Глава 9

Воздушный крейсер двигался над побережьем Винтраллы на высоте двух тысяч метров что позволяло ему держать на дистанции действительного огня огромную территорию. Ещё весной это огромный корабль числился вторым недостроенным корпусом, который армия отказалась принимать из-за дефектов силового набора и неустойчивой работы подъёмных контуров. Но за несколько месяцев авральной работы корпус починили, усилили фермы деталями из изменённой стали, проложили линии управления и довели до состояния, в котором корабль мог не только летать, но и вести бой.

С каждого борта поставили по десять пушек в пяти сдвоенных установках. Боезапас пушек занимал всю нижнюю палубу, зенитные установки прикрывали верхнюю полусферу, а в самых нижних отсеках находились бомбовые элеваторы для подавления береговых укреплений и аэродромов. Но на этот раз почти всё вооружение оставалось без работы. Егеря должны были захватить объекты до того, как винтральские гарнизоны поймут, что началась не очередная учебная тревога.

Командный центр разместили в бывшем офицерском салоне. Переборки убрали, на стенах развестили карты и эфирные панели, поставили отдельные столы по участкам операции. Ардор стоял у схемы побережья и следил, как отметки штурмовых групп приближаются к назначенным точкам.

Он с трудом смог пробить разрешение непосредственно командовать операцией, даже несмотря на то, что генштаб давал всего лишь половинную вероятность успеха.

— Вы занимаете должность заместителя командующего Корпусом по специальным операциям, — сказал тогда Дальгор Сайрин. — Генеральный штаб не должен отправлять вас лично во главе каждого десанта. У нас полно генералов весьма опытных в десантировании, и организации высадки.

— Генеральный штаб и не отправляет меня во главе каждого десанта, — ответил Ардор. — Но есть смысл отправить меня туда, где одновременно действуют егеря, флот, авиация и линейные части. Если управление разделить между тремя штабами, десант утонет в согласовании приказов.

— Генштаб может назначить другого офицера, — заметил военный министр Элтор Ирталь. — У вас слишком заметная фамилия, чтобы рисковать ею над винтральским побережьем.

— Фамилия останется той же, даже если я буду торчать в штабе и командовать из Марсаны, — ответил Ардор. — Только при задержке связи я отвечу за провал, так будто виноват в нём.

Корвос тогда не стал долго спорить.

— Таргор-Увир знает характер работы егерей и не станет требовать от них держать строй там, где нужно ползти по канаве, — сказал командующий Корпусом. — Я поддерживаю его кандидатуру. Воздушный пункт управления обеспечит связь и позволит ему видеть всю операцию, не мешая командирам групп.

После этого Дальгор Сайрин ещё несколько минут смотрел на Ардора, вспомнил что тот фактически родственник короля, а его жена уже носит наследника престола и подписал назначение.

Разговор дома оказался сложнее.

Альда узнала о назначении первой и положила записку от информатора на стол перед Лиарой. Эльга сидела рядом, придерживая Барса за передние лапы, хотя кот давно научился выбираться из любых объятий без посторонней помощи.

— Ты обещал, что после Зальты хотя бы некоторое время будешь командовать из штаба, — сказала Альда. — Воздушный крейсер над чужим побережьем трудно считать штабом в безопасном смысле этого слова.

— Я обещал не лезть в штурмовую группу без важной причины, — ответил Ардор. — На этот раз я останусь на корабле и даже не спущусь на землю без необходимости.

— Меня особенно успокаивает слово «необходимость», — сказала Лиара. — В твоём исполнении оно обычно означает, что вокруг уже стреляют, половина связи не работает, а ты нашёл единственного человека, способного всё исправить. Разумеется, этим человеком оказываешься ты.

Ардор тогда посмотрел на всех трёх жён и понял, что обычными доводами, или шуткой разговор не закончить.

— Если вы хотели мужа, которого можно держать на цепи возле спальни, вам следовало искать вариант попроще, — сказал он. — Я не скрывал, чем занимаюсь, и не обещал превратиться в придворного после свадьбы.

— Ты мог бы хотя бы не произносить это с таким довольным лицом, — сказала Эльга. — Иногда кажется, что половину удовольствия тебе доставляет сама возможность спорить с нами перед отъездом.

— Мне не доставляет удовольствия этот спор, — ответил Ардор. — Я просто не хочу получать разрешение у Генерального штаба, а потом ещё раз просить его дома.

Конечно жёны его отпустили. Впрочем, Альда и Лиара, решили напомнить, что отъезд в чужую страну не освобождает мужа от домашних обязанностей. Противозачаточные амулеты обе оставили в шкатулках, и Ардор понял это слишком поздно, чтобы заводить новый спор. Последние две ночи перед вылетом почти не оставили ему времени на сон.

Теперь недосып не мешал. Перед глазами находилась карта, в динамике шли доклады, а под крейсером разворачивалась операция, ради которой он и добивался назначения.

— Первая группа пересекла береговую черту, — доложил начальник связи майор Ренс Агол. — Наблюдательные посты противника молчат. Сигнал тревоги не передан.

— Двигаемся по плану, — приказал Ардор. — Крейсеры огня не открывают без запроса с земли и чёткого целеуказания. Если береговая батарея оживёт, сначала давим управление и только потом расчёты.

Егеря высаживались небольшими группами с лёгких транспортных машин. Часть из них, высадив людей выстраивались в карусель над склонами, не приближаясь к укреплениям, но в полной готовности открыть огонь. Другие транспорты сели возле рыбацких посёлков, где винтральская стража держала по нескольку десятков солдат и не ожидала нападения со стороны моря.

Первая береговая крепость перестала отвечать через семь минут после начала высадки. Егеря сняли часовых, проникли в нижний двор через служебный проход и захватили командный пункт раньше, чем дежурный офицер успел нажать кнопку тревожной сирены. Во второй крепости прозвучали несколько выстрелов, после чего её начальник приказал сложить оружие. Батареи остались целы и уже через полчаса перешли под контроль шардальских солдат.

Почти одновременно прекратилась связь между побережьем и внутренними районами. Егеря заняли две эфирные станции, перерезали резервные линии и отправили винтральских связистов под охрану. Передавать ложные сообщения пока не стали. Ардору требовалось, чтобы командование Винтраллы ничего не знало, а не получало красивые доклады о полном порядке.

— Группа «Дальгон» сообщает о захвате башни управления аэродрома, и стоянок воздухолётов, — сказал майор Агол. — Дежурные машины заблокированы в ангарах. Начальник аэродрома ранен, офицеры сдались, личный состав заблокировали в казармах.

— Передайте командиру группы, чтобы он не трогал там ничего до прибытия минёров, — приказал Ардор. — Охрану поставить снаружи. Внутрь пускать только техников второго эшелона.

Два рыбацких порта захватили без обстрела. В одном гарнизон сложил оружие после коротких переговоров, во втором командир стражи попытался вывести людей к складам, но наткнулся на егерей у ворот и сдался, потеряв двоих убитыми.

Через час после начала операции к побережью подошли первые транспорты. Морская пехота заняла причалы и береговые улицы, после чего линейные части начали разгрузку. Бронетехника сходила на берег уже под прикрытием захваченных батарей. Следом прибыли ремонтные команды и управления, которым предстояло обеспечить дальнейшую переброску войск.

Ардор не следил за каждой машиной. Для этого на борту находились штабные офицеры. Его интересовало, где высадка может остановиться и потребуется ли вмешательство крейсера.

Первая серьёзная задержка возникла на дороге от аэродрома к побережью.

— Группа капитана Сорана вступила в бой с вооружённым отрядом, прибывшим со стороны ближайшего храма, — доложил майор Агол. — В отряде до двух сотен человек, несколько грузовых машин и три бронемашины с крупнокалиберными пулемётами.

— Поддержка им нужна? — спросил Ардор.

— Капитан Соран отказался от огневой поддержки и просит не приближать авиацию к дороге, — ответил майор Агол. — Его люди уже обошли колонну через посадки.

Перестрелка продолжалась меньше десяти минут. Церковники развернули машины поперёк дороги и попытались наступать вдоль обочин, не имея связи с винтральскими частями и не зная расположения егерей. Два броневика подбили выстрелами в борта, третий остановился после гибели водителя. Оставшиеся сложили оружие, когда у них за спиной появилась вторая группа.

Эфир ожил голосом капитана Сорана.

— Небо, здесь «Бархо — семь», дорога свободна, церковный отряд уничтожен и частично взят в плен, — доложил капитан. — Мы думали, они покруче будут. Шумели они намного увереннее, чем воевали.

— Не расслабляйтесь после первого боя, Бархо, — ответил Ардор. — Проверьте пленных и технику. Через ваш участок могут направить подкрепление из внутренних районов.

— Принял, Небо, — сказал капитан Соран. — Сапёры уже работают на дороге.

Егеря не собирались разрушать полотно. Эта дорога требовалась шардальской бронетехнике после получения приказа на продвижение. Сапёры установили заряды в кюветах и на откосах, направив поражение на борта машин. Провода управления вывели к наблюдательным точкам, откуда можно было пропустить легковой экипаж, остановить колонну или уничтожить головную и замыкающую машины, не разбивая саму дорогу.

В Марсане король ждал первый полный доклад в том же кабинете, где несколько дней назад предупреждал Ордана. он понимал, что после высадки дипломатия резко сменит стиль и характер. Теперь Ордану предстояло решать не вопрос о поставках, а вопрос о том, сколько территории он готов потерять ради Ларнаса.

Но Логрис не хотел затяжной войны с Винтраллой. Ему требовалось побережье, с которого можно было снабжать будущую операцию против Святого Острова и если Ордан согласится прекратить сопротивление и перекроет церковные перевозки, дальнейшее наступление можно будет остановить. Если нет, Ардор получит приказ продвигаться к внутренним узлам.

Сам Ордан VII узнал о высадке через три часа после того, как обе береговые станции перестали отвечать. Военный министр принёс ему разрозненные сообщения из трёх городов, ни одно из которых уже нельзя было проверить. Король Винтраллы потребовал сведения от армии и только потом спросил о церковных подразделениях.

Ответ оказался тем же, что дал Патриарх. На Ларнасе войск не было. К побережью успели направить лишь местную храмовую стражу, и она уже перестала выходить на связь.

Ордан несколько секунд смотрел на карту, затем приказал не бросать части в наступление по одной. Сначала следовало установить численность шардальской группировки и понять, где расположен её основной штаб. Он ещё мог приказать армии начать общую операцию, но теперь такой приказ означал настоящую войну, а не громкие заявления в газетах.

На борту крейсера офицеры держали связь с обоими портами. Разгрузка продолжалась без остановки, аэродром готовили к приёму армейской авиации, захваченные крепости передавали новым расчётам.

— Все задачи первого этапа выполнены, господин полковник. — доложил майор Агол. — Егеря закрепились на дорогах и ожидают дальнейшего приказа.

Ардор посмотрел на часы.

— Передайте группам, чтобы не выдвигались за установленную линию, — приказал он. — Сапёры продолжают минирование, разведка проверяет подходы. Основные части должны закончить разгрузку до рассвета.

Ордан VII собрал почти все боеспособные части Королевства Винтралла на главной дороге к столице. Войска заняли подготовленные позиции у двух мостов и на высотах, перекрывавших подход со стороны побережья. За первой линией стояла артиллерия, бронетехника находилась в укрытиях, а воздушные подразделения получили приказ атаковать шардальские колонны сразу после их появления.

Король исходил из понятного расчёта. Шардал уже захватил гавани и аэродром, высадил основные силы и теперь должен был двигаться к столице по единственной дороге, способной выдержать тяжёлую технику. Если остановить его там, появится время обратиться к другим владетелям, поднять новые части и дождаться помощи Ларнаса.

Патриарх войск не прислал, но Ордан всё ещё надеялся, что Церковь не позволит уничтожить Винтраллу после того, как сама втянула её в противостояние. Из храмов в столицу прибыли десять храмовников и несколько десятков вооружённых служителей. Этого было мало для войны, однако достаточно для охраны дворца.

К вечеру разведка доложила, что шардальские войска не продвигаются. На побережье продолжалась разгрузка, сапёры укрепляли занятые позиции, а воздушные крейсеры не покидали район гаваней.

Ордан решил, что Логрис готовит прямой удар по дороге.

Ардор в это время находился на борту головного воздухолёта, летевшего в двадцати метрах над землёй.

Шторм начался после полуночи. Низкая облачность закрыла небо, ветер закручивался в плотные вихри, а дождь мешал пилотам различать рельеф дальше нескольких сотен метров. В обычных условиях полёты малых машин запретили бы, но Ардор выбрал эту ночь именно из-за погоды. Винтральские наблюдатели смотрели в сторону побережья и ждали наземной атаки крупных соединений.

— Через четыре минуты пересекаем главную дорогу, — доложил командир воздухолёта капитан Норс Вейд. — Порывы усилились. Если придётся подниматься выше, нас могут заметить с винтральских позиций, а если хоть чуть ниже, нас размажет об землю.

В грузовом отсеке сидели две штурмовые группы егерей. Остальные воздухолёты держались позади с разрывом в несколько минут, чтобы не столкнуться в темноте и не попасть под один случайный обстрел. Каждая машина получила собственный маршрут к столице. После посадки отряды должны были захватить дворец, дом связи и казармы королевской гвардии.

Ардор не собирался управлять операцией с воздуха. В столице требовалось принимать решения быстрее, чем штаб на побережье успеет получить доклад, обсудить его и передать новый приказ.

Воздухолёт пересёк дорогу в нескольких километрах от винтральских позиций. Через боковые окна Ардор увидел редкие огни у техники и эфирные щиты над артиллерийскими батареями. Королевская армия ждала противника с запада и не заметила машины, пролетевшие у неё за спиной.

Через полчаса впереди показались огни столицы.

Воздухолёты разделились ещё до городской черты. Две группы направились к центральному узлу связи, третья — к казармам гвардии. Машина Ардора снизилась над дворцовым парком и села на площадке у служебного корпуса.

Первые выстрелы прозвучали почти сразу.

Дворцовый караул успел закрыть внутренние ворота и поднять тревогу. Егеря сняли часовых у парка, но гвардейцы заняли окна служебного корпуса и открыли огонь по посадочной площадке.

— Первая группа остаётся здесь и подавляет окна, — приказал Ардор. — Вторая обходит корпус справа. Мы войдём через галерею первого этажа.

— Господин полковник, во дворце не меньше двух рот гвардии, — доложил капитан Рош Карсо. — Часть уже занимает переходы между корпусами.

— Значит, они не успели собраться в одном месте, — ответил Ардор. — Не давайте им времени.

Дверь и первого этажа дополнительно прикрывал магический щит. Сапёр установил инженерный заряд, отошёл за угол и включил цепь. Щит, снесло напрочь, Стальная створка выдержала удар, но крепления вырвало из кладки. Егеря ворвались внутрь.

В первом коридоре их встретили гвардейцы в тяжёлых нагрудниках. Они успели установить два ручных пулемёта за перевёрнутыми столами и простреливали проход до лестницы.

Ардор остановил бойцов у поворота, и дал команду саперам, забросившим за поворот стальной цилиндр.

Улетев в коридор, тот негромко хломнул, а через мгновение взорвался облаком детонирующего объёмного взрыва, уничтожив баррикаду и два десятка людей в коридоре.

В комнатах прислуги сопротивления почти не было. Несколько гвардейцев отступили после первых выстрелов, но у выхода в центральную галерею егеря попали под огонь второй группы. Ардор собрав силу в тугой комок, ударил в стену эфирным импульсом, выбил часть кладки и открыл проход в соседнее помещение. Оттуда его бойцы вышли за спину пулемётным расчётам.

Гвардейцы поняли, что их обходят, слишком поздно. Один пулемёт замолчал после первой очереди, второй расчёт попытался развернуть оружие, но не успел. Через минуту коридор перешёл под контроль егерей.

— Центральная лестница свободна, — доложил Карсо, появившись из бокового прохода. — Эфирно-вещательный комплекс захвачен. Казармы пока сопротивляются, но оттуда никого не выпустили.

— Король во дворце? — спросил Ардор.

— Служащие утверждают, что он в королевском кабинете. Внутреннюю часть держит личная гвардия и храмовники.

— Тогда двигаемся туда, — приказал Ардор.

Во внутреннем дворе гвардейцы успели выстроить оборону. Они закрыли арки броневыми щитами и простреливали все выходы из галерей. Егеря закрепились на втором этаже, но спуститься во двор не могли.

Ардор связался с группой, высадившейся у казарм.

— Лейтенант, можете подвести воздухолёт к дворцу со стороны парадного входа? — спросил он.

— Могу, господин полковник, но во дворе слишком тесно для посадки, — ответил командир группы.

— Садиться не нужно. Пройдите над крышей и дайте короткую очередь по верхним окнам парадного корпуса. Мне требуется, чтобы гвардейцы отвлеклись на другую сторону.

Воздухолёт появился над дворцом через две минуты. Зенитчики гвардии не успели развернуть установку, стоявшую у конюшенного корпуса. Машина пролетела над крышей, разнесла верхний этаж в щепки и сразу ушла скрывшись за крышами.

Гвардейцы во дворе повернулись к парадному корпусу. Егеря открыли огонь с галерей, а группа Карсо спустилась по боковой лестнице и ударила с правого фланга. Сопротивление прекратилось через несколько минут. Часть гвардейцев сложила оружие, остальные отступили во внутренние покои.

Храмовники ждали у входа в королевское крыло.

Их оказалось десять, как и сообщала разведка. На каждом имелся тяжёлый защитный амулет, а общий эфирный контур перекрывал весь проход. Обычные пули застревали в нескольких сантиметрах от доспехов и падали на пол.

Старший храмовник поднял руку.

— Дальше вы не пройдёте, — сказал он. — Король находится под защитой Церкви всех богов.

— Ларнас уже отказался прислать ему войска, — ответил Ардор. — Вы защищаете не короля, а людей, которые оставили его один на один с Шардалом.

— Мы исполняем волю Церкви, — сказал храмовник.

— Тогда исполняйте её быстро, — ответил Ардор. — Через минуту этот проход начнут расчищать пушкой.

Храмовники не отступили.

Первым ударил их старший. Из навершия его посоха вырвался эфирный разряд и разбил каменную балюстраду рядом с Ардором. Егеря укрылись за стенами, а храмовники двинулись вперёд, удерживая общий щит.

Ардор метнул под ноги церконикам две мощных картечных мины, и их взрыв на секунду повёл общий узор. нарушив равновесие защитного контура. Щит не исчез, но задрожал, и между отдельными секторами появились разрывы, куда ударил очередью Ардор держа на весу тяжёлый пулевик с огромным стопульным магазином.

Егеря тоже открыли огонь и двое храмовников упали сразу, ещё один потерял оружие. Старший попытался восстановить защиту, но Ардор уже оказался рядом. Он прикладом отбил посох в сторону, ударил храмовника стволом в грудь и сбил с ног. Остальные продолжали сопротивляться ещё несколько минут. Последнего взяли живым после того, как он получил пулю в плечо и потерял контроль над амулетом.

За дверями королевского крыла гвардия уже не стреляла. Командир личной охраны встретил Ардора у лестницы.

— Его величество находится в кабинете, — сказал он. — Король приказал не продолжать бой внутри жилых помещений.

— Разоружите людей и соберите их в нижнем зале, — приказал Ардор. — Раненым окажут помощь. Тех, кто попытается снова взять оружие, уничтожат.

Командир гвардии снял перевязь с пистолетом и передал её ближайшему егерю.

Ордан VII стоял у карты Королевства Винтралла. Рядом находились военный министр и двое адъютантов. Через открытое окно доносились редкие выстрелы со стороны казарм, но основная стрельба в городе уже прекратилась.

Король посмотрел на Ардора, затем на бойцов у двери.

— Значит, Логрис всё-таки прислал вас, — сказал Ордан. — Я ожидал, что вы поведёте войска по главной дороге.

— Этого все ждали, ваше величество, включая мой генштаб. — ответил Ардор. — Поэтому ваша армия сейчас стоит между двумя мостами, а столица находится под нашим контролем.

— Вы бросили людей в шторм ради одного удара по дворцу.

— Я пошёл со своими людьми туда, где нас не ждали. Шторм лишь помог скрыть перелёт.

Ордан отвернулся к карте. Он уже понимал положение. Армия сохранила большую часть сил, но осталась без связи со столицей. Связь, аэродромы и дворец захвачены. Приказ о наступлении теперь можно было передать только через линии, контролируемые Шардалом.

— Что происходит с моими войсками на дороге? — спросил Ордан.

— Пока ничего, — ответил Ардор. — Они окружены с воздуха и отрезаны от снабжения, но огонь по ним не открывали. Если вы прикажете прекратить сопротивление, они вернутся в казармы после разоружения тяжёлых частей.

— А если я откажусь?

— Тогда утром воздушные крепости с дальней дистанции уничтожат артиллерию и бронетехнику. После этого линейные части начнут наступление с побережья, а егеря ударят из тыла. Вашей армии некуда отступать, кроме столицы, которая уже занята.

Ордан помолчал, затем посмотрел на храмовника, которого егеря вели через соседний зал под охраной.

— Патриарх обещал оружие и помощь специалистов, — сказал король. — Вместо этого прислал десять человек.

— Ларнас бережёт свои войска для собственной обороны, — ответил Ардор. — За его интересы должны были умирать ваши солдаты.

— Не вам говорить мне о чужих интересах. Шардал высадился на моей земле и захватил мою столицу.

— Логрис предупредил вас заранее. Вы могли закрыть поставки на Ларнас и остаться вне войны. Вместо этого вы начали укреплять побережье и готовить церковные грузы под винтральскими документами.

Ордан перевёл взгляд на сотрудника канцелярии в бронежилете поверх чёрной формы, вошедшего в кабинет вслед за Ардором.

— Значит, вы знали и об этом.

— Мы знали достаточно, ваше величество, — ответил полковник Сарго. — Остальное Сыск выяснит у людей, отвечавших за перевозки.

— Какие условия поставит Логрис? — спросил Ордан.

— Немедленное прекращение сопротивления, — сказал Ардор. — Вы запрещаете любые поставки на Ларнас и передаёте церковные склады под контроль нашей армии. Винтральские войска возвращаются в места постоянного размещения. Побережье, порты и аэродромы остаются под управлением Шардала до окончания операции против Святого Острова.

— Вы собираетесь оставить мне корону?

— Это решит Логрис. Сейчас он предлагает вам сохранить армию и страну, прекратив войну, которую вы уже проиграли.

— А Церковь?

— Вооружённые церковные отряды разоружаются. Лица, участвовавшие в снабжении Ларнаса, отправляются в распоряжение Королевского Сыска. Храмы продолжат работу, если не станут сопротивляться военной администрации.

Ордан подошёл к столу связи. На нём уже установили шардальский эфирный прибор, соединённый с захваченным домом связи.

— Вы хотите, чтобы я сам приказал армии сложить оружие, — сказал он.

— Я хочу, чтобы вы приказали ей не погибать на дороге, — ответил Ардор. — Формулировку можете выбрать сами.

Король Винтраллы долго смотрел на карту, затем сел за стол и потребовал бумагу. Адъютант положил перед ним лист, но перо подал шардальский связист.

Ордан написал приказ о прекращении сопротивления и передаче его по всем сохранившимся линиям. Ардор прочёл текст, поставил рядом свою отметку и передал лист офицеру связи.

— Передайте на главную дорогу и во все гарнизоны, — приказал он. — После подтверждения прекратить огонь и начать разоружение.

Офицер связи забрал приказ и вышел.

Доклад принесли до полудня. Патриарх прочёл первую страницу, затем вернулся к началу, решив, что пропустил строку о крупном сражении или мятеже в винтральской армии.

Ничего подобного в тексте не было.

— Объясните мне, как Королевство Винтралла оказалось захвачено за одну ночь, — сказал Патриарх начальнику церковной разведки. — Шардал высадил там втрое меньше войск, чем находилось в распоряжении Ордана. Его армия не разгромлена, крупного сражения не произошло, но столица занята, а сам король отдаёт приказы под охраной егерей.

— Ордан собрал основные силы на дороге от побережья к столице, ваше святейшество, — ответил начальник разведки. — Он ожидал наступления после завершения разгрузки шардальских транспортов. Егеря не стали прорывать подготовленные позиции. Ночью их воздухолёты обошли винтральскую группировку и полетели прямо к столице.

— Через шторм? — спросил Патриарх. — В ту ночь портовые службы запрещали вылет даже тяжёлым машинам.

— Егеря летели на малой высоте без огней, — сказал начальник разведки. — Несколько воздухолётов едва не потеряли управление, одну машину посадили до города. Остальные добрались до столицы. Они захватили центральный узел связи, аэродром и дворец прежде, чем армия Ордана получила точные сведения о нападении.

Патриарх отложил доклад.

— Дворец охраняла королевская гвардия. Там находились наши храмовники.

— Гвардия сопротивлялась около часа, ваше святейшество, — ответил начальник разведки. — Храмовники погибли или попали в плен. Операцией командовал Ардор Таргор-Увир. Он лично находился в штурмовой группе, вошедшей в королевское крыло.

Имя Ардора снова оказалось в центре событий, хотя Патриарх уже пытался считать его лишь одним из шардальских командиров. Зальта, Эндория, разгром орденских групп, неудача в «Белых липах», а теперь Винтралла. Каждый раз против него готовили людей, укрепления или оружие, а он находил участок, который никто не счёл главным.

— Что сделала винтральская армия после захвата столицы? — спросил Патриарх.

— Ордан приказал прекратить сопротивление, — сказал начальник разведки. — Егеря оказались в тылу его основной группировки, а шардальские войска начали наступление со стороны побережья. Продолжение боя привело бы к окружению и уничтожению. Винтральские части сдают тяжёлое оружие и возвращаются в места размещения под контролем шардальских комендантов.

— Значит, Логрис получил побережье, гавани и аэродромы, почти не расходуя войска.

— Да, ваше святейшество. Сейчас туда перебрасывают авиацию и запасы для будущей операции против Святого Острова.

Патриарх поднялся и подошёл к карте. Ещё несколько дней назад Винтралла оставалась материковым тылом Святого Острова, а теперь её побережье превращалось в шардальскую базу, расположенную вне пояса штормов. Логрис больше не зависел от аэродромов Эндории и не должен был вести транспорты к острову через зимнее море.

Патриарх долго считал, что главной силой Ларнаса станет Машина призыва. Обычные армии требовали времени, денег и подготовленных людей. Призванная сущность могла заменить целый отряд, а существо высокого порядка — изменить ход войны. Ради этого Церковь принимала потери, снимала запреты и позволяла Аврелу перестраивать Машину по собственному разумению.

Но Шардал захватывал страны без помощи богов.

Ему хватало командиров, которые отправляли воздухолёты через шторм, солдат, готовых лететь вместе с ними, и штаба, способного превратить захваченные гавани в действующую базу ещё до окончания переговоров о капитуляции.

Впервые Патриарх позволил себе сформулировать мысль, которую до сих пор отталкивал.

Возможно, сама попытка призвать бога была ошибкой?

Не потому, что Машина не работала. Она работала, забирала людей и иногда возвращала из круга существ, способных убивать лучше любого солдата. Ошибка могла заключаться в другом. Церковь решила получить силу, которой не умела управлять, и ради неё начала войну с государством, уже научившимся побеждать обычными средствами.

Патриарх вернулся к столу и закрыл доклад.

— Подготовьте мне все записи о первом запуске Машины призыва, — сказал он начальнику разведки. — Включая материалы, которые Аврел распорядился убрать из общего архива. Документы принесёте лично и никому не сообщите, что я ими заинтересовался.