Глава 25. Яна
До конкурса фитнес-бикини оставалось не так много времени. Именно подготовка удерживала меня от того, чтобы раскиснуть. Я была уверена, что на конкурсе обязательно появится пара интересных вариантов: спонсоры, владельцы фитнес-клубов и просто обеспеченные спортсмены.
Только мысли о других мужчинах меня не радовали. Я ощущала пустоту. Глупо, да? Ведь я знала, на что иду. Сама всё спланировала — шаг за шагом. Он должен был стать моим трофеем, а стал чем-то большим.
Всё пошло не по сценарию. Я действительно привыкла к Марку. Его забота, уверенность, с ним я чувствовала себя значимой и достойной лучшего. И вот теперь всё кончено. Без шанса на возврат. Теперь я снова обычная девушка, каких тысячи ходят по Москве в поисках счастливого билета.
Как же мне не хотелось выезжать из этой просторной квартиры с дизайнерским интерьером. Отсюда рукой подать до центра, все модные рестораны, салоны в шаговой доступности. Меня начинала тошнить, когда я просматривала объявления о сдаче квартир. Будет сложно отвыкать от комфорта.
Я пыталась связаться с Марком в надежде, что он остыл, но он заблокировал мой номер. Стефания же выкладывала новые фотографии в компании Марка. Только на них он не выглядел счастливым, а скорее будто отбывает повинность. В любом случае, со мной ему было бы лучше. Он ещё пожалеет о своём выборе.
Пришлось думать и о работе. Опыт работы в сфере гостеприимства у меня хороший, так что я отправляла резюме в разные отели — только уже на должность администратора или супервайзера. После такой жизни я не хотела возвращаться за стойку рецепции.
Регистрационный день перед соревнованиями я провела так, как того требовал регламент. Сначала нас выстроили по ростовым и возрастным категориям. Взвешиваться, к счастью, не пришлось — это только у мужчин. Я подошла к столику, показала паспорт, забрала номер участницы и сразу же вышла на сцену для пробного позирования: прошлась по «Т»-траектории, поймала свет, примерила четверть-повороты. На крупных турнирах такие репетиции не делают — там выдают номер и сразу отправляют домой, но здесь дали возможность «прощупать» площадку, и я этим воспользовалась.
В день финала всё шло по минутам. Я пришла к семи утра, сдала вещи, встала под кисти гримёров и получила свой слой бронзы. Пока он подсыхал, я прокручивала в голове порядок поз. Затем заняла место в раздевалке: разложила резинки, полукилограммовые гантели, баночку риса и пару долек ананаса — то, чем загружаются перед выходом, чтобы мышцы выглядели объёмнее.
За полчаса до моего вызова началась самая суетливая часть. Вдоль зеркал каждая из нас пампилась: кто приседал с резинкой, кто делал разводку плеч. Я тоже взяла резиновый жгут. Пара лёгких подходов — и я почувствовала, как кровь прилила к дельтам и бицепсам.
Я и другие конкурсантки стояли в одной линии за кулисами, номера были приколоты к левому бедру. После объявления наша шестёрка вышла под резкий свет рампы. Боковым зрением я отметила дрожащие колени соседок и слишком высоко задранный подбородок брюнетки справа.
«Слабая спина, плохой вакуум», — машинально отметила я и мягко вывела бедро.
Когда мы зашли обратно, у меня оставалось немного времени до одиночного выхода. Я посмотрела в зеркало. Убедившись, что всё отлично, достала из сумки телефон, чтобы сделать селфи в зеркале. Пусть Марк видит, что потерял.
Но, взглянув на экран, почувствовала, как сердце участило ритм. Пропущенные вызовы от Марка — час назад. Он позвонил. Сам. Чего же он хотел? Марк знал, что конкурс сегодня. Я занервничала, что для меня несвойственно. Зачем он звонил? Вдруг он просто хотел удостовериться, что я точно съеду из квартиры?
— Яна, приготовься, скоро твой выход, — услышала я голос тренера.
Я опомнилась и нехотя убрала телефон в сумку. Как же это невовремя. Ничто не должно сбить меня с нужного настроя.
Тренер проверил позы, поправил лямку купальника и напомнил:
— Сцена твоя ровно на двадцать секунд — улыбка, взгляд на судей.
Я кивнула, выдохнула и перешла в режим ожидания.
Когда объявили мою категорию и номер, я уже была полностью готова. Подошла к кулисе, заглянула через щель в зал — и через секунду ступила в свет прожекторов.
В центре сцены я встала в базовую стойку: плечи раскрыты, живот подтянут, бедро чуть вывернуто, чтобы показать линию талии. Затем — плавный поворот, спина, короткая задержка, ещё поворот головы.
В зале было тихо, я ощутила на себе пристальный взгляд судей. Улыбнулась широкой улыбкой, как и полагалось: я знала, что красива и заслужила эту минуту славы.
Зайдя за кулисы, выдохнула.
— Теперь судьи будут выбирать победительниц от каждой ростовой категории.
— Сколько они будут думать примерно? — спросила я, прикидывая, стоит ли сейчас перезванивать Марку.
— Обычно это занимает минут двадцать, — ответил тренер.
Я решила дождаться конца конкурса и не сбивать свой настрой разговором с Марком, хотя руки так и тянулись к телефону. Если у меня есть ещё один шанс всё исправить — нельзя торопиться.
Через пятнадцать минут нас стали вызывать на сцену. Я стояла за кулисами, пока ведущий вызывал ростовую категорию «до 168 см».
Секунды тянулись вечностью, ладони вспотели, а улыбка уже начинала сводить скулы. Но когда объявили:
— Третье место — номер 24! — Второе место — номер 28! — И победительница категории — номер 31, Яна Яроненко!
Я не сразу сообразила, что назвали моё имя, но спустя пару секунд шагнула под свет, приняла медаль и букет от судьи. Колени едва не подогнулись от облегчения и восторга, но я заставила себя держать спину ровно и широко улыбаться. Когда медаль коснулась груди, я развернулась и подняла букет: все усилия не зря.
Только это не окончательная победа. Среди финалисток из каждой ростовой категории всегда выбирают одну победительницу, которая и получает главный денежный приз.
Мы, три победительницы разных ростовых групп, выстроились в линию. Рядом со мной — длинноногая брюнетка из категории «170+», слева — миниатюрная белокурая девушка до 158 см с очень тонкой талией. Я понимала: судьи любят или экстра-высоких, или кукольную миниатюру. Я — золотая середина. Иногда это козырь, а иногда — удобная мишень.
Мы крутились, удерживая улыбку. Внутри я напряглась, ожидая, когда назовут абсолютную победительницу.
— Абсолютная чемпионка турнира — номер 35, Елизавета Грачёва!
Послышались аплодисменты. Я поймала себя на том, что на автопилоте улыбаюсь шире, чем должна. Продолжала стоять с чувством досады. Абсолютная победа была бы сейчас очень кстати.
Сошла со сцены, медаль стукнулась о ключицы — тяжёлая, но не ту тяжесть я хотела чувствовать. Тренер встретил у рампы:
— Категория взята, это уже половина дела. До абсолютки — один шажок. В следующий раз дожмём.
Я кивнула, глотая смешанное чувство триумфа и лёгкого разочарования. В фойе — фотограф, фотовспышки, поздравления. Я скользнула взглядом по залу: несколько мужчин в дорогих пиджаках уже вертели в руках визитки, оценивающе глядя на нас.
Абсолютку они, конечно, окружат первыми — и всё же я чувствовала, как на мне задерживаются взгляды.
Я направилась в гримёрку. Только собиралась смывать грим и переодеваться, как услышала своё имя. Девушка, ассистирующая в гримёрке, позвала меня:
— Яна Яроненко! Это вы? Вас какой-то мужчина ждёт за дверью.
Моя голова тут же обернулась к закрытой двери. Я задумалась: выходить в купальнике или что-то накинуть сверху? Интересно, кому я понадобилась? Я снова надела неудобные туфли на высокой шпильке, которые уже успела скинуть, и прошла к двери. За ней меня ждал… Марк.
У меня внутри взорвалась тысяча фейерверков. По его лицу я сразу поняла: ещё ничего не кончено. То, как он на меня смотрел — смесь восхищения, желания и какой-то грусти — сразу изменило мои планы. Он даже похудел и осунулся. Не буду умолять, просить прощения. Игра пойдёт по другому сценарию.
— Марк? — спросила я сухо и немного строго. — Зачем ты пришёл? Чтобы снова оскорблять меня?
— Я хотел поговорить, — ответил он виноватым тоном.
— Ты же заблокировал меня в телефоне. Не давал мне и слова вставить. Чего ты теперь хочешь?
— Яна, — вздохнул Марк, — я просто подумал…
Он замолчал, когда мимо проходила группа людей.
— Давай поговорим не здесь. Буду ждать тебя в машине. Хорошо?
— Не знаю, Марк, — проговорила я печально. — Ты послушал кого-то и разбил мне сердце, а теперь я должна бежать по первому зову? Между прочим, здесь со мной уже успели познакомиться интересные мужчины. Неженатые, кстати.
— Вот как? — тихо проговорил Марк. — Хорошо. Желаю удачи.
Он развернулся и направился к выходу.
— Марк! Подожди! — позвала я.
Я хотела, чтоб он меня поуговаривал, а не уходил. Он обернулся.
— Я подойду к твоей машине.
Марк задержал на мне взгляд и кивнул.
Я принялась быстро переодеваться. Конечно, он не смог так просто меня забыть. Я давала ему слишком много приятных эмоций. Я стала для него наркотиком, от которого сложно отказаться, один раз попробовав.
Покидав вещи в сумку, я направилась к машине. Марк стоял у входа, всматриваясь в выходящих людей. Видно, что сильно нервничал.
— Я отвезу тебя домой, — проговорил он и, взяв мою сумку, убрал в багажник.
Мы сели в машину, Марк повернулся:
— Поздравляю с победой в полуфинале. Ты, конечно, достойна быть абсолютной победительницей. Я тобой очень горжусь.
— Марк, — мой голос дрогнул, — спасибо.
Я взяла его за руку, не в силах скрывать эмоции:
— Я так скучала. Без тебя было так тяжело.
— Я тоже скучал, — Марк подался вперёд, и мы обнялись.
После долгого объятия мы доехали до дома. Марк то и дело клал руку мне на колено или на бедро.
Дома он спросил:
— Ты сможешь объяснить мне всё? Я хочу понять тебя, твои поступки.
Сейчас нужно быть максимально искренней. Теперь это сыграет мне на руку. Я вздохнула:
— Когда жизнь не сахар, приходится подстраиваться. Я не хотела жить, как моя мама. Я уже говорила, что она пахала, как лошадь, пока мой отец лежал на диване. Зато ради другой женщины встал и пошёл на работу. Так вот я решила стать той, ради которой идут и добиваются, а не той, на ком ездят.
Марк слушал внимательно. Я продолжала:
— То, что я хотела встретить обеспеченного человека, который бы заботился… А кто не хочет? Только не все могут. И что плохого в том, что я решила повысить свои шансы? Ты в курсе, что я работала горничной в том же отеле?
Марк покачал головой.
— Так вот… я уже тогда подходила к тебе и пыталась заговорить. Но ты меня не замечал.
Марк нахмурился.
— Я этого не помню.
— Ещё бы, — проговорила я. — Зато после всех моих изменений ты не смог пройти мимо.
— У тебя есть ко мне чувства? Меня только это волнует, — сказал Марк.
— Конечно, — сказала я, не задумываясь. — Как их может не быть? Ведь ты — настоящий мужчина. Такой серьёзный, надёжный, заботливый и очень привлекательный.
Марк удовлетворённо кивнул.
— За время разлуки я понял: то, что ты сделала — под силу не каждой женщине. С тобой не пропадёшь. И в то же время о тебе хочется заботиться и защищать.
Я засмеялась.
— Мне с тобой было так хорошо, что я готов обманываться всю жизнь, чем провести её со Стефанией.
Я закатила глаза:
— Не надо сравнивать меня с ней.
— Не буду.
— Так что теперь? — спросила я, глядя ему в глаза.
— Я разведусь с ней. Потому что хочу быть с тобой, если ты не против.
Я прижалась к нему изо всех сил.
— Только больше не бросай меня вот так… Я думала, что умру.
— Больше никогда, — ответил Марк.