Глава 17
Глава 17
Ник наедине с болезнью Кэт той ночью…
Ты не мог оставаться в стороне и просто наблюдать. Ты клал на мой лоб смоченную холодной водой или уксусом ткань, снимая жар, смачивал пересохшие губы каплями воды, сжимал мои руки в своих. Ты понимал, что в наше время от такого не умирают, что скоро мне станет лучше. Но как же мучительно ожидание!..
И чтобы не случилось – свой шанс ты использовал. Больше ты не мог умереть второй раз вместо меня. Ты не мог закрыть мою грудь, снова подставить себя под пули и спасти ее жизнь. Теперь мне предстояло бороться самостоятельно. А ты мог только быть рядом…
Единственное, о чем ты жалел, так это о том, что когда я прокричала тебе в лицо слова любви пополам со слезами, ты ничего не сказал в ответ.
Чувство вины не отпускало, а становилось с каждой минутой все больше и больше. Оно разрасталось, заполняя все твое существо. Это ты виноват во всем, если бы ты проверил вчера вечером окно... Мое лицо в рамке спутанных волос было бледным и осунувшимся.
Ты нагнулся над ней, ловя каждый неровный вздох, и шепнул:
- Я люблю тебя… И это правда! Люблю, люблю тебя! - Я вдруг вздохнула полной грудью, хрипло. Раз, другой... Ты затаил дыханье, боясь сделать что-то не так, спугнуть меня. А я только шепчу что-то. Тихо, бессвязно, неразборчиво. Ты ловишь себя на нехорошей догадке – неужели это бред? От температуры? И это то, обещанное чудо? Я пытаюсь подняться, но ты хватаешь меня в объятия и крепко прижимаешь к себе.
- Лежи спокойно, - Я слабо пытаюсь вырваться. Но любая попытка освободиться заранее обречена на провал.
- Нет, я ни за что, никогда тебя никуда не отпущу, - Твердишь ты. Я хочу хотя бы отодвинуться, но ты как всегда неумолим. Стальная хватка, намертво замкнулась на хрупком теле, не давая двигаться. Ты причинял мне лишь боль, с первого момента твоего возвращения, хотя любил до безумия, до беспамятства, до последнего вздоха...
Сердце гулко отстукивает секунды. Я затихаю и приоткрываю глаза. Кожа постепенно становится прохладной, а в глазах мелькает понимание.
- Я слышала тебя… И я верю тебе! - Я повожу плечами, и тонкая атласная ткань медленно ползет по плечам, ниже, ниже... Ты ощущаешь жар моего тела, твои руки скользят по нему, бездумно и беспрепятственно... Каждый мой вздох дышит желаньем, я часто облизываю пересохшие губы и молча смотрю тебе в глаза. Нам нечего друг другу сказать. Ты со стоном капитулируешь. А пошло все к черту...
***
Воспоминания Кэт о той ночи…
Первое мое воспоминанье очень похоже на последнее: твои руки. Нежные и дерзкие, как и твои губы. Мы горели в одном костре этой ночью. В огне страсти. Мы боролись вместе, и победил именно ты. Ты убил боль, ты воскресил любовь. Я помню...
Помню слишком холодную для горящего тела постель. Мы согрели ее. Помню бьющееся в горле сердце, когда ты произносил "люблю". Помню звенящие нервы и горячий шепот, бред. Сухое дыханье, жаркие губы, остывающее под поцелуями... Пылающее тело и глаза, когда все разрывалось от боли, были ласковые и сильные руки, твое тело, несущее успокаивающее тепло...
Ты был конец и всему начало... Этой ночью ты, наконец, заставил меня поверить в чудо...
***
Наутро, после…
Меня сморил крепкий сон без сновидений, который всегда бывает во время болезни, когда температура упала, но остается влажный плен простыней и подсознательный страх. Ночь тихо умирала за окном. Грязно серый рассвет готовился занять ее место, но она из последних сил сопротивлялась, плакала мокрым снегом, медленно превращающийся в мутные струйки на окне. Сама не понимаю, что меня разбудило. Я затрепетала ресницами и затаила дыханье, желая запомнить мгновение из той ночи с тобой, наполненное любовью и воспоминаньями. У меня было ощущенье, словно все это было когда то в прошлом – и мерное тиканье часов - ходиков, и стук капель дождя в окно, сливающиеся со звуком капающей воды на кухне, и бледный свет лампочки, горящей в коридоре, дающий иллюзию уюта. Наше, общее прошлое – наша совместная жизнь, до трагедии.
А сейчас? Рядом не было тебя. Я провела рукой по постели, закрыв глаза, но пальцы нащупали лишь сбившееся одеяло и влажные простыни, словно цепи сковывающие движения. Я отбросила их и осторожно встала, накинув лежащую рядом ночную рубашку. Меня штормило и качало, но терпеть жажду больше было не в моих силах. Шатаясь от слабости, я пошлепала на кухню, по пути споткнувшись об твою спортивную сумку. С трудом, добравшись до пункта назначения, я схватила стакан, с жадностью поглощая воду. Напившись, я небрежно окинула взглядом комнату, и взгляд случайно зацепился за белеющую на столе бумажку. Я взяла ее в руки и при неровном свете, льющемся из коридора, прочитала два слова, написанные крупными буквами посредине.
"Лучше забудь".
Я, недоумевая, повертела ее и на обратной стороне обнаружила текст. Тоскливо засосало под ложечкой, на душе стало неуютно. Что бы развеять, начавшиеся мерещиться мне ужасы, я принялась полностью читать записку. Она была довольно короткой, но каждое слово острым ножом врезалось и с нарочитой медлительностью поворачивалось в бедном сердце. Все происходившее показалось ирреальным.