вновь пробежали по телу, Валиев крепко держал меня, замерев внутри, будто наслаждаясь тем, как я вздрагиваю в его руках. После он позволил мне лечь на бок, сделал пару сильных толчков, и теплые брызги оросили кожу на моем бедре.

Илат не отстранялся, пока последняя капля не вышла из толстой розовой головки. И все это время он смотрел на меня. Щеки так и жгло пламенем от этого прямого, доминирующего взгляда серебряных глаз. Так порочно это казалось, так интимно… Что по телу томительным пульсом пробегало неугасающее желание.

***

Свет разгулявшегося за шторами утра заставил меня проснуться и открыть глаза. И, кажется, впервые за долгое время я встретила новый день с ощущением легкости внутри. Не обремененная угнетающими мыслями, переживаниями, тревогой… Ничего из этого я просто не слышала или не слушала! Даже чувствуя позади обнаженное мужское тело, к которому была тесно прижата рукой, обвивающей мою талию. Будто Валиеву было мало того, что он делал со мной ночью, и в любой момент он готов был повторить…

Я прикусила губу и зажмурилась. Не верилось, что это реальность. Но не хотелось копаться в каких-то сомнениях. Хотелось просто вот так лежать в теплых, кажущихся надежными объятиях и с отголосками возбуждения в животе вспоминать вчерашний вечер.

И все же в какой-то момент я осторожно приподнялась, высвободившись из-под тяжелой руки Илата. Только с кровати вставать не спешила. Прикрылась краем одеяла и завороженно уставилась на мужчину, который мирно спал на моих простынях.

В это утро еще кое-что было впервые. Я позволила себе свободно восхищаться его безмятежным, по-мужски красивым лицом. Его мощным, накачанным телом, которое едва прикрывало одеяло, необычными татуировками, покрывающими руки и плечи.

«Действительно, элитный самец…»

Задумчиво улыбнувшись, я тихонько слезла с постели и на носочках подошла к комоду. Вытянула трусики, топ, а по пути в коридор прихватила с кресла легкий бежевый халат. Быстренько смылась в ванную, не желая быть замеченной в обнаженном виде. Детский сад, но я не могла подавить это чувство.

Спустя минут двадцать я стояла на кухне и в приподнятом настроении готовила завтрак. Периодически внутри появлялось желание все произошедшее хорошенько проанализировать и взвесить, но я упрямо это игнорировала. Хотелось подольше удержать момент эйфории, которая томилась внутри.

Мое уединение нарушили, когда я только сделала тесто для быстрой пиццы. Краем глаза уловив движение возле двери, я тут же поставила сковородку, которую успела достать из шкафчика, и неловко застыла у плиты.

Илат остановился в проеме, опершись плечом о косяк. Без рубашки, сунув руки в карманы брюк, и умытый, судя по мокрым прядям в волосах.

– Доброе утро, – тихо проговорила я.

Испытывая меня загадочным пристальным взглядом, он ровно отозвался:

– Привет.

– Я тут… пиццу готовлю, – поделилась я, неловко оглянувшись на замешанное тесто. – Будешь?

Илат коротко глянул на миску, затем вновь сосредоточил свое пробирающее до мурашек внимание на мне.

– Чай сделаешь? – скорее велел, а не попросил он, оттолкнувшись от косяка и направившись к столу.

Проследив за тем, как мой полураздетый гость устроился на стуле, я неуверенно обернулась к кухонному гарнитуру и включила чайник. Затем, будто желая занять руки, схватилась за помидор, который еще не успела нарезать. И так явно ощущала взгляд позади, что пальцы подрагивали.

Вообще, в присутствии Валиева в воздухе витала какая-то напряженная, волнительная атмосфера.

– Тая, – вдруг услышала я твердое за спиной. Нож завис над доской, и я вопросительно оглянулась. – Сними халат.

Зависнув на пару секунд, я нахмурилась и недоуменно спросила:

– Зачем?

– А зачем ты его надела? – наводящим тоном спросил Илат, дернув бровью. – Кого-то стесняешься? Кроме меня здесь никого нет.

Уверенность и твердость во взгляде серебряных глаз заставила меня растеряться. Я и сама не могла себе ответить: почему закрываюсь от этого мужчины даже после откровенной ночи?

– Мне так комфортно… – обронила я, дернув плечом.

– То есть когда ты одна в квартире – без халата не ходишь? – Наверное, мое молчание оказалось красноречивее любого ответа, поэтому Валиев подытоживающим тоном велел: – Сними его.

По телу пробежала волнительная дрожь. Я опустила взгляд на пояс, несмело ослабила его и стянула по плечам шелковую ткань. Встретившись с серебряными глазами, неуверенно повесила халат на спинку стула и только хотела вернуться к делу, как последовал новый приказ:

– Майку тоже.

– Что?..

– Сними майку, – невозмутимо повторил Валиев.

– Это обязательно?

Он уверенно кивнул.

– Я хочу видеть твое красивое тело. Как можно чаще, – добавил он лукаво, и внутри неожиданно пробежало щекоткой будоражащее чувство.

Черт!..

Я будто окончательно отлепилась от реальности, забыла, кто я, забыла правила приличия и принципы! Но мне безумно нравилась властность, исходящая от моего Атланта. Она не отталкивала, а напротив – подпитывала желание подчиняться!

Подавив смущенную улыбку, я снова спрятала глаза и аккуратно захватила края топа. До груди тянула медленно, а дальше быстренько стянула его через голову. Не глядя бросила на тот же стул и, не дожидаясь какой-либо реакции от Илата, отвернулась к столу, чтобы дорезать помидор. На мне остались лишь простые белые трусики.

Понимая, что за мной неотрывно наблюдают серые волчьи глаза, я двигалась очень скованно. Добавила масла в сковородку, вылила тесто и распределила начинку. Включив конфорку, сразу направилась к раковине сполоснуть посуду, как вдруг увидела, что Валиев подошел к плите и отключил газ. Затем он двинулся ко мне и остановился сзади.

Я так и застыла, будто замороженная. Илат убрал мои волосы, собранные в хвост, со спины и провел горячей ладонью от лопатки до поясницы.

– Продолжай, – велел он, напоминая о воде, которая бесцельно била по посуде.

Я послушно взялась за губку, ощутив, что мужские пальцы поддели резинку трусов. Валиев потянул их вниз, и, вытянувшись в струнку, я позволила ему снять белье, слегка оглянувшись из-за плеча.

Одна тарелка кое-как была помыта и оставлена на полотенце. Когда же я взялась за вторую, мужские руки ревностно обвили меня, точно канаты, и одна без церемоний скользнула мне между ног.

Я тут же зажмурилась и выпустила тарелку, жалобно всхлипнув от резкого прилива возбуждения. Вторгаясь в складочки, Илат сделал пару движений, наверняка сразу ощутив пальцами отзывчивость моего тела – я была очень мокрой и горячей. И, боюсь, еще до того, как он прикоснулся ко мне!

Вода перестала бежать, а сзади лязгнула пряжка ремня. Продолжая волнующе сминать в ладонях мою грудь, Валиев спустил джинсы, и неимоверно твердый член коснулся моей разгоряченной плоти. Но он не спешил входить. Дразняще разводил складочки, доводя меня до исступления. Дыхание перемешалось с тихими стонами, все тело натянулось струной – от дикого желания ощутить его в себе я готова была умолять не медлить!

И вот долгожданный толчок – резкий и глубокий – заставил меня вскрикнуть от удовольствия. Крепко обнимая меня рукой, Илат вдруг зажал мне рот ладонью и начал рывками пробиваться в лоно. В какой-то момент он позволил мне упереться ладонями в столешницу, протолкнул в мой рот пальцы, заходя уже резко и отрывисто.

– А… А… Ах! – стонала я несдержанно в унисон его движениям.

– Давай, моя девочка, кончай! – приказал Илат будто сквозь стиснутые зубы, и мое тело тут же среагировало.

В животе расползлось пламя, я упала на локти, вздрагивая от сильных спазмов, ощущая, как покрывается кожа испариной… Валиев доходил до удовольствия дольше. Он увел меня к столу, уложил на него животом и, крепко ухватившись за бедра, еще какое-то время мучил аритмичными толчками, будто нарочно растягивая процесс!

Когда Илат ударил горячими брызгами по моим ягодицам, некоторое время растирал эту липкую влагу по коже, поглаживая мою поясницу. Затем вдруг поднял меня за плечо и, повернув к себе, поцеловал в губы. Ненасытно и требовательно.

Это было потрясающее завершение утренней близости. И только одна мысль не давала мне покоя – он снова не предохранялся…

После совместного душа я все-таки вернулась к готовке, а Валиев удалился в спальню, где разрывался его телефон. Очень скоро пицца уже стояла на столе, однако мой гость есть не собирался. Зайдя на кухню уже полностью одетым, лишь равнодушно мазнул взглядом по тарелке с аппетитным завтраком и сразу приблизился. Подняв мою ладонь, он вложил в нее ключи – тот самый оригинал, который собирался оставить себе. Только я не спешила обольщаться. Значит, у него будет дубликат.

– Код от сигнализации – два, девять, восемь, восемь, – сообщил Илат. – Забудешь – позвонишь мне. И чтобы телефон был на связи!

Опустив глаза, в которых явно отразился протест, я стиснула ключи в руке и кивнула. А он вдруг поднял ладонью мое лицо и коснулся губами губ.

– Вечером будь дома, – прохрипел Валиев, забираясь ладонью в вырез топа и сжимая мою грудь. – Я заеду в восемь, прокатимся кое-куда.

– Куда?.. – спросила я в мужские губы. В этот момент Илат мучительно медленно обводил пальцем мой сосок.

– Узнаешь. Главное – оденься как на свидание.

Сказав это, он с невозмутимым видом отстранился и направился к двери, а я не сдержала глупую улыбку.

– Кстати, – вдруг выдал мой Атлант. Оглянувшись через плечо, он окинул меня странным придирчивым взглядом и без тени иронии заметил: – Если реально не хочешь рисковать и делать меня отцом раньше времени, советую предохраняться таблетками.

Все веселье с моего лица как ветром сдуло. Илат же спокойно покинул кухню, оставив мне почву для отрезвляющих размышлений.