Глава 32. Стефания

Я сидела на совещании, пропуская мимо ушей то, что говорили коллеги. Строительство элитного ЖК шло полным ходом. Сейчас активно обсуждали фасадные работы. Я же крутила в руках телефон, включая и выключая экран. Мне не давало покоя то, что я видела на странице у Яны. Да, я до сих пор просматривала её фотографии. По ним я могла отследить, как обстоят дела у них с Марком.

Я не могла понять: чем Марк занимается? Свадьба на Мальдивах, на которую они позвали человек десять, свадебное платье Яны стоимостью несколько тысяч евро, квартира в центре города... Марк платил копеечные алименты, в которых я, конечно, не нуждалась. Но разве алименты не должны составлять сотни тысяч рублей, учитывая их реальный доход? Откуда такие деньги? И почему они появились после нашего развода, а не в браке со мной?

Недолго мне пришлось радоваться их бедственному положению. Я думала, Яна бросит Марка, когда он потеряет деньги, но вдруг на её фотографиях откуда-то появились сумки за миллион, дорогие машины и курорты. Я чувствовала, что пытаюсь угнаться за ней, соревнуясь — кто теперь богаче.

— Стефания, — услышала я голос напротив себя и подняла глаза.

Евгений, который приехал сегодня к нам на совещание, потому что его компания занималась фасадами, строго смотрел на меня.

— Убери телефон, — прошептал он мне.

Поколебалась пару секунд, но положила телефон экраном вниз. Не хочу потом выслушивать нотации.

После совещания он прошёл за мной в мой кабинет.

— Ты опять заходишь туда, куда не стоит? — спросил он с упрёком.

— Да я просто из любопытства, — ответила я.

— Мне не нравится, что ты не можешь отпустить их. Уже прошло больше полугода с момента развода, а с момента расставания... я уж не знаю. Ты думаешь, мне нравится, что ты следишь за жизнью своего бывшего?

— Потому что меня бесит, — я взмахнула руками от негодования. — Что она теперь изображает из себя элиту, а сама — пустое место!

— Тебе какое до неё дело? Живи своей жизнью. Это неуважение ко мне. Я что, мало тебе даю?

Я помотала головой и замялась:

— Нет, Жень, но...

— Вот и успокойся.

— Ладно, — согласилась я, не желая с ним спорить.

Мы встречались полгода, и я успела усвоить несколько правил, одно из которых — он не терпел, если я направляла своё внимание на кого-то другого. Ему хотелось, чтобы я поскорее забыла годы жизни в предыдущем браке, но мне было сложно. Часто он был нетерпелив и строг. Но даже если и так — я понимала, что он всегда действовал в моих интересах. Стоило забыть и отпустить и Марка, и его змею.

— Я заеду к тебе вечером, — Евгений подошёл ко мне и резко посадил на стол.

— Женя, кто-то может зайти, — проговорила я, но обхватила его ногами.

Его сила всегда действовала на меня обезоруживающе. Женя крепко держал меня за бёдра. Прохладная поверхность стола под платьем резко контрастировала с теплом его ладоней. Он наклонился, губы скользнули к шее, и горячее дыхание заставило меня закрыть глаза.

— Вечером я не стану останавливаться, — прошептал он мне в ухо. Голос был низким, спокойным, как всегда, но внутри меня от этих слов всё сжалось.

Я почувствовала, как его пальцы чуть сильнее врезались в кожу — предупреждение и обещание сразу.

— Сейчас нельзя, — выдохнула я, хотя колени только плотнее сомкнулись вокруг его талии.

Женя усмехнулся, легко стиснул мои лодыжки и мягко раздвинул. Его взгляд задержался на лице — проверял, не испугалась ли. Я не испугалась. Лицо горело, но внутри было ясное согласие.

Он провёл тыльной стороной пальцев по внутренней стороне бедра и отнял руку. Сразу же отступил на полшага, вернул мне равновесие, помог соскользнуть со стола.

— Вечером будь готова, — сказал он тихо. — И отключи телефон.

Я кивнула, не находя слов.

Он поправил свой пиджак, будто ничего не случилось, и вышел.

Стоило ему уйти, я ринулась к папе в кабинет. Он уже собирался уходить, потому что приехал только ради совещания. Сейчас должность Марка временно занимал Георгий. Только это «временно» сильно затянулось.

— Стеша, что такое? — удивился папа. — Что ты так раскраснелась?

— У меня в кабинете душно, — соврала я.

Папа поднял брови и промолчал.

— Папа, мне нужно срочно узнать, откуда у Марка столько денег! — выдала я. — Он платит двадцать пять тысяч алиментов, а его новая жена покупает сумки Hermes! Он совсем обделяет Аврору. Может, налоговую натравить?

Папа вздохнул.

— Стеш, забудь о ней. У тебя новые отношения. И я твой выбор одобряю. Ты что, её сумкам завидуешь?

— Меня злость распирает, что она получила, что хотела. Так не должно быть! — ответила я слегка плаксиво.

— Стефания, что ты мне на это жалуешься? Чего ты от меня хочешь? Марк не глупый, он без дела сидеть не будет. Наверняка открыл какой-то бизнес и скрывает свой доход.

— Да? — эмоционально сказала я. — А какой-такой бизнес он создал и на что? Откуда стартовый капитал? И как он может так быстро заработать на квартиру в центре Москвы, машины и бренды? Это не происходит в один момент, ведь правда?

Папа взглянул на меня, и его лицо помрачнело.

— Ты считаешь, что у него действительно много денег и никакого бизнеса?

— Это я бы и хотела узнать. А что? Почему ты вдруг расстроился?

Папа долго молчал.

— Стефания, меня смутил один момент. Не мог ли он украсть у нас что-то?

Он стал дышать тяжелее.

— Пап, ты что? Успокойся, — испугалась я. — Да что он мог украсть? Всё на месте.

— Я очень надеюсь, что это не то, что я думаю. Потому что если мои опасения оправдаются, у всех нас будут большие проблемы.

— О чём ты? — поразилась я.

Папа постучал пальцами по столу, на лбу выступила испарина.

— Чёрт, чёрт, чёрт, — выкрикнул он. — Нам нужно обезопасить себя.

Я присела на стул. Давно не видела папу в таком состоянии.

— Он имел доступ к секретным данным. Ведь мы строили объекты в центре Москвы. Отель и жилой комплекс. Помнишь, нам пришлось запрашивать разрешение на строительство?

Я нахмурилась, вспоминая. Действительно, начать строительство недалеко от Кремля было непросто. Нужно было получить кучу разрешений, ведь под землёй находились какие-то туннели, оставшиеся с советских времён.

— В ФСБ нам дали чертежи всех коммуникаций, туннелей, находящихся в центре. Флешка лежала в сейфе. Марк всё контролировал.

— Ну и что? Кому нужны эти чертежи?

Папа снял очки и потер лицо.

— Кому угодно. Схемы подземных коммуникаций и туннелей в области Кремля… А у Марка ещё и швейцарское гражданство… Вдруг его завербовали?

Я покачала головой.

— Да нет, это что-то из области шпионских фильмов. Стал бы Марк таким заниматься?

— Мы уже поняли, что он способен на воровство и на мошенничество.

Папа встал из-за стола:

— Занимайся своими делами. Мне надо обдумать это и сделать пару звонков на опережение.

— Ты меня напугал. Теперь ни о чём не смогу думать, — сказала я.

Хотела просто узнать, откуда у них столько денег на роскошную жизнь, а заставила папу волноваться. Лучше бы и правда постаралась забыть обо всём.

Сегодня Аврора ночует у Марка. По суду он получил возможность забирать её к себе раз в неделю. Моим условием было, чтобы Яна в эти дни уезжала куда угодно — только не проводила время с моей дочерью. Судя по фотографиям, она не сильно возражала, потому проводила это время в СПА-отелях.

Когда Аврора оставалась у Марка, ко мне приезжал Женя. Иногда я оставалась у него. Я пока не была готова жить вместе на постоянной основе.

Вечером я валялась на диване, гадая, чем занимаются Марк и Аврора. В прихожей повернулся ключ. Я тут же встала и направилась встречать Женю.

— Симпатичный костюм, — проговорил он, рассматривая меня.

Дома я всегда предпочитала комфорт, так что надела мягкий тёмно-синий костюм со стразами.

— Привёз тебе одну вещь, — сказал Женя и протянул мне коробку.

Я с любопытством открыла её: внутри лежала компактная поющая чаша, деревянная подставка и короткий молоточек.

— Видел, как часто ты медитируешь, — произнёс Евгений. — Подумал, что это пригодится.

— Какая красивая, — я вынула чашу, поставила на подставку.

Женя провёл молоточком по краю. Глухой чистый звук тянулся несколько секунд. Я почувствовала, как мышцы плеч расслабились.

— Просто три-четыре круга утром и перед сном, — уточнил он. — Считается, что частота стабилизирует нервную систему.

— Спасибо. Мне это действительно нужно, — ответила я. От его внимания стало тепло и спокойно.

Женя убрал молоточек и аккуратно придвинул чашу мне.

— Ценю, что ты замечаешь мои привычки.

Женя слегка сжал мои пальцы, взгляд оставался твёрдым и уверенным.

— Твои привычки — часть тебя. Поддерживать их для меня нормально.

Я кивнула. Телефон на столике завибрировал. Евгений взглядом указал на него.

— Отключи звук, — сказал он. — Сегодня отвлекаться ни к чему.

Я выключила вибрацию и отложила телефон. Он обнял меня одной рукой.

— Чем хочешь заняться? — спросила я.

— Ну, для начала поесть, — проговорил Женя немного раздражённо.

— Отвлеклась на чашу и забыла, — проговорила я и потянула его на кухню.

Я уже сделала выводы, что еда для него имела особое значение. Оставить его голодным — значило играть с огнём. Женя очень не любил, когда я, по его мнению, проявляла к нему невнимательность, и подчёркивал, что он всегда подмечает, что и в какой момент нужно мне.

Пока он ел стейки из лосося, я взяла телефон. Женя слегка сдвинул брови, но ничего не сказал.

— Я только один раз взгляну, — заверила его я.

Меня распирало узнать, куда направилась Яна, пока Марк и Аврора у них дома. Я открыла Янину страницу и увидела то, чего никак не ожидала. Кровь прилила к вискам, сердце забилось сильнее. Я нажала на фотографию, чтобы увеличить. На фотографии — Яна, Марк и Аврора вместе. Сидят в каком-то ресторане с детской комнатой. Но не это повергло меня в шок. Я не могла отвести взгляд от её большого живота. И не могла поверить.

— Стеша, может, лучше расскажешь, как прошёл день? Мы же договаривались — без телефонов.

— Сейчас, подожди секунду, — ответила я, не поднимая глаз.

Раньше я не видела подвоха в том, что Яна выставляла только селфи или фотографии со спины. Теперь же решила добить меня своим животом. Да ещё и рядом с Авророй. Подпись к фото: «Решили выгулять ДЕТЕЙ».

Фрустрация вперемешку с яростью заставили меня ударить по столу кулаком.

— Да что такое? — голос Жени прозвучал строже. — Что там увидела?

— Она беременна! — воскликнула я. — Срок уже большой. И они нарушили договорённости. Она в ресторане вместе с Марком и Авророй!

— Беременна? — Женя поднял брови. — Ну и хорошо. Будет ей кем и чем заняться. А насчёт нарушений… Стеш, пора смириться. Она его жена и не может постоянно куда-то уезжать. Тем более, когда ребёнок родится. Так что тебе придётся принять новые реалии. Спросишь у Авроры, комфортно ли ей было в её присутствии.

— Нет, — я помотала головой. — Какая наглость! Она специально выложила эту фотографию, чтобы позлить меня! Я не знаю, что с ней сделаю!

Женя ударил по столу так, что его тарелка подскочила.

— Телефон. Сейчас, — коротко бросил он.

Я прижала смартфон к груди.

— Я только…

— Телефон, — повторил он, уже тише, но жёстче. — Три секунды.

Я медленно протянула телефон. Он положил его экраном вниз в противоположный конец стола.

— Слушай внимательно. Это происходит в последний раз. Мне неинтересно, беременна она, похудела или купила новый мешок за миллион. Её жизнь — мусор, который ты таскаешь в наши отношения и вываливаешь мне под ноги.

— Это не мусор, это моё…

— Это слабость, — перебил он. — Жалкая попытка мерить своё счастье чужими фотографиями. Мне не нужна женщина, которая тратит вечера на слежку за бывшим. Мне нужна партнёрша, а не школьница с телефоном.

Я сжала кулак.

— Ты говоришь так, будто я должна закрыть глаза на их нарушения.

— Хочешь решить — подай в суд. Сделай официальное предупреждение. Наёмного юриста ты в состоянии оплатить. Но ныть и шпионить — детский сад.

Я открыла рот, но он не дал вставить слово.

— Запоминай: ещё один “мониторинг” — и я выхожу из этой квартиры, пока ты не научишься смотреть вперёд. Я ясно выразился?

— Жень, ты серьёзно? — голос сорвался.

— Абсолютно. Запрет прост: их страницы — вне доступа. Хочешь знать про Аврору — разговаривай с дочерью. Всё остальное — хлам, который разрушает тебе нервную систему и портит мне вечер.

Я вздохнула и закрыла лицо руками.

— Стефания, я с тобой разговариваю. Серьёзно, реши для себя: тебе нужны наши отношения или ты и дальше будешь страдать ерундой?

— Нужны, — глухо ответила я.

Я не хотела его потерять. Женя, наверное, был единственный, кто мог устроить мне встряску. Но делал это — любя.

— Отлично. Но ты меня знаешь. Если продолжишь в том же духе, потом будешь мониторить страницы уже двух бывших.

Я нахмурилась.

— Хватит мне угрожать. Мне вообще-то неприятно.

— Не надо себя жалеть. Ты сама устраиваешь себе проблемы.

Женя подошёл ко мне и потянул за руку. Я встала, поддавшись ему.

— Пойдём, пора заставить тебя забыть об этой ерунде.

Он подхватил меня на руки и понёс в спальню.