9,4

— Интересная теория. Только вот Кросс редко разделяет эту точку зрения. Город не любит слабых. У нас каждый сам за себя, а выше всех сильнейший.

Я поймала себя на том, что сжала руки под столом так, что ногти впились в ладони. Страх и злость тот еще коктейль, который прошёл по позвоночнику холодной волной, обжигая напоследок. Рядом Лайфер чуть подался вперёд, и разноцветные лучи сместились на его лице, как будто напоминая, что я не одна.

— Кросс не терпит несправедливости, — мягко сказал он. — А осторожность и сотрудничество к ней не относятся. Мисс Эверхарт поступила верно.

Маралиан не ответил. Только издал тихий звук, нечто среднее между смешком и низким рыком. От этого звука по коже прошёл ток, как от статического электричества, когда в мороз дотронешься до шерстяного пледа.

— Первый день, — произнёс он коротко, обрезая слова, будто ему нравилось измываться даже над ними. — Это не показатель. Её пока охраняют, поддерживают, едва ли не дышат за неё. Посмотрим, как она справится, когда придётся решать серьезные дилеммы, от которых зависят судьбы.

«Её, она» — как будто меня и вовсе не было в этой комнате. Я не против такого исхода, но раз уж меня обязали седеть между лучиком света и темным омутом, то лучше бы этому дракону обращаться адресно.

— Я все еще здесь, — заметила я, осознавая, что так ненавистное внимание пугающего существа снова вернется ко мне. Пришлось пожертвовать спокойствием ради статуса.

— Когда на вас перестанут смотреть с жалостью и страхом, вот тогда мы увидим, насколько крепка ваша решимость, мисс Эверхарт. Пока же… — он сделал паузу, глядя прямо на меня. — Пока же вы просто ещё один человек, которого сюда занесло чьей-то волей. И которого город не успел сломать.

Взгляд Грейфолла был холодным, но не злым. Скорее, изучающим. Как если бы я была задачей, которую он хочет решить, но не уверен, стоит ли тратить на это силы. Я посмотрела прямо на него, полностью вытесняя страх недовольством.

— Именно для этого мы здесь, милорд, — холодно и предельно профессионально отчеканила я, игнорируя последние реплики дракона о чужой воле и сломленности. — Чтобы научиться решать конфликты цивилизованно, спасая жизни и оставляя вершить судьбы владельцам этих самых судеб. Не сомневайтесь, люди продвинулись далеко за пределы теории «правда за сильнейшим». И мы умеем выживать. Наша сила в кооперации.

Я ощущала, что сказанные слова были тем самым, что позволит мне создать вокруг себя ту репутацию, какую я и хотела: не конфликтная, сдержанная, умеет работать в команде и постоять за себя.

В кабинете повисла тишина. Тяжёлая, почти осязаемая. А потом Лайфер тихо рассмеялся.

— Полагаю, мисс Эверхарт только что выиграла небольшую дуэль. Без крови и потерь.

— Пф-ф-ф, — отозвался Грейфолл. — Ещё посмотрим, кто выиграл. Каждую пятницу совещание по итогам недели. Если доживёте до следующей, — добавил он с лёгкой усмешкой и поднялся.

Когда он встал, стул жалобно скрипнул и отъехал на полметра. Грейфолл не прощался, просто развернулся и вышел, оставив после себя ощущение опустошение после напряженной беседы. Я вдохнула, как человек, вынырнувший после долгого погружения.

— Он всегда такой? — спросила я, всё ещё не чувствуя ног.

Лайфер посмотрел на дверь и чуть улыбнулся.

— Почти. Только иногда, в редкие минуты можно застать его мягкую сторону. Когда Мар уверен, что никто не видит.

Я не знала, что ответить. Просто кивнула. Мне казалось, что мягкого в этом мужчине нет ничего. Даже его волосы казались на вид жесткими, как проволока.

Мэр чуть склонился ко мне, призывая сделать то же самое.

— Не бойтесь его, Айви. Он не чудовище, каким хочет казаться. Грейфолл сделал для Кросса больше, чем кто-либо. Иногда даже себе во вред. Просто он защищает этот город, как зверь защищает свое логово. А впустить незнакомца в свой дом нелегко.

Я посмотрела на солнечное пятно, медленно ползущее по столу. Оно всё ещё не дотягивалось до той стороны, где недавно сидел дракон. Несмотря на это, мне показалось, что когда-нибудь, возможно, я увижу, как оно туда доберётся и прочно отвоюет место на этой скрытой тенями стороне.

Если доживу до пятницы, конечно.