Глава 28. План

Диана

Визит высокого начальства, наверное, в любом офисе проходит одинаково: те, кто сидел на своих местах и был занят делом, притихли, как мышки, а те, кто отвлёкся на неформальное общение, резко вспомнили о должностных обязанностях и дружно ломанулись к своим местам.

Максар равнодушно взирал на эту суету, а вот недовольное выражение лица моего блондина заставило отшатнуться даже меня.

— Совещание через час. Подготовить полный отчёт о состоянии дел, — спокойно, но холодно сказал Айтан, вызывая новую волну оживления среди персонала.

— Пойдём, дорогая. Я угощу тебя чаем. У меня есть прекрасные цукаты. Думаю, тебе понравится, — ласково, как малому ребёнку, сказал Максар и повёл меня куда-то, осторожно придерживая за плечи.

Не ожидая такого обращения от немногословного и эмоционально закрытого мужчины, я послушно передвигала ногами, удивлённо хлопая глазами. Броуновское движение в офисе тоже на пару секунд замерло в неестественной тишине, но сотрудники быстро взяли себя в руки и принялись отчитываться Айтану, наперебой сообщая какие-то новости.

Как только дверь за нами закрылась, отец Айтана отпустил меня, отступая на пару шагов.

— В целом мне понравилась твоя идея, но в вашем плане есть слабые моменты, и я помогу их компенсировать, — сказал Максар, нажимая какие-то кнопки.

После этого робот, похожий на того, что следят за домом, налил нам две кружки ароматного травяного чая и поставил на стол вазочку с прозрачными золотистыми кусочками цукатов.

Во флайте, когда мы с Айтаном и Мери принялись объяснять, зачем мне ехать с Айтаном в офис, этот строгий астарец только кивнул, и мне было непонятно, злится ли он за подобную инициативу или наоборот доволен, поэтому сейчас я облегчённо вздохнула.

— Каким образом? — осторожно спросила я, отпивая глоток потрясающего напитка, отдалённо напоминающего тонизирующий чай мате.

— Я рад твоей инициативе. Считаю, что женщина должна разделять увлечения и интересы супруга, но ты будешь сильно отвлекать сына. Сейчас не самое удачное время, поэтому он должен быть собран, значит, учить тебя буду я. В нашем офисе все сотрудники работают давно, и я в них уверен, но всё же лучше, чтобы при посторонних ты продолжала вести себя, как… — мужчина замолчал, подбирая менее обидное определение, но мне не нужны были реверансы.

— Как питомец, — спокойно подсказала я, на что Максар кивнул.

— Да. Не стоит давать Комиссии дополнительные козыри. Мои юристы уже работают над твоей проблемой, но всё же лучше не спешить, — сказал отец Айтана, задумчиво вращая кружку в длинных пальцах. — Какое направление ты бы хотела освоить? — спросил Максар, внимательно глядя на меня своими фиолетовыми глазами.

Вот, что странно — при всём внешнем сходстве этого астарца и его внепланового отпрыска, я не боялась Максара и никак не ассоциировала его со своим мучителем.

— В чём я буду полезней Айтану? Я полностью вела пусть и небольшой, но бизнес. Конечно, я многого не знаю в ваших реалиях, но готова учиться, — с воодушевлением сказала я.

Максар нахмурился, задумчиво рассматривая прозрачный кусочек цуката.

— Что-то не так? — спросила я, не поняв причину изменения настроения астарца.

— Работа с договорами является наиболее… скользкой и проблематичной, но, на данный момент, ты не сможешь это освоить. Попробуем обучить тебя чтению финансовых сводок, — сказал отец Айтана, бросая вызов моему профессиональному упрямству.

— Почему не смогу? Я бы хотела попробовать. Я справлюсь, — заявила я, не испытывая особенной уверенности.

— Дело не в твоей сообразительности, девочка. Для работы с ними нужно знать законы, а их у нас очень много. На изучение только необходимого минимума может уйти несколько лет, — сказал Максар, кидая в рот кусочек сухофрукты.

На некоторое время в кабинете воцарилось молчание. Я мучительно размышляла, как выйти из этого положения. О чём размышлял Максар, мне оставалось только догадываться, ведь он был самым непредсказуемым человеком… вернее, астарцем, из всех мне знакомых.

— А что, если использовать ту машину, что вкладывает знания напрямую в мозг? Дейтар именно так научил меня языку и многому другому. Он говорил, что у нашего вида высокая восприимчивость к подобному обучению, — нехотя сказала я.

Всё-таки применение того аппарата было болезненным. Не настолько, как медицинские улучшения, но всё же приятным не назовёшь.

— После всего, что ты пережила, ты готова пойти на такое ради того, чтобы помочь Айтану? — с изрядной долей недоверия спросил Максар.

Мужчина глядел на меня с каким-то странным выражением, определения которому я не знала.

— Я хочу быть полезной. Ради этого можно немного потерпеть, только… есть несколько проблем, — честно сказала я, вспоминая свой ужас во время посещения медика.

— Думаю, что ты преуменьшила, — немного ворчливо сказал ди Саор старший, картинно выгнув дугой бровь. — Но готов послушать твою версию этих проблем, — сказал он, пытливо глядя мне в глаза.

— После всей этой истории с Дейтаром я… в общем, немного запаниковала, когда мы вместе с Айтаном летали к доктору, — призналась я, но, видя, как побледнел мужчина, я поспешила добавить: Но я справлюсь. Честно.

Максар долго молчал, не сводя с меня тяжёлого взгляда.

— Нет, — лаконично сказал он, снова превращаясь в скалу.

— Пожалуйста! Я вас прошу. Нет. Умоляю! Помогите, — просила я, нервно заламывая пальцы.

— Зачем? — снова камнем упал вопрос, а фиалковые глаза прожигали насквозь.

— Я… не хочу быть питомцем. Вы не понимаете. Я была уверенной в себе женщиной, специалистом. Мне это нужно, чтобы не чувствовать себя зависимой. Бесполезной, — призналась я, выворачивая себя наизнанку перед отцом Айтана.

— Если бы ты сказала, что делаешь это для сына… я бы спокойно отказал. Но это нужно тебе для себя самой, — задумчиво сказал Максар, замолкая надолго. — Я подумаю, — ответил он, заставляя робота сменить приборы и снова налить нам чай.