74

— Здра-а-асте! Как ваше ничего? — тяну наигранно-радостно, пока Миша доносит и опускает меня в кресло у окна двухместной палаты.

Ближайшая ко мне койка — Костина. Вова лежит на второй, чуть дальше. И Настя тут как тут. Не отходит ни на шаг от своего благоверного.

— Плохая идея, — заключает Мордов.

Видать, уже прочел все по моему лицу. Но высказать свое «фи» решил Крошу. Авось передумает и заберёт меня обратно. Как бы ни так. И тут мой напарник со мной солидарен.

— Плохой идеей было снова впутать ее во все это. За что боролись, на то и напоролись. Теперь получите-распишитесь. А ты, Ксюш, ни в чем себе не отказывай. Я за дверью. Ежели что, зови.

Не прибавить, не убавить. Все четенько сказал. И даже уже вышел. Чего не скажешь про Анастасию. Эта точно никуда не собирается. А зря.

— Совушкина, — предупреждающе зовёт Владимир.

Снова все понял без лишних слов.

— Не смей, слышишь?

— Без понятия, о чем ты! — парирую.

— Насть, можно тебя попросить? — обращается к любимой, понимая — ещё чуть-чуть и меня будет не остановить.

Он, кстати, прав.

— Я хочу остаться.

— Знаю, золотце. Но нам надо кое-что обсудить. Исключительно втроём. И тебя, уж прости, это не касается. Сделай мне одолжение, выйди, пожалуйста. А лучше сходи за кофе. И мне принеси, хорошо?

— Я все ещё считаю, что...

— Просто отличная идея! Сделай для меня, очень прошу.

Пока переговоры по выпроваживанию продолжаются, ловлю на себе встревоженный взгляд Кости.

Поворачиваю голову, сразу отмечаю, минимум, три пулевых ранения, не считая уже имеющегося, читаю в глазах сочувствие, и в отвращении отворачиваюсь.

— Ксю? — зовёт.

Не реагирую. Терпеливо жду, пока все лишние личности покинут, наконец, помещение. И, о надо же, у Мордова все же получается спровадить Настю за дверь.

— И не торопись обратно. Это надолго, — летит будущей матери уже в след.

Избавился, так избавился. А ещё как же боится, что я все расскажу про биологического отца ребенка. Ну-ну!

— Орлы! Ух, орлы! Что теперь скажете в свое оправдание? — интересуюсь, насчитывая у второго пациента этой палаты всего одно перевязанное место.

Синяк под левым глазом и правую кисть в гипсе. Ту самую, которой я несколько раз шибанула об пол, когда выбивала из нее пистолет. Видать, перестаралась малость. С другой стороны, так кому-то и надо.

— Что во всем случившемся виновата лишь ты одна! — неожиданно прилетает в ответ. — Молчала бы в тряпочку, поменьше лезла на рожон, может ничего бы этого и не произошло. А ты! Нефик было ее жалеть. Ударил бы посильнее, она ничего даже не вспомнила. Очнулась, когда уже все закончилось.

— А нас грохнули, хочешь сказать? — запоздало вступается за меня Костя.

— У меня все было под контролем!

— У тебя?! Вот как ты теперь заговорил?..

— Да! А твоя баба взяла и все испортила. Даром, что из органов. Тупая, как пробка. Даже явные предупреждения вести себя тихо не вкурила.

Ух ты! Вот это заява.

— Да вы что? Интересно, как же так вышло? — начинаю язвить и с упреком смотрю на Костю. — О, знаю! Может потому, что никто из вас не удосужился хотя бы намекнуть, что работает на два фронта?

— Совушкина, от тебя всю дорогу требовалось лишь маячить рядом и отвлекать на себя и свою возню основное внимание, представляя главный геморрой для всех окружающих. И до некоторых пор ты отлично справлялась с этой задачей.

— Так вот, кем я была для вас всех с самого начала. Надоедливым прыщом на ваших хитрых, алчных задницах! — продолжаю пререкаться с одним мужчиной, но глаз не спускать со второго.

— Ксения, ты хоть представляешь, насколько сложно было втереться в доверие...

— Вов, заткнись! — неожиданно рявкает Буров.

— Она спросила...

— Да закрой ты хлебало, мать твою! Что не понятно? — уже только что не рычит на соседа по палате Костя, прежде чем снова повернуть голову в мою сторону. — Ксюш, извини. Этого всего не должно было случиться. Тебе всего-то следовало поверить и довериться мне. Но, видимо, я оказался не слишком убедителен. Моя вина.

— Вот! — указываю Мордову на его приятеля. — С этого надо было начинать. А не с обвинений. Но у тебя скорее язык отсохнет, чем ты признаешь, что оказался не прав.

— Я лишь чуточку тебя переоценил, Ксения. Думал, ты умнее.

— Вов, последний раз предупреждаю. Следи за словами! — снова осаждает приятеля Костя.

— Нет-нет-нет, пусть говорит. Мне интересно. Продолжай, не стесняйся. Я вся во внимании.