72

— Петр Ярославович Дволов, верно? — интересуюсь мурчащим голосом.

Моя очередь окидывать толстяка оценивающим взглядом. Интересно, на что он способен? Вряд ли рукопашка — сильная сторона. Зато пистолет при деле. И семеро телохранителей. Подозреваю, с подготовкой. Мужики массивные. Проблема. Хотя скорее, хорошая такая, качественная жопонька. Но вполне себе решаемая. Надо лишь понять, как, куда и когда.

— Ксю! — в очередной раз пытается образумить меня сосед по аттракциону.

Но я едва ли обращаю на него хоть сколько-то внимания.

— Да, юная леди, это тоже я. Вы хотите мне что-то сказать?

— Да, — заявляю со всей уверенностью. — Очередью в отправлении на тот свет поменяться.

— Правда? Попробуйте! Даже интересно.

— Ксения, заткнись. Не разговаривай с ним! — продолжает психовать Вова.

— Петь, а ты в курсе, кто так удобно расположился рядом со мной?

— И кто же это?

— О, это очень интересная личность. Как ты его сразу не узнал, не пойму. Можно же на ты, верно? — интересуюсь.

А пока толстяк переключается на хмурого Мордова, проверяю веревки на предмет того, как быстро получится из них выбраться. И, надо же, только сейчас обнаруживаю — это сделать проще некуда. Подозреваю, Мордов тоже висит лишь для виду. Так какого хрена? Что за постановка, никак не пойму. Ещё и Костя смотрит в упор, то и дело едва заметно отрицательно мотая головой.

Какого черта эти двое задумали? И чего добиваются? Как бы там ни было, я в их игру не посвящена. Ещё и по башке получила. И от кого! Ну нет, мальчики, дальше без меня.

— Тебе, солнышко, так и быть, сегодня можно все. Просвети меня, — разрешает Дволов.

— Тот, кто уже увел твою женщину и мать будущего наследника. Ещё, очень может быть, скоро станет полноправным хозяином твоего бизнеса.

— Правда? И как, интересно, у него это получится? — продолжая пристально рассматривать моего соседа, презрительно интересуется Петр.

— А вот как! — не выдерживает Мордов и неожиданно бьёт толстяка со всей дури коленом в подбородок.

Надо отдать должное, у Вовы с рефлексами и реакцией дела обстоят куда лучше, чем у меня. И из веревок, чтобы продолжить мутузить недруга, он тоже выбирается довольно резво. Так, пора и мне. А то с такими темпами и остальной «обмен любезностями» не за горами.

Не успеваю об этом подумать, как раздаются выстрелы. Твою ж мать! Я по-прежнему идеальная мишень. Так, в темпе отсюда!

— Ксю, слезай! — командует Костя, становясь ко мне спиной.

Идиот. Он зачем выперся меня прикрывать на самое видное место? Ещё и с моим травматическим наперевес.

— Возьми нормальную! — выкрикиваю, пока вожусь с веревками.

Черт! А изначально казалось, что вылезу из них в считанные секунды. Но потом что-то явно пошло не так, в результате чего я запуталась только ещё сильнее.

— Ты про что? — интересуется Буров.

— Пушку, идиот!

Не успеваю ответить, как наконец освобождаюсь и... Нет, не спрыгиваю, а ничком падаю на пол. Ноги не слушаются. Гребаный позвоночник! Ну же, давай, разблокируй мои нижние конечности. Только этого мне сейчас не хватало. Как же все не вовремя!

Но тут, о чудо, чуть ли не в руки падает пистолет. Поднимаю глаза туда, откуда мне привалило это счастье и вижу Вову с Петей. Так вот, чья пушка. Только бы дотянуться. Ползу к ней и почти...

— Прости. Мне это нужно! — объявляет Мордов и выхватывает у меня оружие прямо из-под носа.

— Проклятье! Кость!

— Я немного занят!

Ну ещё бы. Мы все как на ладони, единственное, что спасает — это узкая колонна и борющиеся рядом, этим прикрывающие всех, мужчины. Точнее, один массивный. Именно из-за него, не желая, не дай бог, покалечить своего нанимателя, в нас не особо-то спешат целиться. Только это ненадолго. Ситуация в любой момент может измениться. Потому делать что-то надо уже сейчас.

Но я снова не успеваю ничего предпринять, когда на пол рядом со мной, кряхтя и ругаясь, на чем свет стоит, падает сначала Костя, а потом и Мордов. И если первый делает это сам, то второго буквально роняют.

Так, кажется, я малость недооценила боевую подготовку толстяка. Постоять он за себя умеет и может. Причем, даже очень неплохо. Вон как Вовку к полу припечатал. Куда уж этому тощему?

Дерьмо! А ещё, похоже по правильному не получится. Что ж, ладно. Хоть пушка, наконец, при мне. Только вот Буров уже умудрился истратить в ней все патроны. Зато Вова ещё не успел. Слышу выстрел, оборачиваюсь, кто в кого и... Едва умудряюсь откатиться назад, чтобы не оказаться погребенной под падающей на меня огромной тяжёлой тушей. А уже в следующее мгновение слышу рядом злобное рычание:

— Сдохни, гнида!

И тут вдруг начинаю чувствовать свои нижние конечности.

Реакция мгновенная. Сбиваю Мордова с ног, сажусь сверху, хватаю руку с ружьём и несколько раз бью ею об пол. Выбиваю пистолет, награждаю мужчину под собой смачным хуком справа и тянусь за пушкой.

Ну наконец-то! Она у меня.

— Бросили оружие! Живо! Все! Кому сказала? — ору, приставляя дуло к шее лежащего тут же и жалобно стонущего из-за простреленной в колене ноги толстяка.

— Ксения, не надо! — ещё толком не отдышавшись от драки с Мордовым, просит тот.

— Заткнись! Знал бы ты, как сильно мне хочется тебя прикончить! — выпаливаю.

— Но ты не будешь этого делать, верно, девочка? Ты же, в отличие от этих двоих, не работаешь на пронырливого еврея, а честно служить своей стране.

— Не тот случай! Но в чем-то ты прав. Я — твой единственный билет отсюда. Поэтому, если хочешь жить, скажи своим людям сложить оружие.

— Такая же правильная и самоотверженная, как и полгода назад. Все ещё подчиняешься законам. Блюдешь их и совершенно точно не станешь нарушать. Даже после того, как тебя из-за них раскатали тонким слоем по асфальту?

— Скажи бросить пушки! Ну! Давай же! — продолжаю стоять на своем.

— А иначе что?

— Сегодня кровью истекать будешь уже ты.

— Ты так не поступишь.

— Она нет. А я — даже очень да!

Твою ж мать! Опять! Очередной удар по голове и мне снова делается не до чего. Сознание меркнет, руки слабеют. Снова слышу выстрелы. Рядом какая-то возня. И тут на меня вдруг кто-то ложится. Несколько раз дёргается, явно из-за попадающих в цель выстрелов, и обмякает уже окончательно, тем самым погребя меня под собой.

От удара по-прежнему нахожусь где-то на грани сознания и отключки. Рядом продолжают стрелять. Но тут им в унисон принимаются вторить сначала тихие, отдаленные, но постепенно все более оглушающие звуки сирен. Перед закрытыми веками начинает мигать красно-синий свет. И так, пока я перестаю видеть даже его.

Ну отлично. Теперь мучайся догадками, кто кого успел укокошить, и выбрались ли Буров с Мордовым из этой мясорубки живыми. А ещё любопытно — я уже на том свете, или ещё пока на этом. Судя по тому, что из-за лежащей на мне тушки дышать все сложнее, уже на полпути в первый пункт назначения.