7

— Поэтому ты меня целый день преследуешь? Компанию охота составить? — раздается уже натянутее.

Ой, а напрягся-то как сразу. Чует кошка, чье мясо съела. Но в жизни не признается.

— Нет, полюбоваться на одного идиота перед смертью, — не выдерживаю и ляпаю.

Проклятье! Весь день заталкиваю свои обидки куда поглубже. И все равно просачиваются, гадины.

Даю себе мысленную пощечину и призываю включить профессионализм. Я здесь не для того, чтобы старые счёты сводить. Мне надо жизнь, а то и несколько сразу, спасти. Но увы, на выходе получаю совершенно иной результат.

— Так любуйся, — слышу самодовольный ответ.

Ещё и разворачивается ко мне всем корпусом. Р-р-р! Вот кретин! Им был, им и остался.

Безнадега. С таким самомнением и короной на голове только самолёты сшибать. Противно.

— Мой номер, — объявляю, вытаскиваю из сумочки визитку и протягиваю ее собеседнику. — Будешь подыхать, звони. Хоть станцую на твоей могиле, что ли.

— Как, уже уходишь? — удивляется Буров.

Но карточку все же берет.

— Ты меня не слышишь. Мне здесь больше нечего делать. Захочешь поговорить серьезно, наберешь. Счастливо, Костя. Была рада снова повидаться. Хотя кого я обманываю!

— Ксю!

— Что?! — отзываюсь, нехотя останавливаясь и снова разворачиваясь к собеседнику.

— А ты и правда охренительно выглядишь. Может это... Все же останешься? Я извинюсь там, все дела.

И таким сальным взглядом меня только что не облизывает с ног до головы. Фу! Мужчины. Если включился режим релакса, до мозга уже не достучаться. Жаль я это не учла, когда шла сюда. Теряешь хватку, Совушкина.

— Пошел ты! — злюсь.

— Как хочешь. Мое дело предложить, — флегматично раздается в ответ одновременно с безразличным пожиманием плеч.

Это что сейчас было? Одолжение? Мне?! Ну, знаете ли! Так, пф-ф-ф! Дышать. И уйти так же красиво, как заявилась сюда.

— А мое — предупредить. Все серьезно, Кость. Очень. Жаль, ты этого не понимаешь. И если на себя наплевать, хоть бы о жене побеспокоился. Подумал, что будет с ней и ребенком, если тебя вдруг не станет?

Упс! Да, Буров, я знаю про тебя все. И даже чуточку больше, чем бы тебе хотелось! Поэтому твоя очередь злиться. Только уже без меня.

Хорошо понимаю, кого раздразнила. Потому сейчас лучше поскорее скрыться. Благо, прямо напротив клуба стоит такси. Я едва успеваю в него запрыгнуть, прежде чем из дверей «Небар» выскакивает Костя. Озирается, ища меня, но увы, уже поздно. Я шустрее.

Отлично! Может, хоть задумается теперь. А завтра я дам ему второй шанс.

«Эй, подружка, классно посидели! Завтра в обед повторим наше рандеву?» — пишу сообщение в телеграмм.

«Я пью там кофе каждый день в одно и тоже время. Так что без проблем».

Отлично! Тот самый ответ, на который я и рассчитывала.

***

Утро. Чем бы заняться? Квартиру убрать? Не-не-не, не сегодня. Нет-нет-нет, не сейчас.

Меня что-то гложет. Понять бы ещё, что. Или кто? Точно! Тот, с чьей лёгкой подачи дело Кости теперь в следственном отделе. Кого этот добродетель в действительности пытается защитить: дочь, зятя или себя самого?

Так, ладно, сидя на попе ровно у себя на кухне, я это не выясню. Пора возвращаться. Ещё бы знать, как. Папа наверняка до сих пор не отошел от моей последней выходки. Да и мама в тот же вечер по телефону просила лишний раз не испытывать его нервы на прочность. Возраст и все такое. Ага! Сказала бы я. Как секретарш у себя в кабинете раскладывать, так здоровья хватает. Блин, и как маман это терпит, не понимаю. Убила бы, чесслово!

Так, снова ни о том думаю. Буров! И его чересчур заботливый тесть. Мне нужно к компьютеру в офисе. Вообще в идеале бы в свой кабинет, который теперь только Мишкин. А почему бы и не да? Отец постоянно куда-то отлучается. Может, сегодня повезет и начальник тоже свалит. Решено! Еду!

***

— Э-э-э, Ксения Викторовна, — окликает меня парнишка на пропускном и кидается следом. — Вам сюда не...

— Да знаю я! — перебиваю, не сбавляя шага и на ходу прикладывая свою карту ко всем попадающимся мне на пути сенсорам. — Скажи, с заднего входа зашла, а ты не заметил.

— Но у нас это... Нет заднего входа, — растерянно раздается вдогонку.

— Как? И запасного?

— Нет.

— А пожарного?

— Тоже.

— Значит через окно первого этажа пролезла.

— Но у нас решетки тут везде.

— Хорошо! — вздыхаю. — Незаметно под турникетом проползла. Норм отмаза? А сейчас отстань. Не до тебя.

— Но Ксения Викторовна...

— Пока-пока, — кричу, взлетая по лестнице на второй, а там и третий этаж.

Так, первый рубеж пройден. Осталось... Ой!

Не успеваю зайти в коридор, как вижу в противоположном его конце папу, выходящего из своего кабинета. И сразу замираю. Может не заметит.

— Ты! — рыкает родитель и, первым отмерев, кидается ко мне. — Что тебе опять тут понадобилось?

Заметил. Вот засада!

— Только спокойно. Я с миром, — отзываюсь, выставив руки ладонями вперёд.

Но судя по тому, что кто-то продолжает напирать, мой миротворческий жест проигнорирован.

— Я тебе сейчас покажу, с миром! В прошлый раз что было велено?

— Так я это... В бумажки зарыться!

Выпаливаю и начинаю пятиться. Родитель уже слишком близко. Ещё и в такой степени ярости, что... В общем мама мне, по ходу, сегодня опять выскажет все свои «фи!». Ага, если я доживу до сего прекрасного момента.