Глава 23

Адель убрала руки за спину и сцепила их в замок. Смотреть хоть на кого-то ей не хотелось, но взгляд то и дело возвращался к Растусу. Король Драконов выглядел спокойным, но она понимала, что это лишь игра. Нервное напряжение у него наверняка уже достигло предела. От этого она чувствовала себя зажатой в угол. Вот и почему у него так много власти над её эмоциональным состоянием? – Полагаю, большинство из вас уже встретились с так называемыми тенями. Вам не поймать их и не остановить. Сначала они разберутся с наиболее воинственными расами, затем очередь дойдет до других. Они не остановиться до тех пор, пока не уничтожат всех, – нервно улыбнувшись, сказала Адель и вгляделась в серьёзные, напуганные и всё ещё не понимающие взгляды. – Вы гадаете откуда я это знаю? Я уже сказала, что являюсь волей этого мира. Я вижу вашу гибель и знаю зачем родились тени, созданные вашей ненавистью друг другу и неприятием. – Мы не воюем друг с другом уже несколько сотен лет… – шипяще произнес король Вайлса. – Однако, сохраняете устоявшуюся иерархию, где слабые подчиняются сильным. Этот мир может рассыпаться от легкого дуновения. – Она пожала плечами. – Могу с этим не согласиться, – уверенно сказала Мистрития, посмотрев ей в глаза. Адель увидела в них непринятие и открытый вызов. Бедная принцесса Менехуне, ставшая эрцгерцогиней Драконов подняла свой статус в мгновенье ока. Она боролась за свою любовь и место под солнцем, а ещё многое сделала для окружающих её существ. Россентайш не сразу принял её, зато сейчас готов был защищать до конца. Адель вздохнула, понимая это, но не желая совершать ошибок выжившего. – Да, сейчас ситуация стала значительно лучше, но тени питались негативом со времен войны с людьми. От них нельзя окончательно избавиться. – Значит ли это, что есть способ их сковать? – спросила внимательная королева Гиан, обладающая такой же проницательностью, как и Оракулы. – Да, он есть, но воспользоваться им вы не сможете. – В голосе Адель зазвенела сталь. По стеклам забарабанил ливень с градом. Присутствующие переглянулись. – Способ иметься, значит, сделать! – громогласно объявил король Гномов на плохом межрасовом. Адель хмыкнула. – Тени должны были избавиться от вас уже очень давно, но тогда я остановила их, чем сильно поплатилась. Никто кроме меня это сделать не сможет, но, как я уже сказала, в этот раз и пальцем не пошевелю. Опустилась тишина. Взгляды правителей стали хищными. – Возможно, я выразилась не столь понятно, поэтому уточню. Я ничего не собираюсь делать не потому что не хочу, хоть и особого желания приносить себя в жертву у меня тоже нет. В прошлом произошло что-то мешающее мне это сейчас сделать. Я бессильна вам помочь. Существа взбунтовались и разом начали говорить уверяя, ругая, не веря и прося. Адель растерянно застыла, не зная как должна реагировать. Растус вдруг встал на ноги и посмотрел на существ. Они все смолкли. – Я бы хотел поговорить с ней наедине, – известил он. Существа восприняли это без должного энтузиазма, но спорить с ним не стали и спокойно покинули зал. Рен задержался последним в дверях и кинул на брата взволнованный взгляд. Растус уверенно ему кивнул. Дверь за Реном закрылась с тихим щелчком. Около минуты они слушали как стучат капли по стеклу, не решаясь прервать молчание. – Почему? – спросил вдруг Растус, заставив её вздрогнуть. Адель сильнее сжала руки за спиной. – Что почему? – переспросила она, прекрасно осознав суть вопроса. – Я не дурак и связать одно с другим вполне могу. Тени пришли из того же места, что и ты. Они дети этого мира и наших решений. Ты должна прекрасно понимать их стремление уничтожить нас, но в итоге в прошлом помешала им, лишившись воспоминаний и исчезнув из этого мира. Почему ты тогда это сделала? – тихо и размеренно пояснил он вопрос. От его голоса у неё внутри всё ёкнуло. Дыхание сбилось, а в голову пришла неожиданная мысль, испугавшая её ни на шутку – «из-за тебя». Адель прикусила губу и начала лихорадочно пытаться вытащить воспоминания, но ничего не вышло. Они утекли сквозь пальцы, оставив лишь растерянность. – Я не могу сейчас ответить на этот вопрос, – призналась она. Растус нахмурился. На лице у него заходили желваки. Он тоже о чем-то судорожно размышлял и не мог принять сделанные выводы. – Ты умрешь если сделаешь это ещё раз? – в итоге в лоб спросил он. – Да, – честно призналась Адель. Он дотронулся рукой до виска и начал массировать его. – Прошу, прекрати так воздействовать на меня. Я на могу сосредоточиться, – вдруг отчаянно попросил он. – Воздействовать? Да я вообще ничего не делаю. Это ты… – Адель прикусила язык от внезапно нахлынувшего головокружения. Зрение пропало, в ушах зашумело, сердце начало колотиться словно сумасшедшее, значит, надвигался очередной приступ видений. Растус взволнованно подскочил к ней и схватил за локоть, помогая сохранить вертикальное положение. От его руки по телу Адель прошла волна горячего жара. Она начала задыхаться, а потом увидела здание с улицы. Скала кусок за куском начала обваливаться в бушующее море. Затем здание собраний просело и за секунду отправилось на дно к Кракенам. – Адель! – рявкнул Растус, привлекая к себе её внимание. Она несколько раз моргнула и посмотрела ему в глаза, оказавшись в нескольких сантиметрах от лица. По телу у неё опять прошла дрожь. Зрение затуманилось и, действуя инстинктивно, она подалась ближе и поцеловала его. Его горячие губы согрели лучше её любимого бергамотового чая в холодный зимний день. В голове будто фейерверк взорвался. Она почувствовала, что снова может дышать. Растус усадил её на стол и начал изучать руками, углубляя поцелуй. По щекам у неё заскользили слезы. Он резко отстранился и испуганно на неё посмотрел. На неё опять накатил приступ головокружения. – Что… Адель схватила его дрожащей рукой за ворот рубашки, заставив замолчать. – Здание скоро рухнет. Выведи всех, – кое-как выдавила она из себя и обмякла. Он подхватил её и начал звать по имени, но открыть глаза стало слишком сложной задачей. Её снова затянуло куда-то очень далеко отсюда.