55

Уже на подъезде к дому Крошевых вспоминаю, что поставила мобильный на беззвучный режим. Блин, только один Буров звонил мне не меньше двадцати раз. И Мишка с ним за компанию! Потому даже не удивляюсь, когда обнаруживаю эту парочку на улице.

Явно меня дожидаются. А ещё собираются устроить разнос по всем фронтам. Друг в компании огромной чашки. Скорее всего, там кофе. Готовится к бессонной ночи с сыном.

А вот Костя нервно курит. Ещё и таким взглядом меня встречает, что в пору развернуться и свалить в противоположном направлении.

Но я не из пугливых. Да и что этот уже явно нетрезвый бугай мне сделает? Пусть только попробует. Для него же стараюсь.

Не успеваю выйти из машины, как Буров сразу тушит окурок, швыряет его в мусорку и садится, громко хлопая дверью. Блин, даже выветрится куреву из лёгких не дает. Теперь вся машина им пропахнет.

Ладно, переживу как-нибудь. В крайнем случае, облюю этому гаду всю приборную панель. Будет знать!

Да, у кого-то от запаха сигарет голова кружится и сознание отправляется в прекрасное далеко. А меня откровенно тошнит. Мой организм — тот ещё привереда.

Так, по порядку. Миша выглядит безобиднее. Поэтому пока кто-то тихо дуется в тачке, начну с напарника.

— Ксю, а можно ты больше так делать не будешь? — интересуется Крош.

— Как так? — уточняю, поравнявшись с другом и созерцая теперь на пару с ним недовольное выражение лица Кости.

— Пропадать в неизвестном направлении и упрямо не брать трубу. В крайнем случае, сначала предупреждать, в какое именно пекло полезла.

— Я была у Мордова, — признаюсь.

И тут окончательно убеждаюсь — нас подслушивают. Понимаю это по тому, как Костя сначала удивлённо поворачивает голову в нашу сторону. А потом, резко делаясь ещё недовольнее (хотя куда уже больше), зло пинает изнутри собственную машину.

— Отойдем, — предлагаю и увожу напарника подальше.

— Тебе есть, что мне сказать? — интересуется Мишка, стоит нам остановиться у подъезда.

— Да. Закрой наше дело и больше туда ни ногой. Все, что от нас отныне требуется, это защищать Костю. Остальное — мимо.

— На тебя не похоже, Совушка. Что такого тебе сказал Владимир, из-за чего?..

— Не важно, что он сказал. Миш, пообещай! Так надо! Жизненно важно!

— Что они задумали?

— Если скажу, клянешься завтра же поудалять с компа все файлы, а дело запихнуть в самый дальний ящик?

— Да, что, млять?..

Злится. И я хорошо его понимаю. Друг, как и я, терпеть не может все эти недосказанности.

— Миш, обещай!

— Хорошо. Завтра же закрою все и сделаю вид, что ничего не было. Тем более, что мне и так есть, чем заняться. Теперь говори.

— Если коротко, в конце останется только один.

— Спятила? И ты вот так просто дашь им?..

— А что я могу? Подставить всех нас под пули? Ну уж нет! Один раз побыла решетом. Удовольствия мало. Больше не хочу. И только вздумай сунуться туда сам. Особенно теперь, когда у тебя семья и сын. Миш, я серьезно. Там все хреново.

— Это же...

— Убийство. Очень может быть, ни одно. Я в курсе! И что, узнав о таком, наш отдел не имеет право вот так взять и спустить все на тормоза. Но если не мы, то гарантированно нас. Я сейчас пытаюсь выбрать меньшее из зол. Помешать не сможем. Поэтому делаем вид, что ни слухом, ни духом. Наше дело маленькое. Вон, сидит в машине и изображает из себя воздушный шарик. На рожон не лезем. А сейчас честно и глядя мне прямо в глаза — я не пожалею, что рассказала тебе все?

— Нет.

— Звучит не убедительно! — хватаю напарника за грудки и все же заставляю посмотреть на меня. — Крошев!

— Да понял я все, понял. Никому ни охота подыхать. В курсе.

— Тебе и мне не охота. Еще Косте. Что до остальных... В деле про них ни слова. И даже если каким-то образом сможем помешать и остаться в живых, медальку не дадут. А вот с работы попрут уже гарантированно. Крыша там такая, что нашим навесам и не снилось. Поэтому спрашиваю ещё раз?

— Ксения, отвали! Понял я все! Иди нафик. И отцепись уже от меня.

Злится. Хорошо. Значит понимает — дело дрянь. И шансы, что не полезет, высокие. Так что пусть уж лучше меня проклинает.

Но так легко отпускать друга не собираюсь. Руки от его куртки убираю. И почти сразу обхватываю за шею, чтобы повиснуть на ней.

— Я никогда не прощу себе, если с тобой что-то случится. Пожалуйста, не заставляй меня пожалеть, что все тебе рассказала, — жалобно шепчу на ухо.

— Ты отстанешь от меня сегодня, или нет?

— Я должна знать точно, — не сдаюсь.

— Мля, что ещё я должен сказать, или сделать, чтобы ты поверила?

— Завтра приду в офис и проверю!

— Блин, вот же наградил бог напарницей. И где только нагрешить так успел? Ты хуже жвачки, прилипшей к подошве ботинка.

— Я тоже люблю тебя, Миш. Ну все, мы поехали. Хорошего вечера. Спасибо за ужин. И за интересный опыт с сыном. Хоть и неожиданный. И за то, что присмотрел за Костей. В общем, за все.

— Сочтемся. С тебя танец завтра на встрече выпускников.

— Уже сдал со всеми потрохами, — констатирую, пока идём обратно к машине.

— А то! Я такое точно не пропущу. Десять лет прошло. И тут заявляется Совушкина. Хочу видеть эти лица.

— Ладно. Тогда до завтра.

— Пока.

Так, первый раунд за мной. Теперь Буров. И он не заставляет себя долго ждать.

— Что это сейчас было? — интересуется, стоит мне очутиться в машине.

— Дружеские объятия, — поясняю.

Хоть и отлично знаю — меня спрашивают совсем не об этом.

— Долго дурой будешь прикидываться?

— От чего ж буду? Я — она и есть.

— Машину останови! — требует неожиданно.

— Может...

— Я что сказал?!

Ладно. Хозяин-барин. Но могу ли я предположить, для чего Косте это понадобится? Вот честно, последнее, для чего сейчас подходящее время и место. Не говоря уже про вопрос, последовавший сразу за пропитанным вкусом алкоголя и сигарет напористым поцелуем.