62. Эмиль. Нежданная гостья

Звонок раздается с утра. Ну, или не с утра. Строго говоря, когда заспанный с перепоя Эмиль смотрит на часы — те показываю три часа дня. Ощущения тотального недосыпа это ему не отменяет.

Он просыпается и понимает — лежит не в той квартире, которую арендовал сам. В Настиной. Носом в пропахшую мышкой простыню.

Он снова влез к ней через балкон, после того, как не дозвонился через дверь.

Дело было в шесть утра, кажется… Они в эту минуту уже были в аэропорту.

А телефон-то, забытый на подушке, отчаянно орет, только усугубляя лютую мигрень...

— Да, — рявкает Эмиль в трубку, искренне надеясь, что звонит Змей. Если уж орать на кого-то, то только на этого ублюдка. Это он потребовал от мышки выбирать. Это он внаглую украл. Увез куда-то, даже не соизволив предупредить. Эмиль сам дозвонился до мышки, и она ему совершенно безразлично отрапортовала, что улетает знакомиться с родителями Эрика.

Улетает.

Уйти он не смог.

— Я не вовремя? — слышать родной шведский язык оказывается неожиданно. Голос знакомый, грудной, женский…

— Фрида? — узнать бывшую партнершу с гудящей после вчерашних возлияний головой оказывается сложно.

— Нам надо встретиться, Эмиль, — твердо требует девушка, — я сейчас в Москве. Прилетела специально для этой встречи.

— Какая честь, — хмуро роняет Эмиль, протирая глаза. Честно говоря, после той выходки на чемпионате в Берлине его отношения с бывшей партнершей быстро сошли на нет. Они пытались дальше танцевать, но в мыслях Эмиля клином засела рыжая вертихвостка с того вечера, и тем больше бесило, что именно благодаря Фриде он как последний идиот даже лица её не помнит.

В конце концов — он просто плюнул и бросил танцы и Фриду заодно. Она на него обижалась — он был в курсе, но ему было от этого ни жарко, ни холодно.

Танцев иногда не хватало.

Вот только ни с кем кроме его Лисы ему танцевать уже и не хотелось

Никуда вставать и идти ему, разумеется, не хочется. Хочется страдать херней, лежать, глядя в одну точку, и ждать, пока Змей вернет Настю обратно. И дать ему по морде, как только он ступит за порог мышкиной квартиры. Посильнее. С оттягом.

Вот только отделаться от Фриды у Эмиля не получается.

— Неужели ты откажешь во встрече будущей маме твоего племянника? — лукаво настаивает Фрида, и вот это уже неожиданно. — Я очень хочу передать тебе приглашение на свадьбу лично.

Бедняга Юхан. Он все-таки ей проиграл…

Хотя...

С учетом того, насколько долго он добивался Фриды два года до того, как их с Эмилем пара распалась, и четыре года после — получается, это она ему проиграла. Сомнительный вкус младшего брата Эмиль не осуждал. Любовь, как говорится, зла. Вообще-то у Брухов все мужики из поколения в поколение выходили однолюбами, тут скорее с Эмилем творилась неведомая херня — его рвало между Лисой и Мышкой одновременно.

Нет, все-таки надо просыпаться и вылезать из этого дерьмового состояния. Он, кажется, вчера назначал ужин с Лерой, перед тем как надрался, и к этому времени желательно хотя бы чуть-чуть походить на человека.

— Можем встретиться где-нибудь на нейтральной территории, — любезно предлагает Фрида, — я приметила неплохой ресторан рядом с твоим домом, и их луковый суп мы с Юханом-младшим даже признали пригодным для употребления.

— Окей. Через два часа.

Двух часов хватает для ледяного душа и выматывающей душу тренировки, выжавшей из мышц остатки опьянения вместе с потом. К Фриде Эмиль является практически без следов вчерашнего запоя. Помятый, но живой.

— А тебе врачи вообще перелет разрешили? — Эмиль косится на весьма очевидный животик бывшей партнерши. Юхан молодец. Мало того что доломал упрямую Фриду — еще полгода назад у них все еще ни черта не было, так еще и тянуть долго не стал. Хотя, куда уж дольше, шесть лет войны…

— Да-да, конечно, — задумчиво роняет девушка, постукивая остро подточенными ноготками по столешнице. — Знаешь, я ожидала увидеть тебя более счастливым. Ты ведь нашел ту, кого искал…

В этой истории не странно, что Фрида знает о поисках Эмиля — он сам ей сказал о них, в тот же год, даже пытался добиться от неё информации о том, с кем именно он зажигал той ночью. Она ничего не припомнила, сказала, что, получив от него отказ, развлекалась с другим парнем и ей было не до Эмиля. Но посоветовала частного детектива, который без труда пробил список пассажиров нужного Эмилю рейса.

В этой истории было странно, что Фрида в курсе, что Лису-Леру Эмиль все-таки нашел. Хотя… За пять лет уж можно было! Можно было и побыстрее. Кто знал, что нужная фамилия окажется в самом конце списка?

— Ты летела в другую страну, чтобы удивиться тому, насколько я несчастен? — хмуро интересуется Эмиль, забирая у официанта чашку с крепчайшим ристретто.

— Нет, — Фрида покачивает головой, — я летела сюда закрыть один вопрос… Надеюсь, ты меня не убьешь, когда я тебе признаюсь.

— Ты придушила Юхана подушкой и боишься братской мести? Как тебя тогда выпустили из страны?

— Прекрати! — девушка недовольно бросает в Эмиля салфеткой. — Я тут пытаюсь попросить прощения, а ты своими шуточками меня сбиваешь?

— За что? — Эмиль недоуменно поднимает бровь. — За ту дрянь в глеге? Честно говоря, это уже не актуально. Мы на это быстро забили.

Последствия волновали больше.

— Ну, и за это тоже… — Фрида морщится, — и все-таки, не перебивай. Я, к твоему сведенью, собиралась с духом месяц. И сейчас не уверена, что мое раскаяние не опоздало, но все-таки, даже зная, что судьба явно на стороне тебя и Насти Варлей, раз вы с ней все-таки встретились, моя совесть чище не становится. А я хочу оставить это в прошлом, я начинаю новую жизнь все-таки.

— А можно помедленнее? — Фрида настолько путанно изъясняется, что понять, каким боком относится к её покаянию Мышка, у Эмиля не получается.

— Сейчас… — Фрида растирает пальцами виски, — прости, я и не беременная-то не находила внятных слов для объяснения. А сейчас…

— Я никуда не тороплюсь.

Вряд ли Эрик вернет Мышку сегодня. Так что… Срываться некуда. Ужин с Лерой — простая формальность. Уже нет никакого сомнения, что ничего с ней не выйдет. Только объясниться и попрощаться. Все-таки срок годности этой страсти уже истек.

— Я просто с ума сходила от ревности тогда, — под пальцами Фриды юзом крутится вилка, — мы танцевали два года. Я два года пыталась добиться от тебя взаимности. Уже не знала, как тебя соблазнить.

— Я ведь тебе говорил, мы только танцуем.

— Не перебивай, — девушка корчит недовольную гримасу, — так вот… Одна моя подружка… Ну, не совсем подружка, дрянь она на самом деле, но я тогда еще об этом не знала. Ей я долго плакалась. Она принесла мне… Ну… Наркотик. Какой-то из легких, синтетических. Сказала, что в сочетании с алкоголем эта штука дает убойный эффект, похлеще любого афродизиака.

— Мы догадывались о чем-то подобном…

Фрида мрачно хмурится, но продолжает.

— Я знала, что после чемпионата ты не откажешься от последней вечеринки. Знала, что к ней ты уже придешь… Дурной. Подготовилась. Выбрала платье поинтереснее, даже умудрилась зацепить твоего друга. Эрика, да?

Эмиль опускает подбородок.

Пускаться в путанные объяснения сменившегося градуса отношений со Змеем сейчас не время, не место, и не тот собеседник.

— Я знала, что вы развлекаетесь тем, что прессуете девчонок вдвоем. Я ждала, что ты вмешаешься и отобьешь меня у него. Я бы выбрала тебя, тут не было никаких вариантов. Но… Я правда не знала, что Варлей решит прийти. Она ведь никогда не приходила. Да и тебе на неё было пофиг. До того вечера.

— Стоп, — Эмилю будто полыхнули в глаза яркой магниевой вспышкой, — ты хочешь сказать, что тогда, в Бергхайн была Настя?

— Она тебе не сказала? — Фрида удивленно поднимает брови. — Я думала, вы уже с этим разобрались. Нет, я сомневалась, что ты сам вспомнишь после таблеток, но она-то ведь вряд ли была настолько пьяна. По крайней мере, на ногах она держалась так, что ей и трезвые конкурсантки позавидовали.

Не сказала.

Не сказала, потому что этого ведь не могло быть.

И потом… Ведь Лера описала Эмилю все так детально. Как она танцевала с ним, потом вмешался Эрик…

— Подожди, — Фрида выхватывает телефон из сумочки, — я до сих пор храню ту запись. Она вытеснила меня из центра танцпола, но я была в самом первом ряду. Это было слишком круто, чтоб я это не записала…

Запись.

Они тогда кого только не спрашивали про запись танца, но кто-то был слишком пьян, кто-то ни черта не соображал, кто-то умудрился снять только ноги…

Видео успело зафиксировать не весь танец, но примерно тот момент, когда горячая самба переключается на вкрадчивое танго. Когда первый раз девушка, врезавшаяся не в того мужчину, пытается вырваться, а проходимец Змей дергает её к себе.

Настя…

В клубе паршивое, совершенно не пригодное для съемки на телефон освещение. Руки у Фриды во время съемки подрагивали, а записанная музыка дьявольски фонит, но…

Невозможно не узнать мышку. Её ослепительную улыбку, её грациозную поступь, и все это — завернутое в вихрь алых блесток платья и сдобренное порцией жгучего танго.

— Я никогда такого не видела… — тихонько шепчет Фрида, отчаянно краснела, — и её такой тоже. Она была такой холодной на всех конкурсах из года в год, а тут…

А тут она пылает. Огненная ласточка, умудрившаяся затеять пляску с двумя голодными коршунами. И бьющаяся с ними на равных, настолько, что глаз оторвать от неё просто невозможно. Как и не хотеть вырвать Змею руки из плеч.

Он удерживает её. Раз за разом, когда Эмиль возвращает рыжую танцующую нимфу в свое владение, Эрик вмешивается, влезает, требует свою долю. И нельзя сказать, что у него не получается. В какой-то момент танец из беготни Насти к Эмилю все-таки становится именно танцем на троих. Грязным, бесстыдным, непристойным…

Змей все-таки зажигает в глазах девушки интерес к своей персоне.

— Я могу скинуть его тебе, если хочешь, — тихо произносит Фрида, когда видео обрывается.

— Да, — Эмиль с трудом пытается начать видеть окружающий мир.

И доходит до него медленно, но неотвратимо.

Все это время…

Гребаные пять лет!

Он искал Мышку!!!