Глава 14

Совет экспедиционного корпуса собрался в бывшем управлении паломнических поселений, откуда ещё недавно распределяли прибывающих по храмам и монастырям. Теперь в просторном зале стояли столы связистов, на стенах висели карты Храмовой Горы, а через выбитые окна просматривались позиции передовых батальонов.

От флота прибыл адмирал Ридо Сальди, командующий Восточной Армией. Его флагман держался над западной частью острова, а корабли продолжали блокаду, не приближаясь к берегу настолько, чтобы подставиться под уцелевшие батареи.

На карте Храмовая Гора выглядела почти правильным овалом, вытянутым с запада на восток. Нижние кварталы уже находились в руках Шардала, но сам скальный массив пронизывали переходы, склады, казармы и храмовые помещения. Главная дорога поднималась к верхним ярусам и комплексу зданий Патриарха, а ещё выше начинались купола Храма Двенадцати Богов.

Затопить внутренние сооружения пирогелем не получалось. Гора возвышалась над окружающей равниной, а большинство нижних выходов имело уклон наружу. Горящая смесь вытекла бы из переходов, растеклась по дорогам и ударила прежде всего по осаждающим частям. Даже если бы пехота успела отойти, огонь отрезал бы сапёров и уничтожил технику у подножия.

Массированная бомбардировка тоже не решала задачи. Воздушные линкоры могли снести Храм Двенадцати Богов, верхние башни и дворец Патриарха, но основная часть укреплений оставалась внутри скалы. После обстрела пехоте всё равно пришлось бы входить в переходы, только уже через завалы.

Кроме того, разрушение главного храма мира стало бы подарком для церковников. Записи с призванными убедили большинство государств, что Ларнас необходимо обезоружить, однако никто не давал Шардалу права превращать святыни Двенадцати Богов в груду камня.

— Нижние ярусы отсекаем огнём, — сказал Ардор, проводя пальцем по отмеченным сапёрами входам. — Не заливаем гору целиком, а подаём пирогель в самые нижние переходы и не даём гарнизону использовать их для переброски людей.

Адмирал Сальди посмотрел на схему верхних уровней.

— А выше?

— Пехота, сапёры и штурмовые группы, — ответил Ардор. — Медленно, печально и без обстрела храмов.

Поскольку других предложений не осталось, сапёры начали готовить отсечку нижних уровней. Захваченные переходы проверяли эфиристы, определяя направление галерей и ближайшие внутренние полости. Наружные выходы перекрывали земляными валами и каменными заграждениями, чтобы горящая смесь не ушла на равнину. Там, где галерея имела уклон к шардальским позициям, ставили толстые металлические заслонки и оставляли только отверстия для подачи пирогеля.

Транспортные воздухолёты доставляли ёмкости небольшими партиями. Никто больше не пытался загнать в гору сотню тонн сразу. Смесь распределяли по отдельным участкам нижнего яруса, после чего сапёры отходили и поджигали её дистанционными зарядами.

Первые вспышки появились внутри скалы ночью. Из нескольких щелей вырвался огонь, затем над нижними входами поднялся дым. Пирогель растекался по переходам, заполнял углубления и продолжал гореть там, где обычное пламя давно погасло бы от недостатка воздуха.

Церковники попытались прорваться наружу через западную галерею. Тяжёлая дверь распахнулась, из неё выбежали несколько десятков солдат в защитных накидках, за которыми толкались монахи и служители. Передовые посты пропустили безоружных, а по солдатам открыли огонь. Остатки отряда отступили обратно, но через несколько минут пирогель добрался до перехода, и дверь больше не открывалась.

К утру огонь отсёк три нижних уровня. Перебрасывать по ним войска стало невозможно. В нескольких местах перекрытия начали проседать, однако гора выдерживала, и верхние храмы оставались целы.

Штурм начался с южного подъёма.

Впереди двигались сапёры с тяжёлыми щитами, за ними егеря и морская пехота. Каждый поворот проверяли эфиристы. В подозрительные проходы запускали наблюдательные устройства, двери открывали зарядами, а защитников выкуривали газом или выжигали короткими очередями огнемётов.

Первый ярус Храма Двенадцати Богов заняли за четыре часа. Церковники удерживали лестницы, стреляли из боковых галерей и пытались подрывать переходы после отхода, но сапёры быстро научились находить провода к детонаторам. Заряды отключали или взрывали заранее, не позволяя обрушить проход на наступающие группы.

Шардальцы не торопились. Захваченные помещения отмечали на схемах, оставляли охрану у каждого бокового хода и только после этого двигались дальше. Артиллерия работала по отдельным огневым точкам снаружи, не задевая купола и святилища.

Восточная группа вошла в храмовые мастерские, западная захватила казармы внутренней стражи. К вечеру обе соединились под центральной лестницей. Из верхних окон ещё стреляли, но нижняя часть Храма Двенадцати Богов уже находилась под контролем экспедиционного корпуса.

Аврел следил за наступлением из зала Машины призыва.

До последнего дня он рассчитывал, что Шардал начнёт с уничтожения главных храмов. Воздушные линкоры и крейсеры стояли вокруг острова и их орудий хватало чтоб несколько часов снести верхнюю часть горы. Но первый же снаряд, попавший в центральное святилище, мог привлечь внимание тех, чьи имена носили алтари.

Аврел подготовил Машину к работе именно под прикрытием ожидаемого обстрела. Пока боги разбирались бы с теми, кто разрушал их храмы, проход успел бы раскрыться полностью.

Но корабли не стреляли.

Шардальцы отсекли нижние ярусы огнём и полезли вверх пехотой, занимая переход за переходом. Они разрушали только те участки, откуда по ним вели огонь, и обходили главные святилища, не давая происходящему превратиться в нападение на богов.

Огонь уже добрался до подступов к залу Машины. Один из двух основных коридоров обрушился, второй нагрелся настолько, что с металлических дверей стала облетать краска. Оставался ещё подъём к верхнему храму, но шардальские группы приближались и оттуда.

Для завершения перестройки требовалось ещё не меньше суток. Внешнее кольцо ещё не замкнуто, накопители подключили без выравнивания, а часть проводников сняли с храмовой защиты и установили прямо поверх старых линий.

Но Аврел приказал начинать запуск.

Мастера не стали спорить. Нескольких человек, попытавшихся уйти после первых перегрузок, храмовая стража застрелила у выхода. Остальные вернулись к приборам и начали открывать питающие каналы.

Энергия сразу пошла неравномерно. По залу пробежали белые разряды, металлические дуги задрожали, а камень вокруг центрального круга начал крошиться. Один накопитель отключился через несколько секунд, второй загорелся, но Машина продолжала принимать поток эфира от остальных храмов.

Прежние запуски начинались с появления эфирной структуры, которую затем втягивали в подготовленное тело. Теперь в центре круга возникло тёмное углубление, не похожее ни на тень, ни на отверстие. Оно расширялось, поглощая свет вокруг себя, пока не превратилось в проход высотой почти четыре метра.

С другой стороны что-то двигалось.

Первым появился коготь, затем длинная рука, покрытая плотными пластинами. Существо похожее на огромную ящерицу протиснулось через нестабильный проход, сорвало одну из дуг и шумно рухнуло на каменный пол. Оно оказалось меньше тех, на кого рассчитывал Аврел, но даже пригнувшись почти касалось потолка иглами на гребне.

У демона не было человеческой оболочки, его тело не требовало перестройки и не зависело от чужой плоти. Пластины на груди выдержали разряд защитного амулета, а пули храмовой стражи только оставили на них светлые отметины.

Существо выпрямилось, ударило ближайшего охранника швырнув тело через половину зала.

Аврел что-то гортанно проревел, и существо его поняло, чуть склонив голову, и проигнорировав дверь, проломилось сквозь створки рвануло к верхним переходам.

Второй прорвался через портал почти сразу. Он тоже двигался на четырёх конечностях, но в узких местах поднимался, цепляясь за стены мощными узловатыми лапами с длинными когтями.

И ему Аврел отдал короткий приказ на демоническом языке, и тот ушёл пробив дыру в тот коридор, где пылал пирогель, ничуть не чувствуя дискомфорта от жгучего огня.

Третий появился, когда Машина уже разваливалась. Проход сжимался и раскрывался рывками, отрезав часть отростков на его спине, но существо похожее на огромную сороконожку всё же выбралось в зал.

Следом взорвался первый накопитель и удар сорвал с креплений питающие дуги. Несколько мастеров погибли сразу, остальных отбросило к стенам. По старым контурам пошла обратная волна, и один за другим начали разрушаться узлы, соединявшие Машину с храмами.

Аврел попытался удержать проход, но управление уже не отвечало. Тёмное отверстие свернулось, на мгновение втянув внутрь обломки металла и осколки кристаллов, а затем исчезло, а через секунду взорвалась центральная камера.

Удар прошёл волной по всей Храмовой Горе. Каменный пол под наступающими частями дёрнулся, со сводов посыпалась крошка, в нижних переходах рухнули несколько перегородок, а над верхним храмовым комплексом поднялся столб пыли.

Шардальские группы остановились, ожидая нового обрушения.

Первый демон вышел к ним через боковой проход у центральной лестницы, и передовая группа успела открыть огонь. Пули крупнокалиберных пулемётов ударили в грудь и плечи существа, но только замедлили его. Демон проломил каменное ограждение, схватил бронещит вместе с державшим его солдатом и мотнув головой на длинной шее, ударил им по стене.

Егеря отступили к следующему повороту, продолжая стрелять. Автоматическая пушка, установленная на нижней площадке, дала длинную очередь и несколько снарядов разорвались на теле демона, сорвали часть пластин и заставили его опереться на стену, но через несколько секунд он снова двинулся вперёд.

Второе существо похожее на многоножку, появилось на западном направлении. Оно прошло по потолку над штурмовой группой, спрыгнуло ей в тыл и за несколько мгновений разорвало половину отделения. Пехота закрыла проход огнём, однако демон ушёл в соседнюю галерею и продолжил двигаться параллельными ходами.

Третий, формой напоминавший огромного медведя направился вниз, к основным силам. Он пробил запертую дверь, опрокинул бронемашину на лестничной площадке и вышел к внутреннему двору Храма Двенадцати Богов.

Штурм остановился сразу на трёх направлениях.

Ардор получил первые сообщения почти одновременно. Записи с наблюдательных приборов показывали существ, не похожих на прежних призванных. Их тела не распадались после ранений, а эфирная структура оставалась устойчивой даже под огнём пушек.

Он приказал отвести передовые группы, закрыть боковые переходы и не пытаться удерживать узкие лестницы ценой людей.

Штурмовую броню доставили с командного воздухолёта через десять минут. Тяжёлые пластины из синей стали, ценой в неплохой дворец в столице, закрывали тело от шеи до ступней, усиливающие узлы принимали часть нагрузки, а встроенный эфирный контур поддерживал защиту даже при прямом ударе. Поверх брони закрепили дополнительные накопители.

Ардор застегнул шлем, проверил движение рук и взял тяжёлый клинок, тоже выкованный из синей стали.

— Где ближайший? — спросил он.

Офицер указал на центральную лестницу.

Других разговоров не понадобилось.

Ардор вошёл в храм через южный проход. За ним двигались две штурмовые группы с автоматическими пушками и тяжёлыми щитами. Пехота освобождала коридоры, оставляя ему прямой путь к существу.

Демон встретил их у разрушенной лестницы. На его теле уже зияли раны от снарядов, но движения почти не замедлились. Он бросился вперёд, игнорируя огонь пушек бивших в упор.

Ардор замедлил время в тот момент, когда когти прошли над его головой.

Окружающее пространство стало вязким. Он скользнул под руку демона, ударил клинком в повреждённый стык пластин и направил туда весь запас эфира первого накопителя. Защита существа вспыхнула, металл вошёл глубже, но демон успел развернуться и отбросил Ардора через лестничную площадку.

Броня приняла удар, каменная плита под ним треснула, один усилитель отключился, однако Ардор сразу поднялся.

Автоматические пушки снова открыли огонь. Снаряды били в уже повреждённую сторону, не давая демону прикрыть рану и восстановиться. Ардор приблизился ещё раз, ушёл от когтей и рассёк опорную конечность.

Существо рухнуло на колено.

Последний удар пришёлся под основание головы. Клинок прошёл между пластинами, эфирный разряд выжег всё что там было в голове, и демон обмяк, перегородив лестницу.

На западном направлении многоножка продолжала двигаться по внутренним галереям. Она нападало через проломы, уходило в стены и не давало штурмовым группам развернуть тяжёлое вооружение. Сапёры отметили его маршрут по разрушениям и заложили заряды у трёх выходов.

Два прохода взорвали одновременно. Демона выбросило в центральный зал, где его встретили четыре автоматические пушки. Плотный огонь сорвал пластины со спины и перебил хорду шедшую вдоль тела, но существо всё ещё пыталось подняться.

Ардор добрался до зала прежде, чем оно втянулось обратно в переходы. Демон метнулся к колоннам, однако движение герцога не позволило ему скрыться. Ардор перехватил его у стены и вогнал клинок в разорванную пушками спину. Первый удар не уничтожил существо, второй совмещённый с потоком эфира расплавил внутренние ткани, после чего оно перестало двигаться.

Третий демон прорвался во внутренний двор. Там у шардальцев оказалось больше места для тяжёлого оружия. Бронемашины разошлись вдоль стен, автоматические пушки били с двух сторон, а штурмовые воздухолёты зависли над двором и открыли огонь сверху, поливая огнём на расплав стволов.

Существо выдержало первые попадания, перевернуло одну машину и добралось до восточной галереи. Один из воздухолётов снизился слишком близко, и демон прыгнул, зацепился за борт и сорвал боковую обшивку и один из гравитронов. Пилот успел посадить повреждённый аппарат за стеной.

К приходу Ардора демон потерял часть защитных пластин и одну верхнюю конечность. Он всё ещё двигался быстрее человека и продолжал теснить пехоту к южному выходу.

Ардор прошёл между бронемашинами, дождался очередного залпа и бросился вперёд сразу после разрывов. Демон ударил уцелевшей рукой. Защитный контур брони погас, правая плечевая пластина треснула, но Ардор удержался на ногах и сблизился на удар меча.

Клинок ударил в живот, где пушки уже смяли и раскрошили пластины брони. Демон согнулся, пытаясь раздавить противника массой тела но Ардор выпустил энергию двух последних накопителей прямо в рану.

Внутри существа раздался глухой удар. Пластины на груди разошлись, из дыр в защите вырвалось белое пламя. Демон сделал ещё несколько шагов, затем рухнул между бронемашинами.

Стрельба во дворе прекратилась.

В верхних переходах продолжалось сопротивление, но после взрыва Машины церковные защиты начали гаснуть одна за другой. Связь между участками исчезла. Гарнизоны, не получавшие приказов, либо складывали оружие, либо отходили к вершине, где их быстро отсекали штурмовые группы.

К утру Храм Двенадцати Богов находился под контролем экспедиционного корпуса. Главные святилища не пострадали, хотя разбитые двери, повреждённые лестницы и следы боя оставались в боковых переходах и казармах, но центральный зал уцелел.

От Машины призыва сохранилась только нижняя часть камеры. Взрыв обрушил потолок, уничтожил питающие контуры и похоронил под камнем всех, кто находился внутри. Эфиристы несколько раз проверили завал и подтвердили, что работающих узлов там не осталось.

Сапёры закрыли доступ к разрушенному залу и начали укреплять ближайшие переходы. Над резиденцией патриарха подняли флаг Шардала, после чего передовые части двинулись к последним зданиям верхнего комплекса.

Ардор успел сделать всего несколько шагов от тела третьего демона, когда Храмовую Гору снова тряхнуло. На этот раз удар пришёл не снизу. Каменные плиты центрального двора вспучились, словно под ними резко выгнуло перекрытие, затем одна из стен верхнего перехода с грохотом разошлась от пола до свода, а из трещины вырвался плотный эфирный поток, сорвал с колонн облицовку и опрокинул стоявших ближе солдат.

Штурмовые группы мгновенно развернули оружие к пролому и автоматические пушки дали короткие очереди, разбивая края стены и поднимая облака каменной пыли, но из глубины никто не выходил.

Потом в проломе показался Аврел.

Человеческий облик ещё сохранялся, однако тело уже не соответствовало ему по размеру. Плечи упирались в края прохода, руки вытянулись почти до пола, кожа покрылась тёмными пластинами, медленно наползавшими одна на другую. Лицо осталось прежним лишь на несколько секунд. Челюсть выдвинулась вперёд, лоб раскололся вертикальной бороздой, а под кожей проступили новые кости, раздвигая глазницы.

Он вышел во двор, выпрямился и продолжил расти.

Снаряды ударили в него сразу с трёх сторон. Автоматические пушки выбивали бронебойными снарядами осколки из пластин, крупнокалиберные пулемёты били по суставам и голове, два бронетранспортёра открыли огонь из бортовых установок не жалея снарядов но Аврел не остановился. Повреждения затягивались быстрее, чем расчёты успевали переносить огонь. Разбитые пластины отходили в стороны, под ними появлялся новый слой, ещё толще прежнего.

Он закончил превращение посреди двора.

Теперь перед храмом стояло существо высотой почти в восемь метров, широкое в плечах и слишком тяжёлое для человеческих пропорций. Ноги заканчивались массивными ступнями с четырьмя когтями, руки доставали до колен, вдоль позвоночника поднялись костяные выступы. В груди под прозрачным слоем плотной ткани пульсировал узел тёмного света, в котором человеческое тело Аврела растворилось окончательно.

Бронетранспортёр, стоявший ближе остальных, дал длинную очередь в грудь. Несколько снарядов пробили наружный слой, но не достигли светящегося узла.

Аврел шагнул к машине и ударил сверху.

Броня сложилась внутрь вместе с башней. Машину вдавило в каменные плиты, ходовая часть разошлась в стороны, а корпус сел почти до земли. Второй бронетранспортёр начал отходить задним ходом, продолжая стрелять. Аврел схватил его за передний край, поднял и швырнул в стену бокового придела. Машина пробила кладку и исчезла внутри здания вместе с обломками.

Пехота отступала организованно, перенося раненых и не прекращая огонь. Сапёры подорвали проход за спиной существа, пытаясь отсечь его от верхних ярусов. Взрыв обрушил часть галереи, но камень лишь скользнул по пластинам и раскололся при падении.

Аврел повернулся к Ардору.

Повреждённая штурмовая броня ещё держалась, но правое плечо не двигалось полностью, два накопителя выгорели, а защитный контур восстанавливался слишком медленно. Тяжёлый клинок после трёх демонов потерял остроту и покрылся трещинами у основания.

Ардор приказал штурмовым группам отойти к внешним переходам и освободить двор. Оставшиеся бронемашины разошлись к боковым воротам. Пушечные расчёты продолжали стрелять, пока демон не двинулся вперёд, после чего откатили оружие за колоннаду, только пара отчаянных морпехов, выкатили на прямую наводку егерскую пушку и садили длинными очередями в бок твари, напрочь игнорируя летящие в них камни.

Аврел атаковал без предупреждения.

Первый удар пришёлся сбоку. Ардор успел включить разгон и уйти с линии движения, но новая форма Аврела двигалась также быстро. Его рука не остановилась, а лишь стала немного медленнее. Когти зацепили нагрудную пластину, разорвали наружный слой и отбросили Ардора к ступеням.

Он ударился спиной, проломил каменное ограждение и скатился вниз вместе с обломками. Броня удержала кости целыми, но несколько соединений погасли, а на шлеме треснула лицевая пластина.

Аврел спрыгнул следом. Под его весом ступени лопнули сразу на нескольких уровнях, но Ардор поднялся и встретил его движение клинком. Металл выдержал первое столкновение, выгнулся, но не сломался. Отдача прошла через руки и плечи, усилители брони взвыли от перегрузки а второй удар расколол клинок пополам.

Ардор отбросил рукоять и ушёл под следующую атаку. Когти прошли по стене, сорвав несколько каменных блоков. Он ударил кулаком в повреждённый участок на груди демона, выпустив остаток энергии из нагрудного накопителя и личного резерва. Разряд пробил наружную пластину, но тёмный узел лишь дрогнул и тут же восстановил защиту.

Аврел схватил Ардора за туловище.

Штурмовая броня стала сминаться под чудовищным давлением. Пластины начали налезать друг на друга, усилители отключались один за другим. Ардор повернулся боком, пытаясь выиграть несколько мгновений, но демон продолжал сжимать пальцы.

А в следующую секунду Храм содрогнулся от чудовищной мощи вошедшей в старые камни.

Сначала вспыхнул алым кровавым светом алтарь бога Войны в центральном святилище. Свет словно вода, просочился через закрытые двери, стены и перекрытия, не разрушая их, достиг двора узкой прямой полосой и впитался в Ардора.

Старая броня рассыпалась.

Металл, ткань, разбитые накопители и соединительные узлы превратились в серую пыль, которая высыпалась между пальцами демона, замершего словно изваяние но Ардор не упал а на его теле уже формировалась другая защита.

Серебристые пластины возникали не поверх одежды, а прямо из света. Они закрыли грудь, плечи и руки, сошлись на спине, охватили ноги до ступней. Между отдельными частями не осталось ремней, застёжек или видимых соединений. Поверхность не отражала свет, а удерживала его внутри, и каждый удар демона вновь обретшего подвижность, лишь усиливал защиту.

В руках Ардора появился двуручный меч.

Оружие оказалось почти с человеческий рост, с широким прямым клинком и простой крестовиной. На металле не было украшений, надписей или знаков. Только ровная серебристая поверхность, по которой проходило белое свечение.

Пальцы Аврела сомкнулись вновь, но серебристая броня не прогнулась.

Ардор разжал его хватку, упёршись ногами в грудь демона, и опустил меч между пальцами. Клинок прошёл через тёмные пластины без сопротивления. Отсечённые когти полетели вниз и начали превращаться в прах ещё до падения.

Аврел отшатнулся, а Ардор приземлился, развернул меч и ударил снизу-вверх «ударом плуга». Клинок рассёк предплечье, плечо и часть грудной защиты. Из раны вырвался не огонь и не кровь, а плотный эфирный выброс, разметавший обломки на десятки метров.

Демон ответил ударом другой руки и Ардор принял его на плечо. Камень под ногами провалился, ступени разрушились, но серебристая броня осталась целой. Он удержался, развернулся вместе с движением противника и перерубил опорную ногу у колена.

Аврел рухнул на бок, проломив стену бокового придела. Несколько колонн сложились, перекрытие осело и накрыло его каменными блоками.

Демон поднялся почти сразу.

Повреждённая нога вытянулась из обломков, обросла новой плотью и снова обрела опору. На груди уже затягивался разрез. Тёмный узел ускорил пульсацию, выпуская по телу новые слои защиты.

Аврел бросился на Ардора, сминая всё на пути.

Они столкнулись у внутреннего двора. Удар отбросил обоих в разные стороны. Ардор пробил спиной стену оружейной галереи, демон врезался в оставленный бронетранспортёр и смял его под собой. Машина лопнула по швам, башню сорвало и швырнуло к храмовым воротам.

Ардор вышел из пролома прежде, чем Аврел успел подняться. Меч ударил по спине, срезал костяные выступы и вошёл почти до середины тела. Демон выгнулся, развернулся и ударил локтем. Не выпустив рукоять меча, Ардор пролетел через весь двор, пробил колоннаду и остановился только у внешней стены.

Серебристая броня выдержала, но внутри неё Ардор почувствовал удар всем телом. Благословение защищало от разрушения, однако не отменяло силы столкновения. Руки дрожали, дыхание сбилось, а состояние сверхскорости требовало всё больше усилий.

Меж тем, Аврел двигался к нему, восстанавливаясь после каждого ранения. Отрубленные части превращались в тёмный прах, но на их месте вырастали новые. Пушки могли повреждать тело, меч бога Войны разрезал его защиту, однако тёмный узел в груди каждый раз возвращал демону прежнюю форму.

Ардор перестал бить по рукам и ногам.

Когда Аврел снова бросился вперёд, он не ушёл с пути. Демон продолжал двигаться, но теперь Ардор успел увидеть, как перед каждым восстановлением узел в груди на мгновение раскрывается и выпускает тонкие нити к повреждённым участкам.

И он шагнул навстречу удару.

Когти прошли по серебристому наплечнику и отбросили его в сторону, но Ардор удержал меч обеими руками. Клинок вошёл в грудь между пластинами. Демон попытался сомкнуть их, однако металл божественного оружия не позволил ране закрыться.

Ардор надавил сильнее.

Аврел схватил его за плечи, поднял и ударил о землю. Двор провалился ещё на полметра. Плиты раскололись, из нижнего помещения вырвался дым, но Ардор не выпустил меч.

Второй удар вдавил его в камень.

Третий раздробил остатки пола.

Ардор направил через клинок всё, что давало благословение бога Войны.

Серебристый свет прошёл внутрь демона. Тёмный узел сжался, пытаясь оттолкнуть его, затем вытянулся вдоль лезвия и раскрылся. На несколько мгновений Ардор увидел внутри не орган и не накопитель, а проход, через который сущность Аврела удерживала себя в Нинголе.

Он развернул меч, тёмный узел разрезало пополам и демон замер.

Его руки ещё удерживали Ардора, но пальцы уже не сжимались. По телу прошла дрожь. Пластины начали отслаиваться, словно потеряли связь друг с другом. Из трещин вырывался белый свет, становившийся всё ярче.

Ардор выдернул меч и отступил.

Аврел, глядя побелевшими глазами куда-то в пустоту, сделал шаг, затем ещё один. Одна нога рассыпалась до колена, рука отделилась от плеча и упала рядом со смятым бронетранспортёром. Демон попытался восстановиться, но тёмный узел больше не отвечал.

Тело рухнуло на колени.

На месте лица на секунду проступили человеческие черты Аврела Лаорна, уже лишённые выражения. Затем голова раскололась, и всё огромное тело рассыпалось тяжёлой искристой пылью.

Эфирный удар прошёл через храмовые помещения и исчез над вершиной горы.

После него наступила тишина.

Шардальские солдаты начали возвращаться во двор. Они двигались осторожно, обходя обрушенные стены, остатки бронемашин и глубокие трещины в камне. Оружие оставалось поднятым, но стрелять больше было не во что.

Ардор стоял посреди разрушенного двора, опираясь на двуручный меч. Серебристая броня сохраняла форму, хотя свет внутри пластин постепенно слабел.

В Храме Двенадцати Богов один за другим вспыхивали алтари.

Первым продолжал сиять алтарь бога Войны. Затем свет появился во втором святилище, в третьем, прошёл по всему храму и поднялся к верхним ярусам. Двенадцать потоков сошлись над внутренним двором.

Они не ослепляли и не давили силой. Каждый коснулся Ардора отдельно, оставляя в эфирной структуре собственную отметку. Одна укрепила тело, другая восстановила истощённые каналы, третья закрыла следы демонического воздействия. Остальные легли глубже, не раскрывая назначения сразу.

Последний поток прошёл через меч и серебристую броню.

Ардор понял, что это не временная защита, выданная на время боя. Двенадцать богов признали его поступок и оставили благословение, которое уже не зависело от храма, алтарей или присутствия жрецов.

Он не разрушил главную святыню мира, хотя мог закончить штурм несколькими залпами. Не позволил демонам выйти за пределы Храмовой Горы, уничтожил Машину призыва и сущность, использовавшую Церковь для прорыва в Нингол.

Свет над двором погас.

Серебристая броня осталась на Ардоре ещё несколько секунд, затем растворилась без следа. Двуручный меч исчез последним. На месте повреждений не осталось ни ран, ни боли, только слой каменной пыли на одежде, и серое, усталое лицо.

К нему подошёл командир ближайшей штурмовой группы.

— Верхний комплекс ещё удерживают две сотни храмовых солдат, господин генерал, — доложил офицер. — После гибели Аврела они запросили условия сдачи.

— Оружие складывают во дворе и выходят по одному, — приказал Ардор. — Алтари, архивы и храмовое имущество не трогать. Сапёрам проверить все переходы к Машине.

Офицер передал приказ.

Через несколько минут верхние ворота открылись. Первые защитники Храмовой Горы начали спускаться без оружия.